Игроман

У лучших друзей почти никогда нет друг от друга тайн. Все радости и горести они делят между собой. Не важно, находятся ли они в этот момент в одном городе или за тысячу километров, или просто сидят рядом. У Дениса была одна тайна от Марио. И факт того, что он не может (или просто не хочет) рассказать все как есть, съедает его изнутри. Каждую чертову ночь Черышев обещает себе, что вот завтра точно все, он соберется с духом и выложит все как есть. Но наступает утро, он встречается с Марио, бразилец невероятно улыбается и… Да, он расскажет завтра. Точно расскажет. Денис игроман. Карты. Он зависим. Чертовски. Бесповоротно. Денис не знает границ. В пятнадцать лет он первый раз проигрался. Крупно. Насколько это возможно для подростка. Все деньги, выданные на карманные расходы. В семнадцать лет Денис начал подрабатывать. Все заработанное также проигрывалось. Мама, кажется, замечала, что с ее «ангелочком-сыночком» что-то происходит. Отец же предпочитал отмахиваться и все твердил о том, что он обязан вырастить хорошего футболиста. В девятнадцать лет парню крупно везет, и он начинает играть за «Реал Мадрид». Больше зарплата – больше азарт. Мать все так же твердила, что чует что-то неладное. Отцу все так же было наплевать, ведь сын уже почти у цели. На какое-то время футбол занимает все мысли, и играть в карты тянет уже не так. Лишь изредка ребята из команды расслабляются, играя в покер. Без денег. Чисто на интерес. Но это не то. Но это не так. В сборной России Черышев быстро сближается с Марио. Фернандес считает Дениса своим другом. Он рассказывает ему все самое сокровенное: о своих неудачах с девушками, первом поцелуе и даже первом сексе. Марио признается, что зависим от шоколада. А Денис признается ему ни в чем. * * * Будь проклят день, когда Дзюба и еще несколько игроков собрались в комнате отдыха, и Артем, крутя колоду в руках, сказал: – Партию в «дурачка»? Денису точно нужно сказать решительное «нет», иначе… – Сдавай! – первым выпалил Черышев. Слышал? Захлопнулась ловушка. Ты попал, Денис. Марио, все так же добродушно улыбаясь, играть отказался. Первые несколько партий играли на интерес. Но Денис уже точно знал, что такое не катит. – Чего мы как девочки? Давайте ставки серьезнее, – предложил он. Зобнин и Миранчуки сразу же отказались, так как «мама всегда говорила, что нужно уметь остановиться». – А я за. На деньги? – с интересом спросил Артем. Дениса уже не остановить. Он болен. – Давай начнем с маленьких ставок, – улыбается Черышев. Чтобы не мешать такой серьезной игре, ребята предпочли удалиться. В комнате остались лишь трое. Артем и Денис были погружены в карты, Марио же наслаждался приставкой. * * * Денису несказанно везло. Он обыграл Дзюбу уже четыре раза. Артема это злило. – Может, сыграем на что посерьезней? – ехидно спросил нападающий, кивнув в сторону Фернандеса. – В смысле? – Денис не понимал, к чему тот клонит. – Ну, смотри. Давай сыграем на наших друзей, – Дзюба странно заулыбался. Как будто понимал, что тормозов у младшего нет. – Какой смысл? – Денис все еще не понимал. – Я ставлю Игоря, ты своего бразильского друга. Если ты проигрываешь, то мы идем к Марио в комнату, где я его хорошенько выебу. Ты же будешь сидеть и дрочить, глядя на нас. Если проигрываю я, то задница голкипера твоя. Ну как? – взгляд Артема стал просто безумен. Черышев, кажется, рот открыл от удивления. Он прекрасно понимал, что к Игорю даже не притронется. Ему не нужно. Но азарт берет верх. – Я согласен, – бесконтрольно выпаливает Денис. – Его спросить не хочешь? – Артем указывает на Марио, который, оторвавшись от приставки, делал вид, что слушает и понимает друзей. – Марио, – тихо обращается по-испански к нему Денис, – ты же доверяешь мне? – спрашивает Черышев. – Конечно! – Фернандес поднимает брови, удивляясь такому вопросу, и снова улыбается. Так по-детски. Денису ничего не остается, кроме как улыбнуться в ответ. – Сдавай, – Артем кидает колоду Черышеву. Если бы Денис только знал, на что он согласился. Если бы он только знал, к чему все это приведет. Если бы он только знал… Денис всегда считал себя везунчиком. Ему повезло в футболе. Ему повезло с друзьями. Но ему не везет в картах. * * * – Твою мать… – еле слышно прошептал Черышев, когда понял, что победа за Артемом. – Нет, не мою мать. Твоего друга, – Дзюба смеется. И именно сейчас его смех кажется каким-то особенно раздражающим. – Тащи другана в номер. Я скоро буду, – с усмешкой шепчет Артем. Денис ничего не понимает. Он ничего не слышит. Черт возьми, он сотворил хуйню. – Денис, – Марио легонько трогает его за плечо, – не расстраивайся, – и улыбается все также невинно. Черышев старается сделать вид, что все хорошо. Но разве это возможно, если он самая последняя тварь. – Пойдем, – тихо произносит Фернандес и дергает своего Дениса за руку. «Постой же. Не нужно. Не ходи». Денису хочется прокричать эти слова во все горло, так, чтобы сорвать голос. Чтобы никогда в жизни больше не говорить. Его слова приносят лишь вред. Он просто конченый придурок. * * * В душе теплится надежда, что Артема еще можно переубедить. Пусть придумает что-то другое. Дорога до номера друга кажется как никогда короткой. – Спокойной ночи, Дени, – произносит Марио и устало позевает. Бразилец уже хотел было войти в номер, как на горизонте появился Артем. Денис сразу же решил действовать. – Даже не пытайся убедить меня поменять желание. Карточный долг – дело чести, Черышев. Затаскивай эту девственную задницу в номер. Я готов, – Артем потер руки от предвкушения. Денис, опустив голову, направился к Марио, который явно не понимал, что происходит. – Давай, амиго, проходи, раздевайся, – обратился Дзюба к Фернандесу. – Дени? – бразилец явно не понимал, что этот русский от него хочет. – Марио, Марио, прошу тебя. Марио, ты только… Ты только ничего не бойся. Я рядом, – последние слова Денис шептал на русском. – Да, ты только ничего не бойся, – произнес Дзюба, легонько приобнимая защитника и одновременно стаскивая с него футболку. Марио пытался кричать что-то на испанском. Что-то, что понимал один лишь Денис. Фернандес пытался защититься, размахивая руками. Артем понял, что придется приложить силу. Секунда, и он отвешивает знатную пощечину Марио. – Черышев, объясни ты своей подруге, что к чему. А то я так ему все лицо расквашу. Чего он как школьница? – требует Дзюба. Денис не знает, что говорить и как говорить. Он просто понимает, что сейчас фатально так проебался. Артем тем временем стащил с испуганного уже бразильца штаны. Кажется, до Марио начинает доходить, что происходит. – Дени… – все еще жалобно скулит Фернандес. – Дени тоже будет, да, Черышев? – Дзюбе смешно. – Остановись ты хотя бы на секунду. Дай я поговорю с ним, – наконец-то подает голос Черышев. – Ты со словами осторожнее, а то ему же больнее будет. Артем отстраняется от Марио. Последний сразу же вжимается в спинку кровати, обхватив руками колени. Денис может поклясться, что его друг уже на грани самой настоящей истерики. – Марио, я урод. Только не перебивай. Я знаю, что вымаливать прощение за сделанное я буду до конца жизни. И не у тебя, а у Бога. Я давно должен был сказать тебе о своей проблеме. Мне нельзя играть. Я не контролирую себя. Сегодня я не хотел соглашаться, просто все как-то совпало. Ты же видел, что мне везет. Но потом Артему стало мало денег. Мы решили… – Денис, кажется, перестал дышать. Он не мог закончить начатую фразу. – Сыграть на меня? – Марио все еще отказывался верить. – Так, испанцы, заканчивайте свои чириканья. Я жду, – сказал Артем, облокотившись на дверной косяк. Дениса тошнило от самого себя. Хотелось умереть вот прямо сейчас. Здесь. – Скажи ему, – Марио кивнул в сторону Артема, – что я не буду сопротивляться. Пусть делает, что задумал. А ты, Денис, смотри на меня. Прошу. И Бог вам двоим судья, – еле слышно произнес Фернандес. Денису хотелось плакать. – Давай, – прохрипел он Дзюбе, – только сделай все быстро и с наименьшим дискомфортом для него. – Это уж как пойдет. Присаживайтесь, сэр Денис. Представление начинается. Не забудьте получить максимум удовольствия, – Артем, кажется, специально для него пододвинул стул. Черышев обещал смотреть на Марио. Быть с ним хотя бы так. Денис нашел в себе силы поднять взгляд. Он встречается с Марио. Этот взгляд будет преследовать его всю жизнь. Никогда еще он не был настолько пустым. Артем и не собирался долго церемониться с подготовкой. – Иди сюда, не бойся, – произнес он с ухмылкой и опустился на кровать. Марио понимал, что сопротивляться ему сейчас смысла нет. Всем процессом будет руководить Артем. Как только Марио оказывается ближе, Дзюба резко дергает бразильца за ногу к себе. Денис плачет. Денису больно. Денис сгорел. Дзюба на пробу проводит по бедру Фернандеса, чтобы отметить хоть какую-то реакцию. Ничего. Пустота. Артем рывком стаскивает с Марио боксеры. Последний сдается. Слезы сквозь смех. Слезы не от стыда. – Ты не забывай о нашем уговоре, – обращается Дзюба к Черышеву, – ты должен н а с л а ж д а т ь с я. Последнее слово звучит особенно мерзко. Марио плачет. По-настоящему. Он не сводит глаз с Дениса, который медленно ведет рукой к собственному члену. Слез становится еще больше. – У него даже не стоит, – констатирует Артем, поглаживая член Фернандеса, – совсем, блять, не стоит. Денис начинает медленно надрачивать себе. – Что-то неактивная мне пассия сегодня досталась, – шепчет на русском Артем Марио, поджимая колени последнего к груди. Денису мерзко. Он почти плачет, но не сводит глаз с Марио, который, кажется, пытается что-то беззвучно сказать. Черышев понимает, что Марио будет больно. Физически. Психологически. У них уже заходил разговор о сексуальном опыте с парнями. Марио тогда еще засмущался и начал что-то рассказывать о грехах. Только вот не ему нужно переживать о грехах. Грешник здесь один. – А он на меня вообще не посмотрит? – спрашивает Артем Дениса. Дзюба медленно поглаживает ягодицы Марио. Обещал же – никаких нежностей. А кто сказал, что это они? Секунда, и он уже пытается расслабить девственные мышцы сухими пальцами. Фернандес инстинктивно сжимается. – Скажи своей девственнице, пусть расслабится. Иначе я его порву, – говорит Артем Денису, у которого уже на удивление встал. Дениса тошнит еще больше. – Я предупреждал, – прорычал Дзюба и отпрянул, чтобы стянуть белье с себя, – пусть хотя бы орет не громко. Марио на мгновение отводит взгляд, смотрит в потолок, смаргивает и снова поворачивается к Денису. Этот взгляд – пытка. Артем проводит несколько раз по члену, для того, чтобы выделилось хотя бы немного смазки. – Видишь, для твоей принцессы стараюсь, – усмехается он в сторону Дениса. Марио начинает тихо смеяться. Истерика. Артем самый настоящий инквизитор. Он все также прижимает колени Марио к груди, прислоняется головкой к тугому отверстию и на пробу толкается. Без защиты и лубриканта – это довольно-таки сложно. Марио шипит, морщится, но улыбаться не перестает. Денис точно видит слезы, которые прежде видел лишь один раз. Дзюба толкается второй раз. Безуспешно. – Слышь, иди-ка подготовь своего дружка. А то я его так вообще никогда не трахну. Будь первым у своей принцессы, – смеется Артем. Денис не сразу понимает, что обращаются к нему. Он смотрит лишь на Марио. – Эй, принц. Иди, говорю, поиграй с ним немного, – Дзюба указывает рукой на Фернандеса. Черышев, не отрывая взгляд, следует к Марио. Он думал, что хуже уже быть не может. Сука, может. Артем усаживается на место Дениса и готовится наблюдать за предстоящим. Черышев не хочет делать Марио еще больнее. А такое вообще еще возможно? На прикроватной тумбочке он замечает тюбик крема. У Марио слишком сухая кожа, он сам говорил. В его комнате повсюду расставлены маленькие баночки с увлажняющей субстанцией. Черышев начинает плакать, выдавливая крем на пальцы. Но не хочет, чтобы Артем видел это. Марио закрывает глаза. Слезы на щеках. Денису просто невыносимо. Он начинает медленно растирать тугие мышцы пальцами, смазанными кремом. Фернандес расслабляется. Даже в такой ситуации он будто бы доверяет Денису. – Прости…, – уже в который раз шепчет Черышев. Когда Марио спокойно принимает три пальца, Денис желает быстрее закончить. Артем наслаждается. Артем стонет. Денис всматривается в заплаканное лицо, проводит рукой по кудрям, прислоняется лбом ко лбу своего товарища и под тихое «прости» толкается. Марио вскрикивает, и этот крик тонет где-то в районе шеи Черышева. Денис плачет, уже не скрывая. Он плавно входит на всю длину и замирает, прислушиваясь к тихим всхлипам Марио. Фернандес ухватился за спину Дениса, как за спасательный круг. Дзюба конкретно ловит кайф. – Ну все, моя очередь. Принцесса уже готова. Денис не знает, как находит силы отпрянуть от такого Марио. * * * Артем не церемонится. Громкие шлепки и вскрики Фернандеса, которые убивают Дениса. – Дрочи! Уговор! – кричит запыхавшийся Артем Черышеву. Денису ничего не остается. Это самый поганый оргазм в его жизни. Артем рычит. Все закончилось. – Ты смотри-ка, – Дзюба отстраняется от Марио, который неподвижно лежит, прикрыв глаза, – у него так и не встал. Артем быстро одевается и собирается уйти. – Молодец. Мужик, – говорит он Денису. Громко хлопает дверь. Что обычно делают в таких ситуациях? Вот и Денис не знает. Марио перекатывается на бок и накидывает на себя простынь. Денис решает просто уйти. И сдохнуть. * * * Всю ночь Черышев просто ревет во все горло от того, что его тошнит от себя самого. Он точно знает, что завтра на коленях будет вымаливать прощения у Марио. Он расскажет ему все, что на душе. О своих чувствах. О том, как Марио дорог. О том, как Марио нужен. О том, как он Марио любит. Но сейчас его лучше не трогать. Денис засыпает за час до подъема. * * * Обычное утро. Только вот Марио не придет в номер и не начнет что-то рассказывать. У Черышева болит все. Он еле находит в себе силы встать и собраться. Зобнин написал о каком-то сборе в холле. Такие сборы весьма типичны. Тренер объявит о плане тренировки, а после все разойдутся на завтрак. Черышев встречается с Дзюбой. Он не может смотреть на него. Его тошнит. Артем делает вид, что ничего не произошло. На сборе тренер объявляет, что Марио возвращается в сборную Бразилии. Денис понимает, что проебал все.