Do you love me now?

Только сейчас я понял, что окно слишком открыто. Мы ехали под 100 — 120 км/ч, и ветер хлестал меня по лицу. «Свежесть». Сразу приходит на ум. Такой сильный ветер, что я не успевал дышать. Я не слышал разговоры в машине, только шум, как будто я летел в самолёте без крыши. «Завтра у меня будет звенеть в ушах». Я не выдержал и отвернулся в левую сторону и глубоко вобрал воздуха. Она повторила за мной. — Хватит повторять за мной. — Так как я говорю? — Забудь и всё. — Ладно, Куки. Миён замолчала и я достал наушники. Только я прикрыл глаза, как по прикосновениям к моему уху чужими пальчиками, я понял, что эта девчонка взяла один мой наушник. По своему́ обычаю я конечно же покряхтелл, но не забрал назад. Так мы добрались до Ульсана. Уже вечерело, мамы и мистер Пак пошли по магазинам, а мы остались в снятых апартаментах, и я, как всегда за старшего. Если уже говорить по правде, то мистер Пак и сам не горел желанием идти с ними по магазинам, но ради их безопасности, пришлось. Время приближалось к 24:00 и я по обязанностям старшего отправил младших спать. Квартира была размером с президентский люкс, и половина отдалась нам с матерью. У каждого по две комнаты, по две ванны и одной кухни. Но всё равно место было слишком много. Я отправился в свою часть квартиры, они в другую. У меня была бессонница. Я встал с кровати и направился в нашу кухню. Точное Ульсанское и Сеульское время — 01:03. «Я смог уснуть и поспал час с небольшим или всё-таки я просто лежал в кровати?». Было невыносимо жарко и я снял толстую хлопковую майку. Я принёс свой ноутбук и заварил рамен быстрого приготовления, который к счастью моего урчащего желудка был найден в рюкзаке, как и ноутбук. В кромешной темноте зажёгся экран монитора и осветил мою верхнюю часть тела и часть кухни. Зрачки от резкого потока света сузились и я мгновенно отвернулся назад, в темноту. Я решил насладиться своим любимым делом, которые точно поможет мне уснуть — редактирование видео. Глаза привыкли и я просидел до тех пор, пока живот внутри не сузился до размера двух пальцев. Я встал за раменом, который всё так же верно, несмотря на время был горячим. Одной рукой я оперся на столешницу кухни, другой рукой, вооружившись палочками для еды, начал подносить ко рту. Блаженный вкус, и не важно, что это быстрого приготовления, который делают непонятно из каких вредных ингредиентов, но это было чёртовски вкусно. Я услышал шорох позади меня и знал, кто это крадётся. — Ты чего тут забыла, мелкая? — не поворачиваясь назад спросил я, — не слышу ответа, — и снова запустил очередную порцию в рот. — А ты чего не спишь? — фигура подошла ближе. — Ну не спится мне, и что? — я повернул голову в левую сторону, где она стояла. Миён стояла и смотрела на меня. На себя она зачем-то накинула белую простыню, волосы свисали с плеч. Она стояла босиком на теплом полу. В руках она зажала два конца простыни, чтобы они не ползли за ней, когда она ходит. Из левой ладони она переложила конец 'мантии' в другую и теперь, освободившееся рукой полезла к моей правой ладони, держащей палочки с раменом. Она взяла мою ладонь в свою, придвинула к своему рту и я положил ей в рот лапшу. Но ей, как всегда показалось мало и она отобрала палочки и продолжила есть. Ещё одна порция, ещё и ещё одна, теперь уже я проголодался. Взял её маленькую теплую ладонь и положил лапшу себе в рот. — Ну ты и…айщщ, — она засучила простыню и маленькими пальчиками убрала кусочек лапши с моего подбородка. Она вдруг улыбнулась, глядя мне в глаза. — Сделаешь для меня кое-что? Я медленно дожевываю и улыбаясь, спрашиваю: — И что мне для тебя сделать? — Сделай своего фирменного, пожа-а-алуйста. Сначала, моё лицо оставалось непоколебимым, но спустя 3 секунды после услышанного, я замахал головой, восклицая: — Я не буду этого делать! Мне уже не одиннадцать, чтобы я такое делал! — Но у меня уже есть небольшая коллекция фотографий с моим любимым Крольчонком! Ты ведь мне как брат (!), почему ты не хочешь обрадовать свою сестрёнку? Я помедлил. Она и вправду для меня больше чем друг. — как я тебя ненавижу, — тихо выговорился я, отвернувшись в правую сторону, скрывая ей своё лицо, — Бери камеру, дружок. Она взяла мой телефон и, приготовившись снимать встала с левой стороны. — Я готова… кролик. — Это унизительно, и хуже того, как ты меня называешь… — Не-е-т, это мило~. И ты сам виноват, потому что начал показывать мне кроликов. Ты очень милый, когда ты делаешь это~~~. — Ырхрр. И это только потому, что ты попросила. Никогда я не буду больше это делать, ни-ког-да. — Будешь, для меня всегда будешь, ты не способен мне отказать. — Майку одеть? — Делай давай уже! Я положил палочки для еды на столешницу, на которой помимо всего прочего был недоеденный рамен и 3 новые пачки. Я сжал ладони в кулачки и поднял руки так, что они оказались на уровне ключиц. «Ненавижу эгьё». Немного вытянул губы, верхняя губа приподнялась, а нижняя опустилась, обнажив передние зубы. Немного наклонил голову на левое плечо. Она говорит, что я так похож на кролика. Щелчок камеры, и я свободен. — Ненавижу тебя за это. Миён улыбнулась, не отрываясь от экрана моего телефона, что-то печатая. — Ты что тут делаешь? — спросил я, наклоняясь над её плечом. Она одновременно развернула ко мне голову и выключила телефон. — Себе пересылала, давай ещё покушаем, окей? Уголок моего рта приподнялся. Мы продолжили есть по очереди, пока не осушили пластмассовую тару. Мы с ней заварили ещё одну пачку и стали ждать. — А ноутбук зачем? — пока заваривалась лапша, спросила она. — Видео монтируются, — сказал я, и уселся за ним. Она взяла стул и села ко мне. Сонные глаза девушки с живостью смотрели в монитор, зрачки ещё больше сузились. — А чего пришла сюда то? — Не знаю, потянула чёт. И не называй меня так. — Как? — я улыбнулся. — Мелкой, Крольчонок, мелкой. — Вот перестанешь меня так называть, я тоже, — и добавил, — Мелкая. Она улыбнулась. Мы все так же вместе смотрели на монитор: она за тем, что я делаю, я монтировал. Прошло десять минут, или даже больше, и я предложил ей посмотреть, что вышло. Я взял карманные наушники, воткнул в ноутбук, один дал ей, другой себе. 01:57. Когда я развернулся с целью передать ей наушник, я снова увидел, что у неё сползла майка. Я передал наушник и вновь поправил майку, прокомментировав: — Зачем ты покупаешь майки, которые тебе велики? Миён воткнула наушник и ответила: — А я и не покупала её, это ты купил. Её глаза в миг округлость и я понимаю, что она взболтнула лишнего. Я выключил видео и развернулся к ней. Миён сжала губы и опустила голову — Я́ купил? В ответ последовал лишь кивок. — Тебе? Отрицательный кивок. — А кому же тогда? — себе, — тихим голосом ответила она. — Значит на тебе моя футболка получается? — получается, — на выдохе. — И откуда она у тебя взялась? Помолчав, ответила: — Я взяла её у тебя, когда я жила у вас в доме пару дней, но ты мне разрешил! Я спрашивала у тебя, могу ли я одолжить, — она помолчала, — пару вещей и ты разрешил. — Ааа, это когда я был занят, и ты воспользовалась этим, да? Ничего себе! — Мне она очень понравилась… Миён не поднимала на меня глаза. — Иди-ка переоденься, верни мою майку и иди спать. Нечего шляться со мной по ночам. Она молча встала и медленно пошла к себе.