miranchuk diss challenge

Кажется, эта поездка действительно будет неплохим шансом для развития их отношений. Артём до сих пор помнит, как Игорю понравилось в Швейцарии летом, куда он ездил в какую-то клинику. Тогда они ещё не были знакомы, поэтому Дзюбе пришлось узнавать все подробности инцидента из записей в разных пабликах. Игорь разбился тогда на машине, после чего ему надо было делать какую-то дорогостоящую операцию, но в Москве цену загнули в два раза больше, чем в той же Швейцарии. Понятно, что Акинфеев выбирает Швейцарию, несмотря на то, что перелёт и проживание там обходятся ему как раз в ту сумму, которую говорили ему в московской больнице. Игорь не жалеет до сих пор, вспоминает прекрасные горные ландшафты, и Артёму хочется, чтобы его возлюбленный вновь очутился в этой зимней сказке. Дзюба выпытывает у Саши Головина разные подробности — где Игорь останавливался, что ему больше всего понравилось, есть ли у него планы на эти праздничные дни. Пока Головин закатывает глаза, сидящий рядом Лёша чуть ли не светится от счастья, ведь ему очень приятно слышать, что у Игоря и Артёма отношения стали намного ближе. Кажется, Миранчук так же проникается всей этой своднической деятельностью, которой так активно занимаются Кокорин и Головин. Ну конечно, постоянно находясь рядом с Сашей, и не таким проникнешься, так что Артём ещё спрашивает советов и у романтичного по своей натуре старшего Миранчука, который просто в восторге. Пока он рассказывает о том, что Артём может устроить для Игоря, Саша постоянно косится на него, как будто запоминая всё то, что перечисляет Лёша. Головину иногда кажется, что Лёша обижается на него за то, что он не такой уж и романтичный, предпочитая логичность и чёткость в их отношениях. Как будто какая-то искра, благодаря которой они и начали свои отношения, угасла, лишь изредка зажигаясь на пару часов, которые они проводят в постели. У них у обоих загруженный график — Лёша решает работать по специальности, проводя экскурсии по разным достопримечательностям, уходя из дома на большую часть дня, а Саша наконец-то занимается творчеством, записывая треки для предстоящего альбома. Он планирует свой будущий тур, а пока что ездит по городам исключительно в компании Смолова, с которым у него есть совместные треки. Лёша присоединяется к ним лишь единожды, во время своего отпуска, когда туристический сезон в Москве спадает на «нет» из-за неблагоприятной погоды. Головин думает, что эти новогодние праздники пройдут в их обычном режиме — Лёша будет кататься по всему городу в компании туристов, которых привлекает дорого украшенная Москва, а Саша будет праздновать на звукозаписывающей студии в компании пары человек из его команды. — Романтический ужин не должен быть банальным, — говорит Лёша, ярко улыбаясь, — Ты можешь создать атмосферу, купить вина, но никаких свечей и всяких остальных атрибутов типичного ужина просто не должно быть. Забудь все фильмы, которые ты смотрел. Это полная лажа. — Типо я могу купить нам пиваса и выложить на тарелки полуфабрикаты, а потом гордо назвать это романтическим ужином, ведь он закончится явно не за столом, — в недоумении фыркает Саша, откидываясь на диване и укладывая свои ноги на колени Лёши, который лишь молчаливо бьёт его, — Да я пошутил, хватит меня лупить. Миранчук, ебаный в рот, стоп-стоп-стоп. — Вы, парни, такие смешные, — зычно смеётся Дзюба, — Я тебя понял, Лёх. Будет и ужин, и не банальщина, так что я побежал заказывать билеты до Цюриха. Лёша машет ему на прощание, а потом возвращается к ожидавшему его Головину, который, кажется, реально задумывается над этим самым романтическим ужином. Дзюба же в это время спешит к машине, которую он арендовал на время своего нахождения в Москве. Быстро забивает в навигатор нужный адрес и спешит сквозь пробки, позволяя себе превысить скорость, к тому человеку, с которым хочет провести эту зиму.

***

Игорь замирает на пороге своей же квартиры, когда открывает дверь, не посмотрев перед этим в глазок. Перед ним стоит Артём — с чемоданом около ног, с паспортом в одной руке и любимыми цветами Игоря в другой. Каким бы строгим и серьёзным молодым мужчиной Акинфеев не был, цветы ему нравились всегда — он даже какое-то время работал флористом в небольшом цветочном магазине, который стал пользоваться популярностью из-за профессионала, работающего там. Акинфеев неловко прижимает к себе букет фуксий, которые практически нереально найти в Москве в зимний сезон, а если и возможно, то за невероятно завышенную цену. Дзюба практически по-хозяйски отодвигает Игоря в сторону, проходит в прихожую и ставит чемодан около стены, улыбаясь обескураженному мужчине через зеркало. Снимает свою яркую «вырви-себе-глаза» куртку, после чего вешает прямо на дорогущее зимнее пальто Акинфеева. Кажется, Игорь дёрнулся в сторону вешалки в попытках убрать это фирменное недоразумение, по ошибке названное зимней курткой, подальше от своего дизайнерского пальто. Но как оно бывает, прямо как в фильмах, которые всё чаще стал смотреть Игорь, где главный герой спотыкается обо что-нибудь, так хорошо лежащее на полу, и падает прямо в объятия другого главного героя. Кажется, Артём матерится на эмоциях, когда еле-еле ловит Акинфеева, сам ударяясь об полку локтём. Боль моментально проходится по телу, из-за чего Дзюба морщится, а Игорь недовольно цокает языком, пытаясь высвободиться из кокона горячих рук его мужчины. Но Артём только ещё сильнее прижимается, не давая Акинфееву возможности отойти. Они стояли так минут пять, Артём зарылся лицом в мягкие волосы возлюбленного, откидывая паспорт куда-то в сторону, совсем забывая, что билеты уже забронированы, а самолёт будет уже этой ночью. Сейчас ничего не имело значения — ему нужно было лишь чувствовать этот аромат шампуня Игоря, чувствовать изгибы его тела. Акинфеев уже вовсе не сопротивлялся, он просто уткнулся носом куда-то в район ключицы Артёма, обнимая мужчину одной рукой, другая же всё ещё держала в руках красивый букет. На периферии сознания мелькнула мысль, что неплохо было бы найти вазу, но так не хотелось отодвигаться от пышущего жаром Дзюбы, который так же не хотел отходить от Игоря даже на метр. Акинфеев фыркает, когда Артём приподнимает его, аккуратно продвигаясь в гостиную, где негромко вещает телевизор с его очередными новогодними фильмами. Классическая «Ирония судьбы» идёт уже который час, не собираясь заканчиваться — Игорь знает сюжет наизусть, ведь телепрограмма не меняется из года в год. Прошлый Новый год он встречал в Петербурге, куда его пригласил Артём, но тогда это всё было неловко и сумбурно, они лишь поздравили друг друга с праздником, после чего всю ночь молча пялились в огромный плазменный телевизор, в котором себе Дзюба просто не мог отказать. Игорю хочется, чтобы этот Новый год прошёл совсем по-другому, без неловкого молчания, а потом без таких же неловких поцелуев, заканчивающихся в полутьме спальни. Игорь хочет, чтобы на этот раз не было молчания в несколько месяцев, чтобы у них с Артёмом всё уже было хорошо, без недосказанности и расстояния в семьсот километров. Хочется попросить Дзюбу переехать в шумную Москву, оставив спокойный Питер, но, к сожалению, Игорь знает, что этого не будет, ведь Артём слишком привязан к своему родному городу. Но так хочется помечтать, хочется свершения чуда в канун Нового года, но пока что они всё ещё топчутся у входа в гостиную, всё ещё в объятьях друг друга, и Игорь большего не надо, на самом то деле. — Я не хочу отпускать тебя, — шепчет куда-то в макушку Артём, а Игорь только рвано выдыхает, потому что хочет того же, — Давай улетим куда-нибудь? У меня билеты в Швейцарию. Ты ведь любишь горы. — Я готов отправиться хоть в Сибирь, лишь бы вместе с тобой, — Игорь недовольно вздыхает, когда Артём сжимает его ещё крепче в своих медвежьих руках, — Ну всё, Дзюба, отваливай от меня. Иначе вместо отдыха, я буду лежать в больнице с переломом рёбер. — Прости, Игорёк, я просто очень рад тебя видеть, — смеётся Дзюба, всё-таки выпуская Игоря из капкана, из-за чего Акинфеев передёргивает плечами от образовавшегося холода. Цветы ставят в найденную вазу, где на дне обнаруживаются старые окурки. Кажется, кому-то с фамилией Головин этой самой вазой попадёт по голове, когда тот придёт поздравлять Игоря с наступившим. Игорь вообще, за время совместного проживания, умудряется узнать столько нового, особенно из того, что касалось курения и алкоголя. Где он только не находил пустые бутылки и окурки, после чего всегда тыкал Сашку в эти места практическим носом, как учат маленьких котят ходить в лоток. Игорь лишь одним своим взглядом заставляет Артёма убрать свой вейп туда, откуда он его достал, не позволяя дымить в своей квартире, после чего подсаживается к мужчине на диван, передавая чашку полную чипсами ему на колени. Они долго выбирают фильм в библиотеке, после чего останавливаются на «Один дома», посчитав, что новогоднее настроение просто не может прийти без просмотра этой серии фильмов. Телефоны оказываются на столе — им совсем не до уведомлений и сообщениях, где многочисленные родственники и друзья присылают типичные поздравления с пожеланиями счастья и «чтобы все мечты сбылись». Им хватает того, что у них есть сейчас, они открывают одну пачку чипсов за другой, совсем не заботясь о количестве набранного веса за эти пару часов. Первый фильм сменяется на второй, Игорь уже почти лежит на таком тёплом и домашнем Артёме, который с замиранием и приоткрытым ртом смотрит на зимний Нью-Йорк. — А давай в Нью-Йорк махнём? — вдруг спрашивает Дзюба, когда Кевин заселяется в отель. — У нас билеты в Швейцарию пропадут скорее всего, а ты ещё про Нью-Йорк говоришь. Я и так должен тебе за билет и штраф. — Тс, ты ничего мне не должен, — качает головой Артём, — Я делаю это всё для тебя. Хочу, чтобы эту зиму ты запомнил на очень долгое время. Хочу, чтобы у нас появились совместные воспоминания. — Ты такой сентиментальный, — улыбается Игорь, а потом тянется к лицу Дзюбы, мягко проводя пальцами по гладко выбритой щеке своего возлюбленного, — Но наши совместные воспоминания можно строить и в этой квартире. Только ты и я. — И никого больше, — заканчивает Артём внезапно севшим голосом, после чего первым целует такого домашнего Игоря. Кажется, недоеденная чашка с грохотом падает на мягкий ковёр, откуда вываливаются недоеденные чипсы. Игорь мычит сквозь поцелуй, но Артём отстраняется лишь на мгновение, прошептав что-то о пылесосах, после чего ногой откидывает чашку куда подальше, отправляя туда же такой ненужный плед, в который они завернулись во время просмотра. В растянутой футболке и старых спортивных штанах Игорь всё равно выглядит как чёртова модель. Артём готов любоваться им всё время, каждый день, но Акинфеев улыбается, после чего опрокидывает разомлевшего Дзюбу на спину, забираясь сверху, не давая и шанса вернуть главенство. Артём не возражает, наоборот сверкает белозубой улыбкой, позволяя мужчине, так соблазнительно сидящему сверху, стянуть мешающий свитер с новогодней тематикой. Руки проходятся по плечам, по всему открывшемуся телу, запоминая и лаская. Игорь сосредоточен, он не собирается останавливаться на этом, поэтому спускается немного вниз, позволяя рукам коснуться бёдер Дзюбы, легонько и невзначай пройдясь по ширинке джинс. Они смотрят друг на друга какое-то время, после чего Игорь поднимается с дивана, смотря на Артёма сверху вниз, снимает с себя футболку под вздох Артёма и направляется в спальню, кидая Дзюбе элемент одежды и фразу, которая распаляет Дзюбу намного сильнее, чем умелые руки Игоря. — Если не успеешь подняться, то я начинаю без тебя. Под аккомпанемент смеха Кевина Маккаллистера они закрываются в спальне, пропуская самолёт до Швейцарии и сообщение, пришедшее на телефон Дзюбы, где сообщалось о размере штрафа за невыкупленные билеты.