Привычки

      Перри было двадцать шесть, когда он навсегда потерял голос. О жизни в одиночку не могло быть и речи, а родители не были в состоянии долго его обеспечивать. К счастью, Флинны-Флетчеры, друзья семьи Перри, были настолько добросердечны, что решили приютить его у себя.       Перри исполнилось двадцать восемь, когда он пошёл на стажировку в ОБКА. Туда почему-то брали животных, причём только животных, но Перри обладал одним из главных качеств их агентов — неспособностью говорить, и ради него сделали исключение. Правда, глупый псевдоним утконоса взять всё же пришлось.       Когда Перри стукнуло тридцать, он впервые получил награду агента месяца. Скоро его заклятым врагом стал доктор Хайнц Фуфелшмертц.       Сейчас Перри был тридцать один год, его ноги прилипли к полу, а Хайнц ходил туда-сюда по комнате и в очередной раз рассказывал о прошлом.       Больше в этом мире не было ничего.       Перри знал этот сценарий наизусть — ему осталось наслаждаться моментом около двух минут, потом он сбежит из ловушки, с боем проберётся к кнопке самоуничтожения, нажмёт на неё и эффектно улетит. Если повезёт, по пути успеет услышать фирменное проклятье Хайнца.       Это всё уже так привычно.       Хайнц, конечно, не учёл, что приклеил Перри на растворимый клей, а дотянуться до стакана воды на тумбочке не стоило почти никаких усилий. Пара секунд — и Перри сорвался с места. Хайнц для приличия сделал вид, что не ожидал такого поворота, позволил застать себя врасплох и швырнуть стаканом в кнопку самоуничтожения.       Инатор взорвался. Миссия выполнена.       Завтра всё это обязательно произойдёт снова. Майор Монограмм в очередной раз закроет глаза на явную и совершенно недопустимую привязанность Перри к Фуфелшмертцу, возможно, легко отчитает его — только и всего. Перри был одним из лучших агентов, он не мог позволить себе сделать что-то не так из-за идиотских химических соединений в организме.       Наверное, это в какой-то степени романтично — злобный учёный средних лет и влюблённый в него немой секретный агент с кличкой утконоса. Впрочем, Перри не был уверен, что его чувства невзаимны, иначе, скорее всего, Хайнц бы давно его уничтожил, если, конечно, он действительно не так глуп, как кажется — а глупый человек просто не сумел бы построить все эти заумные машины.       В любом случае, важно одно: любить друг друга они могут только так — тихо, не подавая виду и всё равно делая всё возможное, чтобы известная им схема повторилась и на следующий день.