Добро пожаловать в Русалочью бухту

Ночь была холодной. Северный ветер поддувал связанные полотнища паруса, металлические крепления которых стукались об дерево с тихим звуком. Он немного напоминал размеренный стук, с которым дятлы обычно выбивали насекомых из-под древесной коры. С одной стороны — успокаивающий, почти убаюкивающий, настолько равномерный и скучный, что глаза сами собой закрывались. С другой — каждый стук оказывался внезапным, тело бросало в дрожь, а по спине пробегал холодок, заставляя оглядываться по сторонам в поисках источника шума. Этот стук Стиву был на руку. Остальные звуки меркли на его фоне, так что на тот тихий шум, который он создавал, никто не обращал внимания. Он прятался за парой бочек, что стояли возле дальней стенки, и взглядом искал Баки. Неужели он ещё не вернулся? Это казалось Стиву странным, ведь прошло уже не мало времени. В нескольких метрах от него стоял аквариум. Вода в нём была мутная, лунный свет туда почти не попадал. Там ли сейчас Тони? Жив ли он? Может ли слышать, говорить, чувствовать? В день их первой встречи Тони, не зная о Стиве ровным счетом ничего, помог ему. Помог, несмотря на то, что он был одним из тех, кто пленил его на корабле. Тогда ли Стив влюбился в него, как мальчишка? Вероятно, это так очевидно, раз и Баки, и док так быстро догадались обо всем. Теперь же он рискует своей жизнью ради Тони. Он едва не сорвался и не полетел кубарем вниз по всей палубе, когда вылезал из окна каюты. Тогда он ничего не боялся, впрочем, как и сейчас, но понимал, что настороженность никогда не будет лишней. От его действий зависела судьба, как минимум ещё одной живой души, а это — целый якорь ответственности на шее. От мыслей его оторвал странный звук: что-то тяжёлое с грохотом упало на пол. Стив даже вздрогнул от неожиданности. Встрепенувшись, он пригнулся сильнее, пережидая. Слышалась возня по полу, громкие возгласы команды и холодный голос Брюса. Набравшись смелости, Стив выглянул из-за бочки и с ужасом посмотрел на палубу. Рыжие волосы блестели в свете луны. Русалка билась, пытаясь выбраться из сети, в которую её поймали. Она с силой била хвостом по палубе и вполне могла бы пробить дыру, но моряки, окружив её, набрасывали веревки на хвост. Они делали петли, стягивали их, а концы веревок крепко держали. Когда к ней приблизился Брюс, она застыла, словно вода в жуткий мороз. Русалка смотрела на него с ненавистью и казалось, была готова вцепиться в его глотку зубами и разодрать на клочки, как делали те русалки из мифов. Она походила на зверя, на грозного и беспощадного монстра. Но док, само спокойствие, не обращал на это никакого внимания. Спрятав руки за спину, он наклонился ближе к русалке, вглядываясь в полные ненависти глаза, и усмехнулся. В этот самый момент док выглядел сумасшедшим, поехавшим крышей, слетевшим с катушек и способным на самые безумные поступки. Стив в свою очередь чувствовал себя не менее безумным. Но его безумие имело другую природу: в то время, как Брюс за основу брал ненависть, Стив наслаждался любовью. Это чувство вселяло в него небывалую веру, давало силу бога, которой у него не было, и двигало его вперёд к цели. И неважно, чего всё это будет ему стоить. Если Тони будет на свободе, если его сердце будет биться, всё остальное просто потеряет свое истинное значение. Шипение русалки повергло всех в ужас. Стив не знал, что они так умеют. Тони вел себя с ним вполне дружелюбно и вежливо, поэтому такой жест оказался довольно внезапным и встревожил его. Не будь Брюс таким опасным, она ведь не стала бы так огрызаться? Только успев подумать об этом, Стив вдруг вспомнил, что Тони говорил ему о рыжеволосых русалках — в их краях водилась единственная рыжеволосая русалка. Наташа. Наташа. Баки. Боже, где, чёрт возьми, Баки? Второпях Стив стал снова осматривать моряков, но Баки среди них не было. Тогда он обратил свой взор на другую часть корабля. Одна из лодок всё ещё стояла на палубе. Пока все были увлечены русалкой, Стив двинулся к лодке тихими, но быстрыми шагами. Так же ловко он спрятался за лодкой, пришлось почти что лечь на пол. Аккуратно поднимаясь, Стив заглянул в лодку и почувствовал себя так, как будто в него попала молния: в лодке лежал Баки, связанный по рукам и ногам, с кляпом во рту. Оглядевшись, Роджерс поднес палец к губам, призывая Баки молчать, а затем вытащил небольшой складной нож, который несколько дней назад стащил у кока с кухни. Он разрезал веревку, которая держала кляп. Баки грубо выплюнул кусок ткани и сделал несколько глубоких вздохов. — У них Наташа, — пробормотал Баки. Перевернувшись на живот, он попытался вытянуть руки, но ничего не вышло. К счастью, Стив и сам всё понял и принялся разрезать веревки. — Я знаю, видел, — взглянув на моряков, которые всё ещё не обращали на него внимания, Стив продолжил аккуратно резать верёвку. Крепкая зараза, а у него не так много сил, чтобы просто рвануть и разорвать по линии разреза. — Теперь ты меня понимаешь. — Они связали меня и столкнули в воду, — продолжал рассказывать Баки, словно не слышал комментарий друга. Стив всё ещё боялся, что их заметят, поэтому порой останавливался и осматривался. — Держали за верёвки. Я уж думал всё, так и умру, не узнав, за что так со мной. Она… Она хотела спасти меня, Стив. Спасти! А теперь в ловушке из-за меня. — Мы ей поможем, — с усилием сказал Стив, а потом вдруг почувствовал, что за ними наблюдают. — Пригнись. Он последовал собственному совету. Прижался к полу, переводя сбившееся от усилий и волнения дыхание. Прячась, он выронил нож, и оставалось надеяться, что тот не впился в ногу Баки. Неужели, почудилось? Стив не был уверен в том, что видел чей-то взгляд — он его просто чувствовал. Чувствовал, как жгло кожу, как по спине, несмотря на холод, каплями скатывался пот. Нервы шалили. Ладони вспотели. Выдохнув, Роджерс медленно вытер их об куртку. Тяжело дыша, он прислушивался к посторонним звукам, но из-за ветра и шумных возгласов матросов ничего не слышал. Переждав, как ему казалось, разумное количество времени, Стив хотел приподняться. В конце концов, если их заметили, то он уже ничего не теряет. Всё равно выкинут с корабля, отдадут на корм рыбам… Помотав головой, он откинул плохие мысли. Всё будет хорошо, повторял он самому себе. Он же всё ещё на борту. Вдруг кто-то сел с ним рядом, пригнувшись. Это оказался Сэм. Стив не знал, как на это реагировать. Какие намерения у Сэма? Всё это время он был их другом, Баки знаком с ним ещё с прошлого путешествия. Но как Сэм отнесется ко всему, что происходит теперь? Единственное, что давало надежду на то, что Уилсон принял их сторону — он прятался. Прятался за лодкой, точно так же, как и Стив. Бежал, подальше от чужих глаз. — Давай, я помогу, — прошептал Сэм, поймав стеклянный взгляд Стива. — Я потерял ножик, — дрожащим голосом ответил Роджерс. — Он где-то в лодке. К счастью, у Сэма тоже был нож. Он улыбнулся, дружелюбно похлопал Стива по плечу. С верёвками он справился быстро, в его руках силы больше, чем во всем теле Стива. Но все же на незаданный вопрос ответа так и не было. Почему вдруг Сэм решил помочь? И можно ли ему доверять? Сомнения захватили Стива, но времени на раздумья почти не было. Нужно действовать, пока не ушёл последний поезд, пока удача на их стороне. Пока оставался шанс, что их не заметят. Из-за волнения у Стива немного сбилось дыхание, но, когда Сэм снова сел рядом, чуть пригнувшись, прячась за лодкой, стало немного легче. — Ты в порядке? — взволновано спросил он, оглядывая Стива. Как будто пытался сквозь темноту разглядеть больше, чем мог. — Это не один из твоих приступов? — Нет, — прохрипел в ответ Роджерс. Он потёр глаза, успокаиваясь. — Ладно. Какой план? — продолжил Сэм. Стив наблюдал, как тот прятал нож куда-то в носок и с удивлением отметил, что это явно не лучшее место для хранения оружия. — У вас двоих ведь есть план, не так ли? Баки зашевелился в лодке. Должно быть, он хотел внести свою лепту в этот незамысловатый разговор. Однако, сложно назвать плохие новости хорошим взносом. Стив стукнул локтем по лодке, и Баки угомонился. — У нас нет плана, — выдохнул Стив, смотря себе под ноги. Он всё ещё не понимал, чего добивается Сэм. Спросить прямо не позволяло воспитание. — Какого хрена ты вообще здесь забыл, Уилсон? — послышался голос Баки. У него, однако, тормозов не было. — Спасибо бы сказал, дубина. Видел я, как они тебя там в воду окунали. Понял, что что-то не то творится. А потом ещё Стив. Всегда знал, что у вас двоих какие-то тайны. — Значит, ты не в курсе… — начал Баки, но Стив прервал его. — Я хочу спасти Тони, — вырвалось у него. На это заявление Баки слишком громко вздохнул. — И Наташу, — добавил он следом. — Русалок, значит, — Сэм кивнул и тяжело втянул воздух через нос. — Опасное это дело. Голов лишимся. Нужен путь отступления. — А по воде ходить умеешь? — отозвался Баки снова, пытаясь уязвить Сэма. — А то смотрю шибко умный. — Бак, — шикнул Стив, приподнимаясь над лодкой. Баки крутил в руках тот самый складной нож, который он потерял. Выглядел усталым в свете луны, но улыбнулся, увидев Стива. — Будь нежнее. — Русалочья бухта — выход, — продолжил Сэм свою мысль. Стив от услышанного раскрыл рот. — Мы же погибнем. Вряд ли это можно назвать выходом. Верно, Стиви? Там только русалкам ход открыт, а мы на лодке разобьемся о скалы после первой же волны. — А что, если Тони поможет нам? — Стив поднял брови. Надежда. Она появляется в самые непростые моменты, обещая, что всё будет хорошо. К сожалению, её предсказания не всегда сбываются. Стив знал об этом не понаслышке. С каждым разом довериться этому чувству всё сложнее. Но он в очередной раз открыл своё сердце, схватился за маленькую нить и позволил себе надеяться. — Если он в сознании, — продолжил Стив, понимая, что никто не собирается обрывать на полуслове, — я могу поговорить с ним. Мне только надо подобраться к аквариуму. — Эти сволочи всё ещё мучают Наташу, — застонал Барнс. — Господи, она, наверное, меня ненавидит. Сэм закатил глаза. Наверное, если бы Баки это увидел, то все их планы (которых, в общем-то, почти нет) сорвались бы разом. Но к счастью Стива, Сэм, прислонившись спиной к лодке, смотрел на море и что-то бубнил про себя. Не то молитву, не то заклинание. — А ты уверен, что этот твой Тони поможет? — серьёзно спросил Сэм минутой позже. — Он помогал мне, когда я не просил. Эти слова вселяли уверенность. И в Стива, и в его друзей. Даже Баки улыбнулся, глядя на полумесяц. Он казался таким далёким, таким недостижимым, но его свет был так близко, что слепил глаза. И пока Стив что-то объяснял Сэму (вероятно, рассказывал историю про чудесное спасение и светящиеся в воде глаза Тони), он повернулся в другую сторону, чтобы посмотреть на моряков и Наташу. Он наблюдал за тем, как эти неотесанные мужланы лапали её, поднимали и тащили к аквариуму. Видел, как она из последних сил сопротивлялась. Уловил блеск лунного света в её волосах. А потом вдруг услышал её голос, просящий о помощи. Она звала его, звала Баки. Просила спасти, вытащить из плена, выпустить на свободу. Говорила, что всего лишь хочет жить и боится закончить как все, кто был ей дорог когда-то. Баки заметил кровь на её животе. И по-настоящему испугался. — Стив, Стив, Стив! — шёпотом заговорил он, перевернувшись на другой бок. — Ты слышал? Слышал, как она звала меня? — Кто? — Стив нахмурился, посмотрев на друга. Он почти не видел лицо Баки, из-за луны, светившей прямо в глаза. — Наташа. — Она разговаривала с тобой? — Она звала меня, — повторился Барнс. — Все, должно быть, это слышали. Когда Стив помотал головой, стало ясно — не все. Сэм и вовсе не понимал происходящего. Он слышал лишь гул моряков и пьяный голос капитана корабля. — Я видел кровь, — продолжил Баки. Его голос дрожал. Тревога охватила его. — Она ранена, Стив. — Надо действовать, — решительно сказал Роджерс. Баки даже позавидовал его уверенности и смелости. Маленький, худенький Стив рвался в бой, как будто в нём два метра роста и не меньше ста кило мышечной массы. Не это ли причина пойти за ним, не оглядываясь назад? Прикрыть его спину, а не свою? Сэм вкратце рассказал, что успел разглядеть с марсовой площадки. Аквариумы стояли на невысоких подставках, на каждой из которых было по две ступени. Их плотно закрывали с помощью ручного механизма: достаточно всего лишь нажать на рычаг, и «крышка» закроется, прижмется так, что даже самому сильному человеку в мире не под силу оторвать её без помощи рычага. Когда матросы направились в сторону капитанской каюты, чтобы получить свою дозу рома в честь удачной охоты, Сэм, Стив и Баки осторожно перебрались за бочки, что стояли возле аквариумов. У них не было времени, поэтому Стив сразу же рванул к Тони. Поднявшись по ступенькам, он едва не упал от того, что торопился. Чем ближе к аквариуму, тем сильнее у Стива билось сердце. Он шептал что-то себе под нос, вставая у самого дальнего угла так, чтобы со стороны капитанской каюты его невозможно было увидеть. Страх присутствовал в его сердце и мыслях: страшно вдруг внезапно облажаться, испортить всё одним неуклюжим движением. Но он держался достойно. — Тони, — тихо позвал он. Так же тихо он разговаривал с ним в последний раз. — Тони, отзовись, прошу. Тони! Положив ладонь на стекло, Стив ждал, что что-нибудь произойдет, надеялся увидеть голубое свечение, услышать тихий голос. Но от тишины скручивало желудок и поджимались колени. Пальцы тряслись от холода, а влажные из-за морского воздуха волосы прилипли ко лбу. Прижавшись к стеклу щекой, Стив снова позвал Тони по имени. — Тони, прошу, отзовись, — с надрывом просил он. Он чувствовал взгляды Сэма и Баки на своей спине. От этого было только хуже. Он вот-вот подведёт тех, кто доверился ему без лишних вопросов. Подведёт Тони, которому обещал помочь. Подведёт сам себя. Прикоснувшись к стеклу губами, Стив в последний раз выдохнул имя Тони. От странного звука он широко раскрыл глаза. Ладонь Тони красовалась по ту сторону стекла ровно напротив его собственной. От внезапной радости сбилось дыхание. Стив улыбнулся. — Прости, — заговорил Тони, и было ясно, что никто, кроме Стива, его не слышит. — Я должен быть осторожным, чтобы они не заметили. Я так рад, что ты пришел. — Знаю, — ответил Стив с облегчением. — Они поймали Наташу. Я и мои друзья… Мы хотим помочь вам обоим. — Наташа ранена, — голос Тони прозвучал печально. Смотря на аквариум, Стив надеялся увидеть русала в этой мутной воде. — И это серьёзно, Стив. Она может умереть. — Умереть? Вот только не это. Что за напасть? — Умереть, — подтвердил свои слова Тони. — Она едва держится. Я говорил с ней. — Баки не знал, что всё так получится! Не знал, что они будут использовать его в своих корыстных целях, — волнение и тревога заиграли в голосе Стива новыми красками. Он чувствовал, как по щекам покатились горячие слёзы отчаяния. — Он ни в чём не виноват, Тони, клянусь. Ему можно верить, как и мне. Тони… — Я знаю, малыш, знаю, — успокаивающе сказал Тони. На секунду он открыл глаза, освещая воду. Стив сумел разглядеть его лицо и не смог сдержать улыбку: Тони всё такой же красивый, как и прежде, плавник вернул свои цвета, а сам русал всю свою силу и мощь. — Баки ведь её любит? — Да, — кивнул Стив. Тони закрыл глаза, и волшебный голубой свет пропал. — Любит. — Он может помочь ей. — Что нужно сделать? — Поцелуй любви лечит любые недуги. Даже смерть. — Просто поцелуй? — Стив сглотнул. — Людей спасают в море, — поучительным тоном сказал Тони. — А русалок — на суше. Русалочья бухта, сообразил Стив. Это было легко, как сложить два плюс два. Но как до неё добраться? Им нужен проводник. Кто-то, кто укажет дорогу и не даст сбиться с пути, спасёт от волн и погони. Кто-то, кто знает эти места так хорошо, как никто другой. Он погрузился в мысли. Даже не понимал, все ли еще разговаривает с Тони или теперь этот монолог в голове его личная собственность. Ушёл так глубоко, что, когда до него донесся крик Баки, едва успел отпрыгнуть в сторону. Мимо него с противным свистом пролетел тяжёлый снаряд, задевший аквариум. Стив упал на пол. Боль охватила всё тело, но он и виду не подал. Пившие ром моряки встрепенулись. Кто-то громко оповестил о пиратах. На корабле началась суматоха. Все забыли о русалках, и всё, что теперь заботило капитана — собственная жизнь. Пираты охотились за русалками, это общеизвестный факт. Так какого же черта их выставили на палубу, как экспонаты в музее? Однако, Стив от своих планов не отказывался. Взглянув на аквариум, он увидел небольшую трещину. Ударить бы ещё несколько раз, чтобы трещина стала больше! — Надо что-нибудь тяжелое, — пробормотал он, поднимаясь. — Есть что-нибудь на примете? — Только если под шумок украсть одно из ядер для пушек, — покачал головой Сэм. — Ну, или попробовать ударить изнутри. — Тони, бей, — крикнул Стив, что было сил. Услышав его, русал открыл глаза. Весь аквариум предстал перед Стивом как на ладони. С этого ракурса он мог разглядеть Тони полностью — от кончика хвоста до кончиков ушей. Его чешуя блестела красным и золотым цветом, волосы причудливо вились в воде, напоминая водоросли, а глаза — всё равно что ясное небо — освещали путь не только Тони, но и Стиву. Стив отполз к бочкам, прячась. По ним пока больше не стреляли, но в любой момент могли ударить по аквариуму. С Тони или с Наташей — не было никакой разницы. Пиратский корабль всё приближался, моряков накрывала паника, какой прежде никогда не было. И в этой суматохе Тони не привлекал к себе никакого внимания. Он бил по треснувшему стеклу, готовясь, что в один момент аквариум просто лопнет и его потоком воды выбросит в море. — Тони нам поможет, — сказал Стив, переведя дыхание. А потом рассказал свой план. Они с Тони не строили его вместе, но что-то подсказывало Стиву, что это то, что русал ждал от него: верность и смелость. Решительность, которую он всё это время прятал в своём сердце. Сумасшествие. Он ждал от Стива того, чего никто не ждал прежде. Корабль сотрясся от попавшего в него снаряда. Это был как сигнал к действию. Сэм из-за пазухи вытащил пистолет, убранный в кобуру. Вспомнив про нож в носке, Стив даже не удивился. Втроем они двинулись ко второму аквариуму. Поднявшись по ступенькам, Баки позвал Наташу по имени, и та появилась почти сразу же. Бледная, изнеможённая, она выглядела плохо. Как будто душа покидала её тело. — Я тебе помогу, — прошептал Баки. Сэм стоял у рычага, ожидая последнего удара Тони, который отвлечет на себя внимание, когда его аквариум разобьётся, чтобы открыть крышку и забрать Наташу. Стив стоял с ним рядом, считая секунды. — Мне кажется, ты ему тоже нравишься, — сказал Сэм, держась за рычаг. Оставалось всего ничего до решающего удара. Стив покраснел, но на замечание Сэма ничего не сказал. — Давай, — вместо ответа, крикнул он. Тони в последний раз ударил по стеклу. Аквариум рассыпался у них на глазах, а Тони вместе с мутной водой смыло в море. В этот самый момент Сэм дёрнул за рычаг, и металлическая крышка отъехала в сторону. Несколько пиратов успели забраться на их корабль. Уилсон метко выстрелил в одного из них. Тот несомненно хотел заполучить русалку, но вместо этого получил пулю в ногу. Тем временем Баки с трудом вытащил Наташу из аквариума. Она держалась за его шею. Стив отметил, как побледнели её губы и щеки, как волосы потеряли свой блеск. Когда Баки побежал к лодке, Сэм и Стив пошли за ним, прикрывая. Уилсон стрелял по всем, кто приближался. У Стива оружия не было, но он ударил нескольких моряков какой-то кочергой, других, кто шёл на него, подстрелили с пиратского корабля — их стрелы попали ровно в цель — в сердце. Самым сложным оказалось спустить Баки с Наташей в лодке на воду. Спусковой механизм тяжелый, а у Сэма только одна свободная рука. Но и с этим они справились. Кто-то с пиратского судна продолжал обстреливать моряков, которые пытались помешать им. Они уже почти опустили лодку на воду. Услышав тяжелые шаги, Стив обратил внимание на уверенно шагающего в их сторону Брюса. На его лице читалась злость и ярость, как и во всех движениях: каждый шаг он делал с такой силой, будто пытался кого-то раздавить. У Сэма, как назло, кончились патроны, но он не собирался отступать, схватившись за свой ножик. — Иди с ними, — вдруг сказал Стив. — Тони поможет вам. — Я тебя здесь не брошу, — уверенно прошептал Сэм. Стив ценил то, что Сэм сделал для них, а ещё знал, что он нужен Баки на лодке. Не придумав ничего лучше, он извинился и столкнул Уилсона в воду. Он будет ругаться и злиться, ну и пусть, потом ещё спасибо скажет. Тонкими пальцами Роджерс сильнее сжал прут — единственное оружие, которое было при нём. Брюс стоял от него в двух шагах и улыбался той злобно-сумасшедшей улыбкой. — Не подходи, — вскрикнул Стив. Вряд ли у него хватит сил, чтобы удержать Брюса. Роджерс это прекрасно понимал, но не собирался сдаваться. В конце концов, сила — это не только физические возможности; любая сила идёт от сердца, как храбрость и вера, а порой и дерзость. — Глупый мальчишка, — надменно рассмеялся Брюс. Стив готов поклясться, что слышал, как хрустнули его пальцы. — Защищаешь тех, кто тебе не ровня. Ты думаешь, они спасут тебя? Думаешь, придут на помощь? Ты так ошибаешься, мальчик, и совершенно не умеешь выбирать друзей. Раздался выстрел. Корабль тряхнуло. Прямо под Стивом пол затрясся сильно, чудом не уйдя из-под ног. Это напоминало землетрясение. Словно природа бунтовала под водой. Однако Стив стоял на ногах, всё ещё крепко сжимал пику и не обращал внимание на усталость рук. Сейчас это не имело никакого значения. — Ты умрешь здесь, потонешь в этих водах, будешь гнить на дне океана, — продолжал Брюс. Грубо и резко. Он почти смеялся. Его громкий голос отчетливо слышался даже сквозь шум выстрелов. Он сделал шаг к Стиву, и тот машинально дернулся вправо. Уворачиваться вот так вот Стив мог бы хоть всю ночь, но понимал, что не придётся. Пиратов становилось всё больше, в зоне видимости появился ещё один корабль. Он лишь надеялся, что Тони, Баки, Сэм и Наташа были уже далеко отсюда. Были там, где их не найдут. В «догонялки» с Брюсом Стив играл недолго. Усталость давала о себе знать, а Брюс сильнее и ловчее его во всех отношениях. Голыми руками он выхватил пику из рук Роджерса и выкинул её в море. Подошел ближе и схватил Стива за полы куртки. Но Стив не боялся. Задрав голову, он гордым взглядом смотрел на дока. Ясное дело, он доволен собой. Доволен тем, как провернул спасение русалок, которых с таким трудом удалось поймать; тем, как разозлил Брюса — его лицо практически позеленело от ярости и обиды. Док поднял его, держа над полом палубы, и продолжал сыпать оскорблениями. Стив вцепился руками в его руки, держался крепко, как мог, но влажные ладони соскальзывали с предплечий, прятавшихся под рукавами кожаной куртки. Он считал секунды до собственной смерти, но пытался вырваться, потому что не мог просто так сдаться. — Что ты нашёл в этих русалках? — озлобленно фыркнул Брюс. Презрение читалось в его глазах. Стив постоянно сталкивался с такими взглядами в жизни. В попытках найти работу или донести что-то тяжелое до дому. — В отличие от тебя, у них хотя бы есть сердце, — ядовито выплюнул Стив, следом почувствовав, как док сильнее сжал его. Рука дока подбиралась к шее, Стив с замиранием сердца ждал своей участи. Вот сейчас всё и кончится: все его мучения уйдут в один миг, когда Брюс задушит его или свернёт шею; он больше не услышит насмешек в свой адрес, никто не будет шутить над его худобой. Ему не придется ввязываться в драки и оправдываться за любовь к Тони перед Баки. Вот сейчас всё станет проще — всё уйдёт, канет в лету, вместе с памятью о нём. Вся горечь и боль, тоска и печаль. Его пальцы замерзли и каждое движение вызывало приступ саднящей боли, которая не утихала, как не старайся. И Стив, делая каждый новый вдох, ждал, что следующего уже не случится. Но вдруг что-то холодное впилось ему в живот. Боль расползлась по всему телу мгновенно. Опустив взгляд, в поисках того холодного, Стив увидел стрелу: она прошла сквозь тело Брюса, и в итоге добралась до него самого. Эти несколько секунд казались Стиву вечностью. Преодолев боль, он вывернулся из рук Брюса, который следом упал на пол, и спрыгнул с корабля в воду.

***

У самых скал стало страшно. Сэм медленнее грёб веслами, аккуратно огибая торчащие из-под воды огромные, острые камни. Баки то смотрел на отдаляющийся корабль, то на Наташу. Её хвост занимал почти всю лодку. Он держал её за талию, прижимал к себе и гладил по голове, успокаивая. Где-то под волосами спрятана рана, думал Баки, но понимал, что даже если найдёт её, то ничего сделать не сможет. — Ты не мог бы быстрее, — нервно сказал Баки, взглянув на Сэма. — Если пираты нас заметят… — Не кипишуй тут, — ответил Уилсон серьёзно. — Никто нас уже не увидит. Мы слишком далеко. — Просто быстрее, давай, это не сложно. — Не могу быстрее, я не знаю, куда плыть. Где этот хваленый Тони, что должен был помочь? Наташа вдруг заерзала, сдвинула хвост в сторону, чтобы не мешать Сэму, и приподняла голову, посмотрев на Баки. У того ёкнуло сердце. Его рыжеволосая мечта лежала в его руках, смотрела на него удивительно мягким взглядом и улыбалась сквозь боль. Только ничего из этого не приносило ему счастье и радость. Его мечта может умереть в любой момент, и это только его вина. Наташа всегда была осторожна, не подплывала близко к местам, где ставили сети, наблюдала за моряками, а Баки оказывала особое внимание. Он всё ещё помнил, как она пела ему на неизвестном языке. От этих воспоминаний становилось только хуже. А что, если они не сумеют её спасти? Что, если все усилия окажутся напрасными? — Тони здесь, — прошептала Наташа. Баки уловил движение её руки и тут же накрыл своей ладонью, переплетая пальцы. — Здесь. Голос затих. Сэм тревожно смотрел на воду, боясь двигать вёслами. Вдруг морским обитателям по голове треснет, его же потом не простят. Через полминуты вода под ними зашевелилась, и лодка поплыла сама по себе, лишь по следам на воде стало понятно, что тот самый Тони им помогает. Скорость стала выше, Тони не боялся не вписаться в поворот. Он знал, что впишется. Но от скал всё же Сэму пришлось несколько раз уворачиваться: высоковат он для путешествий в слепую по Русалочьей бухте. Вскоре, проплыв под скалой, они оказались на мели возле небольшого каменного пирса. Тони высунулся из воды и внимательно осмотрел находящихся в лодке людей. — Какого чёрта, где Стив? — возмутился он, оглядывая незнакомцев. — Он… Он столкнул меня с корабля и велел скорее помочь Баки, — попытался оправдаться Сэм. Ведь он последний, кто видел Стива. А ещё он понимал, что вероятность того, что Роджерс ещё жив близка к нулю. Тони издал до ужаса противный звук негодования. На него из каменного здания вышел высокий мужчина. — Тор, забирай этих, — скомандовал Тони. — Белокожему с Наташей надо попасть на Гору. Эти ублюдки ранили нашу девочку. — Давай, Белокожий, вылезай, дорогу покажу. Голос у Тора грозный. Руки большие и сильные. Подойдя к лодке, он поднял Наташу на руки, словно она ничего не весила, и понес куда-то. Баки выбрался из лодки и поспешил за ними. — Ты тоже вылезай, не стесняйся, — сказал Тони Сэму, а затем скрылся в воде, напоследок сильно ударив хвостом по воде. Он должен успеть во что бы то ни стало. Обязан. Даже если сам умрет. С этими мыслями он мчался навстречу своим мучителям, навстречу смерти, вероятно. Развить быструю скорость для русалок никогда не было проблемой, и Тони достиг корабля за несколько минут. Он смотрел на когда-то величественный «Трискелион». От былой гордости почти ничего не осталось. На палубе разошелся пожар, матросы противостояли пиратам, но Тони знал, что рано или поздно они сложат оружие и уйдут в качестве заложников на их корабль. За доктора, однако, эти нелегальные мореплаватели могут получить круглую сумму, а вот ценность остальных вряд ли так велика. Взглядом Тони пытался найти Стива, но ни в одной фигуре на корабле не угадывался его силуэт. В горле встал ком. Он не хотел думать о самом плохом. Быть того не может, что Стива больше нет. Что канул в морскую пучину и пропал, не оставив после себя и следа. Нет, Тони в это не верил. Не хотел верить. Без колебаний, он подплыл ещё ближе и, вынырнув, огляделся. Но ничего не изменилось. Небо занесло облаками, и толку от тусклого света луны почти не было. — Стив! — позвал его Тони, вспомнив как тот, рискнув всем, стучал по аквариуму и звал его по имени. — Стив! И как же удивился, когда до его ушей донеслось тихое «Тони». Он поплыл на голос, ведомый только им одним. Эмоции переполняли его, Стив жив, со Стивом всё будет в порядке, нужно только найти его и спасти, отплатив за его доброту той же монетой. Стив едва держался над водой, вцепившись в какую-то доску. Он не чувствовал рук и ног, губы дрожали от холода. Но он не сдавался. У подплывшего к нему Тони округлились глаза, стоило ему только увидеть его бледное лицо и посиневшие губы. — Что случилось? — спросил он, касаясь рук Стива своими. — Почему ты не поплыл с друзьями? — Брюс бы бросился за нами, — дрожа, говорил Стив. Слова давались ему с трудом. — И узнал бы как добраться до Русалочьей бухты. Я не мог… Не мог этого допустить. Но с ним покончено. Он больше не потревожит никого из вас. — Это не повод жертвовать собой! — в голосе Тони слышалось возмущение. — Давай, цепляйся за меня, доберемся до бухты, там тебе помогут. — Боюсь, мы не успеем. Я не чувствую рук и ног, Тони. В меня попала стрела. И я здесь, в воде, уже целую вечность. Удивляюсь, что до сих пор не умер. — Ты не умрешь. Я не позволю. — Возвращайся к сыну, прошу. И береги Баки, ладно? Он хороший. — Вот ты и будешь о нём заботиться. Тони схватился за другой край доски и стал толкать её в направлении Русалочьей бухты. Стив устало улыбнулся. Тони смотрел на него и ужасался. Внутри всё горело от обиды и ужаса, от несправедливости и беспомощности. Ему бы лодку, и все стало в разы бы проще. — Не надо, — попросил Стив. Голос с каждым словом звучал всё хуже и хуже. Он хрипел, угасал, уходил вместе с жизнью, остатки которой бились в нем. — Я рад, что ты приплыл сюда. Рад, что именно тебя я вижу перед смертью. Я ещё никогда не чувствовал того, что я чувствую к тебе, Тони. Стив прокашлялся. А после замолчал, не в силах говорить. Тони позвал его по имени несколько раз, но тот лишь устало моргнул. — Я поклялся, что больше никогда так не сделаю, — вдруг заговорил Тони. Он коснулся рукой ледяной щеки Стива. Она была влажной не от морской воды, а от слёз, которые парень старательно прятал. — Но ты… Ты невероятный, Стив. Просто доверься мне, ладно? Он плохо соображал, но кивнул. Прикосновение Тони исчезло, а вместе с ним пропал и сам русал. Стив прикрыл глаза, думая, что, может, просто почудилось? Если и так, это лучшее, что он мог увидеть перед смертью. Собственно, он так и сказал Тони. И лишь надеялся, что настоящий Тони его тоже слышал. — Мне кажется, — медленно, по слогам, произнес Стив в пустоту, — я влюбился в тебя, Тони. И закрыл глаза. Так было спокойнее. Умирать. Чёрная пустота уже охватила его. И одиночество не казалось таким уж плохим. Он сделал хорошее дело — спас несколько невинных жизней: спас Тони, Баки, Наташу и Сэма. И против эти четырёх его собственная не стоит и гроша. Он знал, что сделал всё правильно. Когда в голове раздался голос Тони, просящий отпустить деревяшку, Стив решил, что уже умер и отпустил единственное, что удерживало его на плаву. За ноги его буквально затащили под воду. Он почувствовал чужие ладони на щеках и накрыл их своими. Надеялся, что накрыл. На этих ладонях были плавники, и Стив представлял, что это те самые плавники, покрытые золотисто-красной чешуёй. Они напоминали ему восход и закат, раскаленный огонь в камине и сладкий, тягучий мёд. — Открой глаза, Стив, — раздался голос Тони. — Ничего не бойся и открой глаза. Доверься мне, как я доверился тебе. Стив невесомо кивнул и сделал то, о чем его просили. Сначала глаза защипало, но потом он увидел то самое голубое свечение прямо напротив и нежную улыбку. Тони был таким красивым. — Русалок спасают на суше, — сказал Тони, проведя пальцем по его щеке. — А людей — под водой. С этими словами Тони поцеловал Стива, коснулся его холодных губ, опаляя жаром собственного тела. Это оказалось так приятно, что Роджерс зажмурил глаза, а потом сам потянулся за поцелуем, думая, что всё это лишь его рай. Рай, в котором Тони будет его вечным видением и будет целовать, когда вздумается. Вдруг страшная боль пронзила всё тело. Прежде ему никогда не было так больно. Ему словно ломали позвоночник, руки и ноги, как будто живьем сдирали кожу, и Стив открыл рот в немом крике. Боль была такая, что он ничего не слышал и не мог даже открыть глаза. Вероятно, это и есть смерть, подумал он и наконец расслабился, принимая те испытания, что выпали на его и без того истерзанную душу.

***

Ощущения были странными. Стив приходил в себя постепенно, но всё ещё не мог открыть глаза, находясь во власти дрёмы. Он слышал всплески воды и, кажется, крик чаек. И впервые дышал легко, полной грудью. — Ты уверена, что ещё не пора вытащить его отсюда? — спросил кто-то. Голос казался знакомым, но Стив никак не мог вспомнить чей же он. — Чтобы мутация прошла успешно, нужно чтобы он очнулся в воде, — ответил женский голос. — Ты ничего не понимаешь, чего лезешь мне под руку. — Ну, а где мне ещё быть, если все мои друзья у тебя, — возмутился первый оратор. — А что с Тони? — Превращение отнимает много сил у обоих. С ним всё в порядке, — уверяла женщина. — Правда, Тони? — Да, — тихо, прямо над ухом сказал кто-то. — Я отдыхаю в приятной компании. Тони. Тони. Тони. У Стива заколотилось сердце, и он попытался двинуть ногами, но движение получилось странным: цельное, слитное, непривычное. Он вдруг понял, что всё тело ощущалось иначе: больше не чувствовалась та слабость, что преследовала его прежде. Он задвигал руками, и голоса стали громче и волнительней. — Успокой его сон, — сказала женщина. — Я думаю, он не спит, — ответил Тони спокойно. — У вас что тут давно никто не становился русалкой? — претензионно спросил первый. И Стив понял, кому принадлежал этот голос. Это был Баки, его Баки. — Вы ни в чём не уверены. И Баки говорил о превращении в русалку. Неужели, он стал русалкой? Ведь чтобы превратиться в это прекрасное существо, нужен поцелуй истинной любви. Подумав об этом, Стив вдруг вспомнил последние мгновения своей жизни. Кажется, он признался Тони, что любит его, и тот его поцеловал. — Это очень личный процесс. И у всех протекает по-разному, — сообщила женщина, утирая Барнсу нос. — Стив? — позвал его Баки. — Если ты меня слышишь, очнись, пожалуйста. — Ничего не понимает, а лезет. Стив облизал губы. Он хотел ответить Баки, но вместо этого вызвал волну восторженных криков. Почувствовав чужие прикосновение к щеке, он с трудом, но всё же разлепил глаза и, посмотрев вверх, столкнулся взглядом с Тони. Тот смотрел на него с нежностью и улыбался, продолжая гладить по щеке. — Привет, — сказал Тони, явно обращаясь к Стиву. — Привет, — улыбнулся он в ответ. — Что со мной? — Ты подрос, слегка. Окреп. И теперь у тебя есть хвост. Надеюсь, ты не будешь из-за этого злиться. Машинально Стив накрыл ладонь Тони своей и удивился, увидев, что ладони оказались одинаковыми. — Ни в жизнь. Спасибо. За то, что нашёл и спас. — Я всего лишь поступил так же, как поступал Стив Роджерс. Услышать такое от Тони было приятно. Улыбка Стива стала шире, и он с благодарностью кивнул. Стиву казалось, что он может всю жизнь сидеть в воде и смотреть на Тони, любоваться его карими глазами и смешной прической. Улыбаться и касаться его губ пальцами. Просто быть с ним рядом и радоваться тому, что он может дышать. Этого было достаточно, чтобы счастливо жить. Но, взглядом проследив за кивком Тони, он оглянулся и увидел Баки, который одаривал его восторженным взглядом. Он никогда прежде не смотрел на Стива с таким интересом. — С возвращением, — сказал Баки, улыбаясь. — Даже мелким тебя теперь не назвать. У Баки не было хвоста или других русалочьих атрибутов. Он сидел на груде камней. Выглядел счастливым, как никогда прежде. И, кажется, даже не язвил. Взглянув на свои руки ещё раз, Стив заметил красно-синие плавники: красный цвет служил подобием контура, красиво оттеняя насыщенную синеву. Таким же был и хвост. Он двинул им на пробу. — Не так сложно, правда? — спросил Тони. — У тебя отлично получается. — Эй, Белокожий, — раздался грозный голос. Из каменного дома вышел высокий светловолосый мужчина. — Наташа пришла в себя. — Прости, приятель, потом поговорим. Попрощавшись, Баки быстро скрылся за дверью. Мужчина спустился ниже и встал рядом с женщиной в длинном зелёном платье, приобняв её за талию. Стив только сейчас обратил на неё внимание: длинные черные волосы тянулись до пояса, завиваясь на самых концах, руки украшали золотые кольца и браслеты, которые красиво смотрелись на фоне её мраморно-белой кожи. — Ну, что, как наш больной, дорогая? — спросил мужчина, смотря на женщину. — Осваивается, — ответила она, улыбнувшись. В руках она держала миску и колотушку, которой что-то давила в плошке. — Это надо отнести Наташе, так что я пойду. Аккуратно выпутавшись из объятий, она поцеловала мужчину в щёку и только после направилась в сторону домика. — Локи, — окликнул её Тони. — Спасибо за помощь. — Считай, я отдала свой долг, — сказала Локи, кивнув на мускулистого мужчину, который сразу занервничал, — за него. А потом скрылась там же, где несколько минут назад исчез Баки. — Ну, готов исследовать остров? — спросил Тони. — Познакомишься со всеми. Нас тут не так много. — Но как? — недоумевал Стив. — Тор, будь добр, принеси мою одежду. И что-нибудь из своего гардероба для Стива. Для его новых размеров, моя одежда не подойдет. Тор немедля принялся выполнять приказ. — Он вроде как наш смотритель, — пояснил Тони. — Я спас его однажды. Локи долго его выхаживала, но выходила. Они, как бы у вас сказали, женаты. — Вау, — только смог ответить Стив. Потому что это и правда было «Вау». Когда Тор принес одежду, Тони начал рассказывать Стиву о том, что здесь, на этом острове, у русалок хвост превращается в ноги. В доказательство этого, он попросил Тора вытащить его из воды и посадить на камни. Как только хвост Тони коснулся камней, вся чешуя посыпалась вниз, возвращаясь в воду, словно стая крабов, и перед взором Стива оказались красивые стройные ноги. Пока Тони одевался, Стив не мог отвести от него взгляда. Обворожителен, красив с любой стороны. Пальцы зачесались от странного желания нарисовать его, Тони, в новом виде. Он рисовал его русалкой так много раз, что теперь пришло время изобразить его человеком. Тони твёрдо стоял на ногах, когда Тор направился в воду за Стивом. Он легко поднял Стива, прошёл по каменистому дну и опустил его ровно туда, где минуту назад сидел Тони. Хвост Стива пропал так же быстро, как и Тони. Чешуйки спрятались в море. Увидев свои ноги, Роджерс очумел. Идеальные икры и бёдра. Он принял одежду от Тора в тот момент, когда сообразил, что сидит полностью голый. Тони смотрел на него, закусив губу. Почувствовав себя третьим лишним, Тор ушёл, оставив их наедине. — Раньше Тор был единственным атлетом на острове, — ухмыльнулся Тони. Он отвернулся, когда понял, что смущает Стива. — Почему я так изменился? — спросил Стив, надевая штаны Тора, которые оказались ему как раз. — Такое случается. Один раз из пяти. Ты ведь сильный и смелый. И теперь твоя внешность соответствует твоей душе. Потуже затянув ремень, Стив быстро накинул рубашку, застегнул почти все пуговицы, кроме двух верхних, и подошел к Тони. — Пошли? — Да-а. Они поднялись по каменистому склону и вышли на поляну с ярко-зеленой травой. Вдалеке виднелись абсолютно обычные дома и люди. Наверное, все они русалки, как и Стив. Но что-то заставляло их вылезать из воды, обзаводиться ногами и заниматься обычной для человека работой. Остров напоминал небольшой город, в котором жители жили размеренной жизнью и никуда не торопились. Маленький рай, убежище для тех, кто потерялся в этом мире. Здесь росли деревья и цветы, жили белки и кролики и, по словам Тони, в этих краях никогда не случалось непогоды. Все, кто встречались им на пути, добродушно улыбались Тони, вежливо приветствовали Стива и кивали, когда Тони тихо-тихо говорил о том, что им нужно идти. Но он так не обмолвился и словом о том, куда они направлялись. — С Наташей всё в порядке, — сказал Тони, когда Стив спросил его об этом. — Она стала человеком. Не думаю, что это сильно её расстроило. А твой этот Баки и правда хороший парень, раз без лишних вопросов поплыл сюда. Не думал о себе, когда следовало бы. — И что теперь с ним будет? — поинтересовался Стив, взглянув на Тони. — С Баки, с Сэмом, с Наташей… — Они могут уплыть, вернуться в мир людей, — серьёзно начал Тони, остановившись вдруг. Стив последовал его примеру. — Могут остаться. Выбор за ними, а нам остаётся лишь его принять. — А что будет со мной? Судя по взгляду, Тони ждал этого вопроса. И даже знал, когда Стив задаст его, поэтому и остановился. Сжав губы, он посмотрел по сторонам, прищурился из-за яркого света солнца. А Стив просто не мог отвести взгляда. В свете лучей, в которых прежде Тони ни разу не появлялся перед ним, он мог разглядеть чешуйки в том месте, где обычно были плавники. Они переливались на солнце розово-золотым цветом. Стив любовался, потирая пальцы. Они были рядом друг с другом столько времени, но только сейчас он видел тот истинный лик Тони, который он прятал столько времени в мутной воде и за дешевой тканью. Смотря на мужчину, не на русала, что стоял перед ним, Стив представлял, как бы мог нарисовать его лицо углём, куда бы упала тень, как ярко выделялась бы бородка. — Ты же помнишь, как произошло то, что произошло? — тихо спросил Тони. Его голос звучал уверенно, твердо. — Помню, — кивнул Стив, следом почувствовал, как Тони коснулся рукой его щеки. Это прикосновение стало таким привычным, что он просто поддался порыву, прижался к ладони, накрыв её своей. — Помню. Ты попросил открыть глаза, сказал, что людей спасают под водой. И поцеловал. Признаться, я думал, что умер тогда. — Ещё немного, и точно бы умер, — прошептал Тони. Он сделал шаг навстречу Стиву, так, что теперь лишь несколько миллиметров отделяли его от губ Стива, которых так хотелось коснуться. Тони давно не испытывал ничего подобного. С тех самых пор, как потерял жену шестнадцать лет назад. Но смотря на улыбку Стива, в его небесно-голубые глаза, он хотел целовать губы напротив. Держаться за неожиданно мускулистые плечи. Сжимать запястья с силой и никогда не отпускать. Он осторожно зарылся пальцами в волосы Стива, облизал губы, не сводя взгляда, и готовился сказать что-то очень важное, но никак не мог подобрать слов. Он уже и забыл, как это — влюбиться. — Я не знаю, чего ты хочешь, — шепотом продолжил он. Грудь Стива вздымалась от тяжелого дыхания. Ладони, которыми он держал Тони за талию, вспотели, а во рту разом пересохло. Стив сам потянулся к губам Тони, сам поцеловал, осторожно на пробу, ведь прежде ему доводилось целоваться только под водой. Тони принял это шаг с энтузиазмом и посчитал, что другие ответы ему не нужны. — Тони, — послышался громкий голос слева. Оборвав поцелуй, Стив покраснел и уткнулся в шею Тони. — Я уж боялся, что ты не вернешься. А ты, гад везучий! Как же я рад тебя видеть! — Я тоже, Хэппи, я тоже, — ответил Тони незнакомцу, успокаивающе погладив Стива по спине. — Меня спас этот парень. И Стив понял, что Тони говорил о нём. — Стив, посмотри на меня, — ухмыляясь, попросил Тони, коснувшись пальцами его подбородка. — Прости, мне немного неловко. Я никогда не…. — Тише. Это просто Хэппи. Он, вроде как, моя правая рука. Помогает мне. Хэппи, это Стив. Красавчик, правда? — Добро пожаловать, Стив, — кивнул Хэппи. Хэппи оказался невысоким, полным мужчиной с доброй улыбкой и небольшой залысиной. Он не смотрел на него с ненавистью или злобой, не питал к нему никаких отрицательных эмоций, просто улыбался, счастливо, подтверждая своё имя. И Стив вдруг понял, что этот мир без предрассудков. Что здесь он может быть собой, ничего не боясь. Он расслабился, выпрямился, но всё ещё обнимал Тони. Сделав вдох, он почувствовал, что здесь его новый дом. — Папа! Они оба повернулись на звонкий голос за спиной. На небольшой горке стоял парень и с волнением смотрел на них. «Папа», — повторилось в голове Стива, и тот машинально сделал шаг в сторону. В следующую минуту парень обнимал отца со всей любовью. Хэппи усмехнулся. Картина была поистине трогательная. — Питер, тише, тише, ты мне все кости переломаешь! — иронично сказал Тони. Питер рассмеялся, выпустив его из объятий. — Я просто думал, что уже никогда не увижу тебя, — признался он. — К тому же я слышал, что стало с Наташей. Ох уж её эта страсть к охотникам на ведьм. Но, кажется, этот Баки неплохой парень. Я поболтал с ним всего ничего. Он и сказал мне, что ты вернулся. И не один. На этих словах Питер взглянул на Стива. Он осматривал его с любопытством, оценивал по какой-то выдуманной шкале, изучал реакцию на столь пристальное наблюдение. Закусив губу, он состроил смешную гримасу, и Стив, по правде говоря, немного насторожился. — Спасибо, что спас моего отца, — наконец сказал Питер. — Значит, ты не против, что Стив поживет с нами? — Тони поднял бровь. Питер счастливо улыбнулся. Он согласно кивнул, а потом, отшутившись, куда-то потащил Хэппи. Стив и Тони снова остались одни. Дойдя до домика, что стоял возле скал и, вероятно, принадлежал Тони и его сыну, они сели на скамейку и прижались друг к другу. Ветер трепал их волосы, раздувал мешковатую рубашку Стива. Тони задержал взгляд на лице Стива, вспоминая того хрупкого мальчика, которого он встретил в свою первую ночь на корабле. Глаза и улыбка остались прежними — мягкими, добрыми; челюсть стала мощнее, лоб выше. Но в этом новом Стиве всё ещё угадывался тонкий силуэт, так полюбившийся Тони. Светлые волосы почти высохли. Тони провёл по ним рукой, аккуратно и нежно, улыбнулся глазами, ловя в ответ влюблённый взгляд. Тони дивился чуду и искренне радовался, что это «чудо» — его заслуга. Мутация всех преображает по-разному, ему доводилось быть свидетелем нескольких превращений. Но он никогда прежде не видел таких изменений. От порывов ветра Тони спрятался в объятиях Стива, рукой водил по его колену и, прижавшись щекой к его груди, слушал, как бьётся сердце. — Почему ты привёл меня сюда? — спросил Стив, мягко улыбаясь, и чмокнул Тони в темную макушку. — Чтобы показать твой новый дом, — извернувшись, Тони поднял взгляд на Стива, а следом втянул его в поцелуй. Каждый новый нравился ему всё больше и больше. — Добро пожаловать в Русалочью бухту. Прикрыв глаза, Стив благодарно кивнул. Счастье разливалось внутри, текло по венам, как кровь, и впервые в жизни Стив знал, что сделал всё правильно.