То, что никогда не забудет

Ничем не примечательное утро. Ничем особым не награждается, ничем особым не отличается. Все идёт как обычно и по расписанию. Работа, убитые сотрудники, минутные похороны и скорбь близких друзей, с которыми в общем успели склеить крепкую дружбу и плотную судьбу, и бессмысленные речи про будущее и зависимость корпорации от идеального усовершенствовании, и просто об эксплуатации заведения, где работает каждый здесь проживающий. … Многие работники признают Йесода как самого скучного и серьезного руководителя Информационного отдела, на что тот лишь пфыкает в сторону ленивых сотрудников и толкует им замысловатые словечки. По его мнению, от них у отстающих работников проходят волны мурашек и те с особым энтузиазмом вновь рвутся на работу, желая проявить себя с лучшей стороны. Но, увы, знал бы он как к нему на самом деле по - халатному относится каждый сидящий в его команде. Они постоянно сидят как на иглах. Кипишуются из - за любой мелочи и завидно посматривают в сторону Нетзача, который благодаря своему безграничному спокойствию дарит каждому встречному сухие фразочки, по типу " Трудно, но справишься ". Йесод монотонно выдыхает, когда ловит в чужих взглядах жадные искры зависти и тихо бубнит самому себе: - Чертов лентяй. … Несмотря на уровень сложности работы, сотрудники Коллинса обладали высоким интеллектом и высокой храбростью, что было весьма похвально. Парень знал как превратить из ноющих сопляков в настоящих стойких работников. Если уж говорить о поддержке, то Йесод редко пользовался таким; и мягким голосом, будто бы говоря по секрету, мог шепнуть на ушко неуверенному сотруднику, что он лучший и сомневаться в своих успехах никогда не стоит. Знал бы каждый здесь работающий какая доза адреналина впивается в чужие вены и как активно работает здешний человек, которому лишь сказали пустую поддержку в воздух. А могла ли пустая поддержка как - то тронуть сефир? Как никак, а они ведь просто машины, которые вынуждены давать команды. … Темно. Ужасно жарко. Пиджак и перчатки полностью сдавали Йесода своей замякшей влагой, не давая ни единого шанса сефиру расслабиться под окончанием очередного ужасного дня. Снова крики людей. Снова плачь. Снова похороны. В глазах сгусток тумана, а к носу плотно прижимается запах испорченной крови. Когда - то, на этом месте, его друг попал под его же расстрел. Под расстоел ещё неопытного Йесода. Как же было тогда ужасно чувствовать на себе всю тяжесть, что он несёт и по сей день. Тяжелая карма, давящая на плечи правосудия и бесконечной скорби к уже не существующему бывшему товарищу. Он никогда не забудет как тот невинно улыбался и ещё не понимал что здесь происходит. Ему не хотелось. Его заставляли. Ему просто хотелось, чтобы все были в порядке. Сефир рассказывает каждому, что ему не жаль умерших, в то время как он проходит мимо одного и того же места и кидает на грязный пол пару хрустальных слезинок, в которых таится вся тяжесть агонии. Сефир говорит, что он никогда не бывал в глубокой депрессии, когда сам все ночи не спит и держит в руках рамку с остальными сефирами, и едва сдерживая слезы кусает губы до крови, которая сочиться из тонкой ранки и придает к страданиям металлический привкус. Сефир внедряет каждому, что он всегда жил в спокойствии, в то время как сам каждый день лихорадочно снимает одежду и быстро сменяет на ту же похожую, лишь бы не видеть вновь те волдыри, которые любят сочится алой жидкостью и открывать в его глазах вид на загноенное мясо. Эту боль может прочувствовать не каждый сефир и работник. Они не понимают настолько жестока его судьба и как он с ней справляется за крепкой чашкой душистого чая и за крепкими таблетками, которые прописывал Чесед. Увы, они не дарили какого - то расслабления и не ослабляли хватку шизофрении, которая впивается в мозги Йесода с каждым днём все жёстче и жёстче. Парень нервно запивает очередную дозу таблеток. Однако, он начинает понимать, что это уже обыкновенная зависимость. Её можно запросто понять. Каждый глоток уже был все громче и громче, а документы под руками сефира мялись все сильнее и сильнее. - Мистер Коллинс. Как поживаете? - Все в порядке, Чесед. Вам не стоило тревожиться. Можете идти. Вот так вот и сопровождался каждый вечер Йесода и медика у порога двери, который даже не надеялся на то, что его впустят внутрь. Он видит как фиолетоволосый уперто стоял на лжи. Он дожидается того момента, когда юноша поймёт, что ему пора выговориться. Кому угодно, лишь бы его поняли и сказали такие же банальные слова, что и все сефиры говорят сотрудникам. " - Ты это преодолеешь, не волнуйся. Все позади, в тебя все получится. " … Где - то, в глубине коридора, слышатся отчетливые шаги. Они были не слишком равномерными. Скорее даже синхронными и совсем не идущими в такт обычной ходьбе. То чуть задержится, то чуть ускорится. Это задолбавший всех и вся Нетзач. Парень с очень тонким и ироничным юмором, раздражавший этим фиолетоволосого парня. Шутки про суицид давно не актуальны, а сефиры в ужасе вздрагивают от такого юморка. Ни один день не обходится без такой шутейки и ударом документами по голове зеленоволосого лично от Йесода. - Будешь знать что говорить надо. Думай, прежде чем открывать рот. Парень искренне не понимал в чем дело и почему только от него он получал такие приличные удары по дурной голове. Да, в его мыслях уже были планы по суициду и как побыстрее сбросить коньки, лишь бы здесь больше не оставаться. Но, увы, он уже приходил к тому выводу, что его вновь заменят, но на более усовершенствованную модель, которая будет не такой дряхлой и от которого не будет веять тонким запахом наркотиков и просроченных, но слабых таблеток, от которых перед глазами потом появляется радужная картинка и счастливое будущее. Как жаль, что им этого в общей сложности не достигнуть. Длинноволосый останавливается рядом с дверью Коллинса. В последнее время, сефиры стоят на ушах и, к слову, наблюдают не только за своими работниками, но и за состояниям своего товарища. Синяки под покрасневшими от слез глазами, медленная реакция и постоянные зевки дают о себе знать. Ребята даже стали предлагать помощь и предлагали Йесоду сделать отдых, но тот, вздрагивая от каждого их предложения, отрицательно мотал головой. - Я должен работать и вы сами это знаете. А теперь не отвлекайте меня от работы. – Йесод... - Я сказал не отвлекайте и идите выполняйте свои обязанности! … Переосмыслив своё решение, зеленоволосый лишь двинулся вперёд. Вперёд, навстречу к Йесоду. Уже ничего не оставалось кроме того, как проведать своего друга. В последнее время, как все знают, он сам не свой, а его отговорки ” Я в порядке ” давно потеряли смысл. Последний сидел к нему спиной и разбирался со своими долгами. К счастью, он смог услышать как вошёл его названный гость и решил сохранить бдительность и спокойствие, которые вот - вот разрушаться под напором раздражающих его вопросов. - ... Йесод? - Зачем ты пришёл? Тебе нужно идти к себе. - Я просто— - Я сказал немедленно иди туда, куда планировал. Я занят. В его тонких пальцах послушно сидели документы. Однако, через пару секунд, они уже были помяты. Коллинс будто бы забыл про то, что находится в его руках. Агрессия преобладала разумом. - Ты ведь понимаешь, что я—- - Нетзач!— - Беспокоюсь о тебе. - ... Стоило лишь зеленоволосому сказать эту фразу, как Йесод медленно повернулся к нему с ошарашенным лицом. Злость как рукой сняло. Это было слишком быстро и неожиданно. - Снова энкефалином обкололся? - Йесод, я сейчас серьёзно. - Все в порядке? - Не переводи стрелки, пожалуйста. Удивление все ещё висело на лице сефира. Он никогда бы не подумал, что к нему придёт зеленоволосый и начнёт внезапно волноваться по поводу его состояния. По легкому румянцу, что так ярко горел на щеках, уже было видно, что Коллинсу было небезразлично. Но сефир пытался скрыть этот " позор " как можно скорее, за толстым воротником свитера. - Я получу свой ответ на вопрос? - зеленоволосый был настроен решительно, голос полон серьезности. Неужели ему придётся сказать правду? Если так и подумать, то фиолетоволосый задумывался о том, что, рано или поздно, он выплеснет свои эмоции наружу. - Нет. - Так ты не в порядке? - Что? В этот момент, тишина нанесла по телу Йесода волну боли. Ту, что так его трясла всю неделю, не давая покоя на позитивные размышления. Перед глазами протекают несчастные воспоминания, подобно ручейку. Они мелькали быстро, словно пленка от старой кассеты, и такие же ржавые. Это все было давно и уже прошло, а они все оставляют такие же колотые ранения в области груди и не дают настоящему заклеить дырки. " - У ИИ не бывает чувств, верно? " Губы сужаются в тонкую полоску, в фиалковых глазах предательски наворачиваются слезы. Нет, не здесь, не сейчас, не при ком. Одиночество выслушает, одиночество поймёт, одиночество - лучший слушатель, но ничего не скажет в ответ. - М - мне надо отлучиться. - Нет - нет. Нетзач спокойными и равномерными шагами дошёл до своего приятеля и чуть наклонился, чтобы сравняться с чужим ростом. Он глубоко вдыхает в свои лёгкие жгучий и едкий воздух, к которому он совсем не привык ( ведь в отделе Коллинса не пахнет наркотиками и таблетками ) и начал монотонно говорить то, что должны были сказать другие, но не осмелились. - Йесод, послушай. Мы за тебя очень переживаем. Даже Анджелла стала замечать, что ты не вовремя стал что - либо выполнять и что - то недоговариваешь. - в этот момент, сефир зажмурился и фыркнул, невольно вспомнив ту девушку, которая неприятна каждому из ребят. - Так вот. Мы не хотим, чтобы ты закрывался от нас, и всякое подобное, бла - бла - бла. Мы хотим выслушать тебя и мы не дадим тебя в обиду. - Н - Нетзач... - ему повезло, что фиолетоволосый был тронут этой хоть и глупой и короткой, но искренней и любящей речью. В последнее время, ему этого не хватало. - Ч - что б тебя... - Мистер Коллинс уже злиться?~ - Ты.. Ты.. - Что я? - на лице натянутая ухмылка. - ... Аргх! Эмоции перевалились в густую кашу. В те моменты, сефир испытал невероятно жесткое желание - ударить своего друга. Да так, чтобы все его тупые мыслишки и подколки вылетели из дурной головы, в которой просеивались наркотики и мысли о самоубийстве. Но... - ... Хм? На его грудь ложится лёгкий груз. Послышались внезапные всхлипы и слабая дрожь сефира. - Йесод... - З - заткнись. Уже и так было понятно, почему Коллинс так " разнылся ". Нетзач невольно покраснел от такой близости, но и не дал отказ тому, чтобы его друг немного полежал на его груди и постепенно успокаивался. - Ну же, ну, спокойно~ По фиалковым волосам мягко пробегает ладонь зеленоволосового. Локоны такие мягкие, волосы пахнут душистой лавандой... Тот глубоко вздыхает и восхищается порядочностью сефира. Ему даже, в какой - то мере, было завидно. Трудяга,во всем успевает и держится как камень ( хотя, последнее уже не особо подходит в пример ). Ладони плавно переходят к чужой спине и тянут на себя. Нетзач невольно протянул своего товарища поближе к себе, увековечивая того в своих объятиях, закрыв свои глаза и частично расслабившись. Тепло и ласка смешались воедино. Тишина и покой зацарствовали в двух сердцах. Зеленоволосый даже сначала и не понял, что ему рядом с Йесодом никогда так не было спокойно в душе. - Тебе лучше? - Д - да. - И это потому что тебе не хватало объятий? - послышался тихий смешок. - И - иди к черту. … - Добрый вечер, мистер Коллинс~ На пороге двери вновь появился Чесед. Он пришёл удостовериться в состоянии его друга. В последние дни, тот стал замечать удивительные изменения. Йесод стал меньше заикаться, стал вовремя делать свои дела, даже успел поруководить своими новыми сотрудниками. Огромный успех. Это определено лучше, чем то, что тогда было. - Добрый, мистер Чесед. - Как ваше состояние?~ - Уже в норме. Благодарю. - Что по поводу таблеток? Вы уже их не пьёте?~ - Нет, и больше не собираюсь. От них и толку никакого не было. - Прекрасно. Это то, чего я определённо ждал. Куда - то сейчас спешите?~ Медик заметил как Коллинс по пути к выходу стал поправлять пиджак и рукава тёплого свитерка. В глазах горели искры решимости и лёгкой неловкости. - Да, спешу. - Если не секрет, то куда? - На чаепитие. Если понадоблюсь, то спросите моих сотрудников. Лёгкой походкой, Йесод поспешил удалиться из поля зрения. Чесед пару раз проморгал и натянул на лицо улыбку. - Какое счастье. Он в порядке.~ … Мысли вновь переплетались. Смущение, неловкость, воспоминания того дня, который мы никогда не забудем. Что - то знакомое. У какой - то аномалии был похожий слоган. Только вот, там были записи... Сефир помотал головой и резко остановившись на каблуке, он стал внимательно изучать вывеску на двери и склонил голову. Да, он не ошибся адресом и кротко постучал в чужую дверцу. Сделав шаг назад, Коллинс переборол внутренние чувства и слабо приподнял уголки губ, одаряя будущего собеседника ярким обещанием чудесного сопровождения дня. - О, кого вижу. Проходи, не стесняйся. - тот также улыбается в ответ и ловит на той мысли, что все пройдёт замечательно. Сефир медленно заходит и медленно разворачивается к нему. - Здравствуй, Нетзач. Надеюсь, что я не опоздал.