Что же ты, малышка?

Иногда так бывает, и сердцу хочется жизнь окончить разрывом… И до самой горячей отметки добираются мысли и клетки. Замечаю, что жизнь без тебя тусклой расцветки.

      Рождество — праздник, который любят практически все. Дети прыгают от счастья при виде новогодней ёлки и ярких и красочных подарков под ней. Родители же смотрят на детей с теплотой в глазах, вспоминая свои такие вечера, когда они были такими же беззаботными, как их чада сейчас. Однако не у всех всё так сладко. Я думаю, в мире найдётся достаточно много людей, которые попросту не любят Рождество. У каждого на это свои причины: кто-то не хочет быть похожим на всех, думая, что этим он хоть как-то сможет отличиться, кому-то этот праздник навевает не самые приятные воспоминания, кому-то просто чуждо так веселиться и радоваться таким до одури простым вещам, как подарки и ёлка. Причин может быть миллионы.

***

      Весь сегодняшний день должен быть посвящён подготовке дома к Рождеству. Это нам сообщила миссис Уизли ещё вчера за ужином. Отказ на данную «просьбу», как называла её Молли, был сродни самоубийству. И вот только семь часов утра, даже солнца на улице ещё нет, а я уже проснулась, ощущая ноющую боль в голове, ногах и вообще во всём. Обязательно было так рано вставать? Просто вот вопрос, з, а ч е м? Неужели мы не успеем подготовить дом за два дня? И смысл нам тогда вставать в семь утра? По моему достаточно субъективному мнению, люди с утра соображают гораздо хуже, чем в другое время, т.е. работоспособность понизится в разы. Неужели нельзя встать хотя бы в 9? Тем более, руками вряд ли кто-то будет что-то делать, мы же не магглы, на кой-чёрт у нас тогда палочка? Нет, ну понятно, праздничный дух и всё такое, но не в такую рань же, о чём они думают вообще? У нас каникулы, если что, и, если что, легли мы спать вчера довольно поздно, из-за их собрания, между прочим. ААА!!! Окончив свой длинный монолог в своей же голове, я пошла умываться. Вернувшись из ванной в том же расположении духа, послышался стук в дверь. Ну и кому я так резко понадобилась с самого утра? — Доброе утро, Мелисса, — произнес нарушитель моих мысленных монологов, проходя в комнату и садясь в кресло. — Ага, доброе, дедушка, — скорчила рожицу я. — Я пришёл не просто так, хочу воспользоваться моментом, пока нас никто не слышит, и поговорить о делах насущных. — О чём это? — заинтересовалась я, чувствуя себя хоть немного лучше в его компании, и присела в соседнее кресло. — Ну, во-первых, я хочу, чтобы ты просмотрела некоторые дела, касающиеся нашего бизнеса, тебе уже нужно привыкать. А во-вторых, уже пора разобраться с твоей личной жизнью. — О не-ет, только не личная жизнь, — застонала я и закрыла лицо ладонями. — Именно она, думаешь, почему я здесь? Рассказывай, что там у тебя? С Вудом рассталась? — Откуда ты знаешь? — изумилась я. — Близнецы, эти несносные мальчишки, в подробностях рассказывали всё об этом Блэку. — Мерлин, ему-то это зачем? И что, прямо в подробностях-подробностях? — Скорее всего даже дословно. — злорадно ответил дед. Отлично, Сириус уже все знает, в подробностях. — Ты все ещё любишь Блэка? — спросил он таким тонов, будто спрашивал о погоде. — Дед, — укоризненно взглянула я на него, — Наверное, да. — И что ты собираешься делать? Тебе почти шестнадцать, до восемнадцати не так далеко. — Не напоминай, ничего делать не буду, Сириус — взрослый мужчина, а я — малолетка. Я ему не нужна. — Я бы с этим поспорил, но мне уже некогда. Я уезжаю по делам, буду завтра вечером, подумай над этим вопросом хорошенько.       Как только дедушка закончил эту фразу в дверь постучали, и вошёл предмет нашего разговора — Сириус Блэк. — Извините, не помешал? — спросил он, увидев дедушку.       Представляю, какая картина ему представилась: я растерянная и смущенная и хитро ухмыляющийся дед. — Нет, что ты, Сириус, мы уже договорили, — так же ухмыляясь, ответил дед, поднимаясь на ноги. — Миссис Уизли зовёт всех завтракать, — осведомил нас Сириус. — Мистер Феркл, вы сегодня уезжаете? — Да, нужно уладить несколько дел, думаю, завтра к вечеру вернусь. — Обязательно возвращайтесь, Молли собирается устроить грандиозный ужин. — с милой улыбкой говорит Блэк. Похоже, он хочет понравиться моему родственничку. — Молли это умеет, — кивнул дед. — Так, всё, я отбываю, иначе опоздаю. — и поспешно вышел из комнаты.       Я осталась с Блэком. Наедине с Блэком, о чём ещё можно мечтать? Только вот что-то мне не по себе. — Что ж, Мелисса, пойдём, Молли нас убьет за опоздание, — как-то неловко произнёс он и вышел. — Сириус, — повинуясь неожиданному порыву, окликнула я его, он застыл на пороге. — Подожди, пожалуй, за пару минут она нас не убьет. Как ты? Он сделал шаг обратно в комнату и закрыл дверь. — Что именно ты хочешь знать? — спросил он, смотря мне в глаза.       Если присмотреться, можно увидеть, что за напускной жизнерадостностью скрывается печаль и усталость, даже, возможно, обреченность. Глаза будто стеклянные, никаких эмоций. Однако увидеть Сириуса настоящего можно и через его действия: глубоко вздохнул, руки постоянно в замке, что означает с психологической точки зрения, что человек хочет закрыться от людей, да и от всего мира в целом. — А что ты хочешь рассказать? Может ты не хочешь говорить. Со мною. — Мелисса, я не против говорить с тобой, но у мне нечего рассказывать, я сижу здесь всё время, помнишь? — Что-то изменилось между нами, ты стал относиться ко мне иначе. После того, как поздоровался со мною вчера, больше ни слова не сказал. — звучит по-детски, глупо, но важно узнать правду, почему такое отношение, мы же вроде всё выяснили давно. Более того, он вчера не только со мной не поговорил, но и со всеми, но все тактично сделали вид, что не заметили. Лишь Люпин хотел пойти вслед за другом, но Тонкс, сидящая рядом с ним, остановила его, наверно, намекая на то, что Блэк хочет побыть один. — Ты себя накручиваешь, — махнул рукой он и развернулся, чтобы выйти. — Нет, Сириус, — я подалась вперёд и схватила его за запястье, — ты даже называешь меня только Мелисса теперь, а как же Лиса? Мел? Где твоё настроение, где Сириус Блэк, который был летом? — Его нет, он разочарован во всём и не хочет ни с кем общаться, ему надоело притворяться весёлым и жизнерадостным, — яростно ответил он, смотря мне прямо в глаза.       Мы ещё с минуту смотрели друг на друга, а потом я, повинуясь сумасшедшему порыву, потянулась к нему и поцеловала. Просто взяла и поцеловала. Ни я, ни, тем более, он не ожидали такого.       Первые секунды три никакого ответа от Сириуса не было, но как только он осознал происходящее, я оказалась прижатой к стене, а его губы с яростью впивались в мои. Этот поцелуй не был похож ни на один из тех, которые мне приходилось переживать. Могу с уверенностью сказать, что этой яростью и даже жестокостью, с которой он целовал меня, он хотел показать то, что я принадлежу ему, что я его. И это так, я его полностью. — Нужно идти, — произнес Сириус шёпотом. — Угу, — только и смогла ответить я, неосознанно облизав верхнюю губу. — Не делай так больше, — немного хрипло попросил он. Сначала я не поняла о чём он говорит, но потом до меня дошла вся суть вещей: у кого-то давно не было женщины. Подтверждением этого факта (?) было кое-что слегка упирающееся мне в живот. Честно говоря, у меня и самой ноги немного подкашивались, но я решилась на то, от чего потом ещё до вечера буду краснеть, вспоминая.       Я резко сбросила халатик, оставшись в коротенькой ночной рубашке, развернулась спиной к нему и прижалась к его паху, прогнув спину, как котейка. — Чёрт, Лиса, прошу, не делай так. — попросил Сириус, но тут же, противореча себе, схватил меня за талию и прижал меня к себе сильнее. Я не выдержала и издала стон. О Мерлин, мне показалось, или он был настолько громким, что сейчас сюда могли влететь все жители этого дома. В этот же момент Сириус развернул меня к себе лицом и требовательно поцеловал, прижимая к себе и медленно переходя на шею. Его член стал намного ощутимей упираться мне в живот. Он был значительно выше меня, поэтому для очередного поцелуя мне приходилось вставать на носочки, а ему нагибаться. Я, повинуясь каким-то ранее невиданным инстинктам, опустилась на колени и, оказавшись на уровне ширинки, начала расстегивать ремень на брюках. Блэк схватился одной рукой за стену, а другой взял меня за волосы и сжал их в руке. Когда с ремнем было покончено, я принялась за ширинку и пуговицу.       И тут неожиданно Сириус отпустил мои волосы, резко схватил за плечи и поднял с колен на ноги. — Что?.. — растерялась я. — Не нужно, потом будешь жалеть, — покачал головой Блэк, внимательно смотря мне в глаза. — Но… нет, я не буду… — хотела возразить, но меня снова перебили. — Лиса. — Нет, подожди, ты просто не хочешь, да? — Не говори глупости, сама ведь только что все чувствовала. Ну даже допустим, что ты убедила меня в том, что не будешь жалеть, но если кто-то войдет? Нас ведь ждут. И ждут уже достаточно долго. — Драккл, Сириус, ты снова все обломал, — надула губы я и отошла от него. — Лиса, ты осознаешь вообще суть сказанного? Ты что меня провоцируешь? Я могу и не сдержаться. — засмеялся Сириус. — Я только на это и надеюсь, — промурлыкала я, взглянув на него немного вызывающим взглядом. — Мелисса, пойдём, пора завтракать, — покачал головой Сириус и вышел из комнаты. На этот раз я решила его не останавливать.       Как только мужчина вышел из комнаты, я схватилась за голову и со стоном опустилась на кровать. В голове крутилась лишь одна очень навязчивая мысль: «Как мне теперь смотреть ему в глаза?». Нет, я вроде не жалею о содеянном, по крайней мере, пока, но неловкость всё равно присутствует, и я не понимаю, почему он снова меня отверг, я видела, что он был готов сдаться, но снова остановил. Чёрт, в чём проблема? Неужели главной проблемой было то, что нас могли застукать?       Но пришлось подняться с кровати, переодеться и спуститься вниз. Мои губы припухли, волосы я еле уложила, но всё это ничего по сравнению с тем, что мне сейчас придётся столкнуться со взглядом Сириуса-который-отвергает-меня-постоянно-Блэка. По правде говоря, коленки всё ещё трясутся, а низ живота сводит судороги. Это ещё неизвестно кому больше это нужно было, мне или Сириусу. — Наконец-то, почему так долго? Уснула? Мама нам не дает кушать. — воскликнул Фред. — Может быть, мы умираем от голодной смерти? — прибавил Джордж. — И вам доброе утро, — фыркнула я, садясь на свое место. — Теперь кушать можно? — нетерпеливо спросил Рон у своей матери. — Нет, еще Сириус не пришёл, — строго ответила миссис Уизли, а Рон страдальчески закатил глаза. И вправду, Сириуса ещё не было на месте. Интересно, почему? Наверное, пытается успокоиться. — Молли, право, не стоит терзать детей, простите мне, я задержался, — неожиданно раздался голос Блэка в дверях, отчего я немного вздрогнула. Сириус занял свое место, и мы встретились глазами, к огромнейшему сожалению, мои щеки начали краснеть. Пришлось поспешно опустить глаза и приняться за завтрак. На моё удивление, завтрак прошёл спокойно и в тишине. — Итак, у нас три этажа, их нужно украсить. — начала миссис Уизли, когда все закончили кушать. — А что, это прям обязательно? — нахмурился Рон. — Конечно, Рон, не будь олухом, это традиция, — фыркнула Джинни. — Первый этаж украшают Рон, Гарри и Джинни. Второй этаж — Фред, Джордж, Чарли. Третий — Мелисса, Тонкс. Девочки, вы сами справитесь? — спросила нас глава рыжего семейства. — Конечно, Молли, — согласилась Тонкс, а я лишь кивнула. С Дорой мы в хороших отношениях, мне кажется, я могу ей доверять, в ней есть что-то такое притягательное. — Я могу вам помочь, — подал голос Сириус, а я немного вздрогнула, снова вздрогнула, но даже не взглянула на него. — Я тоже свободен, — прибавил Римус. — Отлично, а вечером все вместе украсим ёлку в гостиной. — радостно известила нас Молли.       В такие времена хочется радоваться даже таким мелочам, каждый день, миг может стать последним как в твоей жизни, так и в жизни твоих близких. Просто становится очень трудно понять, что человека, самого близкого, самого родного на всём свете, может просто в один миг не стать. Я долго думала над тем, кто бы стал плакать, случись бы что со мной, я думаю, многие об этом размышляли. Эта война, она уже неизбежна, возможны десятки, а может и сотни смертей. Столько слёз будет пролито… Нужно лишь приложить огромные усилия, чтобы эти слёзы были пролиты не зря. Тонны усилий. Но сейчас нужно ловить каждый момент, когда не нужно думать о таком огромном противостоянии, когда не нужно бояться за свою жизнь. И почему я не ценила этого раньше? «Мы ценим, когда теряем» — говорил кто-то очень знаменитый. Я всегда думала, что здесь говориться о людях, но только с наступлением войны поняла, что ценить нужно всё, моменты в том числе. Меня эта война уже никак не обойдёт стороной, нужно ловить Блэка, Он будет моим, он будет со мной. И точка.       Мы разошлись по своим рабочим местам. Третий этаж украшать не так долго, особенно когда нас четверо. Одна из гостиных, которой часто пользуются, комната, которую мы переделали под себя и коридор, а остальные украшать нет смысла. — Давайте разделимся, — предложила Дора, — я и Римус пойдём в гостиную, а вы в Космос? Люпин подозрительно покосился на девушку, я, видимо, правильно понимаю, что у Тонкс какие-то свои взгляды на него, возможно, между ними даже что-то есть. — Хорошо, давайте, — согласилась я и направилась к объекту. Комната осталась нетронутой с того времени, как мы уехали в Хогвартс. Я несказанно обрадовалась такому раскладу, да и к тому же теперь я и Сириус одни в комнате. У-у-у. — В целом, ничего особо делать и не нужно, — деловито начал Блэк, проходя в комнату с ящиком украшений. — Я заметила, — хмыкнула я и нарочно наклонилась, якобы поднять книгу, лежащую на кресле. — Тогда давай приступим, — сделал вид, что не заметил, но я-то знаю, что смотрел.       Мы молча достали гирлянды и маленькую ёлочку, Сириус крепил гирлянды к стенам, а я украшала ель. Я мучила себя раздумьями о Сириусе, думала, что же предпринять, чтобы до конца каникул наши отношения сдвинулись с этой мёртвой точки. В какую сторону, я не знаю. Боюсь, что сделала что-то не так, Блэк молчит, не шутит, не рассказывает весёлых историй. Как действовать? Нагло соблазнять или просто поговорить? Мучительные раздумья отключили меня от сознания, и я не сразу заметила, что предмет моих мечтаний пытается достучаться до меня. — Мелисса, всё в порядке? — спросил Сириус, вглядываясь мне в глаза и держа за плечи. — Да-да, прости, что ты спрашивал? — очнулась я. — Говорю, я закончил, ты тоже, думаю нормально получилось? — я обвела комнату взглядом, получилось весьма неплохо. — А давай наколдуем снег, как будто бы он идет, но на пол не падает? — вспомнились мне наши такие вечера с папой. — Только я не умею, мой папа всегда так делал, — ну да, только этот факт я не учла. — Ничего, — приобнял меня Сириус за плечи, — я умею.       После нескольких пассов палочкой в комнате пошёл снег, как в детстве. Я радостно засмеялась и начала кружиться по комнате, красивые снежинки падали мне на волосы, но через несколько секунд просто исчезали. Они не были холодными, но пальцами я ощущала что-то вроде… быть может это сама магия Сириуса, такая приятная. Краем глаза я заметила, что Сириус наблюдает за мной с легкой улыбкой. — О-о, снег, — услышала я восторженный вопль Тонкс, которая тут же присоединилась ко мне, Римус встал рядом с другом у самого выхода, где снега не было. Но тут Сириус усилил снег, и в комнате начался настоящий снегопад, мы с Дорой запищали, ведь снег стал холодным, а мужчины весело засмеялись. Мы с Тонкс, не сговариваясь, кинулись к ним и затащили в комнату, они и не сопротивлялись особо. Я была готова быть и под холодным снегом, и где угодно вообще, рядом был Сириус, а с ним мне было куда теплее, жар его тела, которое находится в непосредственной близости от меня, источало не только физическое тепло, но и душевный уют.       Когда мы вдоволь насмеялись, Блэк сделал снег нормальным, и мы все вместе вышли украшать коридор, его мы убирали весело и шумно. Двое Мародёров — это сильно, они такое мочили, что мы с Дорой хватались за животы. Таким образом, закончили мы уже под вечер, впрочем, не только мы, ребята также провозились не меньше нас.       Позже мы все вместе украсили ёлку и, немного посидев, разошлись по комнатам, на самом деле, ничего особо сложного мы не делали, но все очень устали.       За этот день я окончательно убедилась в двух вещах. Во-первых, Блэк. Я его люблю, все его недостатки, люблю, когда он случайно ругается, люблю, когда он смеется, просто люблю. И готова говорить об этом хоть часами. А во-вторых, Тонкс и Люпин, между ними по-любому что-то есть, возможно даже любовь.

***

      Я проснулась уже поздней ночью от того, что мне ужасно хотелось пить. Просто жёсткий сушняк, наверное, не стоило есть такое количество рыбы, что давала нам сегодня на ужин (точнее уже вчера) миссис Уизли. Пришлось накинуть халат и спускаться вниз. В доме было тихо и темно, все мирно спали и видели уже десятый сон. Я без происшествий добралась до кухни, что было очень тяжело без палочки, в кромешной тишине, да ещё и под ворчание старых картин. Я выпила кружки две воды и уже мечтала о своей кроватке, но, видимо, было не суждено. В одной из комнат горел через щели свет, я не смогла удержаться и, как истинная гриффиндорка, заглянула вовнутрь. Там сидел Люпин в компании нескольких бутылок огневиски. — Римус, всё в порядке? — осторожно заходя в комнату, спросила я, мужчина вздрогнул от неожиданности и поднял на меня глаза, он явно уже немного выпивший. — Ах, Мелисса, это ты, да, всё нормально, — вздохнул он. — Хотя, знаешь, нет, все очень-очень сложно. — Расскажешь? — присела я рядом с ним. — Это сложно, — покачал он головой. — Я постараюсь понять, — Люпин посмотрел на меня и со вздохом налил себе еще из бутылки и залпом выпил. — Я… расскажу, больше не могу держать это в себе. Но обещай, что это останется между нами! — Разумеется, это даже не обсуждается, — нахмурилась я. — Я не знаю, как мне поступить. Нимфадора… она сказала, что любит меня, что хочет быть со мной. — что ж, я оказалась права. — А ты ее? — Это не важно, я оборотень, помнишь? Она молода, красива, у нее ещё всё впереди, я ей не нужен. Она глубоко заблуждается. — он так обреченно посмотрел на меня, что внутри меня что-то болезненно сжалось. Знакомый случай, нет? Где-то мы уже слышали, не так ли? — Римус, я хочу тебе кое-что сказать, просто выслушай. Мы девушки устроены не так, как мужчины, если мы признаемся в любви первыми… это не может быть простым увлечением. Это не пойдет через день-два. Понимаешь меня? Ты зря отталкиваешь ее, она будет мучаться, ты будешь мучаться, кому от этого лучше? Задумайся, что она в тебе могла найти? — Я не знаю. Но я не хочу, чтобы она… она молода, красива, она найдет себе кого-то получше. Рядом со мной ей будет тяжело. — Люпин, ты не понимаешь. Что ты заладил одно и тоже. Для нее не важно кто ты, сколько у тебя денег и тому подобное. В этом ваша проблема, тебя и твоего друга. Вы вбили себе в голову, что не заслужили быть счастливыми. Ты думаешь, что если Дора будет с тобой, она все потеряет? И не хочешь даже допустить мысль, что, возможно, она приобретёт себе нечто большее, чем просто отношения, она приобретёт счастье! — Ты, Мелисса, тоже придаешься этим женским иллюзиям. Что она приобретёт? Человека, который не совсем и человек, у меня даже нет ничего толком. Старый страшный оборотень. Ей просто меня жаль. — Ри-имус, это ты себя пытаешься убедить? Подумай, ты знаток в области защиты от тёмных искусств, с хорошим чувством юмора, ты был отличным преподавателем, да от тебя тащилось куча студенток и, поверь, я не приукрашиваю. Что касается возраста, это нормально, что ей нравится мужчина старше, ей будет слишком скучно с парнями своего возраста. Просто поверь ей, сделай правильный выбор. Я закончила свою тираду и судорожно вдохнула, а Люпин сидел с задумчивым выражением лица, а я покраснела. — Сириус… он точно также думает… те же аргументы, — сдалась я. — Ты… Сириус… ты его любишь? — видимо эта новость его ошарашила. — Да. — А он? — А он, он такой же как ты. — Вот же да, знаешь, наверное, Джеймс там ржет с нас по полной. Надо же, оба друга упорно прячутся от красивых, молодых девушек. Ладно я, но Сириус…

***

      В следующий раз я проснулась уже в десять утра, хорошо, что никто не разбудил меня. После ночных разговоров по душам с Люпином очень хотелось выспаться. В хорошем расположении духа я отправилась в ванную, приняла душ, оделась и вышла из комнаты. В доме, на удивление, было очень тихо. Нигде, никого. — О, Сириус, — воскликнула я, заметив мужчину в гостиной, — а где все? — Уизли ушли в больницу к Артуру, его сегодня должны выписать, Люпин с утра ускакал куда-то, а Дора на дежурстве, — объяснил он. — Понятно всё, — усмехнулась я и плюхнулась на диван рядом с Сириусом. Его взгляд пробежался по моим ногам, ведь сегодня я решила надеть юбку. — Сириус, думаю, самое время поговорить, никого нет, мы вдвоем. Что между нами? — решилась я, нарушив такую замечательную тишину. — Мелисса, что между нами, хочу услышать это от тебя? — как-то игриво передразнил он меня. — М-м-м… между нами что-то очень необъяснимое, — протянула я, закусив губу, медленно приближаясь к нему. — Да? И что же нам делать? — также игриво спросил он и резко дёрнул меня на себя, я оказалась на его коленях. Юбка непозволительно высоко задралась, его руки уже были на моих бедрах. Я, не долго думая, начала расстегивать пуговицы на своей рубашке. — Остановись! Я сам, — шепнул он и потянулся к пуговицам. По мере того, как оголялось моё тело, Сириус покрывал меня поцелуями, внизу снова мучительно заныло. — Нет, это будет не здесь, — рыкнул Блэк, когда я ласково поцеловала его в ключицу. Он подхватил меня за бедра и понёс в свою комнату. Чувство, что вот-вот случится то, чего я так долго ждала, заполнило каждую клеточку моего тела и я уже сгорала от нетерпения.       Я расслабленно легла на прохладную постель и выжидающе посмотрела на мужчину. Избавив нас от лишних деталей одежды, он навис надо мной, опираясь на локти, и жадно поцеловал, напористо. Я нежно поглаживала его небритую щеку. Вскоре его губы перешли к шее, оставляя яркие отметины. Сириус то покусывал, то облизывал нежную кожу, стараясь не упустить ни единого сантиметра. Я уже не могла сдерживать стоны, они слишком часто вырывались из моих губ. — Прошу, Сириус, пожалуйста, — еле смогла выдавить я из себя, грудь высоко вздымалась от тяжёлого дыхания, я то и дело облизывала пересохшие губы.       Он вошёл в меня резко и уверенно. Я не удержалась от вскрика. Боль была слишком ощутимой, но терпеть можно. — Мерлин, Лиса, ты ещё девочка, прости, не подумал, прости, — он начал покрывать поцелуями мою шею и старался не двигаться, давая привыкнуть к новым ощущениям. Я качнула бёдрами, давая сигнал двигаться дальше. Сириус отпустил мои запястья, используя обе руки, чтобы держаться надо мной. Поддерживая зрительный контакт, он начал двигать бёдрами, осторожно и неспеша. С губ срывались сладостные стоны. Я почувствовала, что начинаю дрожать под ним, ногти впивались в кожу его спины, точно оставляя четыре красных борозды. Сириус сжал челюсти и, сделав пару толчков, издал гортанный не то рык, не то стон.       Закончив, Сириус перевернулся на спину. Я смогла лишь сладко потянуться и положить голову на грудь Сириусу. — А теперь я точно знаю, что хочу, чтобы между нами что-то было, — прошептала я, голос явно немного сорван. — И что же? — спросил он, целуя меня в макушку. — Я хочу быть…последней женщиной…

Окончательной…заключительной… Не уболтанной…а обвенчанной… Ясным светом твоей обители… Добрым утром и тихой пристанью… И сводящим с ума желанием… Я хочу быть контрольным выстрелом… И последним твоим…признанием… Я хочу быть твоими крыльями… Этим лёгким надёжным…бременем… Я хочу быть твоими былями… В рамках времени…и безвременно… Не умею я жить…на меньшее… Что ты смотришь в глаза…так пристально?.. Я хочу быть…последней женщиной… Я хочу быть твоей…единственной…