Мы хотели как лучше!

       Локи с непроницаемым лицом сидел на диване гостиной. С небольшой периодичностью мимо проносился ребенок, оглушительно бивший мячом об пол. Пару минут Лофт пытался развлечь себя тем, что представлял лежащими на полу под огнем тяжелого баскетбольного мяча неприятных ему личностей, но это быстро надоело. От стука начинала болеть голова, и надо было чем-то отвлечь Питера.

***

       Удар! Еще удар! Еще! Питер торжествовал. Наконец-то у него получилось вести мяч рукой, так еще и на бегу! Еще круг по комнате! Замечательно! Удар!       Но на последнем движении удача оставила мальчика. Словно в замедленной съемке он наблюдал, как мяч, будто ядро, выпущенное из пушки, летит прямо к стеклянными дверцами стеллажа.

***

      Лихорадочные раздумья трикстера о том, чем занять Питера, прервал звук бьющегося стекла. Локи стремительно встал на ноги, и увидел такую яркую картину: Питер, с максимально виноватым лицом, рука которого исцарапана до крови осколками стекла, высокий стеллаж цвета металлик с разбитой дверцей, а весь пол усыпан сверкающими на солнце стекляшками.

***

       Пару секунд Питер стоял молча, осознавая свое положение. Рука сильно болела, а от явно недовольного Локи его отделял лишь диван. — Идем отсюда, — нарушил тишину холодный голос Локи. Но ошеломленный ребенок не шевельнулся. Лофт закатил глаза. — Уйди с осколков и сядь за стол, — конкретизировал команду трикстер.        Питер пулей побежал к столу. Забравшись на высокий стул и удобно на нем расположившись, он вытянул больную руку на столешнице и безмолвно смотрел затем, как Локи медленно снял пиджак, положил его на спинку дивана разгладив каждую складочку и вышел из комнаты. Вернулся он через пару минут с пылесосом в руках. — Нет, ну как маленький… Цверги бы побрали эту непрочную мидгардскую мебель… — зло бормотал Локи, убирая следы погрома.       Убрав, трикстер снова удалился. Питер начинал волноваться все больше, не в силах предсказать поведение асгардца. Каково же было его удивление, когда Локи вернулся с аптечкой и пинцетом в руках. Ас выложил свой инвентарь на стол, закатал рукава рубашки. — Дай руку, — сказал Локи и вооружился пинцетом. Питер протянул исцарапанную руку трикстеру. — Да уж… Как так можно было? — Питер решил, что вопрос риторический и отвечать не стал.        Локи склонился над рукой Питера, внимательно выбирая осколки из коротких царапин. Длинные волосы мешали ему, и мальчика забавляло то, как трикстер нервно вздыхал, убирая пряди да ухо. Когда Локи закончил работу пинцетом, он заботливо обработал царапины и забинтовал руку. — А когда ты был маленьким, ты что-нибудь ломал? — внезапно спросил Питер. — Нет. Это было больше по части Тора. — И он ломал? — Ого-го! Да еще как, — Локи даже улыбнулся. — Расскажи! — Ну…        Локи так увлекся рассказами о их с Тором детстве, а Питер так заслушался, что они не заметили, как наступил вечер. Веселые истории все чаще прерывались зевками рассказчика…

***

       Когда Тони вернулся домой, его встретил радостный Питер с перевязанной рукой. — Что стряслось, спортсмен?— подмигнув, спросил Старк. — Да там… С мячом играл, ну и в стеллаж неудачно… Локи убрал все, там еще с рукой мне помог, а потом так весело рассказывал… — вещал мальчик, утягивая Тони за собой в гостиную. — И там так интересно…        Войдя в гостиную Тони увидел стеллаж с выбитой дверцей, ярко-оранжевый мяч, торчащий из мусорного ведра, и асгардского принца, мирно спящего на столе, подложив руки под голову. — Да, веселый у тебя выдался денек…