Im not gay

Эрен после окончания старшей школы всегда мечтал поступить в академию-пансионат Трост. Донельзя элитное, стоящее на первом месте в их стране учебное заведение. Поступить туда могли только самые умные, либо самые богатые. Эрен не был богат, зато природа не обделила его умом, и, получив высший балл в старшей школе на экзаменах, он уже знал, куда будет подавать документы. Пансионат находился в другом городе, имея свою собственную территорию, в нëм учились больше тысячи учеников, и, к разочарованию многих, там были одни парни. Несмотря на дискриминацию, как думал сам Эрен, в академии всë-таки были особи женского пола. Вот только толстенькие поварихи с тремя детьми или уборщицы за сорок его ни капли не интересовали. И вот сейчас, сидя в автобусе около окна, он грустно провожал взглядом мелькавшие деревья, редкие жилые дома и вспоминал упругие груди своей бывшей девушки. Академия находилась среди гор, на самом живописном месте северной части Розы. Пейзажисты, натурщики и остальные художники поступали сюда в первую очередь, отдавая огромные деньги за одно только место. Отчего факультет искусства загреб к себе отдельное здание, где раньше изучали никому не нужное цветоводство. У Эрена столько денег не было, да и в искусстве он не сильно разбирался. Мог головой кивнуть для пометки, если спросят его мнение о любой картине, и пойти дальше, даже не запоминая, что там было изображено. Он поступил сюда на факультет журналистики. Вот что он всегда так любил, так это искать новости и разные сенсации. После сдачи вступительных экзаменов ему пришло сообщение на почту, что он благополучно принят в ряды учеников пансионата на бюджет и может начинать готовиться к началу семестра. Счастье его было неописуемым, когда он узнал, что большинство его друзей тоже поступили, только на другие не менее интересные факультеты. Они все вместе собрались и отпраздновали это событие у Конни, тихо пронеся в дом алкоголь. Единственное, что всё время напрягало до отъезда, так это злой взгляд Микасы. Казалось, что она проклинала весь мир и очень сожалела, что не родилась с членом между ног. Несмотря на всю свою обиду на академию, девушка проводила своих друзей до автобуса и с крепкими объятиями отпустила их в путь, попутно успокаивая на остановке бывшую девушку Йегера. Автобус тряхнуло на дорожной яме, и Эрен, отвлëкшись от созерцания дороги и красивых летних пейзажей, перевёл взгляд на друзей, которые спокойно себе разговаривали, строя планы на будущее в пансионате. — О чëм задумался? — заметив взгляд Эрена, спросил Армин. — Я до каникул не смогу потрогать женскую грудь, — печально ответил Эрен, снова вспоминая свою бывшую. — У Кристы груди-то не было, что ты там трогал? — влез в разговор Жан со своей вечно насмешливой улыбкой. — Заткнись, Жан, — зло посмотрев на друга, ответил Йегер. — У неё была идеальная грудь, помещалась мне в ладонь, — Эрен протянул руку ладонью вверх и согнул пальцы, вспоминая, как сжимал эту маленькую, но такую для него идеальную грудь. — Там одни парни, можешь найти себе чьи-нибудь яйца под свою ладошку, — Кирштайн скрестил руки на груди, широко улыбаясь от своей же шутки так, будто прошёл в стендап. — И как ты только поступил с бубенцом вместо мозгов? — Жан был его другом, может, не лучшим и не таким близким, как Армин, но всё же другом, он бы его даже назвал закадычным другом. Он не сильно обижался на шутки парнокопытного, они его даже иногда веселили, ведь так тупо шутить для поднятия настроения и для показателя своего интеллекта мог только он. — Зная тебя, я не удивлюсь, что от долгого воздержания ты и на повариху нападëшь, — Конни лениво зевнул, проводя ладонью по побритой голове, и хитро улыбнулся Йегеру, прекрасно зная о всех делах любовных. — Боже упаси, — Эрен снова перевёл взгляд на окно. Говорить о поварихе и её пятом размере совершенно не хотелось. До академии оставалось ехать совсем немного. Среди горной местности в нескольких милях сквозь зелёные заросли деревьев уже можно было увидеть крыши учебных зданий. Академия пестрила разными цветами. Так называемый «учебный городок» занимал среди гор большую площадь. Каменные улочки между факультетами и общежитиям могли похвастаться своими красивыми старыми фонарями и облезлыми от краски лавочками. Посередине стояло главное здание, окрашенное в светло-коричневый цвет, вызывая ассоциации не с постройкой, а больше с печенькой из супермаркета за несколько центов. Недалеко от факультета искусства, что расположился почти в самом конце городка, находился небольшой парк с высокими деревьями и беседками, где разгуливали живописцы и парни, по непонятно какой для Эрена причине державшиеся за руки. Йегер, подумав, что ему показалось или он что-то не понимает, не зациклил на этом своего внимания, переводя взгляд на высокое здание библиотеки. Оно возвышалось над всеми другими кампусами и выделялось своими тёмными оттенками, из-за чего больше походило на церковь в католическом стиле, но большие буквы перед входом явно давали знать, что тут любят не молиться богам, а тишину и знания. Эрен шёл за своей группой первогодок к крылу общежития, а встретивший их около входа парень, который устроил им маленькую экскурсию, представился как член Студсовета Марло Фройденберг. Парнишка, со странной причёской в виде горшка и горбатым носом, рассказывал про каждый факультет и кампус, что попадался им на пути, и вкратце об истории самой академии. — Через час у вас встреча с нашим главным из Студсовета, он вам расскажет здешние правила и порядки, — Марло, проводив первогодок до крыла, вежливо попрощался и ушёл, оставляя парней бурно выяснять, кто с кем поселится в комнате. Комнаты оказались не слишком большие, но уютные. Шкаф для вещей в обычном охровом цвете, две кровати вдоль окон и компьютерный стол с двумя стульями в таком же цвете. Только занавески выбивались из всего стиля. Фиолетовые с плотной тканью, для того чтобы утренние лучи солнца не проникали в комнату, были под цвет обоев. Эрен, заняв себе кровать, сразу же завалился на новое постельное бельё. Армин, который без разговоров поселился с другом, начал разбирать чемоданы, аккуратно раскладывая вещи по местам в шкафу. Первый день в академии и дорога у всех отняли достаточно сил и эмоций. Они так давно мечтали сюда поступить, каждый раз рассуждая и думая, на каком факультете хотели бы учиться. Когда-то это всё казалось далёким и, может, не таким реальным, а когда ты думаешь о будущем, мечтать и представлять всегда было легче. — Ты будешь раскладывать вещи? — Армин, закончив со шкафом, посмотрел на своего лучшего друга, который так и лежал, не сдвинувшись с места ни на дюйм. — Дай минуту. Армин, как помнил Эрен, всегда был рядом. Ещё детьми, когда их родители познакомились, они никогда не разлучались, поступив в одну младшую, среднюю, а затем и в старшую школу. Арлерт с блондинистыми волосами и голубыми глазами всегда был чем-то похож на девушку, милую такую, как Криста, но с жестоким характером. Эдакая принцесса с топором за спиной. Может, он и был щуплым и вовсе не умел драться, но морально опустить человека мог. Это иногда пугало, но Эрен привык и даже слегка гордился своим другом, который всегда думал головой, нежели сердцем. Йегер родился в довольно обычной семье с матерью и отцом, которые владели частной клиникой в центре города Шиганшины. Ещё до его рождения Григорий, отец Эрена, был там полноправным хозяином и главным хирургом. Мать Карла была домохозяйкой. Хоть денег с клиники они получали мало, на жизнь не жаловались и жили себе спокойно и размеренно. Отец Эрена учил его быть настоящим мужчиной, а мать передала ему свою настойчивость и упорство. Но маленькая лень всё равно пробралась в жизнь Эрена и пустила в нём свои корни. Из-за этого парень лежал на кровати, смотря в потолок, чувствуя, как расслабляются мышцы, аж до собрания. Еле передвигая ногами и глуша в себе зевок, он дошёл вместе с друзьями и другими первогодками до главного здания цвета печеньки и вошёл в просторный зал, где их уже ждали несколько старшекурсников. Эрен сначала не обращал внимание на то, что чувствовал на себе слишком заинтересованные взгляды. Он помнил, что с каждым годом, когда к ним в школу приходили новенькие, они с Жаном так же оценивали своих новых одноклассников. Но в этих взглядах он чувствовал неладное. Они скользили по всему его телу, цепляясь за упругую задницу, подтянутый живот и длинные ноги. Хотелось бы сказать, что ему просто кажется, но хитрые ухмылки с дикими глазами заставляли нервничать и проявлять бунтарский дух, защищая своё тело от взглядов. — Армин, — позвал Эрен друга, останавливая его, потянув за рукав. — Тоже заметил? Я чувствую себя голым, — Армин посмотрел по сторонам, но его взгляд не выдавал волнения, он лишь ёжился, вставая ближе к другу. — У меня аж кулаки зачесались, — Эрен нахмурил брови, показывая, что ему не нравится, когда на него смотрят, как на добычу. — Они так драться хотят, что уже выискивают свою жертву? — Знаешь, я думаю, они не драться хотят. — Что? Армин не успел ответить. Стоя на сцене, парень, с тёмными волосами и пошлиной бородкой, поприветствовал первогодок и осмотрел зал строгим взглядом. — Я Найл Док, глава студсовета, расскажу вам о правилах в академии и её порядках. — Так что они хотят? — снова спросил Эрен Армина, не обращая внимание на парня с бородкой. — Трахаться, — послышался совсем рядом незнакомый голос. — Прости, что вмешался, я Марко Бот, буду вам тут экскурсию проводить. — Что ты сказал? — не веря услышанному, переспросил Йегер. Он, конечно, в разные ситуации попадал, и в многочисленные драки, и переделки, но под прицел геев ещё ни разу. — Тут что, сборище гомосеков? — Ну не надо так жёстко, — проводя ладонью по лбу, смущаясь, сказал Марко. — Девушек-то нет, вот тут и встречаются парни с парнями, не удивительно, что вы приковываете столько жадных взглядов. Эрена передёрнуло с новой силой, и он с неким отвращением посмотрел на всех бугаев, которые, чуть ли не облизываясь, не отводили взглядов. — А начальство тут не против? — спросил Армин. — Нет, тут главные студсовет и дисциплинарный комитет, они элита из элиты, но между собой ладят не очень. Найл Док всё так же стоял на сцене, продолжая объяснять правила учебного заведения. Эрен ëжился, хотелось скорее скрыться в своей комнате от этих взглядов или набить тут всем морды, пока они в своих мыслях его раздевали. — Вот так приехал учиться, а получил палец в жопу, — рассмеялся Жан, всё прекрасно слыша. Но, заметив на себе смущающий и заинтересованный взгляд нового знакомого Марко, убрал улыбку и развернулся обратно к сцене, отходя ближе к Спрингеру, где Найла уже подменил высокий блондин с густыми бровями. — Добро пожаловать, я Эрвин Смит — глава дисциплинарного комитета, расскажу вам о правилах поведения в общежитиях и вне… — Этот бровастый с тебя всё собрание глаз не отводил, — Конни повернулся к друзьям с большими удивлёнными глазами. — Армин, мне за тебя страшно. — Лучше за свою задницу опасайся, — Арлерт кивнул в сторону ещё одного бугая, стоявшего под сценой. — Знаешь, если хочешь что-то сохранить, надо чем-то пожертвовать. — Заткнись Армин, я даже не буду слушать это, — Эрен сильнее сжал кулаки, нисколько не воспринимая шутку, наблюдая, как его лучший друг хитро улыбается. Но от шутки ли? После собрания всех отвели в общую столовую на ужин. Большое помещение со множеством белых пластмассовых столов и стульев располагалось на первом этаже. Эрен читал на сайте, что недалеко от парка находилась кафешка, где можно было вкусно поесть и попить кофе. Он хотел уйти из столовой, надеясь, что в том кафе людей будет не так много, ловя на себе всё больше заинтересованных взглядов. Его это бесило. Первая флиртующая улыбка незнакомого парня, первое подмигивание от мимо проходившего брюнета ещё не так распаляли, но шлепок по заднице в очереди за ужином полностью выбило его из равновесия. Резко развернувшись, он с силой ударил кулаком по скуле незнакомца, даже не разбирая, кто это сделал. — Тц, какого? Эрен с яростью в глазах приготовился к следующему удару, замечая перед собой такое же злое лицо с серыми глазами. Но не успел даже замахнуться, как его ударили по коленке, заставляя опуститься на неповреждённую с глухим стоном, и вырубили ударом в лицо. Так и началась его первая жизнь в академии-пансионате Трост.