Вольтури

— Ты не поддержишь меня? — не скрывая удивления, спрашивает Дидима, ходя из стороны в сторону. — Не вмешивайся, любовь моя, — устало произносит Маркус, сидя на краю кровати и наблюдая за женой, — Сульпиция всегда была слишком легкомысленна, а теперь несет заслуженное наказание, — в миг оказавшись позади жены, он обнимает ее за талию и нежно целует в плечо, — я хочу побыть с тобой и говорить только о нас. Никакой Афиндоры, никакой Сульпиции, — тихо шепчет вампир. Отношениям Маркуса и Дидимы могли позавидовать многие. В отличие от взбалмошных жен своих братьев, Маркус мог похвастать идеальной женой. Они редко ругались и спорили, а если и спорили, то королева редко перечила мужу. Вампир доверял своей жене, а та в свою очередь доверяла ему. Возможно, все дело заключалось в даре Дидимы, который был уникальным и единичным. Именно благодаря ей, Вольтури могли решить военные вопросы мирным путем. — Прости, я переживаю за брата, — слабо улыбаясь шепчет девушка и прикрывая глаза, слегка откидывает голову назад. Каждый раз она таяла под прикосновениями своего мужа. А его горячее, обжигающее дыхание сводило с ума. Медленно повернувшись к мужу, она блаженно улыбается и нежно проведя тонкими пальцами по щеке Маркуса, нежно целует его в губы. Белоснежная улыбка Ди, способная осветить весь мир, сейчас сводила с ума только одного его. Как же долго Маркус добивался ее. Он до сих пор помнит их первую встречу, помнит, как Аро оберегал сестру от любого посягательства.

***

Вольтерра, 1155 год — Тебя не было в покоях, сестра, когда я приходил, — спокойно произносит Аро, входя в покои Дидимы. — Правда? Наверное я выходила, чтобы насладиться окрестностями, — пытаясь улыбнуться, оправдывается Ди, медленно отходя от брата, который стремительно наступал. И когда Дидима почувствовала спиной холодную стену, она закрыла глаза и глубоко вздохнула: — Я не маленькая девочка, и ты не имеешь права контролировать каждый мой шаг… — с ноткой неуверенности шепчет девушка. Держа руки за спиной, Аро уверенно подходил к сестре, что та бежала от него. И лишь, когда она уперлась в стену, он остановился в нескольких сантиметрах от нее. — Ты говорила то же самое, когда влюбилась в Генриха, который в итоге разбил твое сердце, — проведя ладонью по ключице сестры, Аро уничтожил расстояние меж ними. Вдыхая сладкий аромат волос, вампир обнимает ее за талию, прижимая к себе. — Я не хочу, чтобы моя сестра страдала, — тихо шепчет глава клана и кратко целует темноволосую в лоб, — ты хочешь, чтобы я избавился и от него? — спрашивает вампир, не сводя глаз с прекрасных губ сестры. — Нет! — вдруг резко отвечает Ди, но тут же успокаивается и смотря на брата, тихо, почти не слышно просит, — я больше… я больше не увижусь с ним… даю слово, — обнимая Аро, с болью говорит Дидима и закрывает глаза, — но не трогай его… он ничего не значит для меня… — на этот раз уверенно врет Дидима, понимая, что еще сильнее начинает влюбляться в Маркуса.

***

— Сульпиция, милая, — осторожно говорит Афинодора, входя в комнату «подруги», — ты уже несколько дней не выходила из комнаты. Все переживают за тебя, особенно Аро, — не скрывая улыбки, произносит вампирша, а после быстро продолжает, — ой, то есть Дидима. Извини, постоянно их путаю, — усмехается светловолосая и присаживается рядом. На протяжении нескольких дней, Сульпиция не выходила из своей комнаты. Она все ждала, что Аро придет и ляжет рядом с ней, поцелует и никогда не отпустит. Но он так и не пришел, хотя она все еще ждала. — Афиндора, можешь хотя бы сейчас не брызгать ядом. Просто уйди отсюда, — все еще лежа в кровати, спокойно и холодно просит девушка. Услышав имя своего мужа, она все же привстала с кровати, но поняв, что это очередная колкость ведьмы, лишь смерила стервозную блондинку грозным взглядом. — Это была просто шутка. Я забыла, что ты не понимаешь юмора, — открыто усмехается блондинка и гордо подходит к окну, — знаешь, раньше ведь все презирали меня, а теперь объектом презрения являешься ты. Да, мой век становится все лучше и лучше, — смеется Афинодора и направляется к выходу, но перед этим, она останавливается в дверях и не поворачиваясь, продолжает, — теперь уж все увидят, что Аро прогадал с женой. Я предлагала ему множество других вариантов и с удовольствием ему помогу, — со своей ядовитой усмешкой цедит Афинодора, а после громко хлопает дверью. «Просто держись, не показывай ей свою злость», — твердила себе Сульпиция, слушая речь своей «родственницы». Афи и Сули никогда не ладили, вечно спорили и никогда не поддерживали друг друга. Вот и сейчас, данная ситуация не стала исключением. Вот только сейчас, Афинодора действительно перегнула и возможно она сама это понимала. Каждое ее слово пронзало сердце Сульпиции насквозь, причиняя ей невыносимую боль.