***
#Ben Cocks – So Cold
Чимин удивлённо поглядывает в маленькое окошечко кареты: вокруг белым-бело, деревья покрыты инеем, и всё кажется настолько сказочным, что мальчишка не замечает, как сильно всматривается в окно и резко в него впечатывается лобиком, когда карету на очередной кочке слегка подбрасывает вверх. Чимин держит маленькой ладошкой маму за руку, не отводит взгляда от окна, заворожённо разглядывая природу, а женщина нежно улыбается и ладонью приподнимает тёмные волосы — потому что немного душно, а Чимин-и слегка вспотел. Они в дороге уже двое суток, все ужасно вымотаны, уставшие, но счастливые. Потому что без улыбки на маленькое чудо по имени Чимин — не взглянешь. Он всегда, подобно лучику солнышка, сияет, искренне светится от счастья, когда на пути встречается очередное животное, либо мелкие снежинки летают по воздуху. Малыш лишь широко улыбается, прижимается всем телом к матери, а после засыпает, разглядывая во сне цветные истории о том, как Чимин подружился с каким-нибудь духом. Да, у мальчика хорошее воображение и безграничная любовь ко всему фантастическому, потому что в самых любимых сказках, которые мама читает перед сном, обязательно есть добрые духи: они дружат с людьми, приносят им радость и приятные мгновения в жизни. Чимин правда верит во всё это, и надеется, что, когда они приедут к маминой крёстной тётушке Рейчел, он обязательно исследует её замок, близлежащие окрестности, и, быть может, найдёт что-то интересное. Когда на горизонте показывается просто огромное здание, Чимин готов пищать от собственных эмоций, и первое, что он делает, когда выходит из кареты — прыгает в сугробы снега, громко и искренне смеясь, а после еле как выкарабкивается оттуда и начинает во всех подряд кидать снежками. Повсюду стоит радостная атмосфера, а тётушка Рейчел, которая встречает их, стоя на лестнице, мило улыбается и приглашает зайти в замок. Внутри очень красиво; Чимин повсюду скачет, старается заглянуть буквально подо всё и во всё, миссис Пак извиняется перед крёстной, но та лишь нежно улыбается и говорит, что «дети — это самое прекрасное на свете». Чимину с матушкой выделяется отдельная комната, и, пока их вещи помогает заносить на второй этаж дядюшка, а миссис Пак вызывается ему помочь, маленький Чимин-и, будучи ужасным проказником, решает тайно выбежать из замка и осмотреться. Успевает натянуть на себя тулупчик, завязаться — насколько это возможно для шестилетнего возраста — длинным вязаным шарфом, быстро сунуть руки в варежки и унестись туда, где наверняка есть сказка. Он бежит, высовывает язык и ловит его кончиком все снежинки, которые успевают долететь до него, не растаяв от тепла, исходящего от мальчишки. Пак заливисто смеётся и не замечает даже, как ноги его несут прямиком в лес, а после, когда он заходит достаточно далеко — мальчишку окутывает паника. Он не рискует повернуть назад, поэтому идёт прямо, лишь изредка оглядываясь по сторонам и улыбаясь солнечным лучам, которые пробиваются через стволы деревьев. Чимин продолжает вышагивать по сугробам, а потом выходит на какую-то открытую поляну и разглядывает удивлённо замёрзшее озеро прямо перед собой. Кажется, его будто бы украсили узорами: оно светится на солнышке, блестит и переливается. Чимину хочется оказаться прямо по середине, он уже поднимает свою ножку, чтобы шагнуть на лёд, но чувствует, как кто-то хватает его за локоть и тащит на себя. Мальчишка оборачивается и замирает на месте. Перед ним молодой парень со светлыми волосами, голубыми глазами, напоминающими чем-то то самое озеро; сам он бледный, худенький, и кажется таким холодным, но после на лице появляется нежная улыбка, и Чимин улыбается в ответ. — Не глупи в следующий раз, малыш, хорошо? Чимин в силах лишь кивнуть головой, а после ещё шире улыбнуться, потому что этот странный парень, чем-то напоминающий Паку духа, подходит ближе, что-то причитает, бормочет себе под нос, а затем откуда-то достаёт шапку, после надевая её на Чимина. — Вон, носик уже синий, как только не заболел ещё, — проговаривает старший, а Чи поправляет шапочку, после кидается в объятия и крепко сжимает чужую шею своими маленькими ладошками. Молодой человек рассказывает Чимину, который расслабляется, сидя на чужих коленях, что его зовут Юнги и он — могущественный зимний дух. Мальчишка очень радуется, ведь это именно то, что он хотел увидеть; то, что хотел тут найти — почувствовать себя героем одной из его любимейших сказок. Юнги поднимает его на руки, сильнее обнимает, а после без особых проблем проходит через лесную чащу, оказываясь около замка тётушки Рейчел слишком быстро. — Ледяной хён, а почему я тебя вижу, если ты дух? Чимина отпускают на землю, а Юнги продолжает улыбаться и отвечает младшему: — Потому что меня видят только дети, которые верят в чудеса. Чимин шмыгает носом, поправляет съехавшую шапочку ладошкой, а после вновь подбегает к хёну, крепко обнимая его. — Когда я вырасту, мы будем с тобой вместе, ледяной хён. Юнги ничего ему не отвечает, лишь смотрит вслед убегающему Чимину и грустно улыбается, понимая, что, когда тот вырастет, Юнги исчезнет и для него. Наверняка это была их первая и последняя встреча, пусть Чимин-и и обещал, что прибежит сюда завтра снова.***
***
***
Чимин на следующий день не приходит; Юнги ждёт его, всё также находясь на берегу озера, разглядывая горизонт и разгоняя ветер, стараясь скрыть своё одиночество, но ситуация не меняется. Маленький Чи в итоге заболевает; родители не пускают его на улицу, хотя он рвётся и говорит, что его там ждёт один очень важный человек. Он проваляется в постели с температурой почти целую неделю, а после они с матушкой и вовсе уедут обратно к себе на Родину. Всю обратную дорогу Чимин ни разу не улыбнётся, не посмотрит в окно, не скажет и слова; у него грустный взгляд, а матушка ничего не может сделать — лишь сильнее прижимает к себе сына и целует в висок, тихо проговаривая, что всё ещё в жизни наладится.** спустя десять лет**
Чимин, спустя большой промежуток времени, вновь оказывается у тётушки Рейчел в замке; в этот раз они приехали с матушкой на именины Кларис — дочки крёстной. Чимин весь такой нарядный, натянуто улыбается, а сам мечтает поскорее выйти погулять, потому что все эти светские приёмы — не его. Он, удостоверившись, что все гости, в том числе и его матушка, увлечены домашними хлопотами, быстро натягивает на себя тёплую накидку, кутает лицо в вязаный шарф и выбегает. На улице морозно: идёт лёгкий снежок, ярко светит солнышко, где-то в лесу поют птички, и Чимин срывается туда. Он, пока бродит по лесу, вспоминает то самое озеро из детства, как он потом заболел. Стоит сказать, что Юнги Чимин тоже часто вспоминал. Мальчишка тогда даже с мамой поделился, что видел зимнего духа, но женщина лишь улыбнулась, смерила температуру, а после пожелала добрых снов и вышла из комнаты. Никто и никогда на слово не верил Чимину: он маленький фантазёр, мечтатель, и все даже привыкли, что этот мальчуган постоянно что-то придумывал и рассказывал; вот только Чимин делился правдивой информацией, а сейчас, повзрослев, хочет сказать «спасибо» за то, что тогда его слова никто не воспринимал всерьёз — маленькому Чимину пришлось бы делиться своим чудом, а это — невозможно. Он вновь, как и десять лет назад, добегает до озера, кутает почти синий нос в шарф, весь дрожит и проговаривает: — Ох, как же холодно! — Шапку надо носить! — раздаётся где-то рядом, и, когда оборачивается, Пак застывает на месте, забывая прикрыть свой рот. — Ледяной хён, это правда ты? Перед ним вот в точности стоит Юнги, который, кажется, удивлён не меньше. Чимин подходит ближе, улыбается так искренне и так нежно, что Юнги теряет весь свой словарный запас, выдавливая из себя лишь: — Но, неужели… ты всё ещё веришь в меня? Младший смущённо опускает голову, его щёчки раскраснелись не то от сильного мороза, не то от этой ситуации. Он может только бормотать: — Конечно же верю. — А ты всё также легко одет, Чимин-и. Они проводят время до позднего вечера вдвоём: резвятся, как дети, кидая в друг друга снежки; Чимин рассказывает, что за всё это время с ним произошло, расспрашивает Юнги. В один момент Пак даже додумался снять свои варежки и горячими руками обхватил чужие — холодные, бледные. Чи ближе поднёс их к своему лицу и стал согревать своим тёплым дыханием. Юнги на это отводит взгляд и старается скрыть смущение, но Чимин видит и в душе ликует. Когда же солнце идёт навстречу горизонту, парнишка приподнимается с земли, следом за ним — Юнги. Парни долго смотрят друг другу в глаза, а после младший быстро сокращает между ними расстояние, чмокает и так смущённого Мина в щёку, и кидает напоследок: — Я обязательно вернусь завтра, ледяной хён. И в этот раз Чимин вернётся.***