Гарри Поттер и Необычный Призыв

В кабинете директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс сидел старый волшебник, будто сошедший с книжных страниц. При каждом движении, колокольчики, вплетенные в обороду, звонко звенели. Множество известных только старику приспособлени и артефактов трещали, звенели, пыхтели, выпускали дым или пузыри, привлекя внимание любого зашедшего, но не мешая разговорам. За выскокой спинкой троноподобного кресла, придвинутого к массивногму письменному столу находился камин и волшебные портреты предыдущих директоров, висящих над ним. Самый могущественный маг погрузился в воспоминания, в прямом смысле этого слова, окунув голову и омут памяти. "Альбус, как ты не понимаешь?! Инквизиция не забыла нас, не отпустила и старается уничтожить всех более-менее сильных магов, видя в них угрозу. Тебе ли не знать, что один магистр может уничтожить сколько угодно обычных магов без какой-либо опасности для себя. Я уже не говорю о архимагах типа Мерлина или Фламеля, которые в одиночку могут уничтожать целые страны. Пойми, если мы сейчас же не захватим маглов, не переломим ситуацию, потом будет поздно. Даже если появятся сильные маги, их некому будет обучить. Мы вырождаемся, Альбус! Сто лет назад появилась только пять магистров, тогда как до этого появлялось двадцать - тридцать минимум, только в Англии! Церковь убивает или берет под контроль всех сильных магов, которые могли бы стать для нее в будущем угрозой. Но неужели ты думаешь, они остановятся на этом? Что будут делать эти маглы с палочками лишившись защиты мастеров и магистров, когда в их дом постучится инквизитор? Заметь, не если, а именно когда!" - Повышая голос пытался убедить симпатичный молодой парень с пшеничного цвета волосами и аристократичными чертами лица, стоящего напротив него друга. "Геллерт, ты сам лучше меня знаешь, что нам не справиться. Все, чего ты добьешься - только огромных жертв как среди маглов, так и среди волшебников. Пойми, насилием мы ничего не добьемся, нужно действовать тоньше, гибче. Может даже...подыграть инквизиции, сделать вид, что мы заодно, а потом нанести неожиданный удар?"- Спокойно отвечал рыжеволосый ровесник будущего Темного Лорда. "Альбус, ты с ума сошел? Они сжигали нас на кострах, вешали, резали на куски. И до сих пор из тени подрывают наше общество, пользуясь чужими руками, этим предателями крови, нарушивших все законы магического общества и перешедших на сторону врага. Стоп. Неужели...Альбус, ты с ума сошел? Они тебя так просто не отпустят! Пошли со мной, у меня есть план. У меня есть средства как уничтожить всех наших врагов и забрать то, что принадлежит нам, волшебникам, по праву!" - Геллерт протянул Альбус руку, но та так и осталась висеть нетронутой. "Прости, Геллерт, видимо, тут наши пути расходятся. Они обещали, что если я буду делать то, что мне говорят, то я и моя семья останутся в безопасности. Ты же уже выяснил, что выбивают в первую очередь сильных магов, остальных не трогают. К сожалению я и Ариана сильны. Прости, друг" - Геллерт в последнюю секунду увернулся от луча заклинания, выпущенного в спину. Это оказался Аберфорт, подкравшийся во время диалога. "Ах вы, предатели!"- лучи заклинаний разного цвета летели во все стороны, разрушая гостиную. Никто так и не заметил, как Ариана Дамблдор выскочила прямо в середины битвы. Несколько заклинаний мгновенно впитались в грудь девушки и отбросили ее к стене. Ошарашенные таким поворотом юноши перестали сражаться. Геллерт только покачал головой, взглянул на своего бывшего друга с сожалением и грустью, после чего аппарировал. Мой друг, мы оба оказались неправы и превратились в чудовищ. Но я хотя бы могу сохранить хоть что-то от магического мира, если мы не будем высовываться. Том, ну почему ты не понял моего намека, когда я тебе отказал в преподавании? Я связан обетами, я должен любыми способами уничтожать любых магов, в потенциале могущих достичь магистра и только клятва директора дает возможность не трогать учеников. Это была сделка за возможность существования магического мира. И ты достиг уровня магистра, я был горд тобой. Но зачем ты вернулся в Англию? Зачем? Как бы я хотел все изменить, но увы. Тогда как магическое искусство и маги хирели, инквизиция становилась только сильнее. Их инквизиторы обладают какой-то особой магией, блокирующей способности волшебников и могущей выследить любого мага. А уж их автоматы и пистолеты с зачарованными пулями опасны даже для меня. И вот теперь Гарри. Мальчик мой, вот почему ты тогда родился с потенциалом архимага, если не выше? Родись ты сто лет назад и все могло бы быть по-другому. Теперь же вы с Томом должны уничтожить друг друга или хотя бы сильно ослабить. Ради магов Англии. Ради общего блага. Где-то в измерении инферно. В роскошной, но уютно обставленной гостиной в викторианском стиле находилось три разумных, ибо людьми их можно было назвать с сильной натяжкой. По обеим сторонам журнального столика, стоящего напротив горящего прямо таки, камина находились диван и два кресла. В отблесках от пламени камина, в котором любой волшебник с удивлением узнал бы адское, мужчина потягивал из стакана виски со льдом и с усмешкой и умилением наблюдал за ссорой двух других разумных, женщины и молодой девушки. Светловолосый, голубоглазый мужчина был одет в дорогой черный костюм-тройку с золотыми запонками и не менее ценные лакированные ботинки, по слухам, из кожи его врагов. Но это были просто наветы, кожа врагов слишком жесткой оказалась. Хищное, аристократическое, но невероятно красивое для мужчины лицо не портили четыре белесых шрама на щеке, как от удара когтистой лапой, скорее придавали некий, особый шарм. И все бы ничего, если бы не рост выше двух метров и за спиной не были сложены два огромных ангельских крыла, но черных как ночь, цвета, трех метров длиной каждое. В неформальной обстановке мужчина мог позволить себе расслабиться. "Фелиция, вот в кого ты такая упрямая? Тебе уже тысячу лет, не маленькая. Разве ты не понимаешь, что чистокровных высших демонов осталось исчезающе мало? Ты одна из немногих моих дочерей, что в полной мере унаследовала мои силы и твоего отца, Люцифера! Я понимаю твои желания и чувства, честно, но и ты пойми меня, я не могу смотреть как угасает наш род, как дочери и сыновья, пошедшие по стезе воина умирают одни за другим в войнах с планом эдема и друг с другом, не оставляя после себя ничего, даже праха" - Вначале поучительно, а после с толикой грусти, продолжала убеждать Лилит свою упрямую, как муж, дочь. В сидящей рядом с мужчиной на диване красавице, любой демон или ангел признал бы первую женщину этой вселенной. Падшая из-за любви к Люциферу и проклятая богом за измену Адаму, она переродилась в демонессу, королеву суккуб, прозванную первоисточников похоти. Как бы удивились все, кто распускает про нее лживые слухи, узнав, что женщина за пять миллиардов лет отношений ни разу не изменила своему мужу, тому, ради кого осмелилась разгневать бога. Впрочем, они с супругом давно уже не боялись ЕГО, по причине достижения почти того же уровня. Сидящую, женщину с черными, длинными до пояса, волосами, отличали от человека: черные, пугающие отсутствием зрачков и белка глаза, светло-красного оттенка кожа, загнутые назад черные рожки, почти соединяющиеся на затылке, длинный, такого же цвета хвост, усеянный костяными шипами и такие же большие и, как у владыки ада крылья, но выглядели как темно-красное крыло летучей мыши с когтями на верхнем изгибе. На вид ей можно было бы дать не больше двадцати лет, что впрочем, не мешало ей в любой момент поменять внешность на любую желаемую. Одета она была только в красное вечернее платье, с глубокими вырезами сбоку, открывая вид на стройные, сексуальные бедра и глубоким декольте, не скрывающим большую, но упругую, идеальной формы грудь, туфли из одного наглеца, посмевшего приставать к ней пару тысяч лет назад длинные перчатки цвета платья, скрывающие под собой нечеловески острые когти. "Ну мам, Я девять сотен лет изучала фехтование, боевые демонические искусства и магию не для того, чтобы сидеть во дворце, раздвигать ноги по первому запросу и рожать детей, как матки ульев. И почему именно Фолат, сын Вельзевула? Он же отвратителен! Вокруг него постоянно мухи летают, я уж не говорю о том, что пахнет так, будто мылся последний раз лет пятьсот назад!" - Отвечала ей девушка в обтягивающей кожаной броне с металлическими накладками, с выгравированными на них рунами. На вид ей нельзя было дать больше шестнадцати лет, что для демонов, тем более ее уровня значения не имело. От отца девушка взяла крылья падшего ангела, его голубые глаза, ангельски красивое лицо и способности к магии света и порядка. А от матери небольшие, доходящие до висков рожки, шикарные черные волосы и соблазнительное тело, а также магию хаоса и тьмы. Из-за своей нечеловеческой красоты, девушке приходилось постоянно отбиваться от поклонников и поклонниц, причем часто "отбиваться" - в прямом смысле. Благо, хоть она и овладела своими силами только на поверхностном уровне, но это в сравнении с богоподобными силами родителей, что вместе с огромной, даже для высших демонов, магической силой позволял успешно побеждать всех встречающихся противников, кроме, конечно, 72 владык и их наследников. От последних спасало то, что до первой тысячи лет родители защищают ребенка, а потом уже сам , ведь в аду одно правило - правило сильного. Потому родители и спешили выдать ее замуж , ведь она является второй красавицей и, в потенциале, одной из сильнейших демонесс ада, охоту за ней откроют полномасштабную. А они не могут вечно защищать свою дочь, это сочтут за слабость и только утроят силы, чтобы надавить на владык через нее. "Не мамкай, я уже пять миллиардов лет как мама и лучше если моя дочь возненавидит меня на пару-тройку тысяч лет, но останется жива, чем будет захвачена врагами рода или сгинет в битве. Подумаешь, Фолат попахивает, а кто без недостатков? Или хочешь выйти за Либдо? Асмодей уже давно присылает письма с предложением обручить тебя с его сыном. Будешь, какой там...а его стотысячной женой или уже двухсотысячной? Он каждый день набирает себе по двадцать-тридцать жен, хотят они того или нет. Ну как, хочешь?" - С ехидством спросила мать, которой надоели уже придирки девушки к любым женихам, которых она с мужем предлагали. "Я никого не хочу! Хочу как ты с папой повергать врагов тысячами, чувствовать их кровь на своем теле, слышать их крики и плач. Ни один из этих мужланов меня недостоин, они слишком слабы. А если заставите - убью их в первую же брачную ночь!" - Сквозь сжатые губы гневно процедила Фелиция. Ей уже надоели все эти попытки родителей свети ее с этими избалованными слабыми аристократишками, кичащимися только тем, кто их родители, а сами ничего не могут. "Фелиция, ты зазналась! Видимо, мы были недостаточно строги с тобой, раз ты разговариваешь со мной таким тоном. Хорошо, вот теперь ты меня разозлила!" - Рассвирепевшая демонесса встала, не обращая внимания на то, как изливающаяся магическая сила обратила в прах ее половину дивана и часть пола, полуметра в диаметре. Только щит, выставленный ее мужем щелчком пальцев, не дал уничтожить половину дома. Супруга была темперамента и никогда себя не сдерживала в гневе или страсти, так что просто продолжил потягивать виски. В это время из рук женщины вырвалась красная, святящаяся цепь, охватившая непокорную дочь и впитавшаяся внутрь ее тела. "Не хочешь выходить за уважаемых и благородных отпрысков наших союзников? Хорошо! Отлично! Тогда я ограничу твои силы в десять раз и отправлю первому попавшемуся магу. Побудешь у него в рабстве сотню лет, может это собьет твою спесь!" - Лилит будто прислушалась к чему-то, махнула рукой и проявившаяся гексаграмма поглотила ее дочь.