Начать сначала

Человек рождается один, и умирает тоже один. И важно хотя-бы на небольшой отрезок жизни, найти того, кто будем рядом. Того, с кем будешь просыпаться по утрам, не стесняясь бедлама на голове. Того, с кем не нужно будет притворяться идеальным. Того, кто полюбит и примет тебя таким, какой ты есть. Со всеми недостатками и причудами. Того, кого полюбишь в ответ и в миг он станет для тебя самым близким человеком. С этим человеком ты смело будешь двигаться вперёд, не вспоминая ошибки прошлого… А ссоры, недопонимание и крики — лишь часть пути. Без них не бывает ни жизни, ни любви. И важно в эти трудные моменты не отвернуться друг от друга, а наоборот. Откинув гордость и глупые предрассудки, люди должны вцепиться в друг-друга и рука об руку пройти через всё. И там, на вершине пути, понять, что всё было не зря…

***

Сегодня был особый день. И не было никакого праздника, или же весомого события. Нет. Впервые за долгое время Драко Малфой проснулся счастливым. И всё дело было в ней… В той, которая сейчас мирно спала на его плече слегка улыбаясь уголками губ. В той, которая приняла его с тяжким грузом прошлого. В той, которая будучи одной из самых сильных женщин в мире, всё равно нуждалась в нём. Он знал, что сейчас она проснётся и возможно будет стесняться своей наготы. Ведь ночью он долго не давал ей уснуть, наслаждаясь ею сполна. Девушка мило покраснеет и попытается спрятать румяное лицо. А он будет лишь смеяться и целовать её. Ведь сейчас для счастья большего и не нужно. Лишь бы она была рядом. Гермиона Грейнджер сладко потянулась и открыла глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету в комнате. — Доброе утро, принцесса, — Малфой невесомо прикоснулся к губам любимой. — Доброе, — девушка улыбнулась и попыталась встать, но поясница резко заныла. Тут же, фрагмент за фрагментом в голове шатенки начали вспыхивать моменты прошлой ночи. Поняв, что сейчас она полностью голая Гермиона покраснела пуще помидора и резко натянула одеяло почти до носа. — Не стесняйся, — Драко попытался стянуть с девушки одеяло, но тщетно. — Ты прекрасна. — Прекрати, — смущённо пробубнила она. — Отвернись, я оденусь. Малфой лишь захохотал, крепко прижал девушку к себе и начал целовать её румяное лицо. Сначала нос, потом лоб, щёки, уголки губ, подбородок, затем его губы медленно перебрались к чувствительной шее. Слегка укусил за ключицу и тут же зацеловал покрасневшее место. Его рука скользнула под одеяло, нежно поглаживая изящные изгибы девичьего тела. Парень самодовольно улыбался, чувствуя реакцию тела любимой — она была полностью в его власти. Гермиона расслабилась в его руках, дыхание участилось, а сердце начало отбивать бешеный ритм. Каждое прикосновение горячих губ парня вызывало у девушки табун мурашек, которые пробегали по всему телу. Сама того не замечая, она слегка выгнулась в спине, крепче прижимаясь к возлюбленному и зарыла руки в его шелковистые волосы. От этих движений блондин практически зарычал и сильно сжал бедро девушки. Запах её кожи сводил его сума, а губы никак не могли прекратить целовать бархатную кожу. Он провёл дорожку поцелуев от груди до низа живота, от чего девушке пришлось закрыть рот рукой, дабы не застонать в голос. — Не нужно сдерживаться, — прохрипел парень. Он аккуратно убрал руку девушки и жадно впился в любимые губы, исследуя каждый миллиметр её рта, в то время как руки продолжали блуждать по нежному телу. Гермиона лишь крепче прижималась к возлюбленному, тихо постанывая сквозь поцелуй. От одного лишь этого звука у Малфоя напрочь срывало крышу. Сознание плыло, а мысли плавились, как сахарное пёрышко на солнце. Терпеть уже не было сил, поэтому Малфой резко раздвинул девичьи ножки, словил затуманенный взгляд любимой и поддался вперёд. Комнату наполнили тихие стоны, которые с каждой секундой становились всё громче. Девушка крепко вцепилась в парня, оставляя на его спине красные отметины от ногтей. Но блондин этого даже не заметил. Сейчас в его голове была лишь она. Она была его, принадлежала ему каждой клеточкой. И от этих мыслей парень распалялся всё больше. Он знал что ещё долго не выпустит её из кровати, а она и возражать не будет. Он будет упиваться ею, наслаждаться бархатной кожей, до тех пор, пока бьётся его сердце…

***

Тишину в Большом зале нарушил девичий крик: — Гарри Джеймс Поттер, никаких стриптизёрш на мальчишнике! — Джинни Уизли со всей дури ударила жениха по голове журналом. — Сестрёнка, ну это же традиция, — пытался успокоить сестру Джордж. — Я ещё раз повторю, — лицо девушки практически стало такого же цвета как и волосы. — Никаких стриптизёрш! Или Гарри будет жениться на тебе! — О, а мне пойдёт фата, — рыжий мечтательно закатил глаза. Но увидев злой взгляд сестры, успокоился. — Не смотри на меня так. Ты сейчас вылетая мама. Аж мурашки по спине побежали. — А вы не доводите меня, — девушка нервно села на место. — Милая, — начал Гарри. — Мы просто пошутили. Не злись пожалуйста. Конечно мы будем звать никаких девиц. — Знаешь что, Поттер? За такие шутки… — девушке просто не дали договорить. Гарри рывком приблизился к любимой и поцеловал её, вызывая этим общие аплодисменты. — Не бурчи, — сказал парень оторвавшись от девушки, и чмокнул её в лоб. — Ладно, живи пока, — пробурчала рыжая, обращая своё внимание на вошедших в Большой зал друзей. Драко и Гермиона шли держась за руки и что-то оживлённо обсуждали. — Так, а вы где за завтраком были?! — Не ворчи Джинни, мы проспали, — сказала слегка покраснев Гермиона, и села рядом с подругой. — Проспали они, конечно. Наверняка и не ложились, — хихикнул Джордж, но опять заткнулся увидев гневный взгляд подруги. — Мерлин, никто шуток не понимает. Все за столом дружно засмеялись с этой реплики. А Гермиона и Драко смущённо переглянулись. — Так, всё, хватит, — подорвалась Джинни. — Нам с девочками пора. — Куда? — Гермиона удивлённо уставилась на подругу. — Как куда? Покупать платья. — Может не… — увидев как подруга недовольно подняла брови, Гермиона решила что лучше не спорить. — Платья так платья.

***

Шопинг с Джинни Уизли — страшнее любой войны. Это Гермиона поняла меряя уже восьмое платье. — Ну нет, оно совершенно тебе не подходит. Ты в нём похожа на старую ведьму! — возмущалась рыжая. — Всё закрыто, зажато. Нужно что-то пооткровеннее. — С моими шрамами нельзя носить что-то откровенное, — в сотый раз повторила Грейнджер, рассматривая себя в зеркале. Хотя, она не отрицала, что платье ей не подходит. — Гермиона, ты — героиня войны, самая умная ведьма столетия. Твои шрамы показывают насколько ты отважная. Так носи их с гордостью! — взорвалась Уизли. — А если ты уже так переживаешь, то спрячем их магией. На всю жизнь конечно не получится, но на один день точно сможем. Гермиона устало вздохнула и посмотрела на себя в зеркало. Спорить с подругой уже не было сил. Она внимательно осмотрела своё отражение. Даже в этом жутком платье были видны её шрамы. Как бы люди ни старались, чтобы ей не говорили — она никогда не сможет нормально относиться к этим меткам. — Как насчёт этого? — спросила Полумна держа в руках красивое платье персикового цвета. — А это то что нужно! — Джинни схватила платье и затолкала Гермиону примерочную. Да. Платье действительно было идеальным. Нежное, аккуратное, в пол, без лишних деталей. Впервые за весь шопинг, Гермиона улыбнулась своему отражению. Единственный минус — шрамы, которые было хорошо видно из-за довольно открытого платья. — Ты шикарна, — у юной Уизли буквально отвисла челюсть. — Будь я мужчиной — мигом бы женилась на тебе. — Согласна, — закивала Полумна.  — Ну, — вздохнула Грейнджер. — Значит берём. Полумна, как маленький ребёнок, счастливо захлопала в ладоши. Она как и Гермиона ненавидела шопинг. В Джинни, от такого жеста подруги, недовольно закатила глаза. — Рано радуешься, — довольно протянула рыжая. — Нам ещё туфли выбирать.