Осколки от наших сердец

      В прошлый раз такой день для меня был днём надежды. Новое начало. Возможность выбраться из своих проблем. Попробовать сделать еще один старт. Обрести свою семью.       Тогда Питер только пошёл в детский садик, поэтому он ходил в группу всего на пару часов, а я должна была быть рядом, чтобы он не пугался и не паниковал. С утра я приготовила ужин, украсила дом, а потом мы с Питером направились в садик. Я сказала ему, что должен приехать кое-кто очень важный, один из членов нашей семьи. Но тогда Питер был еще слишком маленьким, чтобы удержать в своей голове что-то надолго. Сначала он был возбуждён и в предвкушении, но как только ему в руки попал мой телефон и игра, он уже обо всём забыл. А потом смотрел в окно и спрашивал про всё, что видел перед собой.       Когда я ехала домой, я ожидала, что мой брат обнимет меня, скажет, как любит, извиниться за то, что оставил, пообещает, что такого никогда не будет, а потом прижмёт к себе Питера и пообещает стать для него лучшим отцом на свете. Но мне было восемнадцать, я всё еще была немного наивной.       Мы с Питером вошли в дом, где всё было украшено. Гейб сидел на кухни и просто ел то, что я приготовила, а перед ним стояла уже наполовину опустевшая бутылка дешёвой водки. — Гейб? — Позвала я его тихо. — Привет, мелочь. — Бросил он и взял бутылку, чтобы наполнить свой стакан.       Он изменился. Стал грубее, мужественнее. Его лицо покрывала щетина, над бровью был небольшой шрам, а на руках наколки. Он выпил, закусил, а потом бросил взгляд на Питера, который спрятался за мою ногу. Я не могла его винить, ведь Гейб сейчас действительно выглядел очень пугающим. — Подарок от Стейси? — Спросил он, а я просто кивнула.       И на этом разговор о его сыне закончился.       Тогда Гейб допил, доел, а потом просто куда-то ушёл. Он вернулся лишь на следующий день ночью и вырубился на диване. Когда я вернулась его уже не было. В следующий раз он пришёл только через три дня и завалился в старой спальне наших родителей. В ту ночь я не могла заснуть. Я долго ворочалась в кровати без сна. Часть меня всё еще надеялась, что это небольшая депрессия из-за того, что ему пришлось отсидеть в тюрьме, он потерял друга и неожиданно стал отцом. Эта часть меня надеялась, что через пару недель он войдёт в норму и перестанет опустошать холодильник, пропадать где-то и засыпать без пустой бутылки в руках.       Я услышала, как дверь в мою комнату открылась, а потом маленький Питер подошёл к моей кровати. — Мамотька, — тихо сказал он. — Там дядя гломько хляпит. Я спать хотю. — Иди сюда, малыш. — Я откинула одеяло и когда Питер лёг рядом, прижала его к себе. — Мамотька. — Через какое-то время тихо он позвал меня. — Да, милый? — Кто этот дядя? Он пугает меня.       В тот момент мне больше всего хотелось сказать Питеру, что это его отец. Что это тот папа, про которого он меня уже спрашивал несколько раз. Я так хотела, чтобы с Питером Гейб вёл себя также, как вёл со мной, когда наши родители погибли. Он заботился обо мне, всегда был рядом и помогал, когда я нуждалась в этом. И больше всего я хотела, чтобы он делал всё это для Питера. Но потом я зарыла глаза и представила его на нашем диване, в грязной заблёванной одежде, с пустой бутылкой в руках. Нет, это не тот отец, который нужен Питеру. — Просто один мой знакомый, — тихо прошептала я, поправляя волосы Питера. Больших усилий мне стоило, чтобы слёзы не потекли по моему лицу. — И призрак того, кого я когда-то знала. — А когда он уйдёт?       В тот момент я не знала, что сказать, поэтому просто сказала Питеру, что ему нужно поспать, ведь завтра в детский садик идти.       Гейб продержался недолго. Хотя учитывая его поведение, мне кажется, что он был дома слишком долго. Пару месяцев он продолжал так и жить: появлялся, чтобы проспаться и поесть, несколько раз занимал у меня денег, но так и не возвращал. Потом он пропал на месяц. Неожиданно вернулся, потом еще раз пропал на пару недель. Пока в один раз к нам не пришла полиция и не забрала его. Я должна ненавидеть себя за то, что когда его уводили в наручниках, я просто стояла и с облегчением подумала «Слава Богу, что Питер у мисс Питтл». Я отвратительная сестра. Но когда Гейба забрали, наша жизнь стала гораздо лучше. И Питер снова начал смеяться, радоваться и бегать по дому, даря мне только лучшие воспоминания из его детства.       В этот раз я ни к чему не готовилась. Я прожила этот день, как самую обычную среду. Я собрала нас с Питером, отвезла его в садик, отправилась на работу, посплетничала с Сарой, вытерпела двух идиотов, что заказали лишь колу и два часа пытались ко мне подкатить. Сейчас мы с Питером ехали домой, и пока он рассказывал про то, что произошла сегодня в садике, я со страхом думала о том, что меня ждёт дома.       Когда мы вошли в дом, Питер сразу убежал, чтобы выгулять Чакки, а я направилась на кухню. Гейб уже был здесь. Сидел за столом и ел запеканку, которую я приготовила для нас с Питером. Перед ним стояла бутылка пива, но на стойки уже было две пустых. — Привет. — Тихо сказала я, проходя на кухню. Гейб бросил на меня быстрый взгляд, а потом вытер рот полотенцем. — Ты подросла, — усмехнулся он. — От кавалеров небось отбою нет. — Они не проходят и первый уровень. — Какой еще уровень? — Питер.       Я ожидала… нет, надеялась, что это вызовет у Гейба хоть какую-то эмоцию. Но он молча кивнул и потянулся к своей бутылки с пивом. — В этот раз ты надолго? — Спросила я, скрестив руки на груди. — Убери коготки, сестрёнка. Это всё еще мой дом. — Нет, здесь уже ничего твоего нет. — О, пока меня не было тебе двадцать один год стукнул? — Усмехнулся он, а я глубоко вдохнула. Как мы докатились до этого? Когда-то он был моим братом и заменил мне и папу и маму. Он был моим лучшим другом. И я могла сделать всё на свете ради него и Оливера. Как так вышло, что одно мне теперь видеть трудно, а другой стал для меня, как самый худший враг? — Гейб, пожалуйста, — попросила я. Знаю, что сейчас выглядела так, словно мы уже год спорим, хотя мы и трёх минут не проговорили. — Здесь Питер… и я хочу ему нормальной жизни. — Я понял, Алиса, — кивнул Гейб. Усмешка сошла с его лица. И сейчас я поняла, что за всем, что твориться в его голове и душе, осталась какая-то маленькая часть того Гейба, которого я помнила когда-то. — Я постараюсь не попадаться ему на глаза. — Он пошёл гулять с собакой. Скоро вернётся. — Тогда я пойду в комнату. Отдохнуть охота.       Гейб был верен своему слову. Он даже не попадался на глаза Питеру. Когда мы с Питером приходили, его уже не было. Я знаю, что пока была на работе, Гейб появлялся дома, потому что из холодильника пропадала еда, тарелок в мойке прибавлялось, а в ванной, словно ураган после него проходил. Но Гейб не пересекался с Питером, поэтому я была ему невероятно благодарна и могла выдыхать с облегчением.       Проблема заключалась в Оливере.       Он был серьёзно настроен в отношении меня и Питера, поэтому каждый день интересовался, не нужно ли нас подвезти, не хотим ли мы куда-нибудь сходить или просто заглянуть к нему в гости. Боже, еще ни один парень меня так не обхаживал, как Оливер обхаживает Питера. Но всё равно мне приходилось каждый день динамить Оливера. В один день я сказала, что Питеру плохо, и он никуда не может пойти. Когда Оливер сказал, что он может заехать в аптеку, я поняла, какая это дурацкая идея. Потом я ссылалась на то, что он очень устал за день, еще один раз я говорила, что Сара мне голову оторвёт, если хотя бы день не проведёт с Питером. Еще один раз я сказала, что мы с Питером решили устроить день кино и валялись на диване.       Но самая моя главная проблема заключалась в Питере.       Он каждый день меня по нескольку раз спрашивал, где Оливер, почему Оливер не приезжает, он что уехал, он бросил нас, он соврал? Мне приходилось врать и ему и говорить, что Оливер просто много работает. Я чувствовала себя такой сукой, что не давала им встретиться. Но если бы Оливер пересёкся с Гейбом, это бы создало настоящую атомную войну, а я хотела избежать этого всеми известными способами. Поэтому я пыталась как-то продумать план, как Оливер может встречаться с Питером. Но не пересекаться с Гейбом и даже не знать о том, что тот дома.       Сегодня был вторник, и моя смена закончилась, а Саре еще предстояло больше двух часов терпеть всяких идиотов. Она рассказывала про то, что недавно познакомилась с парнем, который учится в колледже, занимается спортом, ездит на Ауди и постоянно очень даже мил с ней. Мой телефон пропищал, оповещая о новом сообщении и я потянулась к своему рюкзаку. — Оливер пишет? — Усмехнулась Сара, а я закатила глаза. С тех пор, как она столкнулась с ним на моей кухни, а потом я рассказала ей краткую версию того, откуда мы знаем друг друга, она часто спрашивает меня про него и подкалывает этим. Стерва! Но я люблю её. «Привет, Пупс. Сегодня я возвращаюсь в Чикаго. Безумно по тебе соскучился и очень бы хотел увидеть. Прости, если в прошлый раз я обидел тебя, был немного на эмоциях. Люблю тебя. Твой Алан» — Это… Алан? — Сказала я с сомнением, хотя знала, что это точно его номер и прекрасно видела подпись на сообщении. — Да ладно?! — Сара выхватила у меня телефон и быстро прочитала сообщение, а потом закатила глаза. — Он что серьёзно? Возвращаюсь в Чикаго, скучал по тебе, если обидел? Он вообще помнит, как полгода назад расстался с тобой. — Это было обоюдным. — Поправила я, когда надевала куртку и вешала рюкзак на плечи. — Алиса, если парень говорит, что он бросает тебя и уезжает, чтобы стать музыкантом, а ты просто говоришь «Окей», это не совсем обоюдное. — Спасибо, что напомнила. — В любом случае, что ты будешь отвечать? — Ничего. — Совсем ничего? Совсем ничего? — Удивилась Сара. — В мою жизнь сейчас и так вернулось слишком много мужчин, которые когда-то разбили мне сердце. Оливер. Гейб. На Алана у меня нет ни сил, ни времени, ни желания. Нужно сначала разобраться с этими двумя. — А если Алан придёт к твоему дому, что ты будешь делать? — Скажу, чтобы убирался или я напишу на него заяву в полицию. Он знает меня и знает, что я могу такое сделать.       С Аланом я знакома уже достаточно давно, а наши отношения переживали разные этапы и разные взлёты и падения. Мы с ним видели разные этапы наших отношений. Поэтому Алан понимает, что от меня лучше ожидать, когда ко мне лучше не приближаться и каких тем лучше вообще избегать в разговорах со мной. Еще немного и Алан бы смог стать идеальным парнем. Но… но он был Аланом, а Алан и понятия «идеал» стоят катастрофически далеко друг от друга.       Уже через час мы с Питером шли, рука об руку домой. Он рассказывал мне о том, что Молли пригласила его к себе домой в выходные. Она устраивает небольшое чаепитие и там будут самые близкие её друзья из садика. И его она приглашает только потому, что об этом попросила Пейдж. Питер так светился, когда говорил об этом. А я поняла, что готова терпеть противную мать Пейдж еще сто десятков раз, лишь бы он был таким же радостным и весёлым. — Оливер! — Закричал Питер, когда мы подходили к дому. Его рука быстро высвободилась из моей и он побежал вперёд. Тогда я и заметила машину Оливера, стоящую перед нашим домом. И его самого.       Дерьмо!       Оли сразу подхватил Питера на руки и прижал его к себе. На его лице отразилось такое счастье при виде Питера, что в очередной раз я почувствовала себя редкостной сукой за то, что намеренно разделила их. И сделала я это из-за эгоистичной цели. Чтобы уберечь себя из-за грядущего апокалипсиса, который наступит, если Оливер и Гейб встретятся. — Привет, приятель, — радостно сказал Оливер, ставя Питера обратно на землю. — Ты случайно не подрос с прошлой нашей встречи? — Он потрепал Питера по волосам, а тот засмеялся. — Клянусь, ты был ниже на добрых пару сантиметров. — Я действительно подрос! — Радостно сказал Питер. — Мама сказала, что я каждый день росту. А еще я побил твой рекорд! Идём, я тебе покажу. Это так круто! — Нет! — С театральным шоком сказал Оливер, а потом прищурился. — Ты не мог побить мой рекорд. Я непобедим. — А я побил! Я тебе покажу. В батле тебя смогу сделать. Правда, здорово? А еще подруга Пейдж позвала меня в гости, потому что об этом попросила Пейдж! Твои советы работают! И когда я пропустила это?!       У Оливера и Питера появились свои секреты, свои тайны и у них происходили «мужские» разговоры. Те самые, которые я отчаянно желала Питеру, но не могла дать, потому что ни в моей, ни в его жизни не было настоящего мужчины, который мог стать примером для подражания. — Идём, в дом? — Только если твоя мама не против. — Улыбнулся Оливер и посмотрел на меня, а потом с такой же яркой улыбкой на меня посмотрел Питер. И как им можно было сопротивляться? Они были такими очаровательными, а моё сердце просто разрывалось от любви к обоим. И как бы долго и сильно я не внушала себе, что Оливер предатель и тот, кому я не могу доверять, моё сердце всё еще видело в нём мальчика, в которого я влюбилась. Парня, на которого я могла всегда рассчитывать. Того, кто позволял плакать на его плече, когда мне было плохо. И того, кого я любила всю свою жизнь. — Я… э… — Меньше всего на свете я хотела сейчас разбивать два этих сердца. Но я не знала, дома ли Гейб. Если бы даже я знала, что Гейба нет, всё равно бы не рискнула, потому что неизвестно, когда он может прийти. — Алиса! — Я резко обернулась и у меня чуть челюсть на землю не упала, когда я увидела, кто позвал меня.       Чёртов Алан!       Всё такой же высокий, красивый, с непослушными волосами, милыми ямочками на щеках. В руках он держал небольшой букет из трёх хризантем, перевязанных лентой. Только его здесь не хватало, хотя… — Алан! — Улыбнулась я, а потом быстро обняла его и приняла цветы. — Как я рада, что ты заглянул. — Серьёзно? — Немного нахмурился он, а потом снова улыбнулся. — Я просто немного… — Нет, нет, это так здорово. Не хочешь сегодня зайти на ужин? — Вот оно и оправдание для Оливер. Старый друг пришёл ко мне в гости, не удобно его выставлять. А он еще так долго отсутствовал, поэтому будет неловко, если я буду говорить с ним, а Оли будет сидеть в сторону. Алана потом выставить будет проще простого. — Оливер, прости, что так получается, — повернулась я к нему, не дожидаясь ответа Алана. На самом деле, его мнение и желания ничего не решали. — Давай мы встретимся в другой день?       Сейчас у меня в голове была только одна мысль «Пожалуйста, уходите все». Гейб недолюбливал Алана (да, у них было пару встреч, во время которых Алан не очень хорошо себя зарекомендовал), а Оливера он просто ненавидел всей душой. Поэтому я сейчас хотела, чтобы Оливер просто сел в свою машину и уехал, а следом за ним ушёл и Алан. Чем быстрее закончится этот цирк, тем быстрее я смог успокоиться.       Но видимо сегодня был не мой день. Ладно, жизнь в принципе никогда не была на моей стороне. И когда я думала, что хуже быть не может, она подбрасывала мне еще одни неприятности и считала, что это весело смотреть, как я с ними справляюсь. Так было, когда погибли родители. Так было, когда сбежал Оливер. Когда посадили Гейба. Когда у меня появился Питер. Когда Гейба посадили второй раз. Когда Алан уехал. И еще недавно я считала, что главная моя проблема — отсутствие денег, а потом в мою жизнь вернулся Оливер. Гейб. И Алан. А потом я оказалась в этой конфузной ситуации. И казалось бы хуже уже не будет. Но вот жизнь решила еще раз надо мной посмеяться.       Потому что на пороге дома появился Гейб. — Какого хрена тут происходит?! — Прокричал он, спускаясь с лестнице. Его взгляд был злым, когда он смотрел на Алана. Но как только он перевёл его на Оливера и по его лицу пробежала тень узнавания, его лицо исказила такая ярость, какой я у него никогда не видела. — Ты, — прошипел он, а потом пулей подлетел к Оливеру и схватил его за рубашку, но тот среагировал быстро и немного отстранился. — Что, блять, ты делаешь рядом с моей сестрой? — Гейб, успокойся и перестань материться при Питере. — Попросила я. Хотя было очевидно, что конфликт не минуем. — Эй, что тут происходит? — Спросил Алан. — А ты вообще завали и убери свои лапы от моей сестры! Она тебе не кукла для траха, когда член зудит! — Прорычал Гейб на Алана, а я закатила глаза. Это мне слышать точно не хотелось. А также это не то, что нужно было слышать Питеру. — Хватит уже! — Крикнула я на них. — Вы можете сколько угодно мериться своими маленькими членами, а я пойду домой, чтобы покормить своего сына.       Я взяла Питера за руку и быстро повела его в сторону дома. Как только мы оказались внутри, я захлопнула дверь. И больше всего в этот момент я хотела, чтобы также легко можно было оградить себя от проблем, как я оградила себя от зарождающегося на улице скандала.