Сгорая вместе...

В диапазоне между отчаяньем и надеждой

***

PoV Саша

Выйдя из комнаты на адреналине, я потихоньку начал осознавать, что сейчас произошло. Дверь громко хлопнула, окончательно возвращая осознание ситуации. «Да уж молодец, герой, сказал, что давал клятву и потом сорвался.» Шагая по лестнице, снова считаю ступеньки, а они словно не кончаются. «Чего ты добьешься если будешь постоянно так делать? Добьешься лишь того, что она перестанет тебе доверять и будет каждый раз прятаться от тебя, запираться в ванной, в комнате, лишь бы не встречаться с тобой в такие моменты» Стараясь откинуть мысли, которые словно огромный рой пчел были в моей голове, жалили, доставляли одну лишь только боль. Боль от своих же действий, инстинктов, которым поддался так не вовремя, когда ей была нужна помощь, поддержка. А я… Оказывается я все также глуп. Глуп как маленький ребенок, которому говоришь нельзя конфетку, а он все равно тянется к ней. Обещает, что не будет брать, и все равно берет. Я очень зол на себя, чувства внутри меня полыхают ярким пламенем, пытаясь прожечь брешь в груди. Останавливаюсь, громко стукнув ногой по ступени «Вот ведь…» это была больная нога, которую я ломал несколько лет назад. Теперь боль от чувств переходит на физическую. Немного постояв, пытаюсь собраться с мыслями, откинуть весь гнев, всю боль от ситуации в спальне, и продолжить путь. «А может спуститься в бар и избить тех альф, которые позарились на мое. Конечно прошло уже достаточно времени и они могут быть далеко или все также оставаться в баре. Можно хотя бы спуститься и проверить… Да и что они мне сделают? Ничего, ведь пока я зол, то неудержим» Я был уже на середине, до первого этажа ещё есть время. «Надо отвлечься, а то такими темпами я не выдержу и разъебу что-то или кого-то»

Один.

Делаю первый шаг с огромным усилием, словно вырываясь из холодных, склизких лап. Меня не покидает ощущение что если я остановлюсь, то уже не смогу прийти в себя. Спущусь в бар и перебью все что там есть. И никто меня не остановит.

Два.

«А ведь день так хорошо начинался. Да и Настя не простит если спущусь бар. Будет нервничать, переживать» Скользкие объятия пагубных мыслей не покидают, но понемногу начинают ослабевать. «Хотя кому я вру, она наверно меня ненавидит за мой поступок. Я причиняю ей только боль, не даю любовь, кому я такой сдался. Правильно, никому…»

Три.

Меня начинает опять захлестывать ненависть к самому себе, а темнота сгущается над головой. Она начинает опять болеть. Словно огромные черные тучи скопились на каждом сантиметре головы, давя, захлестывая своими бурями. Делаю глубокий вдох, словно он последний в жизни. «Нет. Это не так. Да, я ошибся, да, сделал больно, но ведь не может одно плохое перекрыть все то хорошее, что было между нами.»

Четыре.

Выдыхаю. И словно этот выдох возвращает меня в реальность, протрезвляя разум. Темнота плавно отступает. Этот бой я выиграл. «А ведь правда, я понимаю, что сглупил, сделал глупость, но ведь не настолько все плохо. Я обещал, что не брошу и буду с ней.»

Пять.

«Надо дать ей понять, что она не одна. Я ведь за этим и иду. Набрать ванну, чтоб ей стало легче.» Это была последняя ступенька. Именно она и помогла вернутся обратно в действительность. «Я не такой как те два уебка, что были внизу.» Я другой. По крайней мере мне хочется в это верить. Спускаюсь в зал, стараюсь не смотреть на отражающие поверхности, чтоб нечаянно не разглядеть в себе тех, кто видит в слабых «подстилку», движимых лишь одними инстинктами и желанием трахнуть все что движется. Бросаю короткий взгляд на балкон. Он распахнут. На улице все также солнечно, но уже скоро небо наполнится красками заката. Дует ветер. Он освежает разум, приносит очищение ему. Становится проще дышать. Остатки ярости растворяются в нем. Сейчас я хочу лишь помочь своей любимой. «Еще немного и я окажусь в ванной» И правда между мной и ванной остается пара шагов. И я немедля преодолеваю их. Буквально через секунду я уже стою напротив ванны. Быстро, стараясь ни о чем не думать, наклоняюсь, настраиваю воду, чтоб она была не горячая для Насти. Она ненавидит горячую воду. Даже вода, под которой моюсь я, для нее словно огонь. В голове всплывает воспоминание.

flashback

— Можно присоединиться? — это был голос Насти. Такой игривый, веселый, задорный. Она стояла уже напротив меня без одежды и хотела залезать в ванную. — Ты еще спрашиваешь. Запрыгивай ко мне конечно. Она улыбается, от чего тело становится легким, как пушинка. Так происходит каждый раз. Ведь её улыбка для меня дорога. Обычно она достаточно серьезна и улыбается редко. А когда это происходит, то она словно светится изнутри, озаряя своим светом меня. Настя перешагивает через бортик, ее нога только касается воды как вдруг резко отдергивает ее обратно на пол. — Ай! Ты что из ада? Что за лава выливается из крана? К ней невозможно прикоснуться! — она явно недовольна, что её планы нарушились. Я смеюсь в ответ на её реакцию и решаю отшутиться — О да, я сам Сатана! Поднялся из глубин ада, чтоб похитить самого прекрасного ангела! А ну-ка, мой ангелок, иди сюда! — я тянусь к ней, а она отпрыгивает от меня. — Нет уж, в таком случае, ангелы любят прохладную водичку, а не вот это жерло вулкана, в котором ты плаваешь. — Настя хмурит брови, складывает руки на груди и всем видом показывает, как она негодует. — Да ладно тебе, — я взываю к ней — не такая уж и горячая вода. Она для меня вообще еле теплая. Я ж терплю как-то что ты любишь «прохладную водичку». Хотя для меня она далеко не прохладная, а ледяная скорее.

***

«Так, вроде для нее это будет достаточно теплая вода. Может добавить еще пены, чтоб окончательно помочь Насте отвлечься от боли.» Начинаю взбивать пену при помощи душа. Поднимаюсь из согнутого состояния, немного ноет спина. Ванная комната наполняется сладким ароматом банана. Он был не слишком приторным и химозным, каким бывает большинство отдушек в таких пенах. Этот запах натолкнул на мысль. «Сейчас закончу здесь, отнесу Настю в ванну и сделаю ей кофе на банановом молоке. Она так любит его.» И вот уже через пару минут ванна ожидала мою принцессу. Я выключаю воду, напоследок проверяя ее температуру, убеждаюсь в её «теплоте». «Как вообще можно не любить горячие ванны? Они же расслабляют мышцы, снимают напряжение. Да и в принципе классные. Это гораздо приятней, чем плескаться в ледовитом океане.» Вытираю руку о махровое полотенце белого цвета с вышивкой золотистой нити, которую Настя сделала сама. На нем было написано «Mon cheri». Кажется, пора возвращаться за моей женой, а то она совсем заждалась меня. Я выхожу из ванной, направляясь к лестнице на второй этаж. Но воспоминание о том, как было тяжело спускать по ней, останавливают меня. «Успокой свои способности, Настя ждет. Хватит вести себя, как тряпка. Ей и так тяжело ещё и ты медлишь, как только можешь.» Стараюсь откинуть все мысли о том, что она не хочет меня видеть, я будто взлетаю по лестнице. Быстрыми шагами направляюсь в нашу спальню. Передо мной предстает картина. Моя жена лежит на кровати, сжавшись в комочек от боли. — Любовь моя, ванна готова. — зову её. В ответ тишина. — Настя? Подхожу ближе, запах мяты уже не дурманит голову, поскольку я очень переживаю за нее. «Она что без сознания? Насколько сильно же ей плохо?» В голову начинают закрадываться плохие мысли. Я очень переживаю, сердце ускоряет темп, разгоняясь до первой космической. Оно начинает стучать в ушах. Она такая беззащитная и маленькая, когда сворачивается так. Хочется спасти ее от боли, забрать последнюю себе, чтоб ей стало проще. Когда моя рука уже тянулась к будто безжизненному телу, Настя зашевелилась и распахнула свои глаза. В них было некоторое непонимание от происходящего, от чего я настолько переживающий. Хотя было бы глупо надеяться что я не буду нервничать из-за того что мне не отвечают и не подают признаки жизни. Отгоняя волнения в сторону, стараясь показать всем видом и голосом, что все нормально и я не переживаю, говорю: — Котенок мой, ты как? — Не очень на самом деле… — ее голос очень глухой, тихий. Настя говорит практически шёпотом. Видимо, каждое слово и движение причиняет ей боль. — Пойдем, я тебя отнесу в ванную. Она уже наполнена. — Спасибо… Я люблю тебя — А я люблю тебя больше и сильнее всего на свете… «Так надо определиться как взять тебя на руки, чтоб причинить меньше неудобств и боли.» Решаю аккуратно запустить одну руку под колени, а другой прижать за корпус. — Давай, аккуратно хватайся за шею. — говорю Насте. — Угу… Выполнив небольшую махинацию поднимаю ее с кровати. Она такая легкая- «птичий вес». Так всегда говорил мой отец, глядя на Настю. Ее хрупкие ножки свисали с моих рук. «Шествую словно несу реликвию мира. Настолько аккуратно, будто одно дуновение ветра, и она разобьется, как хрустальная ваза» Эти мысли заставили меня улыбаться. И моя дорогая увидела это. — Чего улыбаешься? — она хмурилась, но это было по-доброму. Так Настя всегда пыталась отвлекаться от боли и плохого. Всегда старалась отшучиваться или язвить. — Да вот, — мы уже добрались до лестницы, — думаю, насколько аккуратно несу тебя, будто ты все сокровища мира. Хотя это так и есть. Ты мое сокровище. Настя улыбается. «Боже, я готов душу дьяволу продать, лишь бы она всегда улыбалась» — Держись давай, а то упадешь. — говорю я и делаю первый шаг на лестницу. Моя жена прижимается ко мне сильней и бубнит под нос. Достаточно тихо, но настолько чтоб я услышал. — Так ты не роняй. Тогда не упаду. — Ах вот так, то есть я буду виноват? Кто так считает сейчас пойдет пешком. — говорю я с легкой нотой язвительности. — Да, ты будешь. А кто иначе? Я разве? Нет. — Хорошо, значит не уроню. — смеюсь в ответ Вот и прошли лестницу. Осталось совсем чуток и она уже будет лежать в ванной, расслабляться и отдыхать. «Так, еще немного.» Настя жмурится от боли, прижимается сильнее. Прямо перед дверью она просит остановиться. — Что такое? — я немного взволнован. -Дальше сама справлюсь, спасибо большое. Спусти меня, пожалуйста. — жена смотрит на мое лицо, словно пытается разгадать мои мысли. — Точно справишься? Я ж переживать буду. — Да, не переживай, хочешь дверь не буду закрывать, чтоб ты в случае чего не выломал ее. — Хорошо, как скажешь. — волнения никуда не делись, но поделать нечего, и я спускаю Настю с рук. Ее ножки касаются пола, я придерживаю за руки, чтоб не упала. Когда вижу, что стоит уверено, отпускаю их. Настя улыбается, пытаясь таким образом развеять мои плохие мысли и переживания. Но к сожалению, это не та улыбка, которая на это способна. Перед тем как прикрыть дверь, Настя шлет мне воздушный поцелуй, который как стрела Амура в миллионный раз пронзает мое сердце. Я отвечаю тем же. «Так, чем я хотел заняться? Ах, да, кофе.» Разворачиваюсь на 180 градусов, и вижу что у кухонного стола стоит стул. «Опять не могла дотянуться до полок? Надо будет перевесить их.» Отодвигаю стул на место и начинаю заваривать кофе. Квартира медленно обволакивается его приятным запахом. «Пока нагревается плита с туркой, я успеваю покурить». Эта мысль мне нравится. Хлопаю по карманам и не нахожу в них пачки сигарет. «Вот черт.» Я направляюсь к прихожей, чтоб достать пропажу из кармана верхней одежды. «Ага, вот ты где.» Достаю одну сигарету, зажигалку, направляюсь к балкону, как вдруг зазвонил телефон. «Да блять, кому я сдался?» Беру смартфон, входящий вызов. Это звонил Леон. — Алло, Сань, ты где? Мы только приземлились. — Я дома, а что? — говорю, параллельно направляясь к балкону и зажигая сигарету. — Ну вообще мы думали, что встретишь нас, незнакомый город как никак. — на заднем фоне было очень шумно из-за чего я плохо слышал что говорит мой друг. — Бля, Леон, я забыл. Давайте адрес отеля скину, туда заселитесь. — делаю первую затяжку. Дым окутывает легкие приятным теплом. — Ладно. А чего в отель? У вас ж вроде есть гостевые комнаты. Может там пока поселимся? — Нет, неудачное время для этого. — надеюсь не придется объяснять почему так. — А чего так? Ааа, из-за Насти, да? — какой он догадливый. — Да. Поэтому не стоит. -Ну, хорошо. Тогда чиркани мне адрес и мы поедем на такси. Но вечером же нас встретит в клубе его хозяин? — по одной интонации было понятно, что он улыбается. — Хозяин постарается. — Смеюсь в ответ. — Хорошо, ладно, жду адрес. — он сбросил. Я докуриваю сигарету, и иду доделывать кофе. Оно как раз практически готово. Город начинает погружаться в ночь, солнце скрывается за горизонтом. Уже около 6 вечера. Скоро придет ди-джей и будет настраивать аппаратуру, а ближе к 9 наш клуб распахнет свои двери для всех желающих. — А что ты тут делаешь? — Настя вышла из ванной бесшумно, от чего я дернулся и чуть не обжегся горячим напитком. — Не пугай так. Кофе тебе делаю, на банановом молоке как ты любишь. Как ты себя чувствуешь, солнце моё? — Лучше. Ванна и правда помогла. Спасибо тебе большое за нее. Мне уже не больно, видимо таблетки и твой способ все же помогли. — Она улыбается, от чего на душе становится радостно. — Хорошо, я рад. Садись я сейчас принесу кофе. Она прошла на балкон и села за столик. Настя всегда любит сидеть там, созидая окружающий мир. Я никогда не обладал столь сильной усидчивостью как у нее, ведь она могла просидеть там и час и два. А я не такой, мне пяти минут хватало и после уже не мог находиться там. Там шумно, все гудит. Зато я могу часами сидеть за роялем. Он помогает отвлекаться от тяжелых мыслей, отправляет в легкое круизное плаванье по неизведанным странам, островам. — Ваш кофе, Мадам. — я ставлю чашку на столик перед Настей. Затем как в дорогих ресторанах официанты, делаю реверанс. — Благодарю. — она берет меня за руку и прижимает ее к лицу. Так она меня обнимает, когда не хочется вставать. — Ладно, ты пей кофе, отдыхай, а я пойду вниз. Проверю готовность к пятничному открытию. — Хорошо, дорогой. Аккуратней. Люблю тебя. — А я тебя. — Подхожу с боку и целую свое сокровище в губы. Она отвечает тем же.