4. Сила, ведущая всех
8 сентября 2018 г., 22:22
Покой – это ложь, есть только страсть. Через страсть я получаю силу. Через силу я получаю мощь. Через мощь я получаю победу. Через победу мои оковы будут разрушены. Сила освободит меня. Кодекс ситхов.
***
Амэ все же сорвала цветок. Мысли метались от уверенности к сомнениям. Казалось бы, она должна радоваться проявившимся способностям, но становилось слишком грустно при мысли о том, что она могла и не добиться взаимности. И тьма… Что делать, чтобы сдержать ее? Амэ не удавалось усмирить свои эмоции. Ее баланс был нарушен, и от осознания этого становилось только хуже. Девушка забыла об окружающем мире. Ее вывело из задумчивости ощущение чьего-то присутствия. И этот кто-то – определено очень мощный форсьюзер. Амэ вскочила с травы. Ах… Тоже призрак. Красивый молодой мужчина в одежде джедая, без косички – значит, мастер или магистр. У него золотисто-русые волнистые волосы, а в голубых глазах плещется веселье. Но симпатии он у девушки не вызвал. Он производил впечатление капризного и крайне упрямого человека. Джедаи должны быть избавлены от этих качеств. И когда он успел появиться здесь? — Здравствуй. Я – Энакин. Ты Амэ, верно? Йода говорил, ты ввязалась в опасную историю, – слегка преувеличенная приветливость насторожила девушку. — Здравствуйте. Мастер… Энакин? Она точно где-то видела его. Он улыбнулся, искренне и по-мальчишески задорно. — Не нервничай, Амэ. Садись, поговорим, – он опускается на траву, скрестив ноги и с любопытством склонив голову. Амэ с опаской села напротив него, усиленно отводя взгляд. Она вспомнила. Страшно. Сам Дарт Вейдер. Девушка чувствовала себя испуганным щеночком, закрывшим голову лапками, но приоткрывшим один глаз, чтобы все-таки ничего не пропустить. — Нет причин бояться меня. Я вернулся на Светлую сторону и хочу научить тебя контролировать эмоции. Он читает мысли? — Я… Спасибо вам… Извините, я даже не знаю, что… Ох. Вы смотрели на меня все это время? — А-ха-ха, не совсем на тебя. Я обеспокоен судьбой моих потомков, – смеется, но по лицу пробегает тень. — Бен Соло? Он ваш внук, да? Энакин смахивает прядь волос, упавшую на лицо, и недовольно сощуривается. — Это будет сложно. Тяжело смотреть на то, каким он вырос… Ну да ладно. Главное, не вмешивайся в дело, не имеющее к тебе отношения. Сила свела тебя с Хаксом, именно это нам нужно обсудить. Амэ изобразила на лице готовность слушать. Легендарный джедай (или ситх?) усмехнулся на это, а потом взмахнул рукой с видом «А ну их всех». — Итак. Темная сторона, значит. Ты ничего не знаешь о ней? Девушка отрицательно качнула головой. — Единственное, что всегда нужно помнить – пока ты стараешься оставаться доброй и подавляешь в себе злость и агрессию, Тьма не захватит тебя. Попробуй представить, что этих эмоций нет. Что остается? Если не злиться… Противоположность этого – любовь? — Любить? — Да. Но твоя проблема в том, кого ты полюбила. Йода сказал, что бесполезно убеждать тебя, но я все же попробую. Ты определенно не хочешь переходить на Темную сторону. Амэ кивнула, подтвердив. — Отлично. Значит, ты должна перетянуть Хакса на Светлую. — Эммм… Но он даже не хочет говорить со мной, – девушке не удалось сдержать печаль в голосе. — Тебя пугают трудности? Участие в его тоне можно было принять за беспокойство, но утешения Амэ это не принесло. — Ну… Да. Да, мне страшно. — Расскажу тебе кое-что. Когда я был ребенком, учитель привел меня в Совет джедаев. Он верил в меня и считал Избранным. Но Йода сказал, что меня нельзя учить. — Что? – Амэ думала, что не сможет удивиться сильнее, чем до этого. — Он увидел во мне страх. А страх это – темное чувство. Он ведет к ненависти… Ты понимаешь, о чем я? — Если я боюсь чего-то, то начну это ненавидеть? — Да, верно. Подумай, чего именно ты боишься? — Тьмы? И… своих чувств… не знаю. Я боюсь, что Хакс отвергнет меня. — Ага, именно так. Он тебя отвергнет. Да он уже это сделал, ты не заметила? Амэ пораженно смотрела на Энакина. Ей начало казаться, что он издевается над ней, в глазах закипали слезы. Но ее новоявленный учитель протянул руку и снисходительно потрепал ее по волосам. — Если ты действительно любишь его, ты не сдашься. И, кстати, тебе следует знать, что призрак Силы может быть сильнее любого живого джедая или ситха. Просто поверь в себя. Амэ медленно выдохнула. Не сдаваться? Кажется слишком сложным… — Я должен идти, – он поднялся на ноги, и Амэ тоже. — И кстати... То, что мы ценим больше всего – это доброта и сочувствие. Просто будь рядом с любимым. Он поднял руку прощальном жесте и растворился в воздухе, исчезая.***
Армитаж шел по мостику Финализатора, изредка отдавая краткие распоряжения. Его рабочий день подходил к концу, а он не отдыхал ни одной минуты, проверяя отчеты даже за обедом. Амэ никак не могла дождаться ночи. После разговора с Энакином ее мысли приняли настолько неожиданный оборот, что она пребывала в глубоком шоке. Она решила не думать больше о делах Ордена и Сопротивления – стало очевидным, что Йода, Энакин и еще неизвестное ей количество джедаев планируют в их отношении что-то. И ее, наверное, слишком глупую – по их мнению, посвящать в свои дела не хотят. Зато они дали добро на ее отношения – возможные – с генералом. Может быть, «Небесный» Совет джедаев хочет использовать Амэ, как пешку, отвлекающую Хакса от его работы? После дичайшего поступка учителя Люка в отношении Бена девушка уже не знала, могла ли кому-то верить. Была ли она честна в разговоре с Энакином? Да. Но по размышлении Амэ поняла, что на самом-то деле ей уже наплевать на все эти «Темные« и «Светлые» стороны. Надоели. Ее Арми так старается, он верит, что поступает правильно… Почему она должна его судить, думать, что его сторона «Темная»? Какими бы чувствами Арми ни был движим, он пытается навести порядок в Галактике. Новая Республика за тридцать лет правления совершенно в этом не преуспела. Так что… Пусть Сила ведет ее! Она делает Амэ свободной. А о мнении других Призраков беспокоиться необязательно .***
Генерал сидел в своей каюте над очередными данными, до боли вглядываясь в светящиеся строчки. Они плыли, путались, их смысл постоянно менялся… Как же он устал. Пытаться работать даже во сне… Амэ не хотела видеть его несчастным. — Здравствуй, Армитаж… Он вздрогнул от неожиданности, но быстро вернул обычную невозмутимость. — Мы знакомы? Кто вы? «Восхитительно. Он не помнит меня.» — Я… Амэ. «Ну надо же, дежавю», – Амэ продолжала невеселые размышления. — И все? Интересно, каков род вашей деятельности… – он подозрительно разглядывал девушку. — И еще интереснее, как вы оказались в моей каюте? Зачем ей говорить, что все это сон? Сознание генерала реагировало на эту новость полнейшим разрушением окружающей действительности. — Я – новый агент Первого Ордена! Так как я обладаю некоторыми знаниями о Силе, Сноук, ой, Верховный Лидер, нанял меня для внедрения в Сопротивление и … эм… Я должна собирать там информацию… И докладывать лично вам. Звучало бы более убедительно, если бы было сказано более уверенно. — Я не помню, чтобы Верховный Лидер Сноук присылал мне приказ об этом. Вы должны предоставить мне ваше досье. Где Амэ могла взять досье? Она не знала, как в Ордене составляется документация. — Почему вы молчите? – его красивые глаза злобно сузились, пальцы выстукивали по столу ритм какого-то военного марша. «На допросе я, что ли? Надоел.» — Я… Сноук должен был проинформировать вас, что я – особо ценный кадр! Поэтому у меня есть коды доступа ко всем помещениям на этом судне. — Почему вы назвали меня «Армитаж»? Откуда вам вообще известно мое имя? — Я... Прочитала где-то... — Во-первых, для вас я – генерал Хакс. Во-вторых… – он встал и взялся за свой бластер. «Что, опять?!!» — Во-вторых, вы лжете. Я вас вспомнил. Вы сказали, что являетесь ученицей Люка Скайуокера, и были убиты Кайло Реном. Шесть лет назад, верно? Как же вы можете стоять сейчас передо мной? Я не смог убить вас в прошлый раз. Может быть, мне попробовать еще раз? — Зачем?.. Я же ничего плохого тебе… вам… не желаю… Амэ отступала к стене, он приближался. На красивых губах – хищная усмешка. Он что, псих? Девушка не хотела, чтобы он снова пытался ее убить. Она не знала, что может случиться, учитывая то, что она научилась чувствовать. Наверное, она не могла умереть еще раз, но… За ее спиной – стена, дальше отступать было некуда. Он приставил дуло бластера к ее подбородку, и, залюбовавшись генералом, девушка поняла, что ей не страшно. — Ты такой красивый. — Что? – он недовольно фыркнул. — Кто ты такая? Какого криффа ты мне снишься? — Может быть, я просто твоя фантазия? Знаешь, бывает так… Ты мечтаешь о чем-то, чего нет в твоей жизни, и начинаешь видеть это во сне. — Наглая и невоспитанная девушка – последнее, о чем я стал бы мечтать. — Ты назвал меня красивой. — Да? Ах, действительно. Неважно. Он выглядел растерянным. Что она еще могла бы сказать? — Ты так много работаешь… Даже если ты понимаешь, что все это тебе снится, ты не хочешь отдохнуть и здесь. Может быть, я могу помочь тебе?... Неожиданно он впечатал ее в стену и поцеловал. Нет, просто прижался губами к губам, и тут же отстранился. Амэ показалось, что ее в голове произошел врыв похлеще того, что случился с Хоснианом. — Чего ты хочешь от меня? Что за дурацкая навязчивая фантазия… Знаешь, раньше я никогда не мог осознать в процессе сна, что я сплю. Теперь же я могу, но ты!.. Ты не исчезаешь, как бы я не хотел этого! Вместо этого исчезает все окружающее, или же я просыпаюсь. Не понимаю, что происходит… — Может быть, на самом деле ты хочешь, чтобы я была здесь? Тебе ведь одиноко, я знаю. — Ты ничего не знаешь обо мне. — Ну… Мне хотелось бы понять, что тобой движет… Ты же любишь Первый Орден, да? И порядок. Амэ отошла от стены, с опаской отодвигаясь от генерала. Единственный вывод, который она сделала о его характере – он гораздо более непредсказуемый, чем казался на первый взгляд. Словно подтверждая ее мысль, стены каюты растаяли в густом сером тумане. Вокруг закружился вихрь, а когда он прекратился, взгляду девушки открылась настолько чудовищная картина, что она оцепенела от ужаса. Его мир… Это – отражение его мира?..
