После дождичка в четверг или любимый братик

Шум летнего ливня. Я обожаю этот шум. А еще больше я люблю запах дождя. Поэтому я на всю распахнула окно. Капли ударили мне в лицо. Выйти на улицу тянуло немыслимо. И я вышла. Точнее, я поднялась по лестнице на крышу дома. Непередаваемая красота и мощь природы. Это жизнь, это дыхание, это заставляет сердце биться чаще, делает сильнее и толкает танцевать. Так я, гонимая непонятными порывами души, кружилась в танце, порхая по крыше. Послышались хлопки. Оказалось, что на крыше я не одна. Мужчина лет тридцати, крепкий, высокий с холодными серыми глазами, нагло ухмыляясь, подпирал дверной косяк. Я с опаской на него покосилась, гордо поклонилась и собиралась уйти, но он преградил мне путь. Я зло посмотрела на него. Мужчина лишь оскалился. Что же мне так не везет? Мысленно ругая себя за свою глупость, я попросила незнакомца дать мне пройти. Ему эта затея не понравилась, а мне не нравился блеск в его глазах. Он схватил меня за руку и притянул к себе. Я отчаянно брыкалась, попытка закричать пресеклась ударом под дых. Я согнулась, хватая губами воздух. Разве можно так с девушкой? На глазах проступили слезы, я не успела прокашляться, прежде чем мне заломили руки. Этот гад еще и пристегнул меня наручниками к какой-то трубе. Я не собиралась сдаваться, пытаясь пнуть его ногой. Затея была не слишком удачной, но все же я попала ему, куда стоило, и он, матерясь и грозя мне страшными карами немного отступил. Я не упустила случая закричать изо всех сил, взывая о помощи, но тут же получила еще один удар, уже по затылку. В глазах потемнело, а незнакомец сорвал с меня майку и уже стягивал мокрые, прилипшие к телу джинсы. Его руки делали это просто зверски, на моих ногах оставались царапины. Я извивалась всем телом, пытаясь помешать ему. Дождь не переставал лить. Раскаты грома тоже не смолкали. Разумеется, моих криков и всего шума, что мы наделали, никто не слышал, а если и слышал, то предпочитал оставаться дома в тепле и вдали от проблем. Этот больной на голову человек все-таки справился с моими джинсами и сейчас прижимал меня к стене, твердо намереваясь войти. Резким толчком он вошел до середины члена. От боли я прокусила ему палец. Нечего было мне рот зажимать, тварь. Расплата за это меня настигла со следующим его толчком. Вся его махина была целиком во мне. И как только такое может в меня поместиться? Я снова дернулась. -Будешь дергаться, хуже будет, - зло прорычал он. Он быстро двигался во мне. Дышать было все еще больно. Глаза заволокло пеленой. Не знаю, как долго это было, вскоре до моего сознания стал доноситься его голос. Меня пробило мелкой дрожью от того, что я услышала. Он звал меня по имени, ласково выдыхая его с каждым движением. Нет, у меня что-то случилось с головой. Откуда он знает мое имя? Кто он, чтобы вытворять такое? Он целовал мою шею и покусывал плечи. Вся шея будет в засосах, уже болит. Я заметила, что его движения перестали быть резкими, он очень медленно доставал его, потом входил во всю длину. Уже было приятно, противно, но приятно. -Прости, девочка моя, я тебя люблю, - прерывисто, задыхаясь, шептал он. Ну да, как же, так я и подумала его прощать. Внутри все кипело от злости, ненависть подкатывала к самому горлу и вырывалась наружу сдавленными стонами и слезами. Можно было снова попробовать вырваться, но я все равно была прикована наручниками, так что оставалось лишь терпеть. Ему уже не приходилось удерживать меня, поэтому мужчина ласкал мое тело, нежно поглаживая животик и сжимая мою грудь, он как кот мурчал от удовольствия. Потом его ладонь спустилась ниже живота, и пальцами он пытался доставить мне удовольствие. Хорошо хоть, не стал их засовывать внутрь, иначе бы он просто меня разорвал. -Любимая, - не унимался незнакомец, - ты так хороша, мне так приятно внутри тебя, ты сжимаешь его, так узко, - слушать подобное было просто невыносимо. Как же это унизительно. Его дыхание сбилось, я почувствовала, как он напрягается внутри. Мужчина достал его из меня и на мое тело попадали капли его горячей спермы. Он кончил не в меня, какое благородство, меня сейчас стошнит. Дождь шел уже не так сильно. Щелкнули наручники, и я, опустошенная, сползла на землю, точнее на крышу, но это не особо важно. Он подошел сзади, я не могла даже пошевелиться, на мои плечи опустилась его рубашка. Мутить стало еще сильнее. Он гладил меня по спине. -Прости, шмакодявка, - как удар по лицу, меня словно молнией шарахнуло. Так меня мог называть только один человек. Я в ужасе повернулась. И этот человек мой старший брат, который кинул нас с матерью лет десять назад, я тогда еще ребенком была. Да, его глаза, холодные и расчетливые. Как я могла его не узнать? Кажется, это называется инцест. Это просто невыносимо. Мои глаза снова наполнили слезы. Как такое я смогу пережить?