Коfe

Дилан уселся за свободный столик и держал в руках горячую чашку, которая, как минимум, согревала его холодные влажные руки. Пока неплохо, ведь от холода он точно не умрет. С взъерошенной челки капали капли прямо на щеки и лицо. О’Брайен решил избавиться от капюшона, давая волосам на время хоть какую-то свободу. Пальцами он зачесал их назад, чтобы не мешались. Вот теперь на мордашке Дила можно было разглядеть красивую россыпь аккуратных родинок. Парень еще пару раз кинул взгляд на бариста, который приветливо улыбался каждому посетителю. Кажется, только ради его улыбки сюда можно ходить каждый день. — «О чем ты только думаешь, Дилан? Он же только подросток, » — вздохнул он и откинулся на спинку стула, делая глоток горячего напитка. Снова взгляд на того самого Томаса. И он бы продолжал прожигать его взглядом, если бы не телефон, который завибрировал в его кармане. — А? Что? Да, выхожу, — Дилан захватил чашку, еще раз бросил взгляд на бариста, а затем быстро скрылся из заведения, даже не накинув капюшон. — Ох уж эти гребанные студенты, — буркнул Дилан, вваливаясь в свой «новый дом». Надолго ли он здесь? И сам не знает. Им просто заменили какого-то британского препода по искусствоведению. И почему они только не могли найти кого-нибудь поближе? Теперь О’Брайену приходится страдать в этом Лондоне. Тяжело вздохнув, брюнет плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Перед ним почему-то вновь встал образ того подростка из «Старбакса». — Что за… — он открыл глаза и нахмурился. Завтра Дилан вновь обязан туда сходить и снова заглягуть в эти глаза цвета кофе с молоком. А пока… он остаток вечера провел в компании тетрадей и телевизора. Как и всегда.

***

В свой единственный выходной Сангстер проснулся от телефонного звонка. Звонила его университетская подруга Кая, с которой они не виделись уже несколько дней. — Доброе утро, соня, почему я тебя так давно не видела на учебе? — послышался радостный голосок из трубки. — Я заочку взял, помнишь? — сонно ответил Том и поднялся с кровати, посильнее укутываясь в одеяло. — Томас, новый семестр идет уже как неделю! Твоя заочка давно уже истекла! Скоро ты совсем свихнешься со своей работой. Так мы вообще перестанем общаться. Я хочу снова сидеть с тобой на парах! Сангстер сонно кивнул и забрался с ногами на широкий подоконник. На удивление, день сегодня был солнечный, утренние лучи протискивались сквозь соседние дома и деревья даже в квартиру Томаса, которая находилась на первом этаже шестиэтажного здания. — Хорошо, Кая, я приду завтра в универ и попробую разобраться со своими пропусками. Но работу не брошу, иначе мне будет не на что жить. А к родителям я переезжать не собираюсь, я тут только устроился самостоятельно: квартира хорошая, работа любимая, кофе… — Томас снова зевнул. — Хорошо, я очень надеюсь, что ты таки возьмешься за ум и таки будешь появляться в университете. В конце концов, нельзя же быть таким необщительным! Надо найти тебе вторую половинку. Томас закатил глаза и скинул трубку. Который год Кая пытается найти ему пару? Второй? Третий? Сангстеру не очень хотелось думать о ком-то. Ему нравилось быть одному в огромной пустой квартире, каждый день заваривать себе хороший кофе (благо, за все время работы бариста в «Старбаксе» Том научился очень многому). Снова вспомнилась любимая работа и почему-то вчерашний клиент. Брюнет в капюшоне с торчащей вверх челкой и карими глазами. Томас невольно улыбнулся. — Завтра, все завтра, — сказал он самому себе и снова улегся досыпать. Сегодня у него был выходной и провести он планировал его дома, наедине с собой. А завтра по дороге заскочить в университет и на любимую работу. Что и говорить, Томасу определенно нравился такой расклад.

***

Несмотря на то, что Дилан любил поспать подольше, он встал намного раньше. Шесть утра. Что ж, это рекорд. — Доброе утро, дождливый и прекрасный Лондон! — саркастично и хрипло произнес парень, вставая с дивана. С шумным грохотом тетради свалились с его живота.— Вот черт, — устало вздохнул он и завалился обратно, смотря в потолок. В памяти смутно всплывает вчерашний день и… снова тот самый паренек из кафе. И почему это Дилан вспоминает о нем постоянно? О его приятных темных глаз, о приветливой улыбке, о его светлых переливающихся взъерошенных волосах. — О боже, серьезно? Самое время думать о нем, — закатил глаза брюнет и снова тяжело вздохнул. Казалось, после отъезда из своего родного города он становился шизофреником. Ближе к обеду парень оделся и собрался. Сначала он должен был забежать в то самое кафе, чтобы убедиться, что тот самый Томас — это обычный парень-подросток на подработке, поэтому больше нечего о нем вспоминать. Но, к его сожалению, этого парня сегодня не было на месте. Неудивительно, ведь Дилан забыл, что на подобных работах люди работают через день, а не каждый, как, например, он. Но все же соблазн взял верх, и О’Брайен купил себе латте, а затем отправился в университет, чтобы вновь обучать этих остолобов уму-разуму-искусству. «Хватит болтать», «Сейчас отправитесь к директору», «А голову дома не забыл?», «Больше двух говорят вслух», «Вытащи руки из-под парты», «Что вы там друг другу перекидываете? Может, хотите зачитать нам свои записочки?» — эти фразы у Дилана были на зубок. На самом деле, он был достаточно веселым, но… только в своем университете, в котором преподавал до этого. Здесь его не очень радовали ученики. В основном они были безграмотные и глупые, как бы грубо это не звучало, но это так. Вечером брюнет вновь решил прогуляться по ночному и сверкающему Лондону и, как же без него, с крепким кофе в руках. Дождя не было и погода была прекрасной — это явно радовало его.