17:41

Раз - ступенька, два - ступенька. Я спешу к тебе. Чонин проводит ладонью по обшарпанной стене, собирая всю пыль и грязь. Впрочем, это совсем неважно, ведь он и так уже испачкан. Школьная форма больше не пригодна; если на брюках просто пятна от сока и ещё какой-то еды, то пиджак теперь напоминает разорванную тряпку (они постарались на славу, разрезая ткань острыми ножницами). Три – ступенька, четыре – ступенька. Я спешу к тебе. Чонину хочется дышать уже свободно, но ему старательно завязывают верёвку на шее, да так, что остаются синяки. Они настоящие. И увечья тоже. Всё это и вправду происходит изо дня в день. Чонин хочет дышать. Он тоже имеет на это право! Так какого чёрта его обделяют этой «привилегией»? Пять – ступенька, шесть – ступенька. Я уже близко. Он вспоминает его образ. Поначалу, когда маленький Чонин ещё только первый раз переступил порог этого класса, то подумал, что этот мальчик определенно здесь лидер. И не прогадал. Тёмные шелковистые волосы, смоляные глаза и… улыбка. Чонин не мог понять тёплая она, злорадная, насмехающаяся или искренняя. Потому что, наверное, всё-таки он не хотел знать этого. Железная дверь поддаётся не сразу, приложив еще больше силы (остатки её), Чонин наконец-то оказывается под открытым небом. Тёплый ветер мягко треплет чёлку, касается ранки на губах, отчего он невольно морщится. Чонин проводит ладонью по щеке, чувствуя незначительную боль. Наверное, физическая боль была чуть слабее душевной. Нельзя говорить, что сломанные кости не сравнятся, к примеру, с колкими словами, брошенными в твою сторону. Это они не сравнятся с изувеченной плотью, потому что, чёрт, это невыносимо больно. И когда на твоём теле вырисовывают кровавые узоры, то ты кричишь и просишь мучителей остановиться. И внешне, и внутренне – сгораешь. Чонин просил, но его не слушали. Никто не слушал. Даже он просто смотрел, но самое страшное – он был предводителем этого безумия. - Минхо, за что ты так со мной, - Ян размазывал сопли и слёзы по лицу, пытаясь успокоиться. Чонин думал, что Минхо одержим демонами, потому что каждый раз мальчишка слышал тихий смех в ответ. Конечно, богатым особям всё позволено. И где граница их безумия? Они были детьми и даже пытались дружить, но Чонин не их поля ягода. В этом мире он н-и-к-т-о. Он мальчик, который должен помогать маме по хозяйству и усердно учиться. Он мальчик, который должен выучиться, найти престижную работу и зажить счастливой жизнью. Он мальчик, который уже устал от подножек судьбы. Чонин передвигает ногами, кружась на месте. Сейчас солнечные лучи купаются в его волосах, согревают от темноты, что поселилась в его крохотном сердечке. Но этого мало. Ни ветер, ни солнце, ни мама не спасут. Никто не спасёт. Чонин жадно глотает кислород, в его крови бушует адреналин. Он идет к двери, поднимает трясущуюся руку, держащую телефон и смотрит на время. А затем откидывает его в сторону, разворачивается и бежит к пропасти. Страшно. Страшно. Страшно. Ступенек больше нет. Я пришёл к тебе (моя маленькая никчемная смерть).