***
Лиза стояла в полном ахуе, так и не понимая что случилось. Стояла бы она так еще долго, если бы не звонок с урока. Вовремя. Девушка выбежала из класса, а за ней Даша, вместе они направились в раздевалку, где благополучно оделись, обсуждая выходку Кашина. Выйдя со школы вместе с Зарыковской, попутно дальше ведя «супер-важные-разговоры», они вышли за территорию школы, и встали за гаражи. — Бля, Зартычковская, у меня походу сиги закончились, — пытаясь найти в рюкзаке заветную пачку "Ричмонда", предполагала Елизавета. — Так, не ссы. Вон, там твой бойфренд идет, он курит, инфасотка. Иди его попроси, — кивая в сторону проходящего Кашина, саркастично ответила Даша. — Че, ебнулась? Не буду я его просить, во-первых, а во-вторых, он мне блять не бойфренд! Лизу переполнял гнев - неприятно же, когда тебя шипперят с человеком, которого вообще не знаешь? Без сомнений. Добро, рядом пришли покурить знакомые Лизы, Мирна с Юликом, а у них-то точно есть бесценные сигареты. — Привет, — обнявшись сначала с Дашей, а затем и с Онешко, она приступила к делу***
— Тебе какие сиги то купить? — спрашивая Лизу, Какашин попутно доставал свой телефон. Технологии. Apple pay, то, что всегда ценил Данила. И просто, и удобно, и экономично. — Ричмонд, два пачана, — произнеся бренд любимых сигарет, она опомнилась, — черри. О! Купи еще пиво. Темное. Пять баллонов. Хочу в хламину набухаться. И на закуску что-нибудь. Ага. — Может просто со мной пойдешь? — Я выгляжу, как пацан пятнадцати лет, со мной тебе точно не продадут. Спустя десять минут ожиданий, из небольшого магазина выходит Данила, с тремя большими, тяжелыми пакетами. В двух из них, выглядывали те самые пять баллонов темного Козла, а другой был доверху набит чипсами и сухариками, и мать его, десятью пачками того самого Ричмонда Черри. — У меня есть два вопроса: как тебе все это продали, и второй: ебнулся, слишком богатый, что ли? — исказив изумленное лицо и тыкая пальцем в пакеты, спрашивала Неред. — Хорошая репутация, и ахуенные клипы на ютубе, — ответил рыжий, подмигивая, что больше походило на приступ эпилепсии***
— Знаешь ли ты, вдоль ночных дорог, шла босиком, не жалея ног. Сердце его теперь, в твоих руках, не потеряй его и не сломай! — изрядно подвыпившая Лиза, пыталась нормально спеть, если это так можно назвать, ведь скорее всего, орать, песни МакСим, — Чтоб мне нести вдоль ночных дорог, пепел любви в руках, сбив ноги в кровь, пульс его теперь в твоих глазах, не потеряй его и не сломай. — Лиза, блять, остановись! — отнимая стакан с пивом из рук девушки, Данила продолжает возмущаться, — У тебя нос красный, блять! Да ты замерзла, пойдем домой. — Кашин, такую романтику портишь, мы сидим на набережной, орем и слушаем песни МакСим, а ты говоришь идти домой. С дубу рухнул? — поворачиваясь лицом к собеседнику начинает тираду о романтике Лиза. — Ты, тетя, вообще ебу дала. Только полчаса назад говорила, что тебя тошнит от ванили и романтики, а сейчас втираешь, что я всю лирику порчу. Мы идем домой, — хватая девушку под локоть, и ставя на ноги, говорит Даня. — Вот ты иди, а я остаюсь, — сложив руки на груди, и отворачиваясь лицом в противоположную сторону от Кашина, дуется Неред. — Так дело не пойдет, — Кашин хватает Лизу, от чего та вскрикивает, он кладет ее себе на плечо, — так-то лучше.***
Лиза просыпается от сильного дуновения ветра, что так сильно сквозил из открытого настежь окна. Одолев всю свою лень, она встает с кровати, и замечает рядом лежавшего на полу Даню, который сжался клубочком, и изредка покашливал. Скинув ему свое одеяло, девушка направилась к окну, и конечно, закрыла его. Но немного дернулась, когда услышала стон, который был похож на воющего тюленя. — Ебать как мне плохо, — перевернувшись на другую сторону, смотря в глаза Лизы, он возмутился, — То есть, у тебя вообще никакого похмелья? — У меня есть ахуенная суперспособность - я родилась без него, - смотря на Данилу таким взглядом будто сейчас его пронзит, с безумно-смешной улыбкой ответила девушка - Я, кстати, пропустила вписку, поэтому Зарыковская нагонит на меня, мол, заставила ее волноваться, а потом может вообще и избить. Махнув рукой а-ля, «все будет заебись», Даня встал, и направился вниз, на кухню, ведь головная боль дает о себе знать, и Лиза последовала за ним. Приняв таблетку, Даня попросил Лизу сварганить что-то, но Неред боясь что спалит чужую квартиру, хозяином который, был уже друг Лизы, Даня, отнекивалась. Он все же переубедил ее, и сказал сделать ей омлет, ведь разнообразия еды у него не было, а в холодильнике повесилась не одна мышь. Во время приема пищи, Лиза крикнула что-то неразборчивое, что-то типа «Блять, Даша!», девушка вернулась обратно, на второй этаж квартиры, а назад, к другу возвращалась уже с телефоном приложенным к уху, нервно грызя ногти. Ведь пропустить сорок девять звонков лучшей подруги, которая могла обидеться, послать, наорать, и как говорилось ранее, избить, в шутку, конечно, но избить. После пары гудков, послышались стуки во входную дверь квартиры Дани. Сам хозяин данной квартиры, пошел в прихожую, открывать дверь. А его наипрекраснейшая подруга, спряталась за стену так, что она могла видеть данную ситуацию, а вот сами незваные гости не увидят ее. — Где эта ебучая Лиза?! — не успел Данила открыть дверь, как на него налетела Зарыковская, предупреждая, что за лучшую подругу она готова убить. — Да вот я, вот. Только не убивай его, — педантично выйдя из «укрытия», и невинно смотря на Дашу, бормотала себе под нос Лиза, — Что?! Между прочим, ты сама виновата! Ты сама оставила нас одних, и сбежала от нас, под предлогом «к Денису». еще и шипперпишь нас, это карма! — всплескивая руками уже возмущалась Лиза, а ее невинный взгляд тут же исчез.