Чертов Чон

      Чусок принято отмечать с родителями, и даже у айдолов есть выходные в этот праздник. Но родители Хосока уехали во второй медовый месяц, и поэтому он просто пошёл в бар. Таких, как он там было много. Люди, которым не с кем отмечать семейные праздники, люди, потерянные в обществе.        Вернувшись домой около полуночи, он обнаружил ещё одну пару обуви, но ему всё равно. Он идёт в ванную, заходит и видит Чонгука в полотенце.  - Ой, мелкий, прости, не знал, что ты остался, – бормочет он, но ему не дают выйти.        Хосок сейчас такой притягательный, из-за чего Гук не даёт ему уйти.  - Пусть завтра мы об этом пожалеем, но сегодня я сделаю то, о чём давно мечтал, - говорит Гук. - Мы пожалеем, о чем? - Хосок неровно дышит.        Его глаза так светятся сейчас, на покусанных губах лёгкая улыбка, уши немного горят, а волосы растрёпанные.        Ничего не ответив, Гук просто целует старшего. Просто касаясь любимых губ, он зарывается в волосы Хоби, зная его чувствительное место.        Хосок молчит, не двигается, ждёт пока макнэ его отпустит. Но тот лишь приближает его за талию, и Хосок открывает рот в удивлении. Пользуясь моментом, ловкий язычок Гуки проскальзывает внутрь. - Хён, расслабься, либо будет больно.  - Отпусти меня, придурок!  - Хён, я могу разозлиться!  - Отпусти, я старше. Ты должен меня слушать.        Хосока резко разворачивают к стене и облокачивают на стиральную машинку.  Гук не понимает, что творит, а Хосок понимает, что ему уже не выбраться. Делает последнюю попытку спастись. "Гукки", - шепчет он и чувствует первый палец.        Лёгкое давление, и в нём уже два пальца. Смазка или же крем помогают скользить в старшем. Сгибая и разгибая пальцы, делая ножницы, Гук достаёт до простаты, и Хосок начинает падать. Падать от досады. Его насилует парень младше его, его друг, но ему приятно.        Чонгук входит, не предупредив, вбивается со всей силы. А Хосоку нравится, он стонет и подмахивает бёдрами. Плачет, кричит и пытается вырваться.        Чонгук кончает, выходит из хёна и позорно сбегает, закрываясь в своей комнате.  Они не говорят день, два. Попа Хосока приходит в норму, и тут возвращаются парни. Хосок не выходит из комнаты, не встречает их. Компьютер пустует без своего хозяина. Гук молчит, как и Хосок.  - Вы что, подрались? - спрашивает Джин за обедом.  - Блять, - выдаёт Чон старший и уходит в комнату.  - Нет, - отвечает Гук. - Что не так тогда? - возмущается Намджун и прожигает макушку макнэ взглядом.  - Да переспали мы. Точнее, я с ним, но он не хотел. Это всё! Заебали! - орёт Чон младший и уходит из общаги, громко хлопнув дверью.        Парни сидят с открытыми ртами. Тэхён роняет палочки, а потом и рамён на себя. Но они в таком шоке, что сейчас ему насрать. Да, было бы это в фанфике, он бы сидел и не обращал внимания, но это жизнь, и он орёт и бегает по всей кухне. Вызывают скорую, его забирают в больницу.       Хосок и Гук прибегают одновременно. Гук только заходит в палату, а за ним залетает и Хоби. Они переглядываются и подходят к Тэхёну.        Неловкая тишина зависает в пространстве.  - Ну и зачем ты рассказал? - спрашивает Хосок у мелкого.  - Я...это...  - За мной.        Старший тянет макнэ на крышу и прижимает к стене.  - Говори.  - Прости, они начали.. Ты же знаешь Намджун-хёна!  - Я не про это! Какого хрена ты меня трахнул?  - Хоби-хён.  - Что? Уже хён?  - А что я мог сделать? Я уже три года спускаю, только вспоминая тебя. То ты без футболки, то ты в полотенце! А мне как жить? Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ПРИДУРОК!  - Ты же знаешь, что это приговор?  - Да. - И ты согласен его подписать?  - Конечно.  - Тогда и я согласен, - Хосок наклоняется и целует этого противного мелкого.        Только спустя время, Хоби понимает, почему он ни разу не смотрел на девушек.