Stay with me, please

Je ne reve plus je ne fume plus Я больше не мечтаю, я больше не курю, Je n'ai meme plus d'histoire У меня больше нет истории Je suis sale sans toi Без тебя я непристойна, Je suis laide sans toi Без тебя я безобразна, Je suis comme un orphelin dans un dortoir Я как сирота в приюте. Lara Fabian — Je suis malade

Два месяца. Прошло два месяца. За это время, моя жизнь в сотый раз перевернулась с ног на голову, и так ещё тридцать раз. Я пытаюсь делать вид, что ничего не изменилось, но выходит у меня плохо. А если точнее, то паршиво. Как отреагировала общественность на то, что подростки могут быть супергероями? Одного ответа на этот вопрос нет. По-разному. Не секрет, что необычные способности могут проявиться не только у взрослых людей. Но некоторые личности этого не понимают. Они считаю, что правительство проводит тайные эксперименты на детях. Бред… А ещё, люди считают, что детям и подросткам нельзя геройствовать, ведь они рискуют своей жизнью. А взрослые не рискуют? Тогда надо всем запретить! Но есть и другие люди, как Питер. Они считают, что когда есть такие способности, то нельзя тихо сидеть в тёмном углу комнаты. Всё больше людей регистрирует себя как супергероев или просто имеющих суперспособности. Некоторые даже подписали Зоковианский договор в надежде, что их кандидату рассмотрят в команду Мстителей. Тони считает, что это хорошо. А на счёт того нашего танца… Общественность всё ещё гадает о том, кто же это танцевал со Старком. Вот почему человек устроен так, что ему больше интересна чужая личная жизнь, а не своя? Куча теорий, версий. Некоторые даже интересно читать. После того, как мир узнал о том, что Тони Старк является моим опекуном, я стала очень популярной личностью, а теперь эта популярность усилилась в разы. Меня приглашают на телешоу, у меня берут интервью. В нашу школу хотят поступить огромное количество людей. Кстати о школе! У меня такое чувство, будто меня стали бояться. Ученики смотрят косо в мою сторону (как обычно), а некоторые учителя просили перейти на домашнее обучение, ради безопасности учащихся. Только директор гордился тем, что я учусь именно в этой школе. Друзья… Отец Гарри запрещает ему общаться со мной. Хотя, это всё равно бесполезно. А Мэри Джейн была вообще не в курсе моей второй жизни. Перечитав кучу фанфиков, я думала, что она на меня обидится, узнав правду, перестанет общаться. Но я ошиблась. ЭмДжей начала меня расспрашивать обо всём, ей было очень интересно. Она гордилась тем, что её подруга — супергерой. А Мишель сказала, что она и так давно всё знала. Я не перестану повторять, что она странная. А дальше — тренировки, учёба, поступление в колледж, тренировки, супергеройство и ещё раз тренировки. Ну, в такой суматохе и прошли эти два месяца. Я даже на День Благодарения училась тому, как можно вырубить человека в драке. А Паркер начал чаще тусоваться на базе. Тони ему даже комнату выделил. Парень занимается не меньше, чем я. Я даже не успела заметить, как начались зимние каникулы. В субботу будет Рождество — единственный день, когда собиралась моя семья, забывая про все невзгоды. Родители отменяли все свои дела, чтобы посвятить этот день мне. Я думаю, что в этот раз буду отмечать этот день одна. — Чего грустишь? — спросил Тони, заглянув ко мне в комнату. — Я? — я выпрямилась и убрала книгу. — Ничего. Думаю, чем бы заняться в субботу. — А у меня есть идея, — он прошёл в комнату, сел на кровать. — Калифорния. — Что? — переспросила я. — Я предлагаю отметить Рождество в Калифорнии. Тебе не надоел этот холод? А снег я вообще терпеть не могу! — он поморщил носом. Сразу вспомнился день, когда выпал первый снег. Я всю жизнь пробыла в тёплом штате. Настоящий снег видела только в кино. И тут, в один день я вышла из школы, а в небе кружат белые хлопья. Я вновь стала ребёнком. Верещала, бегала, пыталась поймать снежинки языком. А когда появились сугробы, то вечно валялась в них. — Как может надоесть снег? — возмутилась я, встав на кровати. — Это же… Так волшебно! Прекрасно! — Вот поживёшь в Нью-Йорке до весны, будешь другого мнения. Когда оно всё тает, то это такой ужас… Ладно, я отошёл от темы. У меня есть домик в Голливуде. Там мы и поживём недельку. Хочу отметить и Рождество, и Новый год у океана. — Я никогда не отмечала Новый год. — Серьёзно? — возмутился он. — Прям никогда? — я кивнула. — Ты многое потеряла в жизни. Кстати, отказаться ты не можешь, ведь с нами поедут Роуди и Наташа. А Вижен поехал к Ванде. Он, естественно, не сказал, к кому именно едет, но тут и так всё ясно. — О, собирается тусовка? Будем вместе пить шампанское, смотреть «Один дома» и слушать речь Обамы? — Нат обещала приготовить какую-то русскую еду. Мне уже страшно представить, что там будет. — Olivye, — улыбаясь, ответила я. — В средней школе нас поделили на пары и сказали сделать вид, будто мы родом из какой-то страны. Мне и моей подруге Эмме выпала Россия. Мы нарядились в народную одежду, выучили пару выражений. Рассказали в двух словах о культуре и вообще о стране, а в конце угостили всех этим оlivye… Необычно, но вкусно. — Это у них — традиционное новогоднее блюдо? — В точку. — Собирай вещи. Мы завтра вылетаем, — Старк подмигнул, после чего вышел из комнаты. — Капец, — прошептала я, когда убедилась, что осталась в комнате одна. Мне тяжело находиться с Тони в одной комнате. Эта привязанность вышла далеко за грани рамок разумного. Возможно, я и правда влюбилась? Да нет, не смешите мои пятки! Но когда мы рядом, внутри меня начинает всё гореть, каждую секунду умирают несколько нервных клеток. Как бы банально это не звучало, но внизу живота есть приятная тягучесть, а ещё там порхают бабочки. Я боюсь что-то не так сказать. А после того танца, ситуация начала выходить из-под контроля. Когда я вижу его фотографии, то начинаю долго на них смотреть и улыбаться. А когда мы не говорим, но находимся в одном помещении, то начинаю откровенно пялиться. Блять. Я влюбилась.

***

Скоро я уже буду сидеть в самолёте до Лос-Анджелеса. От этой мысли дух захватывает. Хотя, теперь у меня другая мысль не выходит из головы. Поэтому я решила встретиться с единственным человеком, которому доверяю сильнее, чем кому-либо. А ещё, он слишком много знает. Мы договорились о встрече в парке. Я пришла раньше, поэтому просто сидела на лавочке и ела клубничное мороженое. Зимой. На детской площадке, которая находилась напротив меня, веселились дети. На соседней лавочке сидела группа подростков. Они вечно оборачивались в мою сторону и о чём-то шептались. Меня узнали? Скорее всего. — Эй, — со спины до моих плеч дотронулся Гарри, немного испугав меня. — Как дела? — Прекрасно, — он обошёл лавочку и сел рядом со мной, выхватив из рук мороженое, начиная его есть. — Ты офигел? — Мне можно. Я сдал класс экстерном, поэтому в этом году выпускаюсь с тобой, — меня эта новость очень обрадовала, поэтому я крепко обняла друга, вырывая мороженое и быстро доедая его. — Так не честно! — возмутился он. — Ладно, что там у тебя? Я долго думала о том, как рассказать обо всём Гарри. Мне просто необходимо с кем-то поделиться тем, что у меня на душе. Взрослые — не вариант. Питер? Он не умеет держать язык за зубами, всё расскажет Старку. Мэри Джейн я сто пудняк расскажу. Но она не в городе. Я протянула Озборну купюру в сто долларов. Он удивился, не понимая ничего. — На, — я начала смотреть куда-то в сторону, но не на него. — Эм… Зачем? — его брови поднялись вверх. — Помнишь наш спор пару месяцев назад? — Гарри кивнул, коварная улыбка всплывала на его лице. — Ты победил. Я влюбилась в Старка, — прошептала я, чтобы никто не услышал. — Да! — закричал он, от чего некоторые люди обернулись на нас. — Я знал это! Как давно? — он уже перешёл на нормальный тон. — Ну, он мне был симпатичен ещё до нашей встречи. Пару месяцев назад, я начала на него смотреть с другой стороны. А вот недавно… Ну, ты меня понял, — я нервно кусала нижнюю губу, рассматривая свои ногти. — Блин, это круто, — Озборн толкнул меня, чтобы я обратила на него внимание. — Мне тоже кое-кто нравится, но ты угарнёшь. — И кто же это? Если не секрет, конечно же. — Твоя рыжеволосая подруга по фамилии Уотсон, — внутри я начала очень громко ржать, но моё лицо оставалось непоколебимым. — Я не ослышалась? — я приложила руку к уху, подвигаясь ближе к другу. — Тебе нравится та, которую ты боялся несколько лет? Думал, что она тебя затащит в женский туалет посреди дня и сделает одним из своих парней? — Тебе она тоже раньше не нравилась, а теперь — лучшие подруги, поглядите! — Гарри смеялся, говоря эту фразу. — Я собираюсь признаться после спектакля. Если его никто не сорвёт, конечно. На автопати. — Удачи, брат мой, — я похлопала его по плечу. — А ты как? Что делать будешь? — Молчать и ждать того дня, когда мне понравится кто-то другой. А что же ещё делать? — Но если чувства не пройдут, то надо признаться. Но не в ближайший год. Ему точно не понравится то, что в него влюбилась малолетка. А когда тебе будет за восемнадцать, то хоть какой-то шанс, но будет, — а он правду говорит. Нужно засунуть свои чувства куда подальше, желательно, пока не закончу школу. А потом — как пойдёт.

***

— Я, конечно, всё понимаю, Тони стоял в коридоре перед моей комнатой в непонимающей позе. — Но мы едем на неделю в штат, в котором минимальная температура за последние несколько лет составляла тридцать два градуса в Фаренгейтах! Зачем тебе два чемодана? — Ты никогда не жил в Лос-Анджелесе! — возмутилась я. — Там в любой момент можно встретить знаменитостей. А теперь, когда я сама такой являюсь, то на каждом углу есть папарацци. Ты знаешь, как реагируют голливудские светские львицы, если кто-то появляется в одном наряде дважды? — Делай что хочешь. Я это, — он покрутим пальцем вокруг моего багажа. — Таскать не буду. — А я тебя и не просила, — я развернулась к нему спиной, надув губы. Тони ушёл. Через десять минут, мне надо сидеть в самолёте. Как хорошо, что на базе Мстителей есть взлётная площадка! Мне пять минут пройти, и я буду уже на месте. Хотя, что правда — то правда. Идти с двумя чемоданами — не очень хорошо. И тяжело. И неудобно. Кое-как дотащив чемоданы до самолёта, я оставила их, чтобы ребята положили в багажный отсек. А сама поднялась на борт. Я ожидала что-то типа эпичной музыки, но нет. Всё было абсолютно нормально. Пересмотрела фильмов, хех. Внутри уже сидела Наташа, которая с кем-то переписывалась. Она не отрывалась от своего телефона, поэтому даже не обратила на меня своего внимания. Я вздохнула, садясь на свободноё место. Это, как ни как, частный самолёт, поэтому можно садиться туда, куда захочешь. — Земля вызывает Наташу Романофф, — женщина оторвалась от переписки, посмотрев в мою сторону. — Ой, привет, а я тебя не заметила, — она пожала плечами, улыбаясь. — Как дела? — Как обычно, — я выпятила переднюю губу вперёд. — Вчера остановила ограбление Волмарта. — Кому вообще нужно обворовывать Волмарт? — она посмотрела в сторону окна, после чего вся мимика на её лице будто поднялась. — Я вообще понятия не имею! — сзади послышались чьи-то голоса и шаги. Наташа начала ещё больше улыбаться, а я повернулась, чтобы посмотреть, кто это там. — Смотрите, кого я привёл! — крикнул Тони, который завёл своего лучшего друга. — Джеймс, — Нат встала с места и пошла обнимать его. — Роуди, — обратился Тони к другу. — Познакомься с Лорел. — Здравствуйте, мистер Роудс, — я пожала его руку. — Как Вы? — Благодаря реабилитации, скоро будем все вместе тренироваться, — он кажется хорошим человеком. — Приятно познакомиться. Роуди мне понравился. Он рассказывал много интересных историй, на которые Старк закатывал глаза. Особенно, когда в этих историях фигурировал сам Тони. — Нас пригласили на студенческую вечеринку в МИТ. И, о, Боже, что там Старк только не вытворял! — Джеймс уже заливался слезами от смеха. — Я не хочу рассказывать обо всём при детях, но… — При мне можно. Моя психика окончательно сломалась, когда мой брат на его День Рождения слизывал кокс с проститутки, которую ему подарила его бывшая. Мне было тринадцать, — все в самолёте начали переглядываться. — Да, я родом не из самой лучшей семьи. — Поэтому я учил её многим вещам. Например, чем отличается рыбная вилка от закусочной, — где Тони успел взять пиво? — А они чем-то отличаются? — спросила я. — О да… — протянула Романофф. — А вот я тоже не вижу разницы, — добавил Роуди. — Вас этому с младенчества не обучали, поэтому вы и не разбираетесь, — Наташа закатила глаза. Перелёт не занял много времени. Теперь я впервые буду проходить акклиматизацию. А ещё между Нью-Йорком и Лос-Анджелесом три часа разница во времени. Хоть это не так уж и много, но заметно чувствуется. Я была тепло одета, по Нью-Йоркской погоде. А тут жарко. Как я быстро отвыкла от родных мест! А раньше думала, что никогда не смогу выжить в холодном климате. Ха-ха… Нас встретила машина, которая довезла до дома, в котором мы проведём неделю. Своеобразная дача, если так можно сказать… С бассейном, огромным садом и другими штуками. Я заняла комнату на втором этаже. Если верить Роуди, то в этом доме проходила самая крутая вечеринка в Голливуде в девяносто пятом году. Мне, естественно, захотелось узнать подробности… Но Тони ясно дал понять, что он ничего не помнит. Ну, ладно. Я ужасно хотела спать. В Нью-Йорке уже одиннадцать часов ночи. Да, разница не такая уж и большая, но организм её чувствует. Поэтому я просто упала на огромную кровать и, не разбирая чемоданы, заснула. В таком состоянии прошли следующие десять часов. Давно я так долго не спала! В школе сейчас завал, через полгода выпуск. Сейчас началась подача документов в колледжи, а я ещё не определилась. Ну как так можно? А ещё, у нас осталось две недели до мюзикла. Такого дерьма я никогда не смотрела. И я так ещё и участвую! Было непривычно то, что Пятница никого не разбудила. Я уже успела привыкнуть к этой замечательной компьютерной программе. Хотя, это был первый раз с июля, когда я проснулась без вечного: «Доброе утро, мисс Маркинс!». Я долго лежала и смотрела в потолок. За окном ярко светит солнце. Я улыбалась, рассматривая светодиодную ленту на мебели. Из-за двери послышались звуки, будто что-то упало. Я вскочила с кровати, направляясь в коридор. Это был Тони. Он, спросонья, столкнул вазу с каким-то искусственным цветком. Увидев меня, Старк завис. — Доброе утро, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Милая пижама, — Тони указал на кигуруми Железного Человека. — Мой фанат номер один, не так ли? — И тебе не хворать, — я смотрела то на него, то на разбитую вазу. — Как ты умудрился это сделать? — У меня, возможно, похмелье, — Старк наклонился, собирая осколки, корчась от головной боли. — Возможно, или похмелье? — Пока вы, дети малые, спали, у взрослых была весёлая ночь, — по ступенькам к нам начал кто-то спускаться. — У взрослых, как раз, не было, — это была Наташа. — А вот у тебя, капризный недоребёнок, — ха, смешно. — Ночь была очень весёлая. — Брось, Романофф! — А ещё, — она грозно уставилась на Тони. — Я убью того, кто меня разбудил. Один единственный выходной за десять лет, и даже тут не дают выспаться. — Ты меня не убьёшь по той причине, что этому миру нужен такой гений, как я. — Самовлюблённо, — к нам подошёл Роуди, который, скорее всего, давно встал. — О, это же была любимая ваза Мэгги! — Кто такая Мэгги? — спросила я, наклоняясь в сторону. — Без понятия, — Тони уже закончил собирать осколки. — Почему я не перевёз сюда роботов? Они бы убрали это всё за пару секунд. — Вы с Мэгги встречались три месяца, — Джемс уже не скрывал улыбку. — Да? Я не помню, — я закрыла лицо ладонью, качая головой в стороны. — Ты все три месяца был в угаре. Я бы удивился, если бы ты хоть что-то вспомнил, — все замолчали на какое-то время. Неужели Тони смутился? — Мы будем завтракать? — решила я нарушить тишину. — Мы с тобой идём гулять, так что собирайся, — сказала Наташа. — Перекусим в какой-то кафешке. — Почему же это ты забираешь у меня моего ребёнка? — Вдова лишь показала ему средний палец. — Как грубо… — Завтра сочельник. А сегодня — девочки веселятся. Не так ли? — Нат посмотрела на меня, я кивнула в ответ. — У тебя есть полчаса. Я люблю Калифорнию за то, что не нужно надевать по сто шуб зимой. Максимум джинсы и кофта. Собиралась я не так уж и долго, но живот гудел от голода. Когда уже спустилась на первый этаж, Наташа ждала меня на диване. Мы отправились в гараж, где Романофф «одолжила» машину с открытым верхом. Она достала из бардачка очки и кепки. Эх, уж любят эти герои Марвел именно так маскироваться! — Куда мы едем? — спросила я после того, как машина тронулась. — В одну закусочную. Я там частенько бываю, когда нахожусь в Л.А. Поболтаем, потом походим по городу. Возможно, сгоняем к океану, — Наташа не отвлекалась от дороги, но говорила уверенно и легко. Живот всё больше гудел от голода. Периодически, когда он издавал звуки, Романофф оборачивалась в мою сторону. Издевательство какое-то! Мне даже бутер не дали съесть! Приехали мы где-то через двадцать минут. Машина остановилась у небольшого деревянного здания посреди шоссе. Вокруг дороги были только поля по бокам. Наташа припарковалась рядом с закусочной, после чего мы зашли внутрь. Пахло домашней едой. Я не знаю, как это описать, но такого запаха я давно не чувствовала. Всё это время, что живу с Тони, я питалась только фастфудом, полуфабрикатами или готовой едой. Очень редко бывало, чтобы кто-то что-то готовил самостоятельно. И сейчас меня пробила ностальгия. То, как я приезжала к тёте и бабушке, они вечно пытались накормить меня. Каким бы фанатом роллов и суши я не была, но бабушкин тыквенный суп будет оставаться лучшим всегда. И я опять понимаю, как сильно скучаю по дому. Людей было не так уж и много. За столиком у окна сидели двое азиатских туристов, разговаривая о чём-то на своём языке, в углу был бородатый мужчина спортивного телосложения. Романофф сняла с себя очки и подошла к стойке, за которой стоял хозяин заведения. — Наташа! — улыбнулся он. — Давно не виделись. Рад тебя видеть. Тебе идёт быть блондинкой. — Взаимно, Льюис, — Вдова поправила свои немного растрёпанные из-за кепки волосы. — Какими судьбами тут? Очередное задание? — Не поверишь, но я на отдыхе. — А кто это юная леди рядом с тобой? — мужчина посмотрел на меня, не переставая улыбаться. — Спецагентёнок? — рассмеялся он. Похоже, больше никого эта шутка не рассмешила. — Ты телевизор не смотришь? — он отрицательно покачал головой. — Будущий Мститель, одна из протеже Старка. — Меня зовут Лорел, — решила хоть что-то сказать я. — Что-то припоминаю. Слышал от кого-то из посетителей. Клинта, вроде бы, — я сразу оживилась, когда услышала имя. Клинта? Бартона? — Ладно, что заказывать будете? — Я… — начала говорить я, заглядывая в меню, висящее на стене, но Нат меня перебила. — Панкейки, сырники, мёд, шоколад, две порции овсяной каши с клубникой. Кофе, как можно крепче и какао для ребёнка, — закусив верхнюю губу, она улыбчиво посмотрела в мою сторону. Я немножко разозлилась на неё. Я уже давно не ребёнок! После этого, мы сели за столик у выхода. Я всё ещё дулась на то, что Нат назвала меня ребёнком. Но потом, меня удивили некоторые вещи. — Тебе не кажется странным то, что люди на нас не реагируют? Прям, никак! И почему тот мужчина, с которым ты говорила, знает про секретные миссии, думал, что я — спецагент? И он знает про Клинта Бартона, если я не перепутала его с кем-то. А он, вроде как, на стороне Кэпа… — Потому что это место для агентов Щ.И.Т.а, — нам принесли кофе и какао, Наташа начала пить. — То есть, они все, — я оглянулась вокруг. — Они — агенты? — Вдова кивнула в ответ. — Прикольно. — Ещё как, — она поставила чашку, смотря на меня несколько секунд, но ничего не говоря. — Есть разговор. Тет-а-тет. Никто не должен об этом узнать. Особенно твой членистоногий дружок. Ему и так досталось в другой временной ветке. — Могила, — я показала, будто застёгиваю рот на замок. — Ну что ж, начнём, — Наташа откинула голову назад и просидела в таком положении немного, пока нам не принесли еду. — Спасибо, Льюис, — она взяла с тарелки один сырник. — Если я буду говорить так как есть, то ты ничего не поймёшь. Поэтому попытаюсь объяснить. Мы засекли необычные частицы. Примерно такие же были в Сибири, когда тебя там нашёл Тони. Слышала когда-то о тахионах? — Да, приходилось, — я громко выдохнула. — Частицы, которые движутся быстрее скорости света. Гипотетически, — Романофф кивнула. — Когда я бегу, они выделяются. — Фьюри думает, что ты не просто так попала в этот мир. Тебя перенёс кто-то с аналогичными силами. — Возможно, эти частицы выделила я? Когда бежала. — Когда ты бежишь, их выделяется небольшое количество, по сравнению с тем, что мы нашли в Бруклине. И там, и в Сибири, такое ощущение, будто был тахионный взрыв. Выходит, такое может быть только при перемещении во времени и по мультивселенной. — Ты хочешь сказать, что, возможно… — Романофф не дала мне закончить мысль. — Сейчас в Бруклине есть человек с аналогичными тебе способностями, — еда уже не лезла в горло. — Мы не можем найти этого человека. Даже не ясно, откуда он: из другого времени или другой вселенной. Но если мы его найдём, то, возможно, сможем вернуть тебя домой. Сердце забилось быстрее. Такое чувство, будто кровь отошла от головы. Дышать стало тяжелее, моё лицо побледнело. Я не могла сказать ни слова. Это мой шанс. Я смогу вновь встретить друзей, семью. Меня пригласят на очередную вечеринку, в школе будет ждать вечно бухой физрук со своими тупыми историями. Я опять буду искать парня Тому. Я продолжу ту жизнь. Но хочу ли я этого? Я почти не скучаю. Мне нравится проводить время с милахой Паркером, помогать ЭмДжей поставить мюзикл, трепать нервы Тони. Задумавшись об этом, на моём лице появилась небольшая улыбка. Мне нравится быть супергероем на полставки, устраивать вечер кино с друзьями. Я думаю, что не могу назвать то место своим домом. Теперь он тут. — Это же прекрасно, — но я сказала так. Дверь открылась. Внутрь зашла милая брюнетка. Она мне чем-то напомнила героиню какого-то мультфильма. Слишком кукольная внешность. Девушка оглянулась по сторонам, после чего замерла, когда увидела нас. Мне кажется, что она перестала дышать. А потом, когда, видимо, эмоции поутихли, она подошла к нашему столику. — Извините, а вы — Наташа Романофф и Лорел Маркинс? — немного заикаясь, спросила она. Наташа кивнула. — О, Боже мой! Я всю жизнь мечтала вас встретить. Всю свою жизнь пробыла в Нью-Йорке, а увидела вас тут! — она мило схватилась за голову. — Вы очень крутые! — Спасибо, мы знаем, — ответила я, после чего потянулась за чашкой с какао. Не люблю таких фанатов. — Ха, тот самый известный сарказм Лорел Маркинс, — ухмыльнулась она. — О нём многие говорят, — в смысле? Я редко появляюсь на публике. — Он самый… — Ладно, — Наташа пыталась хоть как-то спасти ситуацию, чтобы я не послала бедную девочку. — Нам уже надо идти. Фото? Автограф? — Не, я просто хотела поговорить. Хорошего дня! — я быстро встала из-за стола, схватила Нат за руку, и мы пошли к машине. — Это место только для агентов Щ.И.Т.а, говоришь? — покосилась я на Романофф. — Иногда сюда заходят обычные люди, — она нажала на педаль газа, после чего мы поехали. Мы ездили по Лос-Анджелесу несколько часов. Посмотрели на все достопримечательности города, хотя я их и так много раз видела. Нас узнавали фанаты, подходили делать фото, спрашивали о разных вещах. Мы успели походить по магазинам. А в конце, заехали в супермаркет, чтобы купить еду. Завтра мы займём кухню на целый день! Когда мы вернулись домой, то нас ожидал приятный сюрприз. Всё здание было украшено, а посреди зала стояла огромная рождественская ёлка! У камина сидели Тони и Роуди. — Мы вернулись, — крикнула Наташа. — И купили еды. — Привет, — Тони подбежал к нам, выхватывая пакеты из рук. — Как погуляли? — Прекрасно, — ответила я. — А мы тут заскучали, поэтому откопали украшения, которым уже несколько десятков лет, — пока Старк относил пакеты, сказал Роуди. — А ещё мы купили ёлку из Канады. — Так что, всё остальное с вас двоих. — А мы и не отрицаем, — Романофф побежала и упала на огромный диван, начиная что-то читать в своём телефоне.

***

Наступило утро следующего дня. Я не выспалась, поэтому всё время ходила и зевала. Меня уже с утра затащили на кухню, заставляя готовить вместе с Наташей. Мы решили днём сделать разные салаты, а уже ближе к вечеру остальное. Пока я мыла овощи, Нат резала уже помытые экземпляры и готовила разные соусы. Коже на моих руках стало не нравится то, что я так много и долго контактирую с водой, поэтому появилось неприятное ощущение. Вдруг, на кухню пришёл Тони. Он тихо ходил вокруг, рассматривая всё, что лежало на столе, а потом стащил одну морковь и попытался быстро уйти. Но я это так не оставлю. Мы же договорились, что пока мы готовим, никто не будет воровать еду! Я стала бежать за ним. — Эй, стой! — Старк ускорился. — Мы так не договаривались! — Я голоден. Вы там уже три часа торчите! — возмутился он, нагло, перед моим лицом, откусывая довольно большую часть морковки. — Как дети малые, серьёзно, — к нам подошла Наташа. — Тебе, Старк, вроде как, много лет, а ведёшь себя не разумней, чем она, — Романофф покосилась в мою сторону. — Эй, ребят, — Роуди указал пальцем на потолок. — Тут, это… Вы под омелой. — Что? — я подняла голову вверх. — Кто вообще додумался повесить омелу? — Ну, ты знаешь, что это значит, — Старк, сложил руки в замок за спиной, следя за моей реакцией. — О, Боже, — Наташа закрыла лицо ладонью. — Я не буду тебя целовать, — скривилась я. Хотя, по факту, я бы была не против. — Ты не будешь меня целовать? — переиграно спросил он. — Нет. — Почему? — Потому что. — Я такой гадкий? Противный? — Ла-ла-ла, я ничего не слышу, — мы начали говорить одновременно, заставляя головы Наташи и Роуди начать кипеть. — Я никого не буду целовать! — Но омела — это же традиция. Так принято испокон веков, а традиции нарушать нельзя. — Завали своё кое-что, я не собираюсь это делать. — Хватит! — крикнула Романофф, которая не выдержала. — Если вы сейчас не заткнётесь, то я вам двоим шеи скручу, ясно? — в доме резко стало тихо. — Прекрасно. Старк, неужели ты действительно так хочешь поцеловать несовершеннолетнюю девочку-подростка? — теперь она уже не была злой, а говорила с насмешкой. — Я же просто шучу! — он развёл руки. — Она мило злится. — Я ещё я умею мило пробивать грудаки своей рукой, — я начала вибрировать ладонью, от чего у Старка тысячу раз успел резко скакнуть пульс. — Так что? Никаких поцелуев? Я такой ужасный? — продолжал он шутить. — В щёчку можно, — и тут, мне на удивление, он подошёл ближе и прикоснулся своими губами к моей щеке. Прошло меньше секунды, а внутри меня уже взорвался целый мир. Для него это всё шутки. Тони просто решил посмеяться над моей реакцией. А моё сердце успело сделать несколько сальто назад. В животе всё сжалось до такой степени, что я боялась дышать. Поцелуй в щёку — обычный жест. Я каждый день делаю это с друзьями при встречах, родители выражают так свою любовь к детям. А я… Я просто влюбилась. Безнадёжно, тупо, сильно влюбилась в этого человека. Я же понимаю, что нам с ним ничего не светит. Как только он вновь полюбит кого-то так, как любил когда-то Пеппер, то я, простая девочка из другого мира с кучей проблем, стану ему не нужна. — Всё? — спросила я так, будто ничего такого не произошло. — Нам нужно возвращаться к работе. Если опять что-то стыришь, то отберу все костюмы и машины, пешком пройдёшь три мили до супермаркета и обратно. Ясно? С каждым разом понимаю, что я очень глупая. Я так отношусь к человеку, к которому имею чувства. Зачем быть такой грубой и неприступной? Я каждый раз веду себя так, когда влюбляюсь. Карма — сучка. Я не умею контролировать свой характер. Возможно, когда (если) вернётся Беннер, мне надо будет взять у него парочку уроков. Задумавшись о том, какая я скотина, я случайно порезала себе палец. Я не знаю, что это за место такое, но кровь начала проявляться довольно быстро и в больших количествах. Я зашипела от боли, после чего бросила нож на немного окровавленной доске и побежала к раковине. — Эй, что такое? — спросила Наташа, подходя ко мне. — Надо обработать рану и остановить кровь, — она побежала в коридор, после чего вернулась с небольшой аптечкой. Наташа — отдельный человек в моей истории. Хоть она часто и надолго пропадает, она мне очень дорога. Нат может поддержать, помочь, дать дельный совет. Она бы могла быть хорошей матерью, если бы всё в жизни не было так сложно… Когда она приезжает в город после долгого отсутствия, то часто говорит со мной на темы, которые тревожат меня. Возможно, благодаря ей, я даже выросла. Вот сейчас, она обрабатывает глубокий порез на моём пальце, периодически дуя, когда я корчусь от боли. А в конце наклеила розовый лейкопластырь с каким-то нелепым детским рисунком. — Через несколько часов от пореза даже шрама не останется, — улыбнулась Наташа, потрепав мои волосы. — Будь осторожней. Нам тут не нужны трупы в такой день. — Это же всего лишь порез. — А если бы у тебя кровь не свёртывалась? Тогда бы она вся вылилась из тебя, а мы бы ничего не сделали. — Да у меня кровь свёртывается в сто раз лучше, чем у всех Мстителей вместе взятых. — Уверена? — голос Вдовы прозвучал загадочно. По всему дому разнёся звонок в дверь. Послышались тихие, но быстрые шаги, которые отдалялись с каждой секундой. А потом, когда дверь открыли, Тони начал смеяться. — Какие люди! — вскликнул он. Я и Наташа сразу же пошли в его сторону. Интересно, кто же это к нам пришёл? Знаю ли я этих людей? По интонации Старка, он был рад видеть гостей. И ими оказались Пеппер и Хэппи. Ну, это уже не плохо. Адекватные, нормальные люди. Хвала небесам! — Привет! — улыбнулась Пеппер. Давно я её не видела. — Как там Нью-Йорк? Не загнулся без нас? — спросил Роуди, который тоже пришёл. — Человек-паук держит всё под контролем, — Хэппи немного нахмурился. Всё больше убеждаюсь в том, что ему не нравится Питер. — Пеппер, понадобится твоя помощь на кухне, — обратилась к ней Наташа. — Конечно. Я умею готовить шикарную индейку, — женщина перевела взгляд на меня. — Мне кажется, или ты выросла? — На один дюйм за три месяца, — довольно произнесла я, после чего мы вернулись на кухню. Уже в восемь часов вечера всё было готово. Все собрались за столом рядом с ёлкой, под которой уже лежали подарки. Я успела переодеться в красный свитер с оленем. Да, теперь я выгляжу на все тринадцать. Я люблю Рождество. В этот день ты осознаёшь, насколько дороги те люди, которые тебя окружают. Я с улыбкой наблюдала за тем, как все за столом разливали шампанское, насыпали себе еды. Я окончательно понимаю, что это — моя семья. Я не хочу возвращаться в родной мир. — Как можно есть это Olivye? — возмущался Роуди. — Эти же продукты не сочетаются между собой! — А ты попробуй, — я посмотрела на него. — Меня такой едой кормили с детства на каждый праздник, — добавила Наташа. — И я жива и здорова. — Поддерживаю вас, — сказала Пеппер. — Это Olivye — очень вкусный, хоть и необычный салат. Я почувствовала, как в моём кармане джинс что-то вибрирует. Это оказался телефон. На экране высветилась фотография малого, чему я очень обрадовалась. — Эй, народ, тут Питер звонит. — Питер? — спросил Тони. — Тот, который Паркер? — я кивнула, Хэппи закатил глаза. — Включай видеочат, надо поздравить ребёнка и его тётушку с таким днём. — С Рождеством, — послышалось из телефона, когда я ответила на звонок. — И тебя тоже, карапуз, — сказал из-за моей спины Тони. — О, здрасте, мистер Старк! Я не думал, что Вы тут. — Мы все тут, — прокричала Наташа, после чего я перевела камеру телефона в её сторону. — Замечательно! — Как там твоя тётя? — Старк выхватил из моих рук телефон. — Передавай ей мои искренние поздравления с праздником. — Хорошо, мистер Старк! — на этом моменте связь начала лагать, но потом всё пришло в норму. — У Мэй всё прекрасно. Она познакомилась с каким-то мистером Джеймсоном, он должен прийти к нам сегодня. Мэй пошла его встречать. — Так, всё, — он отдал телефон обратно мне. — Минус ещё одна симпатичная женщина. — А тебя это когда-то останавливало? — спросил Хэппи. — О, и мистер Хоган с вами? — он попытался куда-то спрятаться. — Рад Вас слышать! — Ага, конечно, — пробубнел он под нос. — Я хочу сказать вам всем спасибо. За этот год много случилось. Я получил силы, стал героем, познакомился со Мстителями, чуть не стал Мстителем. Даже умер разок, но благодаря Лорел всё изменилось. — Всегда пожалуйста, — сказала я, поедая салат. — Я просто хочу вас поблагодарить за то, что не отвернулись от Человека-паука и дали мне возможность проявить себя. — Я чувствую себя отцом, — Старк схватился за сердце. — У меня теперь есть трое замечательных детей: ребёнок, слишком милый пацан. Ну, и Вижен. — Подождите! — Роуди поднял руки вверх. — Это — Человек-паук? — он указал на телефон. — Сколько ему лет? — Отними от моего возраста два года, — я закусила губу. — Старк, ты с ума сошёл? — крикнул он на друга. — Пятнадцатилетний пацан? — Я, пожалуй, пойду, — пока они ругались, я успела подняться на второй этаж, ходила по комнатам, разговаривая с Питером. В некоторых местах я даже не была. — А тебе — отдельное спасибо, — его глаза начали бегать по сторонам. — Ты мне помогала больше всех. — Серьёзно? — мне кажется, что я для Питера совсем немного сделала. — Это не я пропихнула тебя в команду и дала костюм. — Серьёзней некуда. Ты помогала мне с Лиз, когда она мне нравилась. Несколько раз спасла меня на заданиях. Я бы умер от пулевого ранения в день вечеринки, если бы не ты! — Тогда и я хочу тебя поблагодарить. Ты мне очень дорог, Пит. Кто бы ещё смог оставить у себя ночевать еле знакомую девушку, которая поссорилась с Тони Старком? — мы просидели в тишине, просто улыбаясь друг другу. Вдруг, у Питера послышался звук, как кто-то открывает дверь. — Ладно, мне пора уже идти. С Рождеством вас всех ещё раз! — звонок отключился. Я даже не знаю, куда забрела, но это место показалось мне знакомым. Точно! В этой комнате Тони последний раз видел своих родителей. Тут стоит рояль, за который я непроизвольно села. Пальцы начали пробегать по клавишам. Я прикрыла глаза, вслушиваясь в каждый звук. Порез на пальце уже успел зажить, поэтому он не помешал мне. Мне сразу вспомнилась мелодия, которую я научилась играть в возрасте шести лет. «К Элизе». Моя тётя учила меня играть на музыкальных инструментах, чтобы я могла концентрироваться и успокаиваться. Я не знаю, зачем мне нужно было это, хотя уже сейчас появились некоторые догадки, но мне всегда нравилась музыка. А когда ты сам производишь музыку на свет — это невероятное чувство. Я начала играть мелодию, аккуратно нажимая на клавиши. По коже прошли мурашки, дыхание стабилизировалось. Я часто прикрывала глаза, но ни разу не нажала на неправильную клавишу. В один момент, рядом со мной прошла чья-то тень. В комнате не было света, поэтому я не поняла. Эта тень села рядом, и уже мелодия звучала в четыре руки. Посмотрев боковым зрением вправо, я поняла, что рядом со мной сидит Тони. Он сейчас выглядит серьёзней, чем когда-либо, но ему хорошо. Правду говорят, что музыка лечит и успокаивает людей. Мелодия начала замедляться на последних нотах. Как только мы закончили, я громко выдохнула, поворачиваясь лицом к опекуну. — Не знала, что ты умеешь играть. — Моя мама часто играла эту мелодию. Она считала Бетховена гением. Когда я был маленьким, отец не сильно обращал на меня внимания. А мама была всегда рядом. Однажды, когда я доставал её просьбами сыграть эту мелодию ещё раз, она решила научить меня, — Тони так и не посмотрел в мою сторону. Он периодически нажимал на разные клавиши. — У тебя хорошо выходит. Я всё больше удивляюсь, Тони. Ты и рисуешь, и играешь. Что я ещё о тебе не знаю? Он посмотрел на меня. Его рука потянулась вперёд, но для меня это было как в замедленной съёмке. Обстановка, атмосфера — всё было таким интимным. Когда ладонь дотронулась до моей головы и провела вниз, моё сердце забилось в сотню раз чаще. Но осознав, что он делает, Тони резко оторвал её от меня. — Тебя все искали, — он опять натянул на себя улыбчивую маску. — Как ты смогла забрести в это место? — Понятия не имею, — мы встали из-за рояля, и пошли вместе обратно к столу. — Мы вернулись, — сказал Тони так, будто только что ничего не произошло. — Включите телевизор. Там «Один дома» показывают. — Нет, — резко ответила я. — Почему? Это же прекрасный фильм! Или, дети двухтысячных уже так не считают? Возможно, я в будущем пожалею о своём решении. Пока я шла сюда, то успела всё много раз обдумать, спасибо суперскорости. Но сегодня я осознала, что вряд ли вернусь домой. А эти люди мне слишком дороги. Я не смогу без них. — Я не могу это скрывать, — все уставились на меня. — Я пыталась, думала, что смогу сломать все законы этого мира. Но я больше не могу. И не хочу. Я не хочу лишаться вас всех. — О чём ты? — спросила Наташа. — В конце марта две тысячи восемнадцатого будет вторжение. Танос — безумный титан, собирает Камни Бесконечности для того, чтобы истребить половину вселенной. На Земле сейчас два камня. Один у Вижена во лбу, другой у Доктора Стрэнджа. — Стивена Стрэнджа? — переспросила Вдова. — Да. В тот день Танос сможет собрать все камни и сделает щелчок пальцами, который превратит в прах половину живого во всём мире. Я знаю весь ход событий. И, что немаловажно, я знаю имена, — последовала тишина. Тони скрестил руки на груди, смотря куда-то в пол. — Кто? Кто из наших умрёт? — Ник Фьюри, Ванда Максимофф, Мария Хилл, Вижен, Т’Чалла, Баки Барнс, Сэм Уилсон… — я затихла на мгновение, чтобы посмотреть на реакцию людей. — Питер Паркер. — О, Боже, — прошептала Пеппер. — И ещё половина всего живого. Мы не сможем победить в одиночку или на разных сторонах баррикады. — Звоните Фьюри, — строго приказал Старк. — Рождественские праздники окончены. Наташа, — он посмотрел на женщину. — Свяжись со Стивом.