Белые ночи, голубые будни

— Сука, мужик, я тебе отвечаю, ты один в один похож на Бернарда. Такая же мразота безответственная, — усмехнулся Даня, поднося к губам очередную стограммовку вискаря. В желудке радостно урчала смесь виски и пива, но им, по твердому, как член Атланта, убеждению Данила, все еще было одиноко, поэтому он опустошал уже третий шот (и не собирался останавливаться). — Да не пизди, — с усмешкой ответил чуть (чу-у-уть) более трезвый Вова, переключаясь на следующую серию “Книжного магазина Блэка”. — Да я базарю. — Ну тогда ты Мэнни. — Пошел ты! Серия началась, и парни замолчали, уткнувшись в монитор. Рука Вовы покоилась на плече Дани, который этого совершенно не замечал и был целиком поглощен происходящим на экране. Плед, алкоголь, сериал, лучший друг под боком — что может быть лучше? Такие почти бабские посиделки никогда не вызывали у парней дискомфорта. Уж слишком хорошо они друг друга знали. Еще в первом классе Даню и Вову посадили за одну парту, и с тех пор эти двое были неразлучны. Вместе они делали домашние задания, вместе в первый раз закурили, вместе огребали за мелкое хулиганство. Даже девушек себе нашли практически одновременно. Вова всегда был готов помочь Данилу в делах сердечных и нередко давал хорошие советы, Даня же, в свою очередь, помогал Вове с починкой домашней техники и всегда готов был “припаять что-нибудь”. Девушки называли их “сладкой парочкой” и иногда сплетничали с подругами, кто же из них сверху, а кто… Впрочем, мы здесь не для того, чтобы слушать чужие сплетни. *** 00:26 Женя❤️ Ты презики со смазкой забыл в своем шкафчике. Аккуратнее, а то Вова ранимая натура, если ты понимаешь, о чем я️ 00:27 Данил Да пошла ты нахуй Все ведь так хорошо начиналось. Даня ненавидел свою девушку за то, что ей приспичило написать именно это сообщение именно в первые пять минут серии. Паузу пришлось ставить на самом интересном месте (лица Бернарда и его соседки на стоп-кадре вышли шедеврально всратыми). Вова покосился на друга. — Эй, все хорошо?! Даня отложил телефон и потер шею. — Да, пойдет. – А теперь давай честно. Вова всегда серьезно относился к проблемам Данила, иногда даже чересчур серьезно, особенно, если дело касалось его девушки или семьи. — Да эта ебанутая… — Парень вздохнул и откинулся на спину. — Снова поссорились, из-за какой-то сущей хуйни, честное слово. Скрипя зубами разошлись сегодня, думал, она поговорить захочет, а она снова свои ебаные шутки кидает. — Пидорские, что ли? — с усмешкой уточнил Вова. Даня кивнул и зажмурился, всем своим видом являя испанский (вроде бы) стыд. — Бля, мужик, что делать? Она меня заебала, но я люблю ее. Но она заебала! — Он зашипел, как будто рану прижгли зеленкой. Вова почесал затылок и улегся рядом, сосредоточенно глядя в потолок. — Ну так напиши ей об этом. — О чем? Что заебала? — Ну, это, конечно, тоже, но сперва — что любишь. Может, она чувствует, что ты редко ей это показываешь? Если почувствует, что действительно нужна тебе, то точно будет более расположена к разговору. Девушки любят ушами, сам же знаешь. — Иногда у меня такое ощущение складывается, что я ничего о ней не знаю, — отстраненно проговорил Даня, прикрывая глаза. — В какие-то моменты, когда все хорошо, вроде, и понимание есть, и вся фигня… А как какое-то расхождение во взглядах — и совсем чужие люди. — Идеальных пар не существует. Всегда будут какие-то проблемы, разногласия, вопрос лишь в том, как ты будешь их разрешать. Ну и твоя девушка, конечно. Вова немного помолчал и гораздо более бодрым голосом продолжил: — Хотя, не. Идеальные пары все же есть. Ну вот мы с тобой! Мы же идеально друг другу подходим: все друг о друге знаем, смотрим одни сериалы, одно пиво пьем, даже спим вме-ай-яй-яяя!!! Последнее предложение было произнесено уже сквозь смех и слезы, потому что заметно повеселевший Даня решил защекотать юмориста. — Ах вы ублюдки, сговорились, да?! — Нарочито грозно прорычал он, вызывая у Вовы еще больший приступ истерического хохота. — Сперва Женька, теперь ты? Спасу мне нет от вашей гейщины, ироды! Даня щекотал, Вова смеялся. Потом акценты все же сместились: Вова щекотал, Даня смеялся. Так могло бы продолжаться долго, если бы не час ночи и алкогольное опьянение. Парни упали на кровать, найдя силы только на то, чтобы раздеться. Расправлять одеяло обоим было до смерти лень, да и ночь выдалась жаркой. В прямом смысле жаркой — термометр за окном показывал двадцать градусов по Цельсию. Тихонько гудел где-то в углу вентилятор, шумел кулер невыключенного компьютера. Под эти убаюкивающие звуки засыпалось еще быстрее. Пробормотав что-то невнятное сквозь сон, Вова обхватил Даню рукой за поясницу и прижался к нему, как к мягкой игрушке. Данил, как всегда, ничего не заметил и продолжил сладко сопеть. На Питер опустились невиданно теплые белые ночи.