Сосед

Я решительно двинул к лестнице, ожидая, что в любую минуту из дверей выскочит мой чокнутый сосед и с идиотской улыбкой, выдаст, что-то типа «Сюрпрайз!». Однако, ничего подобного не произошло. Я с ноги (и плевать что это чужой дом) открыл дверь в спальню и увидел соседа, который с блаженным выражением лица (аки ангелочек), видел свой десятый сон. Это безмятежное посапывание вывело меня из себя. Шифруется, гад… Сейчас я ему вытрезвитель устрою… — Вставай, клоун! Цирк уехал! Кончай представление… Но клоун даже не думал заканчивать представление, старательно изображая труп. — Напрашиваешься на пинок? Так я тебе сейчас это устрою, животное. Предельно аккуратно я подобрался к симулянту и, склонившись над его бездыханным телом, в лучших традициях животного мира, принюхался. Мда… ароматная дымка перегара, неуловимо витавшая вокруг соседа, явно свидетельствовала в его пользу. Что же такое получается, господа. Юнги не при чём и меня по какой-то непонятной причине закрыли с этим алкашом в доме. Надеюсь, Джин не ожидал, что я буду его реанимировать. И что я вообще должен делать? С тоской посмотрев на часы, потом на Юнги, мне стало не по себе. Пустой дом, за окном огромные деревья и иногда слышится лай собак. И тут во мне снова проснулась злость. Ну сколько можно? Почему как только я встречаю Юнги, мои планы летят к чертям, а? Теперь вместо того, чтобы спать в своей постели, я вынужден лицезреть этого предателя. Остается лишь ждать, когда это животное очнётся и уповать на то, чтобы он знал, где лежат запасные ключи. В итоге я почти час, не зная чем себя занять, прогуливался по дому. Некрасиво, но кого это интересует. Пару раз пытался привести соседа в чувство. Бесполезно. А потом устало улёгся рядом и уснул. ------------------ Проснулся я не от будильника. Причиной моего пробуждения стал довольно сильный грохот, который завершился парочкой вполне эпичных матерных фраз. Посмотрел на часы. Половина десятого. Ну что ж. Идём за ключами. Впрочем, далеко уйти я не успел. Дверь распахнулась и… произошло явление короля Мина Великолепного холопу Хосоку. Ну что тут скажешь… Появление соседа было триумфальным. В мятой рубашке и со всклоченными волосами, сосед выглядел прекрасно. Плюс абсолютный потрепанный вид алкоголика со стажем и удивленные глаза, взирающие на меня как на восьмое чудо света. — Что ты тут делаешь? — Сквозившее в голосе подозрение убедило меня в том, что Юнги чист как стекло. — Сплю, — ответил я, сладко потянувшись и вызывая еще более подозрительный прищур. — С кем ты спишь? Ну, тут мой черед удивляться. Оказывается, после пьянки Юнги так и блещет умом и сообразительностью. Он даже не заметил, рядом спящего меня. Прекрасно. Не только алкоголик, но ещё и слепой. — Шёл бы ты в душ, умник. Быстрей соображать начнешь Меня тщательно (насколько позволяло похмельное состояние) просканировали. Ничего не укрылось: и мои растрепанные после сна волосы и то, что я немного в одних трусах (ну, не в джинсах же мне спать!) Этот факт казалось очень сильно заинтересовал Мина. — Что вчера было? Откуда ты здесь появился? — Джин привёз. Стоп. Перезагрузка. Эти два процесса были написаны на лице моего непутевого соседа. Не сдержавшись, я расхохотался. Получилось даже слишком весело.  — И где он?  — Уехал. В одну секунду алкоголик — полудохлик превратился в огнедышащего дракона. — Твою мать! Что за хрень здесь происходит?! От гневного рыка, я чуть не подпрыгнул. Но ситуацией решил воспользоваться. Юнги в гневе на своего друга, поэтому надо брать его сторону. Авось быстрее выберусь. До пары еще два с половиной часа.  — Он самая настоящая скотина, — пожаловался я. — Обещал домой отвезти, а сам в особняк свой притащил. А потом еще и уехал, скотина, ничего не сказав. Ой, что-то я не то сказал. Как-то недобро на меня Юнги смотрит. Очень так недобро. — Чего уставился, — я на всякий случай подтянул к себе одеяло, — я правду говорю. Мин снова с какой-то изощренной внимательностью осмотрел королевских размеров кровать, на которой я возлежал, особенно остановился на мне, а потом ласково так (отчего у меня мурашки по спине табуном побежали) спросил: — И где вы встретились? — Я ему позвонил… вернее не я, а… — И давно он уехал? — Меня нагло перебили. — Давно. Среди ночи бросил меня, — в моем голосе вновь появились обиженные нотки И без того лохматые волосы были нервно взъерошены. А на меня опустился тяжелый взгляд. — Вы переспали? — Что?! — Ты переспал с Джином? — Терпеливо повторил Юнги, глядя в упор. Я на мгновение потерял дар речи. Да как он вообще мог о таком подумать?! Прокрутив наш разговор в голове. Вот чёрт. Он же не знает, что я поехал спасать его. Наверное, мы друг друга стоим. Я идиот, он идиот. И мы, черт возьми, друг другу не доверяем. Кисло улыбнувшись, я, наконец, ответил: — Не твоё дело. — Хорошо, — спокойно ответил он и, развернувшись, вышел из комнаты. Далее последовал ощутимый удар кулаком об косяк. Чёрт! Почему в этой жизни все так глупо и неправильно? Почему вместо того, чтобы нормально строить отношения, люди ведут какие-то странные игры, лгут и мстят?! Я не доверял Юнги. И как оказалось — это взаимно. Дурацкая жизнь. Я только и успел принять душ, прежде чем в мою комнату вновь ввалился Юнги: — Ты мне соврал! Кто-то явно не терял времени даром. — Ты мне врал два месяца, — отмахнулся я от взбешенного Мина, — И вообще, он натурал, идиот. Выйди вон, я не одет. — Это животное трахает всех подряд! И я врал незнакомому парню, по крайней мере, сначала. — Слабенькое оправдание. Думаешь, я сейчас вру знакомому человеку? Я про тебя ничего не знаю. Ни-че-го! — Иначе ты не сорвался бы среди ночи в клуб! — Уже позвонил Джину? — А что я должен был делать после того, как ты фактически сказал, что спал с ним? Я даже не смог найти ответ на такое наглое заявление. — Я такого не говорил… — У тебя был вид чересчур довольный. — А у тебя больное воображение. — Возможно. Моя невозмутимость дала брешь. Этот дурацкий пинг-понг фразами начал раздражать. — Ты дашь мне ключи? — Не надейся. Этот ответ вызывает во мне бурю эмоций. Мне даже хочется ударить Юнги. Хорошенько врезать ему по морде, чтобы, наконец, сбить с него всю дурь, заставить его прислушиваться к желаниям других… хотя я знаю, что это дело заведомо проигрышное. — Какой же ты всё-таки лицемер! Самый настоящий! Думаешь, что если ты вечно лжешь и не договариваешь, то все такие. Да, Юнги? По себе людей не судят, дорогой. Возможно, когда ты поймешь эту народную мудрость, ты будешь с большим уважением относиться к окружающим. Хотя о чем этот я? Едва ли человек, который абсолютно не вызывает доверия, может верить другим. У тебя просто нет шансов, Мин. И если ты хоть немного уважаешь меня, ты сейчас просто откроешь дверь и выпустишь меня. — Столько комплиментов и все мне одному, — улыбнулся Мин, нисколько не смущенный моего гневной проповедью, — позволишь оправдаться? Раскаяния на лице Юнги было столько же, сколько снега в аду. — Ты ничему не учишься, — я указал ему на дверь. — Отнюдь. Я стараюсь хорошо усваивать жизненные уроки и получать от них пользу. Пришёл мой черёд беситься. — Ты хотел сказать выгоду? О, да! Ты замечательно это делаешь. Улыбка на лице Юнги моментально растаяла. Я даже не предполагал, что брошенные мною слова могут вызвать такую злость. — Да, выгоду… пользу… как угодно… Я не святой, малыш. Но не поторопился ли ты приписывать мне все мыслимые и немыслимые грехи? Или ты просто хочешь, чтобы я таким был? У тебя так все просто. Юнги — плохой. Хосок — хороший. Прямо как в сказке. Только ты вот об одном забыл. Жизнь не сказка, — он двинулся ко мне. — И на чёрное и белое не делится. — Не подходи ко мне, философ хренов, — я забрался на кровать. Впрочем, злость Юнги быстро улетучилась, сменившись задумчивым раздражением. Ну, насколько я мог расшифровать эмоции на его лице. Сосед подошел к кровати и, деловито «уперев руки в боки», внимательно на меня уставился. Потом его взгляд оценивающе скользнул по кровати, вернулся ко мне… То ли во мне стали просыпаться зачатки телепатии, но общий ход мыслей Мина мне стал понятен. И он мне совершенно не нравился. На это было как минимум три причины. Первая заключалась в том, что на мне по-прежнему кроме полотенца ничего не было. Вторая была схожа с первой: Юнги тоже не радовал наличием одежды, которая начинался с совершенно нелепых, на мой взгляд, шорт… и собственно ими же и заканчивалась. Третья причина вытекала из двух предыдущих и состояла в том, что какая-то часть меня (очевидно, не самая умная) была вовсе не прочь избавиться от ярко красных шорт, скинув их рядом со злосчастным полотенцем. И это, откровенно говоря, очень раздражало. Несмотря на всю гамму негативных чувств, что я испытывал к Юнги, я не мог не признать, что я скучал по этому придурку в идиотских шортах. Короче, я не знаю, чем бы это все закончилось, если бы в какой-то момент я не услышал шум подъезжающего автомобиля. Этот звук вселил в меня не угасающую надежду. Соскользнув с кровати, я бросился к окну… и сразу же был стиснут в загребущих ручонках Мина. — Не так быстро! — Строго заявил Юнги. — Это Джин, да? — Умереть, сколько радости в голосе. — Иди в жо… — Меня заткнули губы Мина и я тут же влепил ему звонкую пощёчину. — Идиот! — Схватив свои вещи, я бросился в ванну, где за рекордные сроки натянул на себя одежду. Телефон и прочие мелочи, лежащие на тумбочке рядом с кроватью, одним движением были смахнуты в рюкзак, в следующую секунду закинутую на плечо. Я намеревался успеть к входной двери как раз к тому самому моменту, когда она откроется легкомысленным хозяином, который совершенно не подумал о своем жилище, оставляя нашу парочку. А что если мы с Юнги решили бы разнести всё в щепки? Или дом бы загорелся? — Стремишься встретить старичка? — Ехидно заметил Юнги, наблюдавший за моими судорожными сборами. — Представь себе! — Думаю лучше встретить его вместе. В этот миг моя лапка оказалась стиснута клешнёй Мина. Пока мы спускались по лестнице, Юнги переплёл наши пальцы, и Джина мы встретили почти как парочка. Наши ладошки идеально подходят. — Помирились, детки? — Спросил вошедший брюнет, глядя на нашу идиллию — Да! — Нет! В унисон ответили мы. Я снова принялся выдирать свои пальцы из ладони Юнги, который делал вид, что ничего особенного не происходит. — Зачем ты приехал? — Неласково обратился он к другу. Если Джин и удивился нерадушному приему в собственном доме, то виду не подал. — Твой сегодняшний нервный звонок не мог оставить меня равнодушным, Отелло, — брюнет втащил огромные пакеты, — Решил привезти вам продукты на случай если вы захотите задержаться. — Офигеть! Всегда мечтал о таком друге. Одалживает свой дом, снабжает парнями и к тому же еще продукты привозит! Вау! Мои пальцы как-то подозрительно захрустели. — Можешь продолжать мечтать, — заявил Юнги. Джин глянул на мою озадаченную мордашку, перевел взгляд на обманчиво-спокойного Юнги, оценил степень сжатия моих бедных пальчиков и громко расхохотался. — Мин, ты осёл! Первое правильное слово за всё знакомство. — Всё-таки не помирились? Мы дружно промолчали. Поедешь? — О, а это уже мне. — Конечно! Я рано забыл о прицепе под именем Юнги ибо отпускать меня он совсем не собирался. — Эй, отпусти руку. — По-моему, Хосок хочет уехать, — насмешливо заметил Джин. Какая наблюдательность! Да, Хосок сейчас себе руку отгрызёт на пути к свободе. — Тебе кажется, — последовал флегматичный ответ. — Возможно, лучше отвезти его домой? — Продолжал брюнет. — Невозможно. — Думаю, так будет лучше. Да и вообще! Зачем такому классному парню, как Хосок, такой тормоз, как ты, Юнги?! — Точная характеристика, — рассмеявшись, я пихнул Юнги в бок. Мое веселье длилось недолго. Секунды две. Ровно до того момента как я понял, что парни моего веселья не разделяют. Поистине идиотская ситуация. — Извини, Хосок, что обманул тебя вчера, — продолжил Джин, — глупая идея была пытаться вас помирить. Юнги даже не способен толком попросить прощения. Ты уж извини его, бесчувственного идиота. — Ерунда. — Тебе в центр? — Несмотря на то, что вопрос был обращен ко мне, взгляд Джина был направлен на Мина. Я кивнул. — Мне в ту же сторону. Я подброшу тебя до университета. — Думаю, что на пары я сегодня уже не пойду. — Отлично. Тогда может сходим куда-нибудь? Вот ведь старый сводник! Мне казалось, что Джин лучше знает характер своего друга. Юнги не настолько глуп, чтобы вестись на такую детскую провокацию. Пытаться вызвать, таким образом ревность?! Ха-ха! Три раза. Да в то, что я могу привлекать Джина, как парень (ну, да, конечно) не поверил бы даже ребёнок. Может он не совсем натурал? Конечно, Мин сам это подтвердил. Я даже адресовал Джину снисходительную улыбку. Типа: «Что за бред?» В ответ я получил хитрую улыбку дельца, знающего, что сделка уже «выгорела». Потом наше невербальное общение прервало громкое: — Хосок останется со мной! Это было последнее, что я услышал в вертикальном положении. Дальше мир стремительно перевернулся, ограничив обзор полом и собственно задницей Юнги. — Ты что делаешь, идиот?! Поставь меня на землю! НЕ-МЕД-ЛЕН-НО! — Цыц! Хосок-а, лежи и не дёргайся. Я не собирался сдаваться. Двинув со всей силы по пояснице, ущипнул за сексуальный зад. Ноль реакции. Повернулся и двинулся к лестнице. — Юнги! Подожди! Если Мин молчит, впору начинать паниковать. Что я и сделал? — Уже не смешно! Остановись! Как будто и не слышит. Чешет по лестнице, песенку насвистывает. Тут уж и нервам моим конец. — Я хочу домой, Юнги. Просто. Хочу. Домой. — Юнги Остановился. На последней ступеньке. Фух, получилось. - Забыл сказать, — меня нагло ущипнули за филейную часть, — ты продукты не забудь оставить — нам пригодятся. Ключи можешь забрать — у меня есть. Юнги продолжил движение, а я совершенно ошарашенный подобной бесцеремонностью не смог вымолвить ни слова, растерянно таращась на стоящего внизу Джина. Широко улыбаясь, этот предатель, двумя пальцами отдал мне честь и бодрым шагом отправился к выходу, оставляя меня в полной уверенности, что меня мастерски облапошили — Я, правда, закричу, — пообещал я спине Юнги. — Кричи. — Слушай. Это глупо. Отпусти. — Позже. — Что значит, позже? Я сейчас хочу, — мне все меньше нравилась немногословность соседа. Если Юнги молчит — значит думает. Учитывая его извращённое воображение ничем хорошим это для меня не закончиться. — Отпусти. — Не раньше, чем я выскажусь. — Конечно-конечно. Я обязательно тебя внимательно выслушаю… — Выслушаешь, — мрачно пообещал Мин. Напрасно я ожидал передислокации на грешную землю. Мин внёс меня в свою комнату, захлопнув дверь ногой. — Обязательно выслушаешь, — повторил он, доставай что-то из ящика тумбочки, — очень внимательно. Нам предстоит очень содержательный разговор, которому теперь точно никто не помешает: ни твой дурацкий друг, ни Джин с его благими намерениями. С последним, кстати, ты вообще будешь редко общаться. Я не решился спросить почему. Уж больно убедительно звучали слова Мина. Убедительно, а еще очень предвкушающее. Согласитесь — настораживает. Вот и я разрывался между желанием затихнуть, пережидая плохое настроение Юнги и еще раз попытаться вырваться. Впрочем, дилемма быстро разрешилась: меня аккуратно положили на кровать, и также аккуратно начали целовать. Аккуратно. Нежно. Едва касаясь губ. — Я говорил тебе, что у тебя самый несносный характер из всех кого я знаю, — с тихим смешком прошептал Мин, отрываясь от моих губ. Вот тебе и романтика! — Пошёл ты, — я отпихнул от себя эту тушу и попыталась подняться. — Эй-Эй! Тихо. Я же шучу, — перехватив запястья, он нагло уложил меня обратно, — Шучу! — А я нет! — Странно. Мне показалось, что тебе понравилось. — Может и понравилось, — улыбка Юнги стала до тошноты самодовольной, — Но знаешь, мне многое, что нравиться, но не все из этого полезно для здоровья. — Снова начинаешь занудствовать? — Это ты питаешь ложные иллюзии. Чего ты добивался, когда словно дикарь потащил меня при Джине? Самоутвердился в глазах друга? — Господи, — Юнги обратил взгляд к потолку, — ты видел, что я пытался быть терпеливым с этим неразумным парнем. Видел, сколько стараний я к этому приложил! Сколько терпения просил у тебя… — Попросил бы лучше мозгов. — …поэтому ты не осудишь меня, если я давно сделаю то, что давно пора сделать с этим несносным, но до чёртиков, прости Господи, любимым человеком. Я не сразу понял, что задумало это животное. Лишь только когда я увидел галстук, то понял, что в уме у этого извращенца. Я попытался встать с места. Быстро перебирая ногами по кровати, я попытался отпихнуть Юнги. У меня получилось. — Как тебе полёт? — Никогда не думал, что меня когда-нибудь отправит в нокаут пяточки в смешных носочках, — Юнги потёр плечо. — Знал бы ты какие замечательные пинки эти пяточки отвешивают, — я царственно спустился с кровати, — показать? — Нет, спасибо, — признал поражение Юнги, — ты выиграл. — Отлично. Отдай ключи. — Я проиграл битву, но не проиграл войну, — пафосно отвечал Мин, поднимаясь с пола, — ключи не дам! — Не дашь? — Не дам! — Кивнул Юнги, забираясь на кровать и растягиваясь в позе ленивца, — и вообще ты совершил покушение на мою личность. Я такого простить не смогу. Сволочь. Ждет, что я сейчас умолять на коленях его начну. Спасибо хоть к кровати не приковал. Я только покачал голову и вышел из комнаты. Не хотелось сидеть рядом с этим идиотом, поэтому я пошёл в гостиную, где уселся на диван и услышал звонок в телефон. — Хосок! Ты где?! Чёрт, я волновался! — Прости, Тэхён-а, я тебе потом всё объясню. — Ты где? С тобой всё хорошо?! Я только собирался ответить, как у меня нагло выхватили телефон. — Хосок? — Нет, Господь Бог. — А Хосок где? Аааа. Ты тот самый Юнги? — Ага. Не звони сюда ближайшие сутки! — Эй, животное, отдай! — А, значит он Тэхён-а, а я животное?! — Телефон нагло засунули в карман. — А ты что, ревнуешь? — Представь себе! — Пф, — я уселся обратно на диван и начал пялиться на выключенный телевизор. — Хосок, почему ты не хочешь меня выслушать? — Зачем? Чтобы выслушать очередную ложь? — Ты сказал, что не знаешь, где ложь, а где правда. Поэтому я хочу рассказать тебе все, как есть. — Теперь в этом нет нужды. — Я хотел рассказать тебе все после Форума и… — … и всё, — закончил я. — Точка. Неужели ты не понимаешь, что все равно, когда бы ты сообщил эту прекрасную новость до Форума, после, какая разница? Хотя нет. Разница есть. Зная обо всем, я хотя бы не стал с тобой спать. Это тоже пошло в твой отчет, экспериментатор чертов. Черт! Как же мне стыдно. Знаешь, если мне спросят о моем самом ужасном дне — это будет день нашего знакомства. Надеюсь, ты все законспектировал? Так же как и с другими парнями? Да? — Да, — твердо ответили позади. От такой наглости я опешил настолько, что даже развернулся к Юнги. — Молодец. — Мне кажется, что тебя больше всего бесит, что помимо тебя были и другие парни. Я прав? — Мне наплевать, сколько таких дураков как я ты нашёл! — Я угадал, — спокойно заметил Мин, — и к слову сказать, я нашел их совершенно случайно. И ни один из них не был дураком. — Умных, значит, себе нашёл? Не то, что я, идиот, да? Ты ещё нас и по тому, кто лучше трахается сравнивал?! — Тебе идёт этот цвет, — Юнги аккуратно прогладил мою голову. — А затем подсел ближе. — Его звали Джемин, — тихо прошептал Юнги и прикрыл глаза. — Ему было семнадцать и он был братиком моего друга. Капец. Если у меня и были сомнения насчет порядочности Мина, то они канули в небытие. Какой же надо быть сволочью, чтобы «исследовать» ребенка. Может это может показаться глупым, но мальчишек-школьников, что были младше меня всего на несколько лет, я считал детьми. — Ты мерзок! Это гадко. Извращенец, — припечатал я с презрением. — Сумасшедший! — Кто бы говорил. Я хотя бы не использую детей в своих мерзких целях. — Меня всегда поражала в тебе это удивительная черта — строить выводы, не имея всей информации. Странно, для твоей профессии это огромный минус, — раздражённо сказал Мин, — но мне польстило, что ты обо мне такого хорошего мнения. — О! Для тебя это было загадкой! — Я притворно ужаснулась. — Ну, извини. — Может все-таки дослушаешь меня! — Теперь это было даже не раздражение, а злость. — Хорошо, — я выдохнул и не желая смотреть на этого придурка, продолжил смотреть в телевизор. — Его звали Джемин. И он был младшим братом моего лучшего друга. Он попросил меня помочь. Сомнение в неадекватности ВСЕГО окружения Мина развеялись. — ЧЕМ? Господи, чем ты мог помочь мальчишке, сыграв педика? Скажи? — Не надо кричать, — поморщился Юнги, — Ей богу ты самый невыносимый парень, которого я встречал. — Странный у тебя друг. — Нормальный, — отрезал Юнги, — нормальнее многих других. Юнги всегда удивлялся отношению Тэён к своему младшему брату. Не многие девушки удостаивались той нежности и ласки, которые доставались младшему братику, который, кстати, был младше его почти на шесть лет. И даже на его подростковые выкрутасы смотрел сквозь пальцы, позволяя ему регулярно менять культурное течение. Полгода парень позиционировала себя как «Эмо», потом начал слушать тяжелый рок (и одеваться стал в этом же стиле), настал черед Готики. В отличие от родителей, которые с тревогой смотрели на метания сына, Тэён совершенно не беспокоился и с улыбкой заявлял, что «творческая натура», как он любил его называть, ищет своего выхода. Беспокойство пришло позже. В десятом классе Джемин как-то резко забросил свои увлечения, собрав все диски с тяжелой музыкой и выкинув их в мусорное ведро. То был миг величайшей радости для родителей парня, который на следующий день едва не вызвала приступ у отца, появившись перед ним в классическом костюме. Тэёна такие резкие перемены совершенно не радовали. Старший брат прекрасно разбирался в настроениях своего «мелкого», который как-то резко перестал делиться секретами. Видел он и то странное выражение решимости, которое царило на лице брата, пока вокруг него, охая и осыпая комплиментами, суетились родители. Ему было некомфортно в пиджаке, неудобно носить туфли, но братец упрямо продолжал менять свой стиль. Вскоре, объявилась и причина странного поведения Джемина. Естественно, им оказалась «любовь». Но не просто любовь. Он оказался на год старше него, стильно одевался и вовсю позиционировал себя как мачо. Глядя на странного субъекта, Тэён только горестно вздыхал: угораздило же влюбиться в подобного остолопа. Нет, его не беспокоило то, что его брат стал геем. Это его жизнь и только он вправе решать, чем увлекаться и кого любить. Тут у Тэёна возникли проблемы на работе и на некоторое время бурная личная жизнь «мелкого» осталась без присмотра. Ровно до того момента, как в его квартире ночью не раздался звонок. Дрожащим голосом Джемин попросил забрать его с… шоссе. Так быстро Тэён не собирался никогда. Одна только мысль, что брат один, неизвестно где, заставляла руки трястись. В голове прокручивались все ужасные варианты. К счастью, ни один из них не оказался верным. Тэён без труда нашёл брата, однако все попытки выяснить, что он делал ночью у дороги, натыкались на стену отчуждения, которая окружила парня с момента этого происшествия. Джемин просто замкнулся в себе: стал отдаляться от прежних друзей, перестал посещать секции и предпочитал отсиживаться в своей комнате. Все эти изменения не были заметны для окружающих, но не для Тэёна. После сотни попыток разговорить брата, он решился на крайние меры и взломал все социальные сети и почту брата…и снова ничего не нашёл. Апогей стало поведение парня на одной из вечеринок, что старший брат устроил на квартире. Невинный комплимент, брошенный одним из парней в сторону какой-то девушки, вылился в целый скандал. Парень словно с цепи сорвался. Юнги присутствовал на этой вечеринке и с удивлением наблюдал, как жизнерадостный и позитивный братик его друга на глазах превратилась в разъярённого быка. Списывать на переходный возраст эту истерику было очень трудно. В конце концов, Тэёну всё же удалось утащить брата в комнату. Оттуда они вернулись спустя минут двадцать. Джемин заплаканный, Тэён сердитый и нахмурившийся. Схватил куртку, попрощался с друзьями и, попросив Юнги отвезти Джемина домой, куда-то умчался. К его удивлению, парень совершенно не сопротивлялся, словно выдохся и послушно сел в машину. За всю дорогу он не проронил ни слова, но когда они остановились около подъезда, тихо выдохнул: — Идиот. — Я? — Все… парни. И ты тоже наверняка. — Значит, ты тоже. Парень расхохотался. Хрипло и как-то издевательски. — Я не такой, а все остальные парни такие. — Да? — Юнги посмотрел на него в зеркало заднего вида, — и, что, Тэён тоже идиот? Парень замолк. — Нет, наверное. Он заботливый… со мной. А может высадить какого-то там на пустынном шоссе, выбрав себе покрасивее, да и другого пола. — Джемин закашлялся. — Ты, правда, думаешь, что он так сделает? — Да, все парни плохо относятся к геям… И я этого не понимаю! Неужели они настолько противны? Да, любят они парней и что с того? Нет же, они бьют и издеваются. — Парень всхлипнул, а Юнги осознал, что не знает, что ответить. — Вот скажи! Какие девочки нравятся таким смазливым мальчикам, как ты? М? Рыжие? Блондинки? Брюнетки?! Чего молчишь? Или ты тоже педик? — Да. — Что, да? — Я тоже гей. — Охренеть! — Только и выдавил из себя Джемин, и, открыв дверь, вышел из машины. Позже Юнги и сам не смог объяснить, почему соврал парню. Наверное, сработал инстинкт самосохранения, ведь парень был готов к новой истерике и только желал найти жертву. Через полчаса заявился Тэён. Его поход в гости к обидчику брата, оказался удачным. Внушение было сделано как самому горе-мачо, так и его родителям. А на следующий день Джемин позвонил Юнги и попросил приехать. Замкнувшийся в себе парень, впервые за долгое время высказал желание сходить куда-нибудь с Тэёном и с его другом-геем. Так сообща они нашли маленький ключик к Джемину. Все оказалось очень просто. Разочаровавшийся в любви, Джемин ничего не хотел слышать о парнях и также избегал подруг и друзей (его несостоявшаяся любовь укатила с одной из его знакомых девушек). Так сказать любовь, начала издеваться над парнем, когда он признался в чувствах и рассказала всем. После чего, друзья перестали с ним общаться, а тот парень продолжал издеваться. А вот с другом-геем, Джемин чувствовал себя достаточно комфортно. Юнги поначалу не знал как вести себя с мальчишкой-подростком, но вскоре понял, что самое лучшее оставаться самим собой. Оказалось, что геем быть не так уж и сложно. Тем более, они почти никогда об этом не разговаривали. Джемин очень дорожил своим другом. С легкой руки Мина, Джемин вновь стал посещать свои любимые рок-концерты и даже потихоньку начал общаться. В старой тусовке он предпочитал не появляться, зато вскоре нашёл новых друзей. Через некоторое время парень поступил в университет и уехал в другой город. — То есть, он так и не узнал, что ты не гей? — Почему же? Узнал. Только позже. — Когда? — Именно тогда, когда это было нужно, — отрезал Юнги и не сдержала ухмылки. — Значит ли это, что ты получил по заслугам? Обречённый взгляд Юнги выдал его. Представляю, как бушевал этот мальчишка, узнав, что Юнги не гей. Настроение мое повысилось. Стоп. Он же гей. Или он не гей? Он и сейчас обманывает? — Юнги? — Что? — Тебе было не противно со мной… ну…спать и… целоваться? — Нет, дурачок! Почему ты так решил? — Ты же не гей… — Я грустно выдохнул. — Ты такой глупенький, — Юнги повалил меня на диван и крепко обнял. — Значит, изначально это не было для Форума? — Нет. Идею с выступление мне подкинула моя родственница, она как раз в этой теме. — Так кто ты, говоришь, был у тебя следующим подопытным, — я придал своей мордашке скучающее выражение. — Скорее первым, так как он стал первым, чью ориентацию я хотел "немного" поменять. Ну так вот, это был шикарный блондин! — Так восторженно… Неужели настолько красив?! — Да! Это тело! Это пресс! Эти руки! Эти глаза! Это был сплошной идеал если бы не одно «но». — И в чём заключается это «но»? — Спросил я, пытаясь скрыть ревность. — Он был глупым. Ему не хватало мозгов. — Ну ты чего! Главное же КРАСИВЫЙ! — Ты всё-таки меня ревнуешь, малыш! — Юнги чмокнул меня в щёчку. — Ты ему тоже помогал избавиться от психологической травмы? — Недоверчиво покосился на довольного Юнги. — Ну, в некотором смысле — да. Ему необходимо было преподать парочку уроков хорошего поведения. При этих словах мой бывший сосед зажмурился и как довольный кот потянулся. — Это было интере-е-есно. — Охотно верю, — процедил я сквозь зубы. — Во что веришь? — В то, что ты не стал упускать случая, — я оттолкнул Юнги от себя и встал с дивана. — Ты прав, — гордо отозвались с кровати. Обида вновь захлестнула меня. А ведь он говорил, что не спал со своими подопытными кроме меня. — Вот, что, за дурацкая привычка, — не дослушивать до конца, — раздалось тихое у моего уха, а затем меня потащили обратно на диван и усадили на колени. — Забыли всё. — Да, забыли, — Я встал с колен и бросился на второй этаж. Юнги пошёл за мной. — Мальчик мой, — он опустился колени передо мной, опершись руками о кровать, на котором грустно теребя рукав кофты, сидел я. — Я знаю, ты у меня очень сильный и целеустремленный. Ты бы разбил голову Джина или выпрыгнул из машины, если бы не хотел ехать с ним. Или сразу прибил бы меня, когда я проснулся. Я бы выпустил тебя, если бы не сомневался в том, что тебе на меня наплевать. И поэтому я прошу дать мне второй шанс. — Юнги, я… — Кофе хочешь? — Голос его звучал бодро и почти весело, сравнивая с недавней интонацией. — Да, не откажусь. — Ок. Сейчас позавтракаем. У Джина всегда холодильник забит, — сказал мне и бодрым шагом покинул комнату, оставляя меня полностью растерянным. Я осознал, что он понял мой ответ. И закрылся под маской дурацкого веселья и простоты. Типа, «ничего не произошло, живем дальше и на всю катушку». Юнги скрыл эмоции? Оставался один вариант. Эта дурацкая маска была для меня. Я спустился на первый этаж и пошёл на кухню. — Садись, кофе почти готов. Бутеры будешь? Я машинально кивнул. — Юнги, я хотел тебе сказать… Сосед мягко перебил:  — Не стоит, Хосок. Я всё понял. И это… — он дурашливо почесал затылок, — ты прости за неудобства. Думаю, мне действительно пора соответствовать своему возрасту. — Просто я… — Просто ты никогда не пробовал бутерброды моего приготовления! — Из микроволновки были извлечены дымящиеся бутеры, состав которых я даже не решился бы идентифицировать, — Знаешь ли ты, что я блестяще готовлю этот продукт, — пафосно заявил Юнги, — потому что знаю главный рецепт бутербродов. Черт возьми, что за идиотский треп?! Почему у него все никак у людей? — Схожу за рюкзаком! Казалось, наверх я поднимался со скоростью ветра. Распахнув дверь я влетел в комнату и стал искать рюкзак. Я метался по комнате словно умалишённый. Так и не обнаружив рюкзак, я тяжело опустился на незаправленную кровать. Что за хрень? Почему в этой гребаной жизни все неправильно? Он сволочь, идиот. Но я не хочу его отпускать. А если я сейчас уйду? Возможно, я забуду все как дурной сон и потом еще посмеюсь над своим поведением. А если нет? Стоп, нужно подумать. Не торопясь все обдумать. — Ты дурак, — сказал я отражению в зеркале, — он об тебя ноги вытирал, а ты ноешь как малолетка. Соберись! Увы, собраться не получилось. Спрятав лицо в коленях, я застыл, мечтая о том, чтобы бог лишил меня мозгов. Я… Ступенька. Знаю Ступенька. Что Ступенька. Пожалею Ступенька. О том Ступенька. Что делаю Ступенька. Потому что Ступенька. Я Ступенька. Безвольная тряпка. Подняв глаза на Юнги, я увидел выражение страха на его лице. Видок у меня еще был тот. Грозно-решительный. Сосед даже попятился слегка от меня, а я вдруг понял, что не имею четкого плана. Сказать, что прощаю? Что даю ему второй шанс? Да к чёрту это! — Хосок? — полувопросительно-полунеуверенно. — Ты сволочь и гад, — в мгновение я пересёк всю лестницу и остановился напротив Юнги. — А я дурак. Потому что люблю тебя. — Я впился в губы Юнги, а потом потерялся где-то там. Там, где я давно не бывал. Мне так не хватало этих губ и нежных поцелуев. И только в этот момент я понял насколько сильно не хватало. Знал ли я, что встретив этого парня, перевернётся вся моя жизнь? Конечно, нет. Предполагал, что мой сосед будет притворяться геем, а в итоге на самом деле станет? Да не в жизнь. Думал ли я о том, что могу стать геем? Никогда. И все же судьба порой преподносит нам подарки. Эта насмешница всегда знает, что для нас лучше и ее уроки всегда самые актуальные и запоминающиеся. Я не знал, что будет дальше и что будет со мной и Юнги, но одно я знал наверняка: хитрая тетка судьба долго угорала над подарком, который решила мне подкинуть. А что будет дальше? Посмотрим?