Счастье Кроули или как воспитать дочь.

— Ты… уверена? Пока Сэм пытался спокойно поговорить с Рэйчел и выяснить происходящее, Дин достал новые пули, которыми планировал зарядить пистолет. Винчестер-старший услышал что хотел и не собирался больше разговаривать. Ровена находилась в ужасе, больше всего переживала за то, что может сделать Дин. Он и так недолюбливал девчонку, а тут еще и такое. Но выражение его лица было спокойным, будто ничего дурного не произошло. А Рейчел всю трясло. От кончиков пальцев на ногах до луковиц волос. Девушка чувствовала, как похолодели ее руки и, казалось ей, приобрели синеватый оттенок. Никогда еще она не чувствовала такой нарастающей тревоги, так и стояла одна у дивана, пока Сэм не подошел к ней чуть ли не вплотную. Его слова пролетали мимо ее ушей со свистом. Все, что ее волновало сейчас — жизнь и здоровье дочери, которые в любой момент могут пострадать. В голове мелькали один за другим все случаи, когда Ама приходила в слезах, расстроенная. А вдруг те синяки на руках — не просто удар о дверной проем или что-то еще? А что, если было что-то еще? Был лишь единственный вопрос, повисший у всех в головах: как давно это продолжается? Как давно Амелия видится с дьяволом и сидит у него на коленках, пока он пьет терпкий виски и убивает очередного бедолагу? Всем было страшно предположить, кроме Дина. Он не боялся за нее, не боялся Люцифера, не боялся за… все. Охотник был не в силах понять чувства матери, не был готов разделить с ней нахлынувшие эмоции. Поэтому этим занимался Сэм, попутно пытаясь выяснить еще подробности. — Рейчи… Садись, хватит стоять. Охотник своими руками приобнял девушку за тонкие плечи, которые слегка подергивались. Но под теплом охотника стало спокойнее. Сэм будто вязаный бабушкин плед, способный согреть и утешить в трудную минуту. Рейчел вдруг подумала, если бы он и вправду был пледом, то цвета горчицы. Мужчина проводил Рейчел до дивана и присел осторожно рядом. Его ладони спрятали в себе маленькие ладошки блондинки. И все же, с Сэмом ей становилось легче. Легче было дышать, легче говорить и легче мыслить. В отличии от брата, он имел сострадание и мог приводить людей в чувство. Его зеленые глаза указали Ровене в сторону кухни. Ведьма тут же поняла, что от нее требуется. Быстрым семенящим шагом она преодолела расстояние между гостиной и кухней, а мыслями полностью погружена в происходящее. Маклауд так переживала за девочку, так трепетало все внутри нее, что сложно было и самой поверить в это. Ведьма так сильно привязалась к ней за все прошедшее время, что было невообразимым представить жизнь без этой светловолосой головы, вечной улыбки и заразного смеха. Пока закипал чайник, в голове возникли теплые воспоминания. Вот Ровена учит маленькую Аму собирать ведьмин мешочек, а вот девочка мастерски подбрасывает его бывшему ухажеру бабушки. Бабушка… Как не хотела она принимать этот новый статус, ведь с бабушками не летают в отпуск, не ходят по ресторанам. Но теперь жизнь без внучки — это не жизнь. — Ты уверена, что видела именно его? — Я… уже нет. Да, он похож, но вдруг я обозналась? — Рейчел виноватыми глазами посмотрела на охотника напротив. А он лишь поглаживал большими пальцами ее ладони. Такое маленькое движение, но оно так много значит сейчас для нее. — Рейчел, нам надо с ней поговорить. Как можно скорее. — Нет! — воскликнула девушка и чуть подпрыгнула на месте. Представлять, как Дин держит пистолет у головы ее дочери, стало не лучшей перспективной. –То есть, я сама с ней поговорю. И не говорите Кроули, пожалуйста! По крайней мере, пока я все не выясню. — Значит так, дорогуша. — Голос Винчестера прозвучал как сталь. Пистолет он засунул в карман переносной сумки, которую девушка даже не замечала до этого момента. — Мы не звоним по волшебному номеру «666» с рассказом о юном спасателе дьявола, а ты дашь нам поговорить с девчонкой. Наедине. — Но я… — Я сам с ней поговорю. Один. — Сэм перебил блондинку, не желая вызвать многочасовой спор о том, кто и что будет делать. Этот вариант устроил всех. И Рейчел, и Амелия доверяли Сэму больше, чем Дину. И на то были свои причины. В этот момент появилась Рони в гостиной с чашкой зеленого чая в руках. Она добавила некую смесь трав для успокоения и хорошего сна. Было бы неплохо поговорить с охотниками наедине, без нее. Вряд ли она чем-то поможет им, а вот втроем разговор пройдет куда продуктивнее. Но травяной чай не успел быть допит, как двери квартиры распахнулись, а затем послышалось легкое насвистывание песни. — Всем привет! Ой… Да у вас тут общий сбор! — Амелия впорхнула в квартиру с улыбкой до ушей и легком белом платьице до колен, что было явно не по погоде. Четыре пары глаз тут же уставились на девушку, и повисла неприятная тишина. — А по какому поводу? И чего вы такие кислые? — Амелия, можно тебя на минуту? — Сэм неспешно поднялся с дивана, казалось он совсем этого не хотел. Ама лишь пожала плечами, но напряглась. Что могло произойти? У нее был такой хороший день, неужели кто-то, а точнее Сэм, попытается его испортить? Амелия и Сэм расположились в самой дальней спальне, дабы им никто не помешал. Это была спальня ее матери, уютно обставлена и полна солнечным светом. Девушка приземлилась на край кровати, вытянув ноги вперед. Они так устали ходить! Сегодня Люц был в хорошем настроении и исполнил желание Амы. Правда, не по-настоящему, но все же. Он разрешил побыть ей невестой дьявола и надеть лучшее платье, что она найдет в городе. Конечно, платить за него никто не собирался, поэтому пришлось пожертвовать продавцом. Но вы бы видели сияющие глаза Амелии, когда она бежала по улице чуть впереди архангела на тонком каблучке. Дьявол лишь смеялся над ней, над ее наивностью и глупостью. Но ему было так тепло на душе, что поначалу вызвало отвращение к самому себе. Он не умеет любить, нет. И никогда не полюбит ее, тем более так, как любит она. Но почему бы не развлекаться с ней? Она внесла в его жизнь новые краски, новые эмоции, каких он не испытывал со дня его сотворения отцом. Господь наделил его чувством прекрасного, наделил способностью любить и создавать любовь. Но метка Каина все испортила, Люцифера в первую очередь. Ему уже не стать прежним, но она этого никогда не поймет и не примет. На другом конце света они провели прекрасный день, наслаждаясь лишь друг другом. Амелия забыла, когда ощущала себя лучше, чем в этот день. Если бы она ходила в школу и у нее были бы подруги, все бы обзавидовались! Она и архангел, который пал с небес, притворяются молодоженами и гуляют далеко от дома. Прекрасное чувство, которое вот-вот разобьется. — Смотрю, ты отлично провела время. Расскажешь? — Сэм сел рядом с девушкой, но выдержал между ними небольшое расстояние. — Да! Это был прекрасный день. Я и мой парень гуляли по улицам Токио! Я перенесла нас туда, и мы наслаждались культурой этого города. А еще… — Расскажи мне про него. Как его зовут? — Лю… Люциан. Мы уже давно знакомы, он чуть старше меня. — Этот вопрос застал ее врасплох и она чуть не проболталась. Ама никогда не называла имя того самого парня, ведь имена каждый раз разные. Выражение лица охотника и его тон ей совершенно не нравились. Он все знает? Или ей кажется? — Люциан? А может… Люцифер, милая? — Что? Нет! Вовсе нет! — Ама вскочила с кровати от наигранного возмущения и хотела уже направится к выходу, крича всем остальным «представляете, какую глупость сказал Сэмми!», но охотник преградил ей путь и одним лишь взглядом заставил сесть назад. — Амелия, у тебя на лбу написано, что ты лжешь. И очень паршиво. Твой отец не знает, но если ты не начнешь говорить со мной по-хорошему, — охотник достал из кармана синих джинс старенький мобильный телефон и показательно набрал номер Кроули, — разговаривать будешь с ним. — Прошу, нет! Сэм, только не он! — Амелия завопила так, что это наверняка услышали все остальные. Этим она выдала себя окончательно. Девушка заметно занервничала и не знала, куда себя деть. — Тогда, я весь во внимании. Начни с того, когда вы первый раз встретились. Чтобы хоть немного успокоить девушку, Сэм придвинулся ближе и приобнял ее за плечи. Ама начинала говорить очень нехотя, периодически что-то явно недоговаривала. Но первую встречу описала довольно красочно и с теми подробностями, что охотник предпочёл бы не знать. Это были Мальдивы, Ровена увезла ее в день рождения. Они прекрасно проводили время, пили различные коктейли и танцевали. Рейчел тогда не поехала, была слишком занята работой. В один вечер Ама почувствовала сильную энергию, чужую, но она показалась ей очень знакомой. Девушка тайком от бабушки проследовала к этой самой энергии. Увидела она его — Люцифера, в компании трех девушек. Он сидел за столиком у пляжного бара и сначала в упор не замечал антихриста. А Амелия увидела его истинный лик и стояла как завороженная. Она не решалась подойти первой, не решалась заговорить с ним. Так и стояла на одном месте, пока он не заметил ее. Люцифер не стал медлить и с пребольшим удовольствием подошел к ней. Узнал ли он ее? Конечно. Не так много антихристов бегают по земле. Между ними повисло неловкое молчание, пока архангел жадным взглядом изучал девушку перед собой, а затем спросил: «Так и будешь тут стоять или присоединишься ко мне?». И она присоединилась. Сначала было страшно даже думать о нем, затем страх сменился на азарт, а потом и вовсе на влюбленность. — Амелия, ты же понимаешь, что Люцифер — это зло. И это неоспоримый факт. Он ужасен и опасен для тебя и всего человечества. — Нет! Люци не такой! — Сэма передернула от ласкового «Люци». — Он хороший, он меняется в лучшую сторону! Вот что плохого он сделал за последнее время? — Не считая убийств по всему миру? Как думаешь, если я открою новости в Токио, я увижу сведения о трупах? — с неприкрытым сарказмом спросил охотник, что явно обидело девушку. — Что он сделал хорошего для тебя? — Он воскресил мою мать. — Твердо ответила Ама и была права. Наверное, это единственный поступок Люцифера, который можно записать в хорошие, но непонятен мотив до сих пор. — А еще он чувствует ко мне… что-то. Симпатию, влюбленность. Это проявление хороших чувств! Люцифер позволил мне почувствовать себя самой настоящей невестой, хоть и понарошку. — А теперь скажи мне, что он сделал плохого. Давай, хорошо подумай. Про убийства людей можешь не говорить, это и так ясно. Мели погрузилась в свои мысли, вспоминая все поступки Люцифера. Было несложно привести пример плохого поступка, но говорить так не хотелось. От нахлынувших воспоминаний, от осознания всей ненужности ему, сердце сжалось до размера косточки от вишни. К горлу подступил ком, а в глазах встали слезы, которые удавалось с трудом сдерживать. Ей не хотелось казаться слабой, не хотелось показать, как ей на самом деле обидно. Но ладонь охотника чуть сжала ее плечико, как бы давая толчок накопившимся словам. Она говорила о многочисленных девушках, с которыми он изменял ей, хотя можно ли назвать это изменой, ведь официально они и не встречались. Говорила о криках, унижениях, которыми он одаривал ее в дни плохого настроения. Когда она перечила ему в такие «плохие» дни, то он мог не сдержать себя и хорошенько ударить ее. Но чаще всего он просто пытался ее придушить, хотя всегда вовремя останавливался, не давая ей задохнуться или потерять сознание. Поэтому Амелия часто носила шарфик, который так подходит ее голубым глазам! И несмотря на все это, чувства девушки не становились меньше.