Добро пожаловать в Гнездо!

[…] месяца Жарицы, 3763 год

Ардалин, Хенгастель

Вчера, когда Мейвена – теперь Майкла, надо бы привыкнуть – впервые доставили к воротам здания, в котором, как он теперь знал, располагался штаб Тайной службы, он подумал, что снаружи оно очень сильно напоминало постоялый двор. Внутренняя территория была достаточно велика, чтобы по ней могли одновременно сновать люди и шагать кони, а трехэтажное строение не изобиловало архитектурными деталями, которые ожидаешь увидеть на лицевой стороне какого-нибудь управления, а потому его вполне можно было спутать с пристанищем для путников. Каково же было его, меньше чем пальцев на одной руке раз бывавшего в подобных заведениях, удивление, когда Джил – их проводник и наставник, крепкая женщина с длинной косой, истинно филинским носом и темными, словно насквозь тебя видящими глазами, – подтвердила его догадки на следующий день, начав его практически сразу с истории этого места. – Сегодня у нас ознакомительный обход штаба. Расскажу вам о нем немного, а также покажу, что и где у нас находится и куда с какими вопросами можно и нужно обращаться, так что запоминайте лучше сразу. За мной, совята! – скомандовала женщина, как только вся шестерка оказалась в сборе. А ведь и правда, одетая в преимущественно светлое, так подходящее лету, их группка напоминала птенцов в пушку, следовавших за большой самкой в темных перьях. Даже господин «я-очень-стараюсь-выглядеть-как-не-аристократ», предпринявший вчера не самую удачную попытку одеться проще (он все еще довольно сильно выделялся за счет пышных рукавов, расшитого жилета, серег-фиалок и щегольской шляпы), сегодня уже не так явно походил на павлина. И все равно Майкл предпочел держаться от него подальше, замыкая собой их небольшое шествие, тем не менее прекрасно слыша каждое слово женщины, поближе к которой и пристроился очень вежливый, улыбчивый и невероятно любопытный молодой человек. Собственно, как ему и показалось, здесь действительно когда-то был постоялый двор, который выкупили из-за удачного расположения – близости ко дворцу – и переделали под нужды Тайной службы. Причем изменения по большей части коснулись именно внутренней части здания, и это было заметно: не заостри кто внимание на том факте, что практически все двери на втором и третьем этажах находились на примерно одинаковом расстоянии друг от друга, скрывая за собой кабинеты, даже мысли бы не возникло, что там раньше были комнаты для постояльцев. Первый этаж между собой делили несколько просторных помещений и комнат поменьше. Приемная, где оказывался каждый, как только переступал порог, встречала стойкой, за которой всегда находился хотя бы один дежурный филин, ответственный за контроль записи всех входящих и выходящих посетителей, будь то коллеги, арестанты, поставщики и прочие. Именно там вчера каждый из них впервые вписал свое новое имя в книгу учета рядом с датой и временем, начиная совсем иную жизнь простым, казалось бы, росчерком пера. Из приемной по небольшому коридору налево они попали в медицинский кабинет, который занимал две комнаты: одна была предназначена для лечения, во второй же хранились медикаменты и инструменты. Отвечая на вопрос коренастого парня пониже его ростом – Грега, если он запомнил правильно, – Джил рассказала, что здесь латали несерьезные раны, и именно поэтому помещение мало напоминало больничную палату и даже спиртом из нее несло меньше, чем можно было бы ожидать. На закономерный вопрос от Бет, девушки с коротко, он бы даже сказал неаккуратно стриженными черными волосами, а куда девают тяжело раненных, женщина пообещала выдать им в будущем на зубрежку целую инструкцию с картой, где город был поделен на районы, и в каждом была отмечена ближайшая больница. – Чтобы вы знали, куда тащить свою или товарища тушку, и что говорить, чтобы меньше вопросов задавали. – А если мы не в столице? – Научитесь действовать по обстоятельствам. Любопытно. Судя по всему, усилий к учебе здесь придется приложить не меньше, чем на занятиях в Академии. Однако привыкший запоминать и использовать огромное количество информации (да еще и на нескольких языках) почти выпускник кафедры «теоретического и прикладного языкознания» не страшился этого. Он поймал себя на мысли, что ему даже интересно, а как долго продержатся остальные, прежде чем взвыть. Все-таки на почве академических страданий нередко заводились знакомства, а общее дело приводило к дружбе, что было бы очень кстати. Но то было в обители Знания и люди там были совсем другие, а здесь… Оставалось лишь надеяться, что Госпожа Удача вновь одарит его крупицей своего внимания. Позволив заглянуть еще в пару помещений здесь же и почему-то проигнорировав дверь, находившуюся в конце коридора, их повели на противоположную половину этажа. На двойные створки, из-за которых доносились запахи еды, Джил лишь указала рукой, ограничившись коротким «столовая и кухня, туда пойдем в обед», а затем шагнула в сторону, открывая менее приметные, практически в цвет стены выкрашенные двери. – Спускаемся по одному, держась правой стены, чтобы не мешать тем, кто поднимается. Ясно? – Ясно, – стройным хором ответили ей и начали спуск. Именно в этот момент Майкл пожалел, что не шел в числе первых. Лестница вниз означала одно – подвалы. А в подвалах совершенно точно находилась сокровищница, о которой он был наслышан и даже имел счастье прикоснуться к некоторым ее ценным экземплярам (в присутствии заведующего своей кафедрой, конечно, но ведь прикасался!). – Место, куда мы направляемся, будет прекрасным вам подспорьем, и наведываться вы туда будете часто в поисках информации по порученному делу, – продолжила пока женщина, слегка повернув голову назад, чтобы эхо доносило ее слова. – Есть и любители проводить там свободное время за чтением, так сказать, «для общего развития». Это не возбраняется. Главное – не пытайтесь вынести оттуда что-либо без предварительного согласования с главным архивариусом или тем, кто его заменяет. Архив скрывался за тяжелыми, металлом обитыми дверьми и охранялся двумя переговаривавшимися до их появления филинами. Они поприветствовали сослуживицу, окинули оценивающими взглядами их разнопернастую компанию и, по его скромному мнению, разочаровали новостью о том, что глава драгоценного хранилища распорядился временно не впускать никого без острой необходимости в связи с тем, что несколькими часами ранее поступила довольно большая партия запрещенной литературы, и сейчас все архивные сотрудники были заняты ее разбором, переписью и классификацией. – Готов поставить на то, что Пепельная секция сегодня пополнится знатно, – хохотнул мужчина, стоявший слева. – Целую лавочку накрыли, представляешь, Джил? – Представлю, как только выцеплю кого-нибудь из участников облавы. Мы тогда позже вернемся. – Уже водила их на нижний уровень? – поинтересовался второй, вновь взглянув на них, словно что-то ища в выражении лиц. – А вот сейчас и поведу. Может еще застанем… разговор с нашими щедрыми книголюбами. Напряглись все. Любой, кто был сколько-нибудь наслышан о деятельности Палаты филинов, без труда мог бы догадаться, что «нижний уровень» это те самые подвалы, где хищные птицы держали свою добычу и выбивали из нее признания. И каждый понимал, что «разговором» дело совсем не ограничивалось… – Мы действительно пойдем сейчас смотреть, как пытают человека? – решился спросить Ларри, которого удалось запомнить лишь методом исключения, настолько он был неприметен на внешность. Он шел вторым, а потому своим голосом заставил вздрогнуть и обернуться господина обаяние, что так и рвался следовать прямо за их наставницей. Женщина тоже обернулась, но шаг не сбавила. – Смотря кто там сегодня на смене и как он поведет допрос. В любом случае пока только послушаем, если повезет. В дальнейшем еще и поучаствуете. Если не повезет. Но это кому как. Теперь неуютно стало всем. В ее голосе не было даже намека на шутку. А буквально десять минут спустя Майкл мог с полной уверенностью заявить, что щадить никто никого, включая новичков, здесь не собирался, а потому он и остальные четверо в полной мере наслушались того, что следовало назвать «допросом».

··✦≋·· •✾• ··≋✦··

Из подвалов все выбрались в сознании, а потому от предложения Джил заглянуть еще раз в медицинский кабинет единогласно отказались. Нельзя было утверждать наверняка, но в ее взгляде было удовлетворение. Похоже, они только что прошли какую-то проверку, даже не смотря на то, что на лестницу поглядывал хотя бы раз каждый, а мрачные выражения лиц застыли у всех – у кого как попытка замаскировать эмоции, у кого от желания побыстрее свалить оттуда. Он же старался думать о том, что при самом лучшем раскладе ему там не придется часто бывать, а при худшем… А худшего не будет, потому что косячить или предавать в его планы не входило. Обход продолжился. Далее им показали небольшой зал для физических занятий, сразу же пояснив, что он предназначен для личных разминок, а на настоящие тренировки они будут ходить туда же, куда и городская и королевская стража. «Прямо-таки птичник» неловко пошутил до этого почти все время молчавший Дэн, чем вызвал улыбку и помог частично сбросить напряжение. На третьем этаже располагался кабинет начальника, мимо которого они прошли в тишине, успев заочно познакомиться с господином Лоу – со слов Джил. Потом шла канцелярия, с секретарем которой даже удалось немного поговорить и узнать о некоторых тонкостях работы этого подразделения, далее комната для совещаний и еще несколько кабинетов, на которых сопровождавшая их женщина заострять внимание не стала. На втором этаже из важного, что сразу же стоило принять к сведению, находились переговорные капитанов и финансовый отдел. К этому моменту можно было уже смело делать вывод, что сам по себе штаб Тайной службы, о которой уже несколько десятилетий сочиняли страшилки и ходили ужасающие слухи, оказался намного прозаичнее, чем Майкл себе воображал. Подвалы как подвалы, в Академии такие же, коридоры и показанные помещения в надземной части – очень светлые и чистые, без призванного пугать полумрака и еле излучающих свет факелов. Да, особый шарм и атмосфера загадочности присутствовали, жуть и страх обитали именно там, где и должны были, но при ближайшем рассмотрении Гнездо становилось просто местом, в котором люди делали свою работу. Разочарования не было, он даже немного успокоился. В отличие от остальных, кто попадал в филины ради удовлетворения собственных амбиций, будь то власть, или месть, или служение отечеству, он просто хотел тихую бумажную работу наедине с секретными, а то и запрещенными документами, а потому местная обстановка ему прекрасно подходила. Осталось пережить обучение, дождаться рекомендации главного архивариуса, которую ему обещали, и официально вступить в ряды бровастых и ухающих. – Последняя остановка на сегодня, прежде чем мы пойдем на обед и еще раз попытаем счастья в архиве, – выдернул его из собственных раздумий голос Джил, – наша бухгалтерия. Здесь вы будете получать свое жалование, а также средства, выделенные на задания и для иных подотчетных нужд. Господин Густав – наш главный бухгалтер, любит порядок и очень не любит опоздунов без уважительной на то причины, раздолбаев и халатное отношение к документации. А если он лично поймает вас на любой махинации с казенными деньгами... – мысль она не закончила, но посмотрела настолько красноречиво, что стало очевидно: можешь додумывать в меру собственного воображения, в любом случае пожалеешь. – Чем быстрее вы это усвоите, тем проще вам будет жить в дальнейшем, поверьте мне. «Логично, – подумал Майкл, рассматривая табличку с выгравированной надписью на двери темного дерева и не обращая внимания на переглянувшихся, а то и поёжившихся от обозначенной вероятности возникновения проблемы из-за денег наверняка таких же простых людей, как и он сам. – Каким еще может быть главное уполномоченное лицо по работе с финансами в Тайной службе?» – Было бы странно и, прошу прощения, недальновидно, если бы главный бухгалтер здесь таким не был, – озвучил его мысли голос слева, уже успевший въесться в память за счет огромного количества вопросов. И когда он умудрился оказаться рядом с назвавшимся Кирусом? Джил одобрительно кивнула. – О, это замечательно, что вы в силах прийти к таким умозаключениям, – хмыкнув, она нисколько не лукавила. – Но сегодня можете расслабить все, что вы уже успели напрячь, хватит с вас. Тем более что сейчас господин Густав должен быть на совещании с начальством, так что познакомитесь с ним в следующий раз, а заодно и узнаете основные правила взаимодействия с бухгалтерией. Остальных счетоводов отвлекать мы сегодня, пожалуй, не будем, да и время поджимает. Но для справки, сидят они в кабинете дверью дальше, – все присутствующие посмотрели туда, куда женщина указала рукой. – Единственное, что... И, вопреки собственным же словам об отсутствии главного бухгалтера в своем кабинете, она несколько раз постучала в дверь. – Ида! Присоединяйся, мы закончили. Майкл, до этого косившийся на своего нового соседа и раздумывавший не отойти ли ему, поднял глаза. Ида? Какое забавное совпадение. Вот уж чего он не ожидал, так это того, что встретит здесь кого-то, чей выбор «позывного» падет на имя его подруги. Промелькнула безумная мысль, что это было бы огромным везением, находись она по ту сторону двери. Настолько безумная, что оказалась тут же задушена, потому что каковы шансы? Да, за последнюю пару месяцев много произошло такого, что изменило направление его жизни и во что сложно было поверить. Но именно в то, что с поворотом дверной ручки из кабинета бухгалтерии выйдет самая что ни на есть настоящая его однокурсница и не первый год напарница по многим письменным работам, поверить было труднее всего. Не может такого быть. – Иду! – раздалось приглушенно изнутри с последовавшим скрипом выдвигаемого стула и стуком каблуков. А в голове тут же пронеслось не самое приличное слово на физали, обозначавшее высшую степень удивления, потому что он узнал голос. …да ладно, неужели может!? – Джил, все присутствующие, здравствуйте, – сдержанная улыбка с вежливым наклоном головы, тут же потянувшаяся поправить знакомые очки рука с подкрашенными ногтями. Другая закрыла за появившейся девушкой дверь и сразу же вставила ключ в замочную скважину, проворачивая два раза. Бесы. Нечистые. – Уверена, вы еще успеете познакомиться, – решила женщина пока оставить без объяснения внезапное пополнение их выводка, отвлекая на себя внимание, чтобы никто не заметил, как это самое «пополнение» прячет ключ в потайной карман юбки, стоя к ним спиной. – Но позже. Пойдемте в столовую. Да его теперь сдвинуть не смогло бы и приглашение в архив. Очень ему нужно было, чтобы она обернулась, чтобы он еще раз увидел ее лицо, удостоверился, что это действительно она. Потому что с каждой секундой удивление все быстрее сдавало свои позиции, почти готовое быть сломленным другим сильным чувством. Чувством, таким естественным для человека, который очень боялся прослыть одиночкой в новом месте. Госпожа Удача и впрямь одарила его своим вниманием, и как же он был этому рад. С виконтессой Идалин Дрэйгдиллин он сдружился в конце второго курса, после того, как профессор определил их в пару для написания совместной зачетной работы. Неожиданно для самого себя он очень быстро понял, что сработаться с ней не составит особого труда – девушка была ответственной, могла потягаться с ним в дотошности, с готовностью выполняла свою часть работы и с самого начала, кажется, не имела на его счет никаких предрассудков. Именно поэтому после первого успеха, добытого объединенными усилиями, ему было приятно узнать, что она хотела бы и в дальнейшем по возможности работать над такими заданиями вместе. А уж когда она начала остроумно шутить с использованием игры слов? А потом и шепотом о том, над чем в приличном обществе было бы стыдно посмеяться? Он, давясь хохотом и отвечая ей не менее изобретательно, еще больше начал ценить этот союз, эту дружбу. Наконец Ида – какое облегчение – повернулась к ним лицом и шагнула ближе, рассматривая будущих коллег. И сразу же застыла, широко распахнув глаза, когда ее взгляд переместился в его сторону. Майкл еще никогда не видел такую быструю смену эмоций в ее исполнении. Сначала шок – рот слегка приоткрылся. Затем неверие – губы напротив сомкнулись, и девушка нахмурилась. Потом немой вопрос, ведь брови взметнулись вверх, а голова склонилась набок. И напоследок принятие и радость, ведь искренняя улыбка заставила ее глаза сиять. Ух ты… Как же хорошо, оказывается, когда твои чувства взаимны. Прямо-таки обнадеживает. Воодушевившись и заткнув свои внутренние метания, он открыл уже было рот, чтобы поприветствовать ее… – Ида, какая приятная неожиданность! …но вздрогнул, совершенно забыв о юноше, что все это время продолжал стоять рядом с ним. Виконтесса тоже вздрогнула, переводя взгляд на второго в этом коридоре явно обладателя дворянского титула, который улыбался так обезоруживающе и ослепляюще, что мог вполне сойти за начищенный до блеска подсвечник. И, словно бы задетая этим сиянием, она сощурилась. – Ты..!? – О, я так тронут, что ты меня помнишь! – прижав ладонь к груди, молодой человек сделал шаг навстречу, в какой-то мере закрывая собой Майкла. Хотя, даже не сделай он этого, Ида и так бы продолжала взирать лишь на него, по только ей известной причине испытывая бóльшее потрясение, чем от встречи с другом по Академии. – Ты что здесь делаешь..!? – прошипела она, скорее от нежелания привлекать еще больше внимания, чем от недовольства. – У меня к тебе тот же вопрос! – поравнявшись с ней и встав боком, Кирус определенно приглашал ее присоединиться к нему. – Пойдем скорее, поговорим в столовой. Было очевидно, что Ида хотела что-то сказать – возможно остудить его пыл или вообще отказаться, но нежелательное внимание-то уже было привлечено, причем не только со стороны их компании, но и со стороны других проходивших мимо весьма носатых птичек. И, судя по тому, как напряглись ее спина и плечи, чувствовать на себе любопытные взгляды в данной ситуации ей не нравилось. Быстро оценив ситуацию и поняв, что устраивать разборки прямо здесь и заставлять остальных ждать не хотелось от слова совсем, она взяла себя в руки и приняла приглашение, ведь это было единственно верным решением. А Майклу, опешившему, так и не поприветствовавшему подругу и вновь оказавшемуся в конце филиньего шествия, ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и смириться с фактом, что он «опоздал», и теперь ему воспитание не позволило бы прервать разговор двух представителей дворянства. Мысленно фыркнув, он наконец-то двинулся следом, в несколько шагов нагнав их увеличившуюся стайку. Ничего, думал он, набираясь терпения, у них еще будет возможность поговорить. Он был уверен в этом.

··✦≋·· •✾• ··≋✦··

Поговорить им вчера не удалось. Господин «словами-не-передать-как-я-рад-тебя-видеть» оказался на редкость прилипчив. Он как бы и задавал правильные и не слишком «я сую нос не в свое дело» вопросы, тем самым давая Иде возможность объяснить свое невероятное появление всем присутствующим, но при этом очень искусно контролировал весь разговор. Да и какое-то время спустя девушка расслабилась, уже не буравя его взглядом из-за бликовавших от света ламп очков, и даже не поправила Джил, когда та отметила, что иметь дружеские взаимоотношения в Тайной службе – похвально, глядя конкретно на них с Кирусом. Хотя припомнить, чтобы она упоминала дружбу с кем-то, подходившим под описание этого… еще ярче засиявшего подсвечника, не получалось. Как и не получилось поговорить с ней ни после обеда, ни в архиве, ни по окончании краткого инструктажа, после которого их отпустили. Даже тогда Кирус возник рядом с ней и то ли попросил задержаться, то ли предложил подвезти ее до дома – он уже не расслышал, торопился к выходу. Потому что Мейвен задерживаться не мог – его ждала работа. Стипендия это, конечно, хорошо, но полноценно потребность в деньгах она не удовлетворяла. За общежитие он был благодарен, пусть и появлялся там в последние годы практически лишь ночью как раз-таки по причине посвящения всего своего свободного времени Академии, либо подрабатывая помощником на кафедре, либо засиживаясь в библиотеке, сначала по учебе, потом и по работе. Так что вчера он спешил к заведующему кафедрой, а сегодня с утра засел в книжном царстве. Ну, как «засел». Скорее «заходил» меж стеллажами, расставляя на свои законные места скопившиеся за неделю возвращенные книги и иные материалы. Было лето, студенты появлялись не так часто, поэтому торчать безвылазно за столом библиотекаря не было необходимости… …хотя именно это он и планировал делать по завершении текущей задачи. До часа, когда ему требовалось вновь явиться в Гнездо, было еще достаточно времени, а потому он мог бы сосредоточиться на сборе литературы для выпускной работы. Следующий учебный год обещал быть сумасшедшим, и начинать готовиться стоило как можно раньше, тем более что у него уже была и тема, и советы от куратора. Но не только это занимало его мысли. Мерно шагая туда-сюда, подавляя очередной зевок, он отчаянно искал возможность отвлечь собственный разум от желания сесть за один из столов для посетителей, уронить голову на руки и уснуть. И, удивительно ли, опять стал думать о вчерашнем дне. Ох, как насыщен он был и как познавателен! Устройство штаба запомнилось быстро, инструктаж с разрешения Джил был законспектирован и у нее же на хранение оставлен, а архив и впрямь отозвался в юноше восторгом. Покоя не давала только Ида – точнее, вопросы, оставленные без ответа, потому что им не удалось поговорить! Признаваться не хотелось, но подпорченная вмешательством третьего лица радость от встречи застряла в полусонном мозгу забивным гвоздем и выкорчевываться не спешила, снова и снова возвращая к досадному (не)происшествию. Ситуацию усугублял его пытливый ум, которому жизненно необходимо было разобраться и который заставлял своего обладателя копаться в воспоминаниях в поисках мало-мальских намеков и предпосылок. Настолько, что в ходе анализа их встреч и разговоров он в итоге умудрился припомнить, как несколько раз заставал ее корпящей над какими-то цифрами. А что, сходилось – она сразу убирала записи как только он приближался. Но он-то думал, что это было что-то из разряда управления поместьем и не интересовался… Хотя, ему бы и не ответили. Или соврали бы. Тайная служба все-таки. Ох… И ведь он прекрасно понимал, что у них будет предостаточно времени и возможностей обсудить все это в будущем, ведь не мог же этот… как сложно становилось подбирать ему приличные прозвища, каждый раз красть ее внимание (он очень надеялся, что не мог). Но все равно навязчивое ощущение незавершенности неприятно поскребывало по затылку. От невеселых дум его отвлек звук открывшихся дверей. Сморгнув и мысленно послав свои тревоги куда подальше, он заставил себя собраться, а затем, не дожидаясь звона колокольчика, что покоился на временно его столе, негромко крикнул «иду!» и сунул приготовленную книгу на полку. – Иди-иди, я подожду! – ответили ему с весельем в голосе, и Мейвен чуть не выронил те две, что все еще держал в руках. Он же вроде больше ни о чем не просил Госпожу Удачу!? Сжав переплеты и круто повернувшись на пятках, он поспешил в переднюю часть огромного зала, где и застал Идалин сидящей на стуле по другую сторону стола. Закинув ногу на ногу и пристроив ладони сверху, она что-то тихонько мурлыкала себе под нос, постукивая пальцами по колену. Рядом, на свободном от бумаг углу столешницы, стояла ее красиво расшитая узором из гладиолусов сумка, с которой она часто появлялась на занятиях. Отличительный признак, все дела… Зато сомнений в том, что перед ним находится виконтесса Дрэйгдиллин, не оставалось. Стремительно сокращая дистанцию, он прочистил горло, заставляя ее встрепенуться и повернуть голову; напевание тут же прекратилось, и ритм она перестала отстукивать, расцепляя руки. – Здравствуй, Мейвен, – поздоровалась она и улыбнулась, прямо как вчера. Он почувствовал, что губы сами расползаются в ответной улыбке, а недавние беспокойства рассеиваются. Хотел разговор? Получи и распишись! – Доброе утро, Идалин, – ответил он ей, откладывая фолианты к той стопке, что он еще не разобрал. – Что привело тебя сюда сегодня? – Хмм, – протянула задумчиво, касаясь кончиками пальцев подбородка, – у меня есть несколько причин, но озвучить могу я не все. Давай я скажу… что пришла поработать немного над своей выпускной работой, – на этих словах она похлопала по сумке, в которой наверняка действительно лежали относившиеся к делу записи, и он понимающе кивнул, – а потом… я хотела бы, чтоб мы прогулялись вместе? – О, – отреагировал он весьма красноречиво. Точно, она же не могла знать, один он сейчас здесь, или нет, а потому говорила осторожно. И тем не менее она специально пришла сюда… за ним? Да еще и предлагала отправиться потом в Гнездо вместе? – Правда? Стоять, или «прогулка» означала разговор наедине? Если это так, то следовало ли ему сказать, что большинство секций библиотеки в данный момент были абсолютно пусты или..? Закончить мысль он не успел, как и сказать что-либо. То, что произошло дальше, невозможно было предвидеть. И невозможно подготовиться. Внезапно Идалин прищурилась. Теперь на него взирали пристально, оценивающе, словно принимали какое-то важное решение, от которого зависело многое. Мейвен сглотнул аж, немного выбитый из колеи этой сменой настроения, но взгляд не отвел, решив на всякий случай представить, что это какая-то очередная проверка (после всего, что было, он не удивился бы даже этому). А потом на ее лице расцвела коварная улыбка, по которой он понял – его на чем-то подловили. Тело подалось вперед, шея напряглась, а из горла вырвалось низкое и филинское..! - У-ху! …повисшая следом тишина длилась ровно три секунды. Практически мертвая, если не считать эхом разносившееся и отскакивавшее от стеллажей и стен великолепно исполненное звукоподражание, но только три секунды. Потому что на четвертой Мейвену пришлось зажимать себе рот ладонью, сотрясаясь в приступе безудержного хохота. А Идалин? Идалин снова улыбалась, определенно довольная своей… боги, это было что-то грандиознее шутки. Это ж надо было – ответить на его вопрос утвердительно, так изящно обыграв изменение лишь одной буквы, чтобы заложить в два слога им двоим понятный смысл. Было даже жаль, что за такое не давали степень магистра языкознания! Это было так хорошо и неожиданно, что ему потребовалось время, чтобы успокоиться. С трудом отдышавшись и не очень изящно рухнув на второй стул, он чуть опять не засмеялся, когда девушка, сдвинув брови, тихонько ухнула во второй раз. Он уже давно заметил, что наедине она получала огромное удовольствие, когда ей удавалось пустить трещину в его обычно не изобилующей эмоциями маске… И тут у него в голове щелкнуло. Кто сказал, что в такие игры не могут играть двое? – Знаешь, – начал он вкрадчиво, набирая в грудь побольше воздуха. – А я ведь еще подумал, какое забавное СОВпадение. И кто он такой, чтобы отказать себе в возможности окончательно развеять эту ее аристократическую сдержанность в отместку? К ее чести, Ида продержалась дольше трех секунд. Хлопнула ресницами, плотно сжала губы, силясь подавить смешок, пальцы сцепила… В общем, она продержалась пять секунд. Очки оказались на столе, лицо спряталось в ладонях и плечи задрожали от смеха, а Мейвен, откинувшись на спинку стула и выдохнув, с облегчением подумал, что да, он определенно переживет этот год.