Тайна дома Ким

— Чимин, стоять! — скомандовал Хосок, нагоняя младшего уже за воротами учебного учреждения. Чимин с досадой опустил голову, так как ему оставалось всего несколько метров до машины, но видно лимит его удачи закончился парой секунд раньше. — Что это там у тебя такое большое? Что ты задумал? — Хён, ничего особенного. Мне бежать надо, хён. Я тороплюсь, — Чимин пятился к машине, надеясь, что его отпустят, но Хосок наоборот схватил за руку и строго проговорил: — Никуда не отпущу тебя, пока не покажешь, что ты там прячешь. — Ну, хён, — скривился Чимин, чувствуя всю безысходность ситуации. Сцены не миновать, а ведь он мог её избежать, если бы не засмотрелся на репетицию местной танцевальной группы во дворе университета. Хосок крепче сжал руку младшего, придвигая его к себе, и Чимину ничего не оставалось, как спустить уголок пакета на плоском предмете, который он прижимал к груди. Хосок от удивления округлил глаза, разглядывая коричневую доску с нарисованным месяцем и звёздами в углу. Он спустил пакет ещё дальше, замечая слово «Нет» и ряд букв, написанных в алфавитном порядке. — Чимин, это что? — в ужасе прошептал Хосок, позже повышая голос. — Спиритическая доска? Зачем она тебе нужна? Ты же говорил, что в доме спокойно! Ты мне каждый день улыбаешься и рассказываешь, что всё хорошо и прекрасно в доме Ким, а у самого синяки под глазами растут. Ты и недели там не работаешь, а уже труп напоминаешь. — Хён, ты опять преувеличиваешь. Я просто плохо сплю, так как часто приходиться проверять Тэхёна. А синяки мне даже идут. Смотри, какой красавчик, — расплылся в улыбке Чимин, незаметно делая шаг назад. — Хотя я купил маску для лица и уже после двух применений она вернёт мне мою прежнюю красоту. — Ты мне зубы не заговаривай! — вскипел Хосок. — Если б ты знал, как я жалею о том, что вообще заикнулся об этой работе. Я очень переживаю за тебя. Что ты задумал? С кем ты собрался общаться? И где ты раздобыл эту доску? — В интернете найдётся всё. Правда, мне пришлось потрудиться в её поисках, ведь это в Америке они на каждом углу, а у нас такая вещь редкость. Хён, ты не переживай за меня, я в порядке. Я поеду. — Нет, я тебя никуда не отпущу. Я позвоню Сокджину-хёну и скажу, что ты работать у них больше не будешь. — Хён… — Чимин вовремя прикусил язык, так как то, что он хотел сказать сейчас точно бы обидело Хосока, но в этом он и был весь: безумно переживает за тех, кого любит и пытается уберечь всеми силами. Вместо этого Чимин быстро вскинул руку, указывая пальцем за спину Хосока, и выкрикнул: — Смотри, тебя профессор Хван зовёт! — Что? Как зовёт? Я же ему всё сдал… — Пока Хосок пытался разглядеть в толпе студентов названного профессора, Чимин юркнул в машину и торопил водителя криками и хлопками по спинке переднего сидения, чтобы он быстрее ехал. Хосок мгновенно сообразил, что его провели и побежал за автомобилем, который выруливал с парковки: — Чимин, остановись, слышишь?! Чимин! Чимин обернулся и увидел как Хосок с досадой топнул ногой, достал телефон и набрал чей-то номер. Хотя чего тут гадать, точно звонит старшему Киму. Чимин сел нормально на сидении, положил доску рядом с собой и достал телефон, где быстро написал сообщение: «Прости, хён. Я не хотел обижать тебя». Чимин по своему оберегает старшего. Ему совсем незачем знать, что за эти четыре дня Чимин многого натерпелся. Его вещи постоянно перемещаются по комнате, а некоторые пропали с концами. В душе постоянные температурные перепады, которые то обжигают кожу кипятком, то леденят, что аж зуб на зуб не попадает. И происходит это всё внезапно, что заставляет его каждый раз кричать на весь дом. Свет постоянно мигает и тухнет. Позавчера Чимин выяснил, что эта напасть была только в его комнате, хотя стоило ему перейти в другую, как и там начиналась эта ерунда. И каждый раз он просыпается в другом месте. После того, как висел в воздухе, он проснулся в библиотеке на первом этаже, хотя Намджун всегда закрывает её на ключ, так как сам ухаживает за старинными книгами и никого туда не пускает. Следующее за этим происшествием утро Чимин встретил в собственном шкафу, потом очутился в винном подвале, где было прохладно и темно, а сегодня проснулся в огромной оранжерее за домом, в которой бродил ещё целый час, так как не мог найти выход в лабиринтах разбитых цветников с разнообразной красотой. Над ним явно издеваются. Причём Чимин не мог понять, как его могли перенести так далеко от его спальни, ведь он всегда спит чутко и просыпается от малейшего шума. И это не учитывая мелкие происшествия: внезапно завяжутся шнурки на кроссовках крепким узлом; потечёт в руках обычная ручка, которая никак этого не может сделать, как ты не старайся; зубная паста прямо на глазах окрашивается в разную цветовую палитру с преобладанием чёрного и красного цветов; вместо капельки жидкого мыла выливается вся бутылка, забрызгивая собой всю ванную, из-за чего потом самому Чимину приходилось её вымывать, так как стыдно было перед горничной, и прочее, и прочее. Не удивительно, что у него синяки под глазами цветут, как васильки в поле. Но всё это прекращалось, стоило Чимину войти в спальню Тэхёна. Там не летали предметы, не мигал свет, не вскипала вода в кране, не вздыбливался внезапно ковёр под ногами. Там было тихо и спокойно, лишь сквозняк проходил при закрытых окнах и шёпот слышался. Чимин даже подумывал ночевать в комнате Тэхёна, ведь братья не запрещали этого. К тому же там есть уютный диванчик, на котором Чимин свободно уместится вместе со всеми мягкими игрушками, обитающими на нём. Его мысли прервались, когда автомобиль въехал на территорию Ким. Чимин поблагодарил водителя, выбрался из машины и направился в дом, прижимая к себе доску. Он совсем не удивился, когда прямо в холле встретил обоих братьев, которые явно его поджидали. Какая честь. Намджун стоял чуть дальше, облокотившись о перила внизу лестницы, и скрестил руки на груди. Сокджин был ближе к дверям и что-то листал в телефоне, но тут же его убрал, стоило войти Чимину. Он взгляд не сводил с предмета в пакете, который к себе прижимал младший. Сокджин облизнул губы и тихо спросил: — Чимин, что там у тебя в пакете? — Хённим, вы же прекрасно знаете, что там. Хосок-хён вам давно уже позвонил и всё рассказал. Я удивляюсь, что он следом за мной не поехал, наплевав на важную пару. Это уиджа или попросту говоря — спиритическая доска, — пояснил Чимин, доставая прямоугольную доску из пакета. Он вручил её Сокджину, который с интересом разглядывал буквы и рисунки на ней, а сам снова полез в пакет и достал планшетку-указатель вытянутой каплевидной формы с выпуклым стеклом посередине. — И ты хочешь использовать её здесь, в нашем доме? — уточнил Сокджин, выглядывая из-за доски. — Да. Я хочу узнать, кто этот призрак и что ему нужно, — твёрдо сказал Чимин, бесстрашно смотря на старшего. — А если я не разрешу тебе этого сделать? Возьму и выгоню тебя вон отсюда, испортив рекомендации, — сказал Джин. — Я выполняю все свои обязанности по отношению к Тэхёну. Я хорошо о нём забочусь, и у вас не было претензий. А выгонять меня по такой причине вы не будете, так как это глупо, а вы человек умный. К тому же это реальный шанс узнать что-нибудь о Тэхёне и о том, что его держит на той стороне. И вообще в духе ли причина. Вы ведь сами этого хотите. Сокджин беспомощно оглянулся на Намджуна, и тот подошёл к брату, обнял его за плечи и сказал: — Отдай ему доску, хён. Пусть делает, что задумал. Я думаю, хуже от этого не будет никому. Да ты и сам подумывал об этом, я точно знаю. Джин кивнул, вернул доску Чимину и сказал: — Ладно, Чимин, но я хочу присутствовать во время сеанса. — Я бы хотел сам всё сделать, — наклонил в сторону голову Чимин. — Он контактирует только со мной. Изводит, издевается, пытается выгнать, и я думаю, что и общаться захочет со мной. Скажите, камера в комнате звук передаёт? — Братья кивнули, и Чимин улыбнулся: — Прекрасно. Если вы не против, то я бы хотел, чтобы вы наблюдали за мной через камеру. — Что-то мне перестаёт это всё нравиться, — поёжился Сокджин, обхватывая себя руками. — Это Хосок виноват со своими истериками. Ты сейчас хочешь провести сеанс? — Да, незачем тянуть, ведь неизвестно, что выкинет дух в следующее мгновение. Я только переоденусь и умоюсь. — Он или до безумия храбрый, или дурак, — пробормотал Сокджин после ухода Чимина, обнимая Намджуна, и укладывая голову ему на плечо. Намджун стиснул брата в руках, даря ему своё спокойствие. Джин всегда подпитывался им от уравновешенного и рассудительного Намджуна, который постоянно был рядом и помогал дельным советом, как будто был древним стариком, а не младше на два года. — Не волнуйся, я уверен, что всё будет хорошо. Пошли в кабинет, а то всё пропустим. Братья направились в кабинет, где Намджун настроил камеру так, чтобы на экране были видны сразу несколько окошек с различным зумом. Минут через пять в спальню вошёл переодетый в форму Чимин с доской. Он положил её на аппарат ИВЛ, после чего проверил Тэхёна, поднял кровать в полусидячее положение, напоил его водой, а потом посмотрел прямо в камеру. Братья заметили как Чимин вытер потные ладошки о свои штаны, явно нервничая, а потом взял доску и сел по-турецки на пушистом ковре, боком к камере и лицом к Тэхёну. Доску он положил на ковёр перед собой и некоторое время вертел планшетку в руках, настраиваясь. Вскоре Чимин сделал глубокий вдох, а затем решительно положил указатель в середину доски и устроил свои пальчики обеих рук по его краю. Некоторое время он молчал, собираясь с мыслями, а потом громко проговорил: — Дух, ты здесь? — наступило долгое молчание, во время которого ничего не происходило, разве что все взмокли от волнения: и Чимин, и наблюдатели. — Если ты здесь, дай мне знать. Неожиданно зашевелились тяжёлые портьеры на окне, отчего у Чимина крупные мурашки пробежались по коже. Он облизал пересохшие губы и прохрипел, после чего откашлялся, продолжив: — Я имел ввиду… хотел бы с тобой пообщаться. С помощью этой доски. Я задаю вопросы, а ты отвечаешь. Итак, я повторю вопрос: дух, ты здесь? И снова ничего. Чимин скривился от досады, и хотел снова повторить вопрос, когда планшетка неожиданно дёрнулась, сдвигаясь к слову «Да» в верхнем левом углу. Чимин отдёрнул руки, поднимая их вверх, и воскликнул: — Вау! Я думал такое только в фильмах работает! — он тут же спохватился, возвращая руки на указатель, и задал новый вопрос: — Ты Тэхён? Планшетка плавно переместилась в правую сторону, отрицательно отвечая на вопрос. Чимин даже растерялся, хотя допускал мысль, что это может быть посторонний призрак. — Я думал ты Тэхён. Ты же Тэхён, верно? — планшетка снова упорно ткнулась в короткое слово «Нет». — Ладно, я понял, ты не Тэхён. А кто ты? Указатель задвигался по буквам, и Чимин внимательно следил за ним, шепча их про себя, собирая в слова: «Не важно». — Что тебе нужно? — буквы сложились в имя Тэхёна. Чимин вскинул брови и спросил: — Зачем он тебе? «Он мой» — Чимин даже смог предугадать этот ответ. — Где Тэхён? — был следующий вопрос. «Со мной» — тут же последовал ответ. Чимин задумался на мгновение, а потом проговорил: — Ты не хочешь называть себя. Ты присвоил себе Тэхёна и не отпускаешь его. Ты мучаешь его, держа в таком состоянии. Отпусти его. На Чимина внезапно пахнуло горячим воздухом, отчего у него волосы поднялись, как в рекламе фена, и он закрыл лицо руками, а потому услышал, а следом и увидел, как планшетка сама задвигалась по доске, повторяя одну и ту же фразу, вскоре ускоряясь: «Он мой. Он мой. Он мой. Он мой. Онмой. Онмой. Онмой. Онмойонмойонмойонмойонмой» Чимин оцепенел от страха и не отрывал глаз от обезумевшего указателя, двигающегося по доске. После нескольких мгновений этого сумасшествия, планшетка вспыхнула ярким пламенем и загорелась. Чимин тут же бросился к стулу, схватил полотенце и накрыл им огонь, посмотрев на Тэхёна. Глаза его были открыты, что вызвало очередную серию нервной дрожи по телу Чимина, и голова была повёрнута в сторону ковра и доски, хотя Чимин точно помнит, что до начала сеанса он устроил её на подушке прямо. Парень готов был поддаться панике и ужасу, когда в комнату вбежали братья, чуть-чуть успокаивая тем самым расшалившиеся нервы. — Чимин, ты в порядке? — поинтересовался Сокджин, в то время как Намджун осматривал брата. — Да. Вы заметили, когда Тэхён повернул голову? — спросил Чимин, сжимая трясущиеся губы. — Что? Нет, он так и лежал всё время. — Нет. Я точно помню, что оставил его в другом положении. Когда он открыл глаза? Когда повернул голову? — Чимин задавал вопросы, а сам чувствовал подступающие слёзы. Видно нервное напряжение последней недели сказывается. — Тихо, тихо, Чиминни, всё хорошо, успокойся, — Джин обнял трясущегося парня, и гладил его по голове и спине, ожидая, когда он затихнет. Через пару минут Чимин вытер лицо, смущённо поблагодарил старшего за поддержку, и спросил: — А ваша камера записывает? Можно посмотреть видео? — Да, пойдём, посмотрим, мне тоже интересно стало. Они втроём вышли из спальни и направились в кабинет. В одной из комнат на втором этаже они увидели дворецкого Ли, который следил за сменой тяжёлых портьер и красивых штор на большом окне, и Джин попросил его посидеть с Тэхёном некоторое время. Размещаясь за столом в кабинете, парни увидели, как дворецкий аккуратно обошёл спиритическую доску, поглядывая на неё как на грязную лужу посреди дорогого ковра, проверил Тэхёна, поправил ему подушку, а потом подставил стул к его постели и сел, беря в руки книгу и начиная читать. Намджун на компьютере открыл папку с файлами видеокамеры, нашёл нужное видео и включил его, выискивая тот отрезок, который им нужен. Он объяснил Чимину, что видео автоматически сохраняется на сервере с интервалом в два часа и что за все эти два года они не удалили ни одного видео. Чимин заметил, что с его везением он бы наделал кучу копий, на что Намджун его заверил, что сервер находится в месте, где призрак, явно привязанный к дому, его не сможет испортить. Они просмотрели весь сеанс два раза, и Чимин каждый раз покрывался мурашками, когда видел момент, в котором Тэхён повернул голову и открыл глаза именно тогда, когда планшетка сошла с ума. Режиссёры фильмов ужасов в такой момент обязательно бы добавили скример или жуткий звук, чтобы вызвать ещё больший ужас у присутствующих. Никаких силуэтов, свечений, теней, помех, искажений на видео не было видно. Портьеры сами двигались, планшетка тоже, и голову Тэхёна никто не поворачивал, отчего становилось ещё страшнее. Парни сидели молча, переваривая и обдумывая недавние события, а потом Чимин тихо попросил: — Можно я сегодня буду спать в комнате Тэхёна? Не хочу проснуться где-то в помойке. — Да, конечно, — кивнул Сокджин. — Ужинать пора. Мама нас ждёт. — Я не голоден. Пойду к Тэхёну. — Чимин направился к двери, а потом повернулся и сказал: — Простите, что лезу не в своё дело, но… ваша мама… она навещает Тэхёна? — С самого начала в больнице она постоянно была с ним, сама ухаживала за ним, — Сокджин грустно улыбнулся. — Отец искал самых лучших врачей, привозил их на консультации, но они ничего не могли обещать. Через три месяца после аварии папино сердце не выдержало, и он умер. У него и раньше с ним были проблемы, но случившееся с Тэхёном подкосило его. Мы тяжело пережили его смерть, особенно мама. Она продолжала ухаживать за Тэхёном, но часто начала плакать, и иногда впадала в апатию. А потом, когда мы перевезли Тэхёна домой, она полностью замкнулась в себе. Всё время молчит, мало спит, постоянно смотрит в окно и ни на что не реагирует. Врачи обозвали её состояние слишком заумным термином, которое никак не поддаётся лечению. Получается у нас два члена нашей семьи в коме: Тэхён прикован к постели, а мама находится в вакууме, где для нас совсем нет места. — Вы водили её к Тэхёну? — Да, но результата не было никакого. Ей это больше не интересно, — грустно констатировал факт Джин. Намджун отвернулся, скрывая хмурое лицо, а Чимин извинился, поклонился и вышел. Братья немного помолчали, а потом Джин уверенно проговорил: — Если всё дело в духе, то необходимо позвать человека, который может прогнать его. — Хён, неужели ты веришь во всю эту чепуху? — скептически осведомился Намджун. — Все маги и колдуны это лишь прохвосты и обманщики, наживающиеся на отчаявшихся людях. — На Земле живут люди, у которых действительно есть настоящий дар, и нам необходимо их найти. Этот дух переходит уже все границы. Я не хочу иметь на своей совести смерть Чимина. Он хороший парень и просто так не отступит, как бы ни истерил Хосок. Мы и так долго его терпели. Я хочу вернуть Тэхёна, слышишь, Намджун? Я хочу снова увидеть его улыбку, услышать его голос. Я так скучаю по нему. И мама… может быть мама тогда тоже придёт в себя. — Я тоже этого хочу, — отозвался Намджун. — Я промониторю интернет и постараюсь найти нужного нам человека. Это займёт время. Пошли, хён, в столовую. Мама уже ждёт. Чимин в это время готовился кормить Тэхёна. Нежно касался его лица, разминал пальцы и руки, помассировал шею и плечи. Кормление пришлось прервать, так как появилась необходимость переодеть Тэхёна и сменить ему постельное. Через два часа после еды, Чимин сделал массаж всего тела, используя ароматное масло, которое впитывалось в кожу и увлажняло её. Выполняя массаж, Чимин ни о чём не думал, сосредоточившись лишь на своих действиях. Сделав финальные поглаживания по спине, Чимин оставил его лежать на животе и ушёл мыть руки. В ванной он уже спокойно отреагировал на покрасневшую прямо на глазах мыльную пену, вытер руки о ставшее вдруг жёстким полотенце, и вернулся к Тэхёну, чтобы надеть на него пижаму и удобно уложить в постели. Чимин направился в свою спальню, чтобы взять учебники и тетради, так как ему необходимо было подготовиться к завтрашним парам. Он успел поднять с пола свой рюкзак, когда вдруг услышал тихое шуршание за спиной. Повернув голову, он с ужасом увидел собственное одеяло, которое поднялось вертикально над кроватью и двинулось к нему явно не с целью нежно укутать в свои мягкие объятия. Чимин бросился к двери и ударился о стену, после чего скользнул в комнату Тэхёна и захлопнул дверь, навалившись на неё. Он услышал глухой удар с той стороны и вздрогнул, после чего осторожно выглянул в коридор и увидел валяющееся одеяло на полу под дверью. Чимин быстро затащил его в спальню, и положил на диван, удобно устраиваясь на нём, сложив игрушки в стороне. Он упорно готовился к занятиям, несколько раз проверил Тэхёна, сходил в туалет и снова уселся за конспекты, а вскоре его сморил сон. Внутренние часы сработали без опозданий, и Чимин утром проснулся в своё обычное время. Ему было тепло и уютно, как будто его обнимал любимый человек, и совсем не хотелось вылезать из-под одеяла. Когда эта мысль окончательно сформировалась в голове Чимина, он распахнул глаза и уставился в потолок. Он повернул голову к Тэхёну и не заметил изменений в нём, зато боковым зрением увидел, что его книги и тетради, в которых он ночью уснул, лежали на полу аккуратной стопкой, ещё и карандаш был сверху. Чимин рывком поднялся, усаживаясь на диване, и тёплое ощущение чужих объятий мгновенно испарилось. Он выбрался из одеяла, подбежал к Тэхёну и принялся раздевать его, снимая грязное бельё. Утренние процедуры Чимин закончил бритьём, после чего открыл балкон и вышел на него, вдыхая свежий воздух. Было бы хорошо погулять на улице с Тэхёном. Странно, что дух ещё не проявился, обычно он активничает с самого утра. Чимин с опаской вошёл в свою комнату, среди уже обычного вороха своей одежды достал лёгкий джемпер и джинсы, успел поймать летящий в него же собственный телефон и быстро выбежал обратно в спальню Тэхёна. Пока Чимин в ванной переодевался, в комнату вошёл Сокджин и подошёл к брату. — Здравствуй, Тэхён-а. У меня для тебя замечательная новость: через пару дней приезжает Чонгук. Он написал, что обязательно тебя навестит, ведь ради этого он и едет сюда. О, Чимин, доброе утро. Как спалось? — Замечательно, спасибо. Впервые за последнее время я реально выспался, — улыбнулся Чимин. — Простите, хён, вы сказали, что Чонгук приезжает. Это ведь лучший друг Тэхёна? — Да. Тэхён, Чонгук и Марк дружили с детства. И хоть Чонгук младше Тэхёна на пару лет, но это не мешало им дружить. После аварии родители Чонгука забрали его в Америку, и там теперь он живёт и учится. Это впервые за два года он приезжает. Да, кстати, сегодня же электрики будут работать и будет шумно. Я останусь дома, поэтому в университет тебя отвезёт водитель. Ты готов? Иди, позавтракай, он тебя уже ждёт. Чимин спустился на кухню, где тётушка Ри, весёлая ласковая женщина, работающая поваром в этом доме уже лет тридцать, накормила его потрясающим супом с копчёными рёбрышками. В холле Чимин увидел Намджуна, окликнул его, поздоровался и сказал: — Господин Ким, я бы хотел вывезти Тэхёна в сад, погулять с ним между деревьев, показать ему ваши красивые цветы. Можно это сделать? — А смысл? — резонно спросил Намджун. — Балкона мало? — Да, мало. Я бы хотел, чтобы Тэхён почувствовал под ногами траву, вблизи вдохнул аромат цветов. Во вред это никому никогда не шло, наоборот даже полезно. — Ладно. Вывози его на улицу. Но рядом с тобой будут помощники. — Да, конечно. А как мне это сделать? Я же не смогу сам его вниз спустить. — Сообщи дворецкому Ли о своих планах, он позовёт нашего садовника, который и поможет снести Тэхёна вниз, — Намджун задумчиво уставился на Чимина, отчего он в смущении отвёл глаза. — За всё это время ты первый, кому вообще пришло в голову вынести Тэхёна на улицу. Даже мы с братом ни разу об этом не подумали. Я уверен, хён не будет против. До вечера, Чимин. Чимин тоже попрощался со старшим, слегка ему поклонился и вышел на улицу, где его уже давно ожидал водитель. В университете ему пришлось извиняться перед надувшимся на него Хосоком, а потом в знак извинения в подробностях всё ему рассказать. — Я даже подумать не мог, что твоё увлечение ужастиками и паранормальными явлениями доведёт до такого, — скривив губы, проговорил Хосок. — Нормальные люди бегут из этого дома, а ты наоборот, наслаждаешься всем происходящим. — Странно, что ты больше не отговариваешь меня от работы там, — заметил Чимин. — Это бесполезно, я уже смирился. Ты упрямее мула, хотя я очень волнуюсь за тебя. — Хён, ты своими опасениями заражаешь всех вокруг. Даже Сокджин-хён поддался вчера панике из-за твоей истерики. — Да, нехорошо получилось. Надо будет извиниться. В особняке Ким полным ходом кипела работа. Бригада электриков и монтёров сменили все розетки, выключатели и распределительные коробки. На первом и втором этажах заменили саму проводку, которая была проложена не в стене, а в углах между потолком и стенами под плинтусом. Отдирать его не пришлось, так как электрики легко протягивали провода под ним. К вечеру рабочие перебрались в подвал, где заканчивали замену электрощитка. Вечером Чимин пощёлкал выключателем в своей комнате и с улыбкой смотрел на нормально работающую лампочку. Какая прелесть. Оставшееся время прошло спокойно, даже зубная паста была обычного белого цвета, и Чимину удалось помыться, не испытав на себе адские перепады температурного режима воды. Утро снова началось с приятного ощущения невидимых объятий. Если б Чимин знал, что на этом диванчике так удобно спать, то сразу бы поселился на нем. Закончив привычные и так необходимые Тэхёну утренние процедуры, Чимин спустился к завтраку. Сегодня была суббота, спешить ему в университет не надо было, поэтому он завтракал неторопливо, слушая болтовню тётушки Ри. Чимин рассмеялся над её смешной историей из жизни братьев Ким и взял в руки чашку со сладким кофе, намереваясь сделать глоточек. Чимин не любил горячий напиток и специально ждал, когда он остынет. Кружка была еле тёплая, и он уже поднёс её к губам, когда неожиданно жидкость забурлила, обжигая губы. Тётушка Ри тут же засуетилась вокруг парня, подавая ему холодную воду и ругая противного призрака, который осмелился доставать такого замечательного парня, как Чимин. Её ругань явно не понравилась духу, так как в то же мгновение с оглушительным грохотом разлетелись по всей кухне многочисленные сковородки тётушки, которые она всегда тщательно вычищала до блеска и складывала на столе у стены. Женщина в ступоре замерла, совсем не ожидав этого, ведь раньше дух себе такого не позволял. Проявлялся только на верхнем этаже, не трогая других обитателей дома, особенно тех, кто долго в нём жил и работал. На шум сбежались горничные и дворецкий, которые быстро навели порядок на кухне, а тётушку Ри напоили успокоительным. Чимин извинился перед ней и сказал, что это из-за него всё произошло. Когда все успокоились, Чимин отвлёк дворецкого Ли и сказал, что хочет вывезти Тэхёна в сад. Он явно получил уже инструкции от старших братьев, поэтому согласно кивнул и сказал, что позовёт работников. Чимин поднялся наверх, подготовил Тэхёна к предстоящей прогулке, надев на него футболку и спортивные штаны. На улице было тепло, поэтому он ноги младшего обул лишь в лёгкие тапочки без задников. Чимин закрепил Тэхёна в ремнях и с их помощью перенёс тело в коляску. Усадив его и закрепив, он вывез его из комнаты, направляясь к лестнице, где его уже ждали дворецкий, садовник, большой по комплекции дядя, и молчаливый водитель. Вместе они быстро снесли коляску с Тэхёном в холл, и Чимин последовал за дворецким, указывающий ему дорогу в сад. Ласковый ветерок тут же прошёлся лёгким прикосновением по лицам парней, вызывая улыбку. Чимин направил коляску по дорожке вглубь сада и не спеша двигался, жмуря иногда глаза на солнышко. Он подвозил Тэхёна к красивым клумбам, опускал его руку на бутоны цветов, гладил ими его кожу, и подносил к лицу, озвучивая всё, что делал. Ему было спокойно здесь и он впервые поймал себя на мысли, что не чувствует тягостного присутствия неизвестного. Через некоторое время Чимин направил коляску прямо на газон, снял тапочки с ног Тэхёна и поставил их на траву. Он гладил неподвижные ноги, имитировал шаги, чтобы травка щекотала стопы, а потом просто оставил его так на пару минут. Всё это время за ними постоянно наблюдали не только работники дома, но и братья Ким, стоявшие возле окна в одной из комнат второго этажа. Чимин посидел немного прямо в траве, а потом поднялся, отстегнул ремни и подхватил Тэхёна под подмышки, поднимая его из кресла. Они оба завалились на землю под тяжестью безвольного тела младшего, и Чимин больно ударился ягодицами и плечом, принимая вес чужого тела на себя. Тут же подбежал дворецкий Ли, но Чимин заверил, что всё в порядке, проверил руки и ноги Тэхёна, а потом попросил помочь перевернуть его на спину. Он усадил его между своих ног, укладывая спиной к себе на грудь, а голову на плечо, обнял, удерживая за живот, а руки младшего положил по бокам на траву. Они сидели как раз под цветущим кустом парковой розы, в народе именуемой шиповником, и дышали его потрясающим ароматом. Чимин подтянул Тэхёна сильнее на себя и прижался щекой к его голове. Он рассказывал обо всём, что видел перед собой: о зелёных травинках, о красивых цветах, о нераспустившихся бутонах, о муравьях и жуках, ползающих в траве, об облаках, плывущих в голубом небе. Взяв руку Тэхёна в свою, он его пальцами водил по траве. Чимин даже песенку детскую пропел про маленького жучка. Неожиданно на лицо Тэхёна села божья коровка и Чимин звонко рассмеялся, сказав, что это хороший знак. Они долго так сидели, и Чимин всё время обнимал Тэхёна, поняв, что сам не хочет прерывать это занятие. Вскоре Чимин вздохнул, сказав, что пора возвращаться в дом, но напоследок снова прижался к щеке Тэхёна, и неожиданно ощутил влагу на ней. Он заглянул в лицо младшего и увидел одинокую слезу, скатившуюся по бархатистой коже. — Чимин, пора в дом, — раздался над головой голос Сокджина, отчего парень вздрогнул. — Хён, смотри, он плачет. Джин пару мгновений смотрел на влажную дорожку на родном лице, а потом нежно стёр её большим пальцем, осторожно подхватил Тэхёна на руки и отнёс к креслу. Чимин придерживал коляску, пока в ней устраивали парня, а потом пошёл рядом с Джином, который сам вызвался её катить. — Надо будет чаще выбираться на улицу. Завтра повторим, — сказал Джин, вызвав улыбку у Чимина. Садовник помог поднять коляску с Тэхёном на второй этаж, и Чимин с Джином направились в спальню Тэхёна. Они вместе его уложили, сделали необходимые процедуры, напоили водой, а потом Джин отправил Чимина привести себя в порядок и переодеть испачканную форму. Чимин вышел из комнаты и подошёл к своей двери, когда боковым зрением увидел какое-то движение в конце коридора. Там было темно, несмотря на большое окно и всегда включенные настенные бра, и как будто тени клубились. Вскоре тень приобрела форму человеческого тела, но продолжала расти и начала приближаться к Чимину, который в ужасе стал отступать назад. По тёмному дымчатому силуэту пробегали искры, которые сливались в голубые разряды молнии, и вскоре полностью окутали его. Треск стоял громкий, слышно было на весь дом. Чимин сквозь этот шум услышал голос Джина, который звал его и стучал в закрытую дверь спальни Тэхёна. За спиной была лишь лестница, но Чимин понял, что не может пошевелиться, так как тело его не слушалось. Как рокот грома, стены дома сотряс оглушительный рёв: — Он мой! Он мой! Не трогай его! Пошёл вон! И в этот момент сформированная из разрядов молний и электрического тока круглая сфера вылетела из середины силуэта и направилась прямо в Чимина, который, оглушенный силой удара, полетел прямо вниз с широкой, длинной и красивой лестницы, которой до этого так восторгался.