Этого не было

Влад сидел у только что сложенного очага из камней и смотрел на Варфоломея. Тот, скрипя зубами, пытался залечить рану какими-то своими силами. -Прости, - в сотый, наверно, раз тихо сказал парень. Варф отмахнулся. -Я же сказал, что все в порядке. Блин. Не работает. Ангел понял голову и серьезно посмотрел на товарища. С момента ранения прошло уже два дня, но Влад до сих пор извинялся и выглядел очень подавленным. -Эй, я правда понимаю, что на тебя тогда нашло. Пусть у меня на глазах и не резали девушек, но изгнание из Белого Города тоже, знаешь ли, весьма печально. Владилен с непониманием посмотрел на него, затем до него дошло. -Из Рая-то? -Ага, - отозвался будничным тоном собеседник. - И лишение сана тоже весьма невесело. А еще грустно то, что я втянул в это еще и Серафима. Он опустил голову. -Никогда себе этого не прощу. -Как это происходило? - вырвалось у Влада. - Прости, что я спрашиваю, но я просто не могу представить подобное. Ангел машинально оглядел пустую комнату. Людей вокруг не было, все отправились по приказу Влада запасать хворост для настила под ноги и мерзлые ягоды боярышника. -Бой уже кончился, - тихо произнес Варфоломей. - Вокруг были лишь дымящиеся развалины. Десница был повержен, его соратники тоже. Архангелы и серафимы подходили к ним... срывали нимбы и... ну... Он замолк, затем продолжил: -Вырывали крылья. -Кошмар... - поежился Влад. -На самом деле не знаю, что хуже. Тебе кажется, что лишение крыльев - это больно, да? Но нимб... когда его просто берут в руки, это неприятно. А когда стаскивают, срывают нимб с головы, разрушая его, ломая в руке... Варфоломея передернуло. -Это тоже очень больно. Но это не все. Понимаешь, хуже этих двух вещей - то, что все мы - и побежденные, и победители - были друзьями, даже больше, братьями и сестрами. Архангелы - почитаемые, уважаемые старшие братья, любящие остальных. Это хуже всего, когда понимаешь, что им всем тоже больно - оттого, что они победили. Есть только одна вещь хуже этой. -Какая? -Осознание того, что ты подвел Отца, - ангел тоскливо обнял себя руками, завернулся в крылья. - Самое худшее, что я чувствовал - и чувствую - в своей долгой жизни. На самом деле, я полностью согласен с моим приговором. Я заслуживаю этого места. -Но ты тут уже так долго... -Да. -Ты видел других падших? -Нет, не видел... -Погоди, стой. Ты сказал, что всем восставшим вырвали крылья и нимбы... Но твои крылья вот, за плечами. То есть, тех, кто просто не встал ни на какую сторону, пощадили? -Я сопротивлялся, - просто ответил ангел. - Я не дал им это сделать. Я напал на них прежде, чем они успели это сделать, и пытался спасти брата. Схватил его, побежал к краю, откуда всех поверженных скидывали из Города. Но в последний момент, когда я уже бросился вниз, его вырвали из моих рук. Он погладил свои перья. -Крылья успели только чуть дернуть, так что они поболели и прошли. Наверно, если бы меня их лишили, было бы правильней. -Ты жалеешь, что они у тебя остались? -Не знаю, - качнул головой Варфоломей. - Я чувствую себя еще более неправым. Он помолчал. -Наверно, у Серафима их больше нет. Нимба точно нет, его сорвали на моих глазах. У него подкосились ноги в этот момент... думаю, он потерял сознание. -Эй, - Влад почувствовал, что должен как-то приободрить друга, у которого начал дрожать голос. - Все будет хорошо. Мы уже мертвы, мы в аду - хуже не будет. Будет только лучше, ведь так, согласен? -Да. Да, дружище, ты прав. Спасибо. Чем займемся сегодня, когда все вернутся? -Они отдохнут, затем я хочу послать на разведку несколько человек. В разные стороны. Есть несколько вещей, которые надо сделать - найти ориентиры для будущей карты, поискать сухой конский щавель и лопух, я видел их издалека пару дней назад. -Зачем тебе сухой, наполовину сгнивший лопух? -Вспомнил, что бабушка про войну рассказывала. Она говорила, что они от голода зимой выкапывали корни лопуха, ели вместо картошки. Ты знаешь хоть, что такое картошка? -Примерно. А этот, лошадиный щавель? -Конский. Он сухой, но на нем висит много семян. Их варили, делали из них кашу. Но для этого нужно какое-то подобие посуды. Ангел задумался. -Нужна глубокая миска, чтоб варить всю эту лабуду, да? Хм. Кстати, это не пойдет, но я видел около озера хорошие, гибкие прутья. Можно потом задуматься о корзинах. -Это, конечно, здорово, но их надо уметь плести... Да и не сваришь в корзине каши. Как думаешь, есть ли здесь глина? -Мерзлую землю долбить вздумал? Мы все руки в кровь сотрем, без лопат и кирок... -Тогда не знаю. А где глина обычно бывает? -Откуда мне знать? - справедливо заметил ангел. - Кто тебе вообще сказал, что в аду есть глина? -Твоя правда. А если насобирать песка и при ооочень большой температуре обжечь его? Будет же стекло? -Получится большой булыжник невидимого для всех, кроме нас с тобой, стекла, - хохотнул ангел. - У меня идея получше. Когда мы ходили, собирали камни для очага, были такие.... светлые... довольно ломкие и хрупкие. Миску из них не выточишь, но большое углубление сделать можно. -Хорошая идея, - оживился Влад. - Кирпич-миска. Они посмеялись. Владилену пришла в голову забавная мысль: они с Варфоломеем знакомы всего с неделю, да и не человек он вовсе, а сейчас сидят вот так запросто, болтают, смеются. Если вспомнить, даже заботятся друг о друге. Ну, не считая тот случай с колом. Так запросто - а ведь это уже можно назвать дружбой, и вполне неплохой. Хорошо, что они встретились. -Спать охота, - зевнул Влад и потянулся. - Интересно, скоро они вернутся? Пора бы уже... -Вздремни, я разбужу тебя, когда их услышу. -Хорошо... Спасибо, - Владилен там же, где сидел, упал на спину на настил из прутьев и веток, поерзал, устраиваясь поудобнее, чтоб не кололи сучки, и быстро задремал. Влад видел сон. Во сне он бродил по каким-то полутемным залам, похожим на дворцовые, с хрустальными пыльными люстрами и огромными, во всю стену, зеркалами в золотых рамах. Где-то впереди играла музыка, но Владилен, сколько ни пытался найти комнату, где она играет, все не мог этого сделать. Этот сон снился ему уже не первый день и уже изрядно надоел. Однако на этот раз он неожиданно увидел светящуюся щель под одной из дверей. Нерешительно постоял перед ней. Резко открыл и замер, ослепленный светом тысяч свечей, оглушенный громкой, но нежной музыкой оркестра. Он стоял наверху широкой мраморной лестницы, а внизу - на лакированном, натертом до блеска паркете - кружились пары в бальном танце. -Какая чушь же снится, - проворчал он вслух, начиная нехотя спускаться вниз. Внезапно остановился. Из-за большущих пышных юбок, из-за снующих туда-сюда танцующих силуэтов медленно выплыла она. Ольга изменилась, стала частью этого сна: волосы завиты и уложены в высокую сложную прическу, в руке сложенный веер, а одета она была в пышное сиреневое платье с золотой вышивкой. Она казалась еще стройнее и худее из-за туго затянутого корсета. Влад стоял и не мог сделать шаг вперед, только неотрывно, жадно глядел в ее лицо, в темные, чуть раскосые глаза. -Заставляете даму ждать? - она присела в книксене, пристально глядя на него. На лице - вежливая, даже грустная, но чуть лукавая улыбка. -Оля, я не... - растеряно произнес он, но тут же поправил себя мысленно. "Точно, это же сон. Глупый сон. Но раз в нем есть ты... даже если это не совсем ты..." Он, словно очнувшись, быстро сбежал по ступеням вниз, схватил ее, прижал к себе. -Что ты делаешь?! - она стукнула его веером по щеке. - Люди смотрят. Ты мне платье помнешь. -Плевать я на него хотел, - отозвался он, продолжая ее обнимать. Нежный запах духов. Шелест юбок. Грустная, но быстрая мелодия старинного оркестра. Ольга неожиданно заплакала, обняла его тоже, не менее крепко, зарывшись лицом в белые рюши на его рубашке. Влад только сейчас рассеянно заметил, что одет в том же духе, что и она. -Я так скучаю по тебе, дурак, - сквозь рыдания услышал он. Склонившись, прикоснулся губами к ее лбу. -Я тоже, - горько отозвался он. - Как жаль, что это всего лишь сон, я скоро проснусь, а тебя снова не будет рядом... Она чуть отстранилась. По ее лицу по-прежнему текли слезы, но выглядела она счастливой. -Я горжусь тобой, - произнесла она. - Ты не сдаешься. Ты пытаешься что-то предпринять. Влад, ты потрясающий. -Мне столько всего нужно тебе сказать, до того, как все исчезнет, - прошептал он. - Того, что я так и не смог сказать тебе в лицо в реальности. Пусть настоящая Ольга их и не услышит... но мне станет легче. Ольга склонила голову набок. -И что же это? Грязные тайны? Непристойные предложения? -Я хотел извиниться. Не перебивай, - остановил он ее, когда она хотела что-то сказать. - Я не смогу продолжить. Прости меня. Прости меня за постоянные ссоры. Прости меня за то, что я часто не слушал тебя. Прости, что не смог быть рядом тогда... в самую трудную минуту... в конце наших жизней. Прости, что не смог тебя спасти. Она молча вытерла ему слезы. -И... и прости, что я помогаю ИМ, - наконец выдавил он и, склонив голову, медленно опустился на колени. Влад ощутил, как она шагнула навстречу к нему и мягко осела на пол рядом. Он виновато взглянул на нее. Ольга устало и грустно улыбалась. -Глупый. Я не сержусь. И ты ни в чем не виноват. Тем более, в том, что ты помогаешь этим людям. -Ты правда... не злишься? -Правда, - она легко поцеловала его. - Я же сказала. Я горжусь тобой. Встань. Он встал, краем уха слыша, как оркестр заиграл другую музыку. Девушка мягко положила его руку себе на талию. -Ты ведешь. -Я отвратительно танцую, это мы выяснили еще при жизни, - улыбнулся он. -Попрактикуйся сейчас, - отозвалась она, начиная неторопливо вальсировать. - Мы не должны выбиваться из сюжета сна... иначе меня заметят. Влад медленно двигался в такт музыке. Прошла, наверное, целая минута, пока до него дошло. -Боже, Оль, ты что, настоящая? -Еще какая настоящая, - ее рука в шелковой перчатке чуть стиснула его плечо. - Самая что ни на есть неподдельная и неповторимая. -Но это же сон... -А мы умерли и находимся в двух совершенно противоположных местах, - она расправила веер и взмахнула им несколько раз. -Да. Точно. То есть... - он потрясенно посмотрел на нее. - То есть ты мне снишься... но ты это ты? -Да. Он ошеломленно отвел глаза и покраснел. -Блин, то есть я... -Ну да. Говорил все, что хотел, именно мне, - лукаво улыбнулась она, закрывшись веером. - Я кое-что тоже хочу тебе сказать. -Что? - он чувствовал легкую ткань платья, жесткий ободок каркаса, шелк на перчатках, гладкий и холодный, шершавую кружевную поверхность ее корсета. Все такое реальное. -У тебя дурацкие рюши, - хихикнула она. Он скептически посмотрел вниз, на свою грудь. Да. Белая рубашка со странными рюшами. -Ну, что ж поделать... - усмехнулся он. - У меня и волосы здесь длинные, смотри. Влад чуть повернулся, и Ольга увидела, что его волосы достают до плеч и собраны бархатным красным бантом в хвост. -Такой миленький, - вынесла она вердикт, снова открывая веер. - У тебя больное воображение, Влад, если это твой сон. -Хватит уже закрываться веером, - отозвался он ворчливо, перехватывая ее руку и отводя от лица. - А то... Владилен запнулся и замолчал. По щекам Ольги прозрачными каплями текли слезы. Она сердито вырвала веер у него из руки, закрылась им снова. -Ты плачешь? - глупо спросил он. Девушка покачала головой. Он, не открывая ее лицо, провел кончиками пальцев по ее подбородку и щекам. Мокро. Ольга ударила его краем веера по руке. -Убери. -Оль, почему... Она развернулась, отошла от него, быстро минуя несколько вальсирующих пар. Влад пошел за ней, схватил за руку. -Что... -Я больше не могу, - прорыдала она, повернувшись к нему. Красивое лицо искажено. - Я больше не могу улыбаться и хихикать, Влад. Я так хотела, чтоб ты думал, что я счастлива. Чтобы ты не переживал за меня. Я правда хотела! Но это неправда! Мне так тяжело, плохо, одиноко. Я знаю, что так не должно быть, потому что из нас двоих в аду заседаешь ты, и мне грех жаловаться, но... Оля всхлипнула. -Мне было гораздо лучше внизу! В те дни, когда мы уже заново привыкли друг к другу! Пусть там было холодно и приходилось постоянно идти... Владилен осторожно положил руку ей на талию, другой вытер слезы. -Эй, - шепнул он, - мы должны танцевать, помнишь? -Да... - растеряно кивнула она, продолжая плакать. -Успокойся. Сейчас мы вместе, не так ли? Смотри. Я держу тебя за руку, - парень стиснул ее ладонь своей. - Ты меня видишь, я тебя вижу. -Да... - повторила Ольга, прижимаясь к нему. - Но это так недолго. Скоро мы проснемся. -Тсс. Не думай об этом, сейчас-то ты со мной. Почему ты не приходила ко мне во сне раньше? -Я не знаю. Я поняла, что можно это делать, совсем недавно. Точнее, это возможно, но запрещено. -Почему? Кем? -Не спрашивай. Я не знаю. Просто чувствую, что это неправильно. Влад помолчал, продолжая неторопливо, немного неуклюже вальсировать. -Ты больше не придешь? - наконец сказал он, пристально смотря на нее. -Приду, - просто ответила Ольга. - Обязательно. -А что, если тебя заметят? Девушка посмотрела полными слез глазами ему в лицо и усмехнулась. -И что они сделают? Сошлют меня сюда? Хорошая идея, кстати. Надо почаще так делать. -Нет, - отрезал Влад, останавливаясь. - Ни в коем случае. Ты не должна попасть сюда снова, слышишь? Оля дернула его, и они продолжили танец. -У тебя все получится, - твердо сказала Ольга. - Ты уйдешь из этого жуткого места. Я верю. Ты уже поступаешь очень благородно... Я бы не выдержала, я бы сорвалась, попыталась с ними что-то сделать, с этими ублюдками. -Ты знала, что я им помогаю, да? Откуда? -Да... Я наблюдала. Он смущенно опустил голову. -То есть, ты следила за мной все это время? - неловко спросил он. Она покраснела. -Ну... иногда нет... Но почти всегда... -То есть, - тщательно подбирая слова и запинаясь, выдавил Влад,- ты видела и тот случай, когда меня переклинило? Она виновато потупилась, сжала его руку пальцами, обернутыми в шелк. -Видела. Прости. Как Варфоломей? -Жив, пытается как-то залечиться. Блин. Так неловко, когда понимаешь, что все твои нервные срывы и истерики были на виду... -Эй, все эти срывы были вполне логичными. Все нормально, - робко успокоила его девушка. -Все равно неловко, - Влад недовольно поджал губы. -Ты говоришь это человеку, устроившему истерику из-за отсутствия обуви и твоего чувства такта, - усмехнулась Оля. Парень посмеялся тоже. -Извинись, пожалуйста, перед Варфоломеем за меня, - попросила она. - Наверно, ему неприятно, что я от него шарахалась. Он такой хороший, несмотря на то, что падший. -Падший? Ах да. Я передам ему. Ты слышала, что он говорил про брата? -Да. О Серафиме. Жаль их обоих, хоть Варф и говорит, что сами виноваты. -Представляешь, сколько времени они друг друга не видели? Не годы - столетия. Может, тысячелетия. -Это ужасно и несправедливо, - с грустью отозвалась Ольга. - На фоне этого кажется, что нам с тобой еще везет. Они медленно кружились некоторое время, не разговаривая. На их роскошной одежде в какой-то момент появилась тень, похожая на тень от листвы ярким днем - кружевная, многослойная, и Влад непроизвольно запрокинул голову, высматривая дерево. Дерева не оказалось. Тень была от огромной причудливой люстры - она сейчас висела как раз над их головами, мерцая и переливаясь в свете свечей. -Ольга. -Да? Влад с трудом оторвал взгляд от люстры и перевел его на девушку: -Мы никак не можем им помочь? Девушка посмотрела на него долгим задумчивым взглядом, покачивая головой в такт музыке. -Ты имеешь в виду... -Да. Можно как-то свести их вместе во сне, как нас? Она закрыла глаза. -Не знаю. Вряд ли. Если только Серафим был бы наверху, как я... -А ты не можешь найти его? Раз ты наблюдаешь за нами, наверно, можешь наблюдать и за другими. Она озадачено посмотрела на него. -Наверно. Я не думала об этом. Кто знает, может, и смогу. А что дальше? -Ты к нему в сон можешь придти? -Думаю, да. -А собрать нас всех вместе? В одном сне? -Влад, я не волшебница. Я не знаю. Попробую. -Прости. Я забыл, что тебе нельзя с нами общаться. -Это неважно, - она коснулась его губ пальцем в сиреневом шелке. - Я попробую, сказала же. Внезапно она обернулась, взглянув куда-то наверх. Влад увидел, как она стиснула веер в кулаке, и тот, жалобно скрипнув, сломался. -Мне надо идти, - прошептала девушка, не поворачиваясь. Вся ее фигура застыла в напряжении, даже в испуге. -Что... Но мы еще даже не дотанцевали, мадам, - попытался пошутить Владилен, но замолк, видя, как падает сломанный кружевной веер из ее руки, прямо на паркет, под ноги танцующим. -Прости, Влад, - она быстро обернулась обратно к нему, поцеловала в щеку, прижимаясь к жесткой ткани камзола. Оттолкнула, быстро зашагала прочь сквозь скользящие по паркету пары. -Ольга! - он начал идти за ней, но девушка ускорила шаг. Что-то противно заскрипело, громко, протяжно, затем словно глухо щелкнуло. В мгновение ока гигантские зеркала вокруг покрылись трещинами и начали рассыпаться на мелкие осколки, взметая в воздух искрящиеся стеклянные брызги; пары вокруг все танцевали и танцевали, утопая в откуда-то взявшемся дыму и блестках разбитого стекла. Оркестр продолжал играть. Силуэт Ольги уже почти исчез, и Влад снова бросился за ней вслед. Сзади раздался неописуемый грохот и странный звон - упала люстра. Влад, продолжая идти вперед, заметил краем глаза, как от упавших свечей моментально, как-то нереально быстро занялись паркет и длинные занавеси на окнах. Зал утонул в дыму окончательно, дым стелился по полу, витал облаками в воздухе, плыл под потолком. Шелковые обои зала плавились и горели огромными огненными полотнами. Владилен никогда не видел столько огня. -Оля! Ему показалось, что девушка обернулась, но он не мог быть уверен точно - едкий дым раздражал глаза. Протерев их, парень понял, что потерял Олю в дыму и пламени. Что-то над его головой хрустнуло. Он успел задрать голову и увидеть, как увеличивается на глазах, падая прямо на него, огромная деталь лепнины с потолка, а затем проснулся, вздернув вверх руки в попытке защититься. -Ты чего? - обеспокоенно и тихо спросил его Варфоломей. - Свело спину? Влад отдышался, затем счастливо рассмеялся. Вскочил, сияюще посмотрел на ангела. -Я видел Ольгу! Ольгу! - он легко встряхнул его за плечи. - Я так рад! -Как? Она тебе снилась? -Да. Нет. Не совсем, - Влад замолчал, пытаясь понять, как это можно объяснить. - Она была в моем сне, Варф, то есть снилась, но была настоящая, реальная. -Здорово. Вы поговорили? - оживился ангел. -Ага... - Владилен снова улыбнулся. - Я наконец извинился перед ней за все. Мне теперь так легко! Она не винит меня за то, что я помогаю этим людям. Оля гордится мной. И ждет. -Я правда за тебя рад, - лицо Варфоломея, немного усталое, как всегда, словно посветлело. - Надеюсь, вы скоро встретитесь. Он неловко подвинулся, пытаясь поменять позу, и охнул от резкой боли в раненом бедре. Влад бросился к нему, но ангел остановил его поднятой рукой: -Все нормально... Ничего страшного. Парень увидел, как у Варфа заслезились глаза, и чувствовал, что тот плачет не от боли, но пытается это скрыть. Ангел вытер лицо, посмотрел на Влада таким пронизывающим, грустным взглядом, что у парня перехватило дыхание. -Я так хочу, - тоскливо сказал он. - Очень, очень хочу увидеть Серафима. Даже нет. Хотя бы услышать о нем. Хоть слово. Как он там, без меня? Винит ли меня за то, что случилось? Я не знаю, я ничего не знаю... Ангел поплотнее запахнул крылья, укутавшись в них. -Крылья бы отдал, каждое перышко, - донеслось из белого пушистого кокона. - Чтоб услышать или увидеть его. -Как он выглядит? Похож на тебя? - спросил Влад, осторожно гладя его по перьям. Варфоломей вздрогнул, еще сильнее сжался, закутался. -Мне очень стыдно, - прошелестел он. - Хоть наша память совершеннее человеческой... Но с каждым десятилетием я... помню его облик все меньше... все хуже. Я даже не могу вспомнить черты его лица! Он внезапно расплакался, огорченно и потеряно. Влад первый раз видел его таким. Таким расстроенным, уязвимым, беспомощным. В какой-то мере человечным. -Это хорошо, что вы с Ольгой так быстро смогли увидеться, я рад за вас, правда рад, - продолжал ангел сквозь слезы. - Но я жду так долго! Так невыносимо долго! Я так устал. -Эй, Варф... -Вара. -Что? -Вара, Варя или Вахрам. Это привычнее, меня окружающие так звали, пока было кому. Варф звучит смешно... -Если не нравилось, почему раньше не сказал? - неловко спросил парень. -Неудобно как-то поправлять... - смущенно скрыл лицо перьями ангел. - Прости, я первый раз - как это называется? - ною. -Ты первый раз плачешь?! - ошеломленно произнес Владилен. - За тысячи лет? -Да, - Вара как-то по-детски потер влажные глаза пальцами, пытаясь вытереть слезы, но еще сильнее размазывая их. - Я не знал... что умею... -Вар...Вахрам. Я не хотел говорить тебе это, чтоб понапрасну не обнадеживать, но сейчас, думаю, самое время. Я попросил Олю, чтоб она, если сможет, разыскала Серафима. Ангел робко выглянул из-за растопыренных перьев. -Ты правда попросил ее? -Правда. Вара отвел глаза, немного успокоившись, но его плечи все еще вздрагивали. В дверной проем ввалились остальные грешники, тащя с собой завернутые в ветошь трофеи. Ангел быстро отполз в другую комнату. Влад, шепнув ему, что сейчас вернется, пошел встречать делегацию. -Какие молодцы! Вы так много всего принесли! -Мы глину нашли! - радостно завопил один из толпы, самый перемазанный. - Здоровенную! У озера! -А еще ивняка нарвали, Якоб знает, как корзины плести! -Не знаю, я просто сказал, что попробую, - смущенно возмущался высокий, сутулый и забитый брюнет. -И ягод мы набрали выше крыши. -Ну, съели побольше, чем набрали, но вот, принесли же... -Здорово. Оставьте их в сенях, в прихожей, чтоб не подтаяли, и садитесь греться. Я думаю, вы изрядно замерзли. -Да так и есть! -А ты что с нами не пошел? - возмущенно сказал кто-то. Все притихли. -Я отвечаю за мозги, - грубо сказал Влад. - Я за вас думаю, что делать и как. Я придумал жилье, я думаю о еде. Этого недостаточно? Тем более, что я не каждый раз отлыниваю от работы. Старейшина (а это был он) отошел в сторону, не ответив ничего. Владилен прошел мимо него, нарочито медленно и гордо, зашел к ангелу. Тот выглядел получше, хоть и таким же растерянным. -Пошли, воздухом подышим. Тот кивнул. Они вместе прошли мимо сидящих людей неторопливым, важным шагом, как полководцы в начале боя перед войском. Только вместо плащей и доспехов - ветошь, и на лицах нет опущенных забрал. -Как ты, получше? - спросил Владилен тихо. Ангел перевел взгляд на него, кивнул. -Мне очень неловко за мою эмоциональную вспышку. -О Боже, представь, каково мне - я ревел при тебе, как девчонка, уже несколько раз, - усмехнулся Владилен с сарказмом. -Ты-то человек, для вас это, наверно, обычное дело, - отмахнулся ангел. -Ничего не обычное! Мы стараемся обычно этого не делать, во всяком случае, при ком-то. Тоже неловко. Они брели вперед, медленно загребая ногами снег - который на самом деле был песком. -Смотри, - внезапно сказал Влад. - Там что-то движется среди деревьев. Неужели какое-то животное? Ангел вгляделся в синие просветы между деревьями, покачал головой. -Странно движется, но больше похоже на человека... или ангела. -Ты встречал своих раньше? - с интересом спросил парень. Ангел покачал головой. Затем отступил на шаг назад. Влад обернулся на него, удивился, каким бледным стало лицо друга. -Ты чего? -Пойдем отсюда, Влад, - нетвердо сказал Вара. - Пошли скорее. Не оборачивайся. -Эй, возможно, это человек, и если это так, он нуждается в помощи... -Это человек, - одними губами произнес Варфоломей, не сводя взгляда с дальних деревьев, где покачивалась фигура. - Но я... почему-то... я не знаю... Нам надо уйти, я чувствую... Опасность. Опасность надвигается. -Помогите! - закричал человек хрипло. - Помогите мне, умоляю! Ангел отступил еще на шаг. Влад с тревогой посмотрел на друга: -Нам надо помочь. -Надо... да... -Они хотят съесть меня, помогите, кто бы вы ни были, - задыхаясь, застонали уже ближе. Черный силуэт брел, хватаясь за стволы деревьев. -Нам надо хватать его и скорее уходить, - решил Владилен, хватая друга за плечо. - Я не собираюсь ослушаться тебя второй раз. Не будем задерживаться. -Хорошо, - облегченно ответил ангел. - Только быстрее, ладно? Влад зашагал вперед, и в тот же момент человек впереди упал. У него просто подогнулись ноги, наверно, силы кончились совсем. Парень медленно побежал по сугробам. Каждый шаг - обжигающ в любом мире, хоть в песочном, от жара, хоть в снежном, от холода. Добрел до тела, осторожно потряс. -Эй, ты живой? Человек что-то простонал, затем резко схватил Влада за руку. Ветошь, до этого прикрывающая лицо упавшего, скользнула вниз. -Помогите мне, - прошептала девушка, дрожа от страха и холода. - Они меня скоро найдут.