Письмо "Из Ада"

      Андроид, которого обнаружили на пороге департамента полиции, был чист, как белый лист. У него была заложена одна единственная команда. Добраться до полиции с письмом, и отключиться. Гэвин был готов сломать не пригодную для расследования машину об ближайшую стену, когда Девятка отрицательно покачал головой. Выудить какой либо информации из андроида не вышло даже у продвинутой модели детектива, а это значит, что убийца тщательно продумывает каждый свой шаг. «Уж не человек ли это, случаем», - закралась мысль у Рида, потому что андроид, использующий другого андроида, для доставки письма, тем более с последующей деактивацией, казался чудовищем. «Хотя, андроиды ничем не лучше людей. Они тоже те еще чудовища», - подумал мужчина про себя, наливая себе кофе.       Он, вместе с Коннором, Девяткой и Хэнком торчит в участке уже битый час, разбираясь со сломанным андроидом и ожидая результатов ДНК с письма, чтобы начать искать следующую жертву. Желательно было найти ее живой, и до того, как Подражатель убьет ее.       Диод на висках андроидов мигнул желтым цветом, и оба почти моментально сорвались с места:       - Мы знаем кто жертва, и где ее видели в последний раз – два идентичных голоса, прозвучавших одновременно, сводили Гэвина с ума. Да и Хэнк не то что бы был доволен тем, что андроидов теперь почти не отличить. Оба Коннора же никак не реагировали на это. Им было комфортно работать друг с другом, потому что для пояснения каких либо своих действий не нужно было пользоваться словами. Все вложено в программу, тем более, они постоянно синхронизируются друг с другом.       - Эмилия Роуз, заявление о ее пропаже было получено сегодня вечером, - произнес Девятисотый, поправляя свой пиджак, и ловя на себе взгляд Гэвина. Тот словно на миг запутался, кто с ним разговаривает, его напарник, либо напарник Андерсона.       - Если возьмемся за поиски сейчас, вероятность найти ее живой увеличится на семь процентов, - спешно произнес Коннор, повторяя движение новой модели, и поправляя свой пиджак. Но он не сообщил, что на данный момент вероятность найти женщину живой равняется только пяти процентам.       Только слепой мог не заметить того, как Гэвин переводил взгляд с одного Коннора на другого. «Они, блять, точно издеваются надо мной», - недовольно подумал он, выкидывая пустой стаканчик от кофе, и направляясь на выход. Они заняли две машины, направляясь по адресу, который андроидам удалось узнать, но разными путями. В конце концов, могло произойти что угодно, и жертву могли найти по пути к пункту назначения.       «Пожалуйста», - взмолился, было, Рид, надеясь, что они смогут успеть до того, как женщину убьют. Но он не верит в Бога, и, видимо, не зря.       Эмили Роуз была обнаружена Хэнком и Коннором, в двух кварталах от места, где ее видели в последний раз. Шея была перерезана быстрым и глубоким порезом, с левой стороны на правую, а при ближайшей осмотре Коннор обнаружил у женщины отсутствие матки.       - Подражатель тщательно изучил то, как действовал Джек, - произнес Коннор, снимая с себя пиджак, и накидывая его на лицо жертве. Информация о том, что Эмили была найдена, была передана как в департамент, так и Гэвину с Девятисотым, - он старательно повторяет каждое его действие. Кроме того, кто пишет письма. Это единственное что их различает. Но если это андроид, зачем ему вырезать органы у женщин? Разве что, это андроид, ранее работающий в больнице, и они могли приходить, ради аборта, - закончил свое рассуждение Коннор, поджимая губы. Через пару минут подъехала машина Гэвина, и Коннор сам направился к улучшенной модели, что бы обменяться информацией.       Для самого Коннора это было эмоционально тяжело. Он соболезновал женщине, что оказалась жертвой подражателя, и ее семье. Его эмпатия убивала его. Раскрывала перед глазами ворох системных ошибок, и душила обреченностью. Коннор прекрасно понимал, что и тогда, с 1888 года никто так и не смог найти настоящего Джека, а тут подражатель, являющийся, скорее всего андроидом. В подобной ситуации раскрытие дела может затянуться.       Второй Коннор почувствовал состояние своего предшественника через их сплетенные пальцы. На самом деле, благодаря этому, он понимает, что дело действительно дрянь. Осторожно коснувшись пальцами волос предшественника, Девятисотый опустил руку на плечо Коннора, прижимая его к себе, в утешающем объятии.       Было в этом что-то такое, от чего Гэвин подавился сигаретным дымом, а Хэнк и вовсе поспешил отвернуться. Оба человека считали эту сцену слишком интимной и личной, что бы стоять и глазеть просто так.       Благодаря близости, и успокаивающим объятиям своей новой модели, Коннор все же смог нормализовать своё состояние. Перед глазами остались маячить пару ошибок, но теперь можно было продолжить свою работу. Хотя на самом деле хотелось просто сбежать, чтобы не видеть этого ужаса.       Эмоциональное состояние Рида так же оставляло желать лучшего. Он безжалостно сжимал в зубах фильтр сигареты, понимая, что они опоздали. Если бы они сразу забили на этого проклятого андроида-посыльного, то эта женщина еще могла выжить. «Она ведь не из-за хорошей жизни пошла работать проституткой», - говорил сам себе Гэвин, смотря на пиджак Коннора, накрывающий лицо жертвы. Если точка невозврата существует, то вот она. Именно сейчас Рид всерьез задумался о том, а действительно ли андроиды не могут испытывать эмоций и чувств. Ведь Коннор, этот гребаный пластиковый урод, сейчас выглядит настолько скорбящим, что даже Гэвин сорвался бы его жалеть, если бы это не начал делать Андерсон, неловко прижимающий андроида к себе, и гладя его по волосам.

***

      Вернувшись в департамент, Гэвин не представлял, что писать в отчете, ведь тут нужна точка зрения каждого. В этом плане он даже позавидовал андроидам. Они могут сложить всю информацию по делу в архив, и, вместе с визуальными данными, отправить всё необходимое для расследования.       Закончив с отчетом, Гэвин, нервно задвинув свой стул, направился домой.       Возможно, его ждала еще одна бессонная ночь.       Возможно, не только из-за серийного убийцы, но и из-за андроидов.       Из-за Коннора, с его чрезмерной эмоциональностью, и из-за Девятисотого, с его спокойным лицом, и осторожными успокаивающими объятиями.