Мелкие истории

— Мама, они все просто замечательные! Ты не представляешь. Я такого количества приятных людей на один квадратный метр еще нигде не встречал! — у Алекса уже хорошо заплетался язык, но он продолжал рассказывать приехавшей его навестить маме о своих коллегах. Актер сам рассмеялся своей шутке, а женщина заботливо поправила его кудряшку. Она видела, что сыну уже хватит, и решила потихоньку увести его в номер, выпытав по дороге то, что ее сейчас волновало. — Алекс, а как у тебя отношения с Джеймсом? Не знаю, какой он в жизни, но в фильме его герой такой сильный, такой решительный, даже страшно становится. А еще все вокруг говорят, что он с Морганом... вместе. Алекс, он к тебе не подъезжает? Мне все же кажется, что он слишком сильный, я боюсь за тебя. — Мамаааа! — Влахос улыбнулся матери, как чеширский кот,— Брэдли — это... это сама тишина и покой! Это летний штиль, это лес без ветра! Он никому слова поперек не скажет, никому не возразит, никого не заденет. А как он меня слушается! Оооо! Я не знаю, что он ест, чтобы играть сурового короля, но он и его роль — небо и земля! — Слушается? — с сомнением переспросила женщина. — Да! — решительно кивнул головой Алекс,— говорю: «Сегодня снимаем эту сцену, готовься!» — идет, готовится. Говорю: «Плохо сыграл, давай повторим!» — повторяет! Говорю: «Запорол мне три дубля, сегодня вечером сидишь в номере и учишь текст!» — сидит весь вечер и учит! — Ладно,— женщина в уме поделила все россказни сына на пять, отчего все же стало легче, и предложила: — а пойдем-ка уже в номер, а то и тебе, и мне завтра рано вставать. Колин подсел к Брэдли в автобусе и просительно заглянул в глаза: — Брэд, есть просьба! — Меня зовут Брэдли,— процедил сквозь зубы коллега. — Брэдли, Брэдли,— быстро согласился Колин и даже погладил друга по локтю, словно успокаивая,— Брэдли, вчера Алекс на радостях, что мама приехала, немного перебрал и немного заврался. Он сказал, что мы все тут такие классные-классные, а ты просто у него из рук ешь... — И он собирается меня покормить при своей маме? — изогнул бровь Джеймс. — Фигурально выражаясь, да,— кивнул Колин и негромко попросил: — подыграй ему, пожалуйста. Брэдли скривился. Кэти впорхнула в гримерку, когда Джеймсу красили ресницы. — Кэти, у меня очень интимный процесс наложения макияжа, ты не могла бы пока погулять? — не очень приветливо поинтересовался актер. — Какие интимные процессы на съемочной площадке? Я тебя умоляю! — удивилась красавица и устроилась на стуле почти перед лицом «короля»,— Брэдли, у меня к тебе дело, нет, скорее, просьба! Вчера Алекс наговорил лишнего при своей маме, похвастался, короче. Сказал, что ты добрый и ласковый и во всем его слушаешься. Я тебя прошу, подыграй ему, если он решит что-нибудь выкинуть! Пожалуйста! — Если ты сейчас не выйдешь отсюда и не дашь меня докрасить, я подыграю в другую сторону! — грозно прорычал Брэдли. — Брэдличка! Я тебя люблю, ты просто лапочка! — Лапочка... Кэти, а если бы он сказал, что мы с тобой спим вместе, ты бы залезла ко мне в постель? — Это вряд ли,— посерьезнела Кэти,— после постели с тобой, нас бы ожидала постель в реанимации, потому что твоя Джорджия переехала бы нас танком! МакГрат засмеялась и убежала из гримерки. Руперт подошел с бутылкой воды и снял солнцезащитные очки: — Брэдли, тут такое дело... Джеймс вздохнул: — Алекс вчера наболтал маме, что я его слушаюсь, что я тихий, мирный, хороший, покорный и покладистый, да? — Да. — И вы все не хотите, чтобы мама разочаровалась в сыне, и хотите, чтобы я подыграл ему, да? — Да. — Хорошо, я подыграю. Пусть мама спокойно едет домой. Я оторвусь на ее сыночке после ее отъезда! Руперт удивленно посмотрел на коллегу: — Ты же не серьезно? — Отчего же? — хитро улыбнулся Брэдли,— все будет зависеть от степени его обнагления! Пятый дубль слетал из-за каких-то незначительных огрехов Джеймса. То он раскалывался и начинал хихикать, то забывал текст, то сбивался на вроде бы простом слове и минут пятнадцать проговаривал скороговорки... Алекс спокойно пил в сторонке водичку, ожидая, когда коллега придет в норму. Наконец со сценой справились, и к уже довольному Брэдли подошел Влахос: — Пойдем, поговорим! Джеймс внутренне подстегнул себя и незаметно, благо, на глазах были очки, осмотрел площадку. Конечно, невдалеке, все это время стояла невысокая симпатичная женщина и неотрывно наблюдала за актерами. Алекс увел Брэдли в небольшой внутренний дворик замка, где иногда прятались актеры, желающие и имеющие возможность отдохнуть ото всех. Тут стояли раскладные стулья, и валялось несколько рюкзаков. Этот дворик хорошо просматривался с замковой стены. — Брэдли, понимаешь... — начал Александр, но тут же осекся и посуровел: — Какого черта ты сегодня делаешь? Ты что, не готовился совсем?! Мы же с первой встречи договорились, что со мной такие шутки не пройдут! Я не хочу из-за тебя терять время и квалификацию! Алекс схватил понуро молчащего и не сопротивляющегося Брэдли за грудки и тряхнул: — Ты меня не услышал или не понял?! — Алекс, прости,— растерянно забормотал Джеймс,— я все помню, я все понимаю, ну... так получилось сегодня, я не... Парень тряхнул его еще сильней, а потом так неожиданно с рывком отпустил, что расслабленный Брэдли потерял равновесие и упал на землю, больно ободрав тыльную сторону ладони. Он зашипел и отвел руку в сторону, чтобы не запачкать одежду и не объясняться потом с костюмерами. Покорность и сдержанность коллеги словно сорвали крышу Влахоса, он неожиданно вспомнил какой-то фильм об армии и воспитании рядовых, наклонился к Джеймсу и гаркнул: — Десять! — Чего десять? — поднял на него удивленные глаза Брэдли. — Десять отжиманий за халтуру на площадке! «Вот сейчас он меня и убьет»,— решил Алекс, увидев сокрушающую молнию в глазах Джеймса. «Где ж ты такого набрался, наглая морда?»— подумал Брэдли, принимая упор лежа. Он легко и свободно отжал десять раз свое мощное тело и, сев на колени, посмотрел на Алекса. — Алекс, я, правда, не специально. Я учил, все знаю, почти все помню... Ну, извини... — Шагай на площадку! Брэдли покорно встал и, повесив голову, медленно пошел из дворика. Алекс постоял, задумчиво склонив голову, а потом пошел за ним. Александр проводил маму и вернулся в гостиницу. По пути в номер, он зашел в бар и встретил там Джеймса. Влахос искренне протянул руку: — Брэдли, спасибо. Я в долгу! Откуда ты знал? Джеймс ухмыльнулся: — Птичка на хвостике принесла! Да не одна, а целых три. — Спасибо! Извини, что так повел себя, понимаешь... Брэдли легко кивнул головой и негромко спросил: — А ты понимаешь, что одним извинением не отделаешься? — А... что?... — растерялся Алекс. — А вот это,— Брэдли соскочил со стула,— ты узнаешь позже. Живи и жди, мальчик мой! Джеймс улыбнулся коллеге и дружелюбно хлопнул его по плечу.