Коfe

Дилан тяжело вздохнул. Ему и самому было тяжело о таком думать, но легче, чем Томасу, ибо был взрослее. Хотя… устоять перед видом обнаженного парня, которого ты любишь, было бы почти невозможно. — Черт! — выругался брюнет и, хватая телефон, пошел в ванную комнату. Он быстро скинул с себя лишнюю и мешающую, слишком давящую одежду, залез в ванну и слабо включил теплую воду. О’Брайен начал звонить возлюбленному, но не по видео — он считал, что слишком рано им делать это через видеосвязь. Сангстер хотел включить воду, но услышал звонок в комнате. Снова накинув на плечи одеяло он выскочил и буквально забрал из рук Каи свой мобильный и снова скрылся за дверью ванной. Дилан. Одумался. Том включил теплую воду и нажал на зеленую трубочку. — Дилан, какого черта это сейчас было? Ты просто подразнил меня и ушел! Это очень подло! — пытаясь перекричать воду говорил Томас. — Томми… давай… ну, сделаем это вместе? Хочешь? — улыбнулся Дилан, смотря на свой возбужденный орган. Его голос был томный, прерывистый и очень сладок. — Дилан, я… у меня еще никогда не было, я… — парень сомневался, стоит ли это делать, однако возбуждение никак не могло оставить его. Томас коснулся рукой своего члена, закрыв глаза и облокотившись на стену ванной и снова издал тихий стон, — Хорошо, Дилан, только… только пожалуйста, будь со мной! — Я с тобой, милый, я рядом, — точно так же томно говорил он. Дилан не на шутку возбудился этого слабого стона Томаса. Брюнет взял в руку свой член и провел по нему, издав стоны.— Ох Томми… — Дилан, пожалуйста, — Томас закрыл глаза, пытаясь представить, что парень здесь, с ним, — Скажи еще что-нибудь! Пожалуйста, скажи, прошу, мне это нужно! — Томас продолжал медленно поглаживать свой возбужденный орган, тяжело дыша в трубку. — Томми, милый, я люблю тебя, слышишь? Очень люблю. О боже, — он откинул голову, закрывая глаза и продолжая двигать своей рукой. Дилан тяжело дышал и издавал стоны. — Хочу поцеловать тебя. Целовать каждый миллиметр твоего тела, оставлять на нем свои метки, потому что ты только мой. Сангстер готов был уже взорваться от приятных ощущений. Боже, как Дилан стонет! Уже от одного только этого звука можно было кончить, однако парень не давал себе это сделать, растягивая удовольствие. Томас продолжал дрочить, изгибаясь всем телом, с губ непроизвольно срывались стоны, один громче другого. Томас прикусил губу до крови, пытаясь сдержаться. — Кая может услышать… Ах, Дилан! Я больше не могу! — Не сдерживайся. Господи, какой же ты сладкий, твои стоны, — Дилан прерывисто дышал и тоже был уже на пределе, но не мог же он кончить быстрее него? Конечно же, нет! Но брюнет стал двигать рукой намного быстрее и стонать еще громче ему в трубку. — Давай, малыш. — Дилан, я люблю тебя, — буквально всхлипывая прошептал Томас, которого в следующую секунду накрыла волна дикого наслаждения, парень застонал в полный голос и изо всех сил вцепился в бортик ванны, — Д-Дил？ Д-Дилан… — Том бессовестно стонал его имя, двигался и выгибался, пока не достиг самой вершины наслаждения и без сил уронил голову на борт ванны, закрывая глаза и жадно вдыхая ртом воздух. — Я тут, тут, — быстро проговорил он и, не сдерживая себя, излился в свою руку с более громким стоном. Парень расслабился и просто тяжело дышал в трубку с закрытыми глазами. — Я так люблю тебя, больше всех. Все бы за тебя отдал, — шептал Дилан и глупо улыбался. — Я тоже тебя люблю… — все еще тяжело дыша ответил Том, — Хочу, чтобы ты был рядом, Дил. Я хочу видеть тебя каждый раз, как ты просыпаешься, хочу приносить тебе кофе каждый день, в постель и на работу, хочу касаться твоих губ своими… Дилан, я хочу быть с тобой, быть твоим… — Мой милый маленький Томми, я тоже хочу всего этого, и мы будем вместе, обещаю. Просто верь мне, — Дилан провел рукой по вспотевшему лбу и зачесал пальцами волосы назад. — Я знаю, что далеко, но я рядом. Не физически, но морально. И я буду рядом, ладно? — Дилан, я не выдержу без тебя целый год. — Выдержишь. Ты сильный мальчик. Мы будем общаться каждый день. Постоянно. Томас поднялся на ноги и встал под душ, включив телефон на громкую связь и отложив его на табуретку рядом. С взъерошенных волос капала вода, он включил ее немного холоднее и взял мочалку, намыливая потное тело. — Дилан？- из трубки все еще слышалось его дыхание. — Да? — Дилан услышал, что тот начал мыться и усмехнулся. Парень тоже включил громкую связь и положил телефон на сильно выпирающий бортик, а затем начал мыться, последовав примеру Томаса. — Я хочу к тебе приехать. Не сейчас, когда… когда получится. Но я хочу быть с тобой в НьюЙорке. Пусть всего пару дней, мне бы и этого хватило… хотя, не хватило бы, что это я… — Томас снова закашлял. — Нет, не надо тебе тратиться на это, ладно? Я сам все сделаю. Пусть потребуется время, но я перееду в Лондон, мы будем вместе. По щеке Тома пробежала слеза, сливаясь с каплями воды. Том смыл с себя шампунь и пену и вылез, вытираясь полотенцем и снова укутываясь в одеяло. — Дилан, мы можем еще поговорить？ Я не хочу, чтобы ты уходил. — Твой голос дрожит. Ты плачешь? — Дилан быстро перехватил телефон и не выпускал его. — Нет, — соврал Том, — Я просто очень сильно тебя люблю. Я просто счастлив, что где-то там есть человек, которому я нужен. Я хочу жить ради тебя, Дил. — Черт, сейчас ты меня до слез доведешь, маленький засранец, — парень и правда вытер стекающую по щеке слезу. Пусть они мало знакомы, пусть они не виделись день, но Дилану так не хватало этого очаровательного юноши с мягкими, словно пух, пшеничными волосами, с кофейными большими глазами. — Я… я куплю тебе билет, когда будут деньги. Я покажу тебе Нью-Йорк. Том приложил к горячему лбу свою ладонь. Температура все еще не желала спадать, несмотря на то, что он делал несколько минут назад. Сангстер снова закрыл глаза, невольно представляя Дила. Растрепанная челка, маленькие шоколадные родинки, которые будто бы складывались в созвездие на левой щеке брюнета, карие глаза цвета кофе с молоком, губы… Страшно подумать, всего за несколько дней О’Брайен стал для него таким родным человеком… И теперь его нет рядом. Томас немного постоял молча у двери, не решаясь выйти. — Дилан… То что сегодня было… это… я… — парень не мог подобрать слов. Том снова раскраснелся. — Все хорошо. Тебе не стоит этого смущаться — это нормально. Но… то, что я сказал тогда шепотом — это чистая правда, Томми. Бойся меня, малыш. Бу, — Дилан усмехнулся и поднялся, надевая свой белый халат. — Дилан! Прошу, замолчи… Иначе нам придется повторить! Хотя знаешь, — Томас выдержал театральную паузу, — Я бы и на что похуже согласился, лишь бы это делал со мной ты. И Томас кинул трубку, победно ухмыляясь, оставив парня наедине со своими мыслями. Это была его маленькая месть.