Aeternum

Когда Тэхен впервые открыл глаза, он увидел бескрайнее небо над головой и тысячи облаков, что приветливо улыбались духу. Тогда Ким знал только то, что видел собственными глазами. Лишь спустя несколько лет юноша осмелился поговорить с теми, с кем делил небо, чтобы понять непонятные доселе вещи. Он был духом Солнца, кто дарил жителям Земли свет и тепло, кто создавал новые облака и нечто, под названием «жизнь». Так как Тэ по своей природе был довольно стеснительным, он иногда прятался среди туч, дабы скрыть яркий румянец, потому что на него все чаще начинали смотреть с планеты. Тогда же Ким узнал, что такое «дождь», и зачем этот самый дождь так нужен землянам. С тех пор дух Солнца периодически отдыхал за облаками, потому что люди, а именно так называли тех, кто умел говорить, всегда радовались воде с небес. А Тэхену нравилось радовать других, это одна из немногих вещей, которые ему действительно нравились. Однажды дух узнал, что он такой не один. Стоит Киму закрыть глаза, как на его место приходит другой, чей свет стелется на Землю серебром, а не золотом. Тэ было интересно познакомиться и поговорить с тем, кому подвластны воды океанов и морей, но сколько бы юноша не старался высмотреть своего «напарника», он никого не видел. А облака однажды рассказали, что духа Луны зовут Чонгук. Чонгуку о другом духе поведали звезды, которые помогали ему освещать Землю. Далекие и совсем крохотные, они нашептали Чону о Солнце, которое умеет согревать. Иногда просыпались облака, которые восхваляли своего создателя, они поливали Землю дождем, а вскоре исчезали. Гук знал, что второй дух скрыт от него за Землей, он злился, старался разглядеть хоть что-то за планетой, но не мог. Тогда бушевали моря, океаны разрушали города, а Чон успокаивался лишь под утро, когда закрывал глаза. Спустя двести пятьдесят лет своей жизни Гук наконец-то познакомился с Тэхеном. Их встреча была слишком короткой, чтобы два духа смогли сказать друг другу что-то кроме своих имен. Тогда Чон увидел самую красивую вещь на свете — чужую улыбку. Ким же с тех пор не мог забыть слегка потерянные оленьи глаза. Они хаотично осматривали друг другу, понимая, что толком не отличаются, а потом все резко закончилось. Духи разошлись, а люди прозвали это мгновение — солнечным затмением. И тогда два небесных жителя стали считать года до новой встречи. В следующий раз Тэ протянул Чонгуку свою руку, которую второй с уверенностью пожал, ощущая бесконечное тепло. Гук широко улыбнулся, демонстрируя свои кроличьи зубки, на что Ким звонко рассмеялся, чуть поглаживая большим пальцем чужую ладонь. Они разошлись также быстро, как и в прошлый раз, оставляя приятные воспоминания и томительное ожидание новой встречи. Но Чон с удивлением отметил, что чужое тепло поселилось где-то внутри него, усиливаясь каждый раз, когда дух Луны вспоминал смех духа Солнца. Их встречи были короткие, но каждый раз юноши все больше узнавали друг о друге, они рассказали о своих жизнях, о помощи людям, о звездах и тучах, о редких птицах и их чудесных песнях. Хотя все равно Чонгук больше любил голос Тэхена, а второй же не мог отказаться от прикосновений, что были нежнее облаков. Они понимали, что разные, но тем нее менее один всегда сменял другого на небосводе. Так тянулись века, а затем и тысячелетия, некогда дружба перерастала во влюбленность, о которой так часто говорили люди. Чон все сильнее злился на Землю, которая закрывала от него самое дорогое, Тэ же некуда было девать колоссальное тепло, которое он испытывал к духу Луны, направляя его на жителей Земли. Облаков становилось меньше, океаны иссушались, а моря превращались в озера. Их связь разрушала жизни, и Тэ с горечью смотрел на людей, которые тоже постепенно исчезали. В день их следующей встречи Тэхен не появился. И тогда Гук собрал всю свою силу, всю свою боль и обиду, всю свою обреченную любовь на Землю, в тот же момент планета разрушилась, рассыпаясь мириадами осколков по небу. Звезды в ужасе смотрели на духа Луны, который пристально следил за плачущим Кимом. И тогда Чонгук в полной мере осознал свою ошибку. Он был связан с Землей невидимыми нитями жизни, что уходили глубоко в воды океанов. А когда планета исчезла, вместе с ней исчезла и связь. Чонгук испуганно посмотрел на Тэ, тут же утопая во все таких же теплых объятиях. — Мой Гук-и, мой любимый Гук-и, — парень губами собирал дорожки слез с чужих щек, — что же ты наделал? — Я слишком сильно люблю тебя, — Чон мягко поцеловал духа Солнца и грустно улыбнулся, отстраняясь. Он вытащил из своей груди все тепло, которое ему каждый раз дарил Тэхен, — я хочу, чтобы ты создал из этого новую планету и светил для нее также ярко, как и для меня. Тэ бережно взял сгусток их общей энергии и разрыдался еще сильнее. — Я не смогу без тебя. — Сможешь, ты всегда был сильнее. — Я люблю тебя. — Я знаю, поэтому я хочу, чтобы ты хорошо заботился о нашей планете. — Я не забуду тебя. — Я останусь жить в твоей памяти. — Не уходи. — … — Гук! Чонгук, не бросай меня. — … — Гук-и… Моя маленькая Луна. Мой большой мир. Моя бесконечная любовь. Пожалуйста… С тех пор новая планета, что росла очень долго, наполнилась новой жизнью. Постепенно рождались океаны и моря, облаков появлялось все больше, Солнце стало теплее, потому что все еще помнило. А его свет был не только золотым, но и серебряным. И в серебряном свечении Ким иногда замечал нити жизни, что с каждым разом все дальше уходили в небо. И тогда он терпеливо ждал. А ждать Тэхен умел лучше всего.