Мужчина с опытом

POV Эффи.       А потом мы проснулись вместе. Уже полгода мы засыпаем и просыпаемся в одной постели. Нет, не в постели. В одной кровати, в чуть заметных объятиях. Если нет, то после того, как открываю глаза, поддаюсь неопреодалимому желанию прикоснуться к нему, осознавая, что теперь можно. Уже полгода я живу с самым прекрасным мужчиной в этом пропащем мире, готовлю ему завтрак, обед, ужин, каждый вечер с удовольствием купаюсь в его объятиях на диване перед телевизором, а иногда сама являюсь инициатором чего-то большего, на что он с радостью откликается.       Порой, глядя на него за ужином, при теплом свете ламп, я ловлю себя на мысли, что это не он: не тот, кого я полюбила. Мне становится страшно, практически до дрожи, а он поднимает на меня свои серо-голубые бездонные глаза и несколько похотливо говорит: «Принцесса, ты прожжешь меня взглядом. Неужели тебе не хватает моей ласки и внимания?» Я моментально краснею, отворачиваю глаза, чувствуя, как он берет мою руку в свою, осознав, что посуду я мыть после ужина не буду — не позволит.       Пусть он никогда не читает мне стихи о любви, не устраивает романтические вечера, не танцует со мной в гостиной, но, если он уходит по делам, то всегда возвращается с букетом цветов, не скупится на прикосновения, смотрит как-то особенно, нежно целует, заставляя меня пылать от этой любви. И я её чувствую. Всем своим капитолийским сердцем.       Вечерами я задумываюсь, как тот ужаснейший ментор из Двенадцатого, спутницей которого постоянно была бутылка виски, смог влюбить меня в себя. О боги! Как я злилась на его шутки, на его выражения и жесты. Теперь я не то, чтобы привыкла, но я ценю все это, влюбляясь ещё сильнее. Конечно, он не стал принцем, не обзавёлся королевством, но, по его словам, обрёл нечто большее — любовь, которая ещё б чуть-чуть и убила б его.       Убила бы она и меня. Не смогла я забыть все, что нас связывает, что было между нами, хотя чем-то сказочным это не назовёшь, но я таяла. Любовь не может жить без ответа: она гибнет в любом случае, забирая тебя с собой. От представления, что было бы с нами, со мной, если б не тот новогодний вечер, когда он забрал меня с собой, наворачиваются слезы. Однако мы пообещали друг другу забыть все Игры, все боли и печали. Как-то вечером, выпив по бокалу вина, мы разговорились о прошлом. Помню, он тогда попросил у меня прощения за все свои ошибки. А я, держала его руки, и не знала, что сказать, потому что все простила давным-давно. Я по-настоящему вручила ему себя, отдала все, что было, получив неприкосновенность и защиту. Его руки стали комфортным пристанищем для всех моих переживаний. Он утверждает, что я слишком много делала для него, не устаёт благодарить в весьма смущающих меня формулировках. Я теряюсь, но остаюсь счастливой и уверенной в том, что даже холод умеет согревать.