Соседи

М-дя, варить пельмени в полвторого ночи мне еще не доводилось. И не доведется. Пельмени кончились, будем варить вареники, хех. Пока я гремлю, доставая кастрюлю и ставя ее на плиту, соседка со всем комфортом располагается на кухонном уголке. Развалиться капитально у нее не получается из-за узких габаритов лавки, так что женщина просто складывает руки на столе и устраивает на них голову, зевая, поглядывает на меня. - А уже приготовленного у тебя ничего нет? – спрашивает нагло, окидывая взглядом холодильник. - Майонез есть, – бурчу и, вспомнив, добавляю: – и яблоки. - Давай, – оживляется женщина. Лезу в холодильник, едва удерживаясь, чтобы вместе с парой яблок не выставить перед ней и ведерко майонеза. - А они мытые? – критически осматривает фрукты соседка, вертя их перед собой так и эдак. Стерилизованные, блядь. Смотрю на нее, похоже, достаточно красноречиво, чтобы эта привереда наконец захрустела яблоком. Иногда лучше жевать, чем говорить. - Шпашыба, – неожиданно выдает соседка с набитым ртом, одновременно пытаясь жевать и довольно улыбаться. Угу. Вывалив вареники в начинающую закипать воду, помешиваю их и вполглаза наблюдаю за женщиной, голодно уплетающей яблоки. Аж сок вон по запястью бежит, хех. Она было собирается слизнуть его, пока не устряпалась вся, но, перехватив мой взгляд, нарочито медленно и пошло проводит языком от середины предплечья до ладони, перекладывает уже порядочно изгрызенное яблоко в другую руку и по очереди облизывает пальцы, переигрывая и причмокивая, да еще и посасывая... Дергаю бровью и отворачиваюсь, давая понять, что подобная показуха меня не проняла ни в каком смысле и месте. Это не совсем правда, потому что вид обнаженной моей соседки, еще и в такой позе, меня странным образом успокаивает. Даже не напрягает необходимость готовить не для себя в такой час, хех. - Лопай, – ставлю перед соседкой тарелку, отвлекая ее от грустного разглядывания огрызков яблок, которые она тут же вручает мне. Непривычно укладываться с ней спать так... обычно. Не, натрахавшись вдоволь, отключиться, не дремать рядом вполглаза, настороженно ожидая нового всплеска психа... Просто поправить сбуровленные простыни, выключить свет и залезть в постель, где уже ждет меня невозможная женщина, развалившись со всем удобством, поглядывает на меня, щурясь довольно и сыто. Прижимаюсь к ее боку, ладонь кладу на обнаженное бедро, легко поглаживая. А соседка неугомонная наваливается на меня, зажимая рот поцелуем. - Ты же меня к себе звала не для того, чтобы покормить и спать уложить, – поясняет на мое удивленное мычание, разрывая на мгновение поцелуй. – Сейчас вареники улягутся только, и займемся приятным. Пока можешь мне массажик сделать. Вот не страдает она от скромности... - Мне лень, – хмыкаю, подпирая голову рукой, ногтем другой вывожу узоры на бедре женщины. Она было надувается делано обижено, но отвлекается, опускает голову, разглядывая, что я там делаю внизу. - Мыр, – выдает, переводя взгляд на меня. И пялится. Вот зараза. Обхватываю ладонью ее затылок и притягиваю к себе, жадно целуя. И вряд ли вообще возможно нацеловаться с ней вдоволь, я отрываюсь все равно с сожалением, переворачиваю женщину на живот и усаживаюсь сверху на ее зад. Она охает, выгибаясь подо мной, и немного потягивается, устраивая голову на сложенных руках. Хоть я и не вижу сейчас ее лица, знаю, что лыбится довольно, добившись своего, да и я особо не сопротивлялась. Провожу ладонями по ее спине от лопаток до поясницы, растираю легко гладкую кожу. Вообще-то я особо не знаю, что следует делать, не доводилось мне никого массажировать. Так что наобум разминаю соседкины плечи, немного еще шею сзади, спускаюсь вниз вдоль позвоночника, костяшками пальцев надавливая на позвонки. И, судя по постанываниям женщины, делаю все правильно. Добираюсь до поясницы, большими пальцами упираясь в крестец, мну и здесь и снова тру ладонями ее спину. - Хорошо так, – бормочет соседка, кажется, уже засыпая. – Ложись сверху. Не, лучше тогда рядом. А то еще вареники полезут откуда-нибудь… Сползаю с зада женщины, устраиваюсь рядом с ней, укрывая простынкой и обнимая, ногой обхватываю ее бедра, а она, не открывая глаз, носом утыкается в мое плечо. - Сейчас я полежу немножко... – произносит на выходе уже еле слышно. Ага, немножко... Не проходит и пары минут, как отключается, сопит, обжигая дыханием шею. Хех, какая милость и няшность. Ухмыляюсь, чмокая ее в макушку, и потихоньку стараюсь убрать ногу с ее бедра, чтобы спать было удобнее, и конечность данная не затекала. Соседка тут же начинает ворочаться, хмурится, и я стараюсь двигаться осторожнее и тише, не нарушая ее, как оказывается, дофига чуткий сон. Усмехаюсь, представляя, как можно было бы разбудить соседку сейчас, требуя обещанный секс, и это, наверное, последняя связная мысль в моей стукнутой голове. Меня отрубает быстро и напрочь, я успеваю только заметить, как женщина снова вздрагивает, но спящий мозг не придает этому уже значения. Она со мной, в моих руках, и впереди у нас целых два дня вдвоем. У нее очень горячее тело, ближе к утру я даже вылезаю из-под простынки, переворачиваюсь на другой бок, свешивая руку с постели. Даже в полудреме ворочаться стараюсь как можно тише, но соседка все равно эти шевеления улавливает, ворочается тоже и вдруг прижимается сзади, обнимает рукой. Это неожиданно очень приятно. Накрываю ее ладонь своей сверху и закрываю глаза. Эх, так бы и лежать вместе с ней, но вскоре организм решает иначе, ставя меня перед выбором: или валяться дальше и терпеть, или все-таки вылезать из постели и топать в туалет. И я, с сожалением выбравшись из объятий женщины, таки поддаюсь физиологии. Заодно и зубы бы почистить, а то соседку хочется поцеловать, а во рту бяка всякая... К счастью, окончательно проснуться и взбодриться мне не дает давний недосып, так что, когда я возвращаюсь в постель, я надеюсь в оной еще понежиться расслабленно. У соседки на это, как оказывается, свое мнение. - Чего не спишь? – окидываю взглядом вкусное ее тело, которое она, по-моему, сейчас специально напоказ выставляет, откинув простыню, потягиваясь. В ответ она лишь поводит плечом и совсем уж провокационно гладит себя по груди, животу, доходит ладонью до паха, чуть сжимает ноги... - Ага, – понятливо тяну я, – и спать не собираешься. - Ну, может быть, попозже, – ухмыляется женщина. Конечно, попозже... Повторяю путь ее руки своей ладонью, только задерживаясь чуть дольше на груди, играясь с торчащими сосками, глажу живот, обводя пальцем ямочку пупка, и накрываю рукой лобок, гладя жестковатые волоски. А соседка тут же ноги уже норовит раздвинуть, да пошире, и подставляется ласке. Озабоченная. Но вдруг, передумав, видимо, отталкивает мою руку, перекатывается на меня, коленом распихивая уже мои ноги, почти касается губами моих губ, но, лишь подразнив, опускает голову, целует шею. Похоже, оставляя засос. Оххх... С жадностью, которую никак нельзя ожидать спросонья, облапывает меня, тискает грудь, прихватывает кожу горячими поцелуями. И вот уже моя очередь подставляться ее рукам. Ухмыляется соседка и быстро сползает по мне вниз, скользя губами по животу, гладит лобок и пальцем ныряет между губ, тут же довольно хмыкая. Ну да, сейчас затоплю постель, а чего ты ожидала... Жадные губы и руки очень возбуждающи. А нахальные пальцы ее тем временем раздвигают губы, и соседка с интересом юного натуралиста меня разглядывает, я в свою очередь пялюсь на нее. Пока она не прижимается губами к клитору. Глаза автоматически закрываются. Это о-о-очень приятно. Наглый язычок добирается до малых губ, нежно ласкает, обводит клитор и мягко поглаживает. Я выгибаюсь, шире раздвигаю ноги, тянусь, зарываясь пальцами в волосы женщины, обхватываю ее голову. А она отстраняется чуть, с довольным видом снова принимается меня разглядывать, раздвигает пальцами губы и легонько дует. Это неожиданно приятно. О-о-очень... Глажу легко соседку по волосам, не решаясь пока отстранить ее от себя. Мой идиотский организм решил отмочить хохму: старания женщины имеют очень даже приятный эффект, но не окончательный. Кончить я не могу, то бишь. И чем дольше старательная соседка там пыхтит, тем больше я думаю о всякой хрени. Вот так, наверное, чувствуют себя мужики, столкнувшись с пресловутым половым бессилием, лекарства от которого столь часто крутят по телеку. Я подаюсь нежным движениям рук и губ соседки, надеюсь, не замечающей некоторой моей отвлеченности от процесса. Хотя зря я надеюсь, наверное. Ну, может, она хоть не примет это на свой счет... Приподнимаюсь немного, обхватываю ладонями лицо женщины, заставляя поднять голову. И тяну ее к себе, игнорируя недоумение соседки и ее нахмуренные брови. Обнимаю за плечи, перехватываю ласковые губы, на которых мой вкус, жадно целую. Не давая женщине брыкаться и возмущаться, заваливаю ее на спину, прижимая собой к постели. О своей внезапной ущербности я подумаю позже, невозможная моя любовница ведь от этого не стала менее желанной, и первое прикосновение моих пальцев к мокрым ее губкам отбивает у нее все намерения взбрыкнуть и вернуться к удовлетворению меня. Я же не хочу, чтобы у нее на языке мозоль вскочила, хех. Пары движений хватает, чтобы она глухо застонала в мои губы, выгнулась, обхватывая бедрами мое предплечье. Последующие движения отбивают у нее все оставшиеся мысли, и связными остаются только ее стоны, по мере все более накатывающего возбуждения, увеличивающие интенсивность и громкость.