battle rap

- а ты быстро, - говорит намджун, открывая перед юнги дверь спустя всего пятнадцать минут. на том – красная куртка, напоминающая баскетбольную форму. красная цифра на спине притягивает взгляд нама, когда юнги скидывает кроссовки на входе и вальяжно шагает по коридору, разглядывая его квартирку. - я живу в этом же районе. намджун думает только об одном – если юнги детально изучил его файлы в телефоне, он смог сложить ту картинку, которая, по мнению намджуна, максимально очевидна?.. имя юнги он упоминал как минимум два раза, у него есть пара его сохраненных фото, но все остальное довольное безликое. намджун нервничает до безумия, хотя совершенно это не демонстрирует. в конце концов, юнги мог посчитать выше своего достоинства копаться в его заметках, кто его знает? мин цепляет пальцем рамку с какой-то абстрактной картиной, проводит ладонью по шероховатой стене (краска в стиле венецианской штукатурки), поднимает взгляд к тусклой лампе (яркость намджун нарочно всегда регулирует на минимум), и словно бы изучает (сканирует). намджун ждет, врезаясь глазами в чужой затылок. а когда юнги, мельком окинув взглядом комнату намджуна через открытую дверь, разворачивается и подходит к нему обратно, небрежно протягивая его смартфон, тот ерошит светлые волосы и заставляет себя сдержать улыбку. - спасибо. вернувшийся в руки родной телефон сообщает о низком заряде батареи. значит, юнги все-таки?.. - засунь свое «спасибо» себе в одно место, - отзывается мин и щурится: - пиво есть? пиво у намджуна есть, и оно кончается очень быстро – по две банки на каждого, а потом в ход идет текила. - обожаю текилу, - говорит юнги после третьего шота, когда слизывает соль со своей руки и кусает лимон. намджун смотрит на его слегка расфокусированный взгляд, вспоминает, что после дискуссии об архетипах густава юнга (да, это началось как раз из-за созвучия с именем юнги), они вроде как спорили о том, стоит ли считать треки weeknd`а достойным вкладом в развитие современной музыки (намджуну он стопроцентно нравится, а юнги хвалит только его голос и меланхоличный «montreal»), но держать мысли в голове с каждой секундой становится сложнее. особенно когда юнги подходит к открытому окну, беря в руки пепельницу, и опускается с подкуренной сигаретой прям на пол у холодильника. намджун садится рядом с ним, скрещивая ноги и тоже закуривает. его взгляд цепляется за белую кожу чужих колен – джинсы на юнги просто до неприличия порваны. он старается продолжить свою речь в защиту тесфайе*, но слова почему-то не складываются в предложение. юнги вроде бы растягивает губы (или так только кажется?). намджун ерошит волосы и признается: - я пьян. за окном проносится то ли машина скорой помощи, то ли полиция, звон сирены заставляет напрячься. юнги откидывается чуть назад, облокотившись спиной к фасадной стенке шкафа. - как мало нужно, чтобы ты напился. намджуну кажется, что виной всему нахождение юнги рядом. но говорить об этом, конечно же, не стоит. пепел летит мимо пепельницы на штаны намджуна, тихое звучание минимал-техно на телефоне юнги сменяется на что-то потяжелее – грузный растянутый бит с элементами какой-то пошловатой приглушенной лексики. - я не так редко пью, как ты мог бы подумать. - серьезно? – юнги словно бы не верит. - минимум одно пиво. максимум – два за вечер. - ну ты и слабак, - ржет юнги. - вообще-то, мне просто больше нравится трезвое состояние, - намджун не оправдывается, просто хочет объяснить. юнги кусает губу. он смотрит чуть расфокусировано, нажимая увеличение громкости на телефоне. намджуну кажется, что этот жест слегка провокационный, потому что к пошловатой лексике с шумами примешиваются совсем недвусмысленные стоны. он ловит взгляд чужих глаз. юнги смотрит как-то пристально, темно, и вместе с тем, очень небрежно, словно разрешает намджуну говорить и делать все что угодно. и намджун этим пользуется. он слышит бит, тушит сигарету и словно бы невзначай опускает пальцы на колено юнги. они оба достаточно пьяные, чтобы можно было списать это на случайность и отсутствие контроля. он следит за реакцией юнги, ожидая что тот захочет пресечь прикосновение, но- юнги поднимает глаза и смотрит словно с вызовом. намджун пару секунд залипает на его губах – тонких слегка влажный и провокационно закушенных. за окном вроде бы снова начинается дождь, тихий стук капель о стекло доносится до края сознания, но по большей части намджун слышит лишь бешеное биение своего сердца. юнги чуть наклоняет голову, а нам вроде бы распознает это как сигнал. сигнал податься вперед. конечно, он понимает, что самая максимально вероятная реакция юнги на его поцелуй будет въебать ему, но намджун слишком пьян, чтобы отступать перед инстинктами. а юнги (пиздец, просто) совсем не противится. намджуну его пассивность прибавляет решимости, и когда он с напором накрывает чужие губы своими, придвигаясь совсем близко и касаясь плеч своими руками, тот сам подается вперед и целует намджуна в ответ. спустя пару горячих мгновений, за которые губы не успевают сделать вдох, намджун поддается чужому напору и тянет юнги полностью на себя. лежать на холодном полу не очень круто, но когда на бедрах у него ерзает возбужденный юнги, намджун готов стерпеть что угодно. кожа покрывается красными пятнами где-то между шеей и плечом – намджуну нравится агрессия и решимость юнги. он шарит руками под его футболкой, окончательно теряя способность дышать спокойно. намджун не представлял, что юнги целуется настолько классно. а юнги, да - он целуется горячо и страстно, спрашивая лишь, когда намджун накрывает ладонью его пах: - прям тут? нам отрывается на секунду, потому что блять, на полу его никогда не трахали, и на утро коленям будет пиздец, наверное (то, что он об этом думает, говорит о том, что трезвость в нем какая-то еще осталась), так что он тянет юнги вверх, помогая подняться. они тут же сталкиваются зубами в новом поцелуе, юнги лапает его задницу, а намджун лижет его шею. - блять, - юнги ругается, потому что желание застилает все здравые мысли. намджун не прекращает его целовать, когда тянет за собой в комнату. чистая постель быстро мокнет от пота намджуновской спины, когда мин вжимает его в матрас. намджун вспоминает строчки треков, которые могли бы сейчас описать его эйфорию от близости с юнги, но не может вырвать из памяти ни одной. самой яркой получается не строчка даже – тихий сдавленный стон обоих, когда дыхание срывается окончательно. намджун ловит себя на мысли, что кожа у юнги остывает слишком быстро, но ему очень приятно касаться пальцами его спины, когда они лежат рядом, пытаясь прийти в себя. намджун закрывает глаза, чувствуя чужую ладонь на своем бедре. и где-то на краю сознания, между мыслью о том, что кайф сделать затяжку и тем, что юнги с утра в его постели точно не будет, намджун понимает лишь одно – об этом он не будет жалеть никогда, несмотря на то, что за грязь из этого может вылиться. *эйбел тесфайе́ - тот самый the weeknd