Million unheard prayers and broken promises

06.06.2019. POV Анастасия Не виделись с Дарио после того случая, я дописала и выпустила альбом. С этим всё прекрасно. Кроме моего внутреннего мира. Там какая-то буря, игнорировать невозможно, а высказаться некому. Не то, чтобы прям некому, а не хочу. Кто станет выслушивать бабское нытье? Подругам не хочу, а Дарио не могу. Как сказать человеку, о котором вся моя дума? То, что тогда произошло между нами, пошатнуло мои светлые дружеские чувства. Сомнения из-за меня самой же, потому что я сама не уверена теперь в дружбе. Быть может, как часто говорил Порчи, я рублю с плеча. Слишком рано сужу. Не руби с плеча, Настя, не еби мозги себе. Поздний вечер. Мной овладела хандра на фоне всех этих раздумий. Ничего более вразумительного не решила, кроме как поговорить с ним. Пусть будет, как будет. Поздновато откатывать назад, когда понимаешь, что нас тянуло давно друг к другу. — Алло, всё в порядке? — Хей, нужно поговорить. — Скоро буду. Звонок в дверь. Дарио здесь, и меня потряхивает. Кухня, кофе и десять минут разговоров о том, что за день произошло. У меня что-то разболелась голова, и я решила прилечь на кровать в комнате. Порчи лёг рядом. — Скажи что-нибудь? Ты как? — Снова хандра. — По какому поводу? — Знаешь, где-то я совершила ошибку, которую нужно исправить или запустить. — Расскажи, давай решим. — Ты. Я. — я запнулась, говорить или нет следующее. — Продолжай, раз начала. — он был серьёзен и насторожен, как никогда. — Что делать, если влюблён, а в начало не вернуться? Раз уж сказала… — вновь запнулась, Дарио так пронзительно смотрел, что я отвернулась от него. — В кого влюблён? — он привстал и развернул к себе. — В тебя. Я. — Стоп. Что? — Знаю, что всё, что я сказала — дичайший бред. Теперь ты скажи что-нибудь на это. — Ты же знаешь… Он лёг на спину и молчал с минуту. — Ты же знаешь, что нет. — И? — Я уйду. — Насовсем? — Когда-нибудь увидимся. И знаешь… Бля, какого чёрта, Настя? — Ещё скажи, что я крайняя. — В данный момент да. Да какого хрена? — Нечего было к стене прижимать. — Нечего было пытаться покончить собой! — Порчи повысил голос. — Ну, конечно, я виновата теперь. Похуй. Иди. — Только потом не пиши посты о том, какая ты благородная. — Я ни слова не молвлю в социальных сетях о тебе. Дарио просто ушёл. И я, с неимоверной болью в груди. Кричать в пустоту смысла нет, поэтому я решила окончательно: ни за что в жизни не расскажу о своих чувствах. Категоричность. Временная. Но теперь плевала на все эти отношения. Лучше бы ничего я не говорила. А не это, беспощадно раскрывающее душу собеседнику, «скажи что-нибудь». Привет. Поцелуй. Провал. Пропасть. Пока. *** 20.07.2019. Самое страшное и гложущее — смирение. Будто боль в горле при ОРВИ. Противное, но придётся ждать и лечить, пока не пройдёт. Лечить. Нужны лекарства. Сегодня отправляюсь поговорить с Мироном. Странно, что он сам позвал. Мы не особо близко общаемся. — Разговор будет не самый радужный. — Про Дарио? — Да, вы чего там поссорились-то? — Буду максимально честна и открыта: один раз мы чуть не переспали, и после я думала, что влюблена. Сказала всё, но в ответ услышала отказ. Он разозлился, я тоже. После так и не общались. — И что ты будешь делать? — Ничего. Пусть разрывает изнутри, но я справлюсь. Переживу. — От него я тоже самое услышал. Вы оба гордые. Вы так всё совсем испортите. — Хочешь, я вас помирю? — Как? — Не важно как, я попытаюсь. — Попытайся, но это ему решать. — Решился бы поскорее, потому что я переживаю за его счастье. Без тебя ему уже никуда. Хотя бы просто поговорите. Придя домой, ощущение тотальной потерянности и бессилия поглотило меня. Смирение сменилось жуткой тоской. Я бы очень хотела сказать Дарио, что я что-то напутала или можно вернуть дружбу. Час. Два. Три. Стены квартиры давили, я не смогла находиться здесь и собиралась выйти на улицу. Когда открыла входную дверь, чуть не грохнулась в обморок. Если бы умела, ха. Передо мной стоял Дарио. Молча. Глаза в глаза. Не знаю, сколько прошло времени. Не осознаю, что происходит. Объятия, такие крепкие, такие родные. Реву, как дура. POV Дарио — Тише, не плачь, милая. — Сколько прошло времени? — Больше месяца где-то. — стоя в дверях, в обнимку. А Настя очень сильно прижимала меня к себе. Эти мгновения казались нещадно мимолётными по сравнению с тем временем, пока мы не общались. Позже Настя успокоилась, снова кухня и наши задушевные разговоры. Разговоры о том, что происходило с нами по раздельности. — Мне было очень плохо. Не знаю, как я вообще дышал без тебя. — Ты ушёл тогда, а я просто винила себя за сказанное. В итоге это оказалось эмоциональным порывом. — Знаю. Через все разочарования в половинках, через все глупости и печали, шутки и разговоры до рассвета, ссору эту, перерыв в месяц общения, мы, наконец, поняли, кто мы друг другу. — Близкие люди. Действительно друзья. — Только больше не плачь, девочка. — Не буду. — её самая тёплая и родная улыбка. Мы оба невероятно скучали. — Если бы не Мирон, я бы не приехал к тебе. Я не решался, а он намекнул, что без меня ты загибаешься. — Многие говорят, что я похудела. — И постарела. — Ахаха, и это тоже. Если бы не она, я бы ещё год назад загнулся от влюблённости. Как я вообще без неё жил этот месяц? Без моего лучика солнца. *** 27.07.2019. Прошла где-то неделя, а мы не отходили друг от друга. Да, так сильно я привязался. Только сегодня единственное утро без неё. Настя к подруге ездила на ночь. Тут я задумался, что Настя может и права была в словах своих. Ну какая это дружба? Мы слишком близки. Мирон говорил не раз, другие замечают, одни мы двое слепы. Одна ночь без её… её объятий, и я схожу с ума. Ага, тогда уехал. А теперь. Опа! Прилетел говорить, что она права. Раню. Или же, найти подход. Я позвонил ей: — Алло, привет, скучаешь? — спросила Настя. — Привет, жива там? — Жива, домой еду. — Приезжай ко мне. — О, — она запнулась. — Хорошо. Час. И она входит в мою квартиру. Я знаю, что скажу. — Что за срочность? — удивилась Настя. — Могу прямо? — Давай. — Какая у нас с тобой дружба? Это ведь не дружба, — я взял её за руки. — Или как? — Ты меня путаешь. Что опять случилось? — Мы ближе, чем друзья. — А я говорила. — Время не отмотать назад, понимаю, отношений ты не хочешь. Мы оба накосячили, строили какую-то дружбу. Но это же не похоже на дружбу. — она лишь улыбнулась. — Любовь. Я давно знаю, что люблю тебя. — А я дурак. — Ты дурак, я дура. Если бы это можно было назвать страстью, загорелся пожар, летела одежда, как ненужный хлам. Пылкие фразы, горячие поцелуи. Чёрт, да, самый лучший секс с самой лучшей девушкой. Руки переплетались. «Каждый твой выдох, каждый твой вдох кричит об одном…» Её губы, ключицы, скулы, волосы… Я люблю её всю. Однажды она сказала: «в народе говорят, что дружбы между парнем и девушкой не бывает; но мы с тобой явно из другого измерения». Да, она, однозначно, другая. — Но мы всё равно из другого измерения, потому что не мыслим, как они. Мы другие. — я прижал её к себе. — Я нашла своё море. — Чуть не проебал свою любимую девочку. Сколько мы пережили. Всё, ради любви. Миллион неуслышанных молитв и разбитых обещаний. Другим и от других. Всё, ради неё. Моей девочки, явно с другой галактики.