Последствия одного решения

За окном продолжал идти дождь. Надрывно, как разозлённая банши, завывал ветер. Громко тикали большие часы. Переменчиво горели свечи, точно волшебный огонь вот-вот задует сильный сквозняк. Седобородый волшебник задумчиво смотрел на спящего ребёнка и думал. В магической Англии было неспокойно. Альбусу Дамблдору пришло время выбирать, как защитить юного победителя Тёмного Лорда от его приспешников, Пожирателей Смерти. К сожалению, Альбус не смог сохранить в тайне, как погиб Волдеморт. Причина тому – несдержанность прибывших на место трагедии авроров и, главное, нескольких невыразимцев – сотрудников Отдела тайн – которые сделали официальное заявление, как и почему погиб Тёмный Лорд. И распространили среди волшебников быстрее, чем это можно было представить. Невыразимцев и Министерство магии можно было понять – раскрыв место и детали смерти Волдеморта, они ударили по морали его сторонников, заставили их метаться, ошибаться… проигрывать. А ликование десятков, потом и сотен волшебников, самостоятельно проверяющих выводы невыразимцев, заставили тех слуг Тома, которые тянули только на «прислужников», забиться в самые глубокие норы. Но оставались Пожиратели Смерти, ближний круг Тома, – и совсем не хотелось испытывать надёжность волшебной защиты на действительно квалифицированных мстителях, мастерах проклятий и тёмной магии, прошедших жестокую гражданскую войну. Альбус видел два варианта решения этой проблемы: оставить мальчика у родственников, семьи Дурслей, или же воспитать его лично. В первом случае ему никто не сможет повредить: защита матери у Гарри основана на магии крови и вместе с привязкой к ближайшим родственникам легко оградит даже от попытки найти. Однако пределы этой защиты неизвестны и нет времени на детальное исследование. С другой стороны, защита дома самого Дамблдора – одна из лучших. Он сам разработал и наложил комплекс защитных чар, а знакомый мастер ритуалов довёл его до совершенства. Эта магия была гораздо мощнее и тоньше, чем чары Фиделиуса и охватывала не только сам дом, но и обширную область вокруг. Он так задумался, что чуть не пропустил момент, когда настало время собираться. Оставив младенца под присмотром своего домового эльфа, профессор Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства, отправился на очередное судебное заседание. Настала пора приструнить Барти Крауча – после падения Волдеморта тот совсем сорвался, отправляя на пожизненный срок при малейших подозрениях, а из всех действительно авторитетных магов на стороне милосердия, компенсируя жестокость Крауча, мог выступить только он. Решение же судьбы младенца Поттеров пришлось отложить – Альбус только отправил Минерву посмотреть, что за люди эти Дурсли. События последующих двух недель слились для Альбуса в один бешеный хоровод. Заседания, законопроекты и собрания Ордена Феникса – вот три вещи, на которые он тратил своё время. За ребёнком присматривал домовой эльф – впрочем, Альбус не сказал бы, что тот был ненадёжной нянькой. А убирать руку с пульса событий сейчас было нельзя, никак нельзя! О маленьких же детях он заботиться не умеет. Огромным ударом стало предательство Сириуса Блэка. Как сообщили ему Поттеры, Сириус был Хранителем Тайны расположения их дома в Годриковой лощине. До сих пор было загадкой, почему молодая семья не предпочла самого Альбуса, который занимался охраной Хогвартса, координацией Ордена Феникса и политикой, а не участвовал в боях, а значит, не рисковал собой, в отличие от того же Блэка. Но сделанного не воротишь… Вторжение в дом означает, что Хранитель предал Орден Феникса в целом и Поттеров в частности. Более того, Сириус нашёл и убил вместе с несколькими магглами Питера Петтигрю, одного из друзей семьи Поттеров. Детали предательства остались неизвестными: как и многие из соратников Дамблдора, Сириус принимал специальный эликсир, после которого организм остро реагировал на Веритасерум и иные «допросные зелья», вплоть до впадения в кому и смерти. Эта мера, вместе с особой клятвой, не давала никому из членов Ордена выдать даже название организации, не говоря уж о конкретике. И теперь Сириуса Блэка судили и отправили, вопреки усилиям Альбуса, на пожизненное в Азкабан, не дав выяснить подробности. Барти Крауч… стал неуправляем. Что может быть хуже главы Визенгамота, которого боится большая часть его членов? Плохой вестью было и то, что ответственности избежали многие высокопоставленные пожиратели смерти. Министерство магии… Смотря на творящееся в нём, Альбус вспоминал, почему в молодости чуть не стал революционером. Коррупция, небрежность, некомпетентность, нежелание наладить нормальную работу… Впрочем, пока влияния Альбуса хватало, чтобы вовремя поправлять или компенсировать ошибки Министерства. Всё-таки не зря он выбрал должность преподавателя в Хогвартсе и настойчиво забирался наверх. Альбус не брезговал даже и зельем доверия для предыдущего директора, Армандо Диппета и, в конце концов, оказался на ключевой должности. Будучи директором Хогвартса он мог контролировать как распространение опасных знаний о, например, тёмной магии из Запретной секции библиотеки, так и направлять моральное развитие школьников. О детские умы! Оказывая влияние на них, Альбус приобрёл куда больше сторонников и добровольных помощников, чем заседая на светских раутах «высшего общества» чистокровных и участвуя во всяческих мероприятиях. Открытая пропаганда не работала в волшебном мире, провоцируя только сопротивление, зато мягкое, ненавязчивое воздействие на детей вершило чудеса. Всё больше и больше адекватных людей… Иногда Альбусу казалось, что сама магия мешает вести себя благоразумно, препятствует самоконтролю. Годы и годы… Альбус был как никогда близок к исполнению мечты, к тому, чтобы стать самой влиятельной фигурой в магическом мире Англии и, наконец, открыто диктовать свою политику. Как многое он бы изменил! Выровнять, наконец, политический курс Министерства, организовать нормальное взаимодействие с маггловской властью, как в Америке, реформировать образование, поменять законы об ограничении использования магии… Конечно, будучи министром, он мог бы больше, но лишь в пределах Министерства. Увы, Дамблдор понимал: с вершины власти, даже действуя не в одиночку, он не смог бы поменять мировоззрение всех магов. Зато с самого низа, с воспитания детей, а затем с помощью личных связей, у него появляется такая возможность. Как же многому его научил старый-добрый Слизнорт! Альбус не спешил. Десятки ритуалов – рук того же замечательного мастера – отложили его смерть на десятилетия. Он мог позволить себе действовать неспешно, пока ставленник-министр не придёт к власти естественным путём. Гриндельвальд и Волдеморт. Эти двое сбили все планы. Сначала пришлось участвовать чуть ли не в партизанской войне против Гриндельвальда, бывшего друга. Впрочем, этот эпизод жизни он старался не вспоминать. Нельзя. Слишком много боли и разочарования. Затем, когда ситуация, казалось бы, стабилизировалась, а планы начали реализовываться, появился Тёмный Лорд. Волдеморт. Альбус ещё раньше подозревал, что мальчик с подчёркнуто тёмным окрасом волшебного дара станет властолюбцем и, возможно, одним из сильнейших чёрных магов, но реальность, как всегда, превзошла все ожидания. Волдеморт стал и талантливым лидером, увлёкшим за собой чистокровных, и магом-изобретателем, составившим замкнутую на себя систему подчинения, так называемые «Чёрные метки». А метил, в итоге, на место Гриндельвальда: на место ужаса всего мира, как считало большинство – и на место потенциального императора всех европейских сначала волшебников, а потом и магглов, как понимало думающее меньшинство. Впрочем, в этот раз Альбус был проворнее, вовремя сообразил, что к чему, собрал старых соратников по Ордену Феникса, набрал новых, организовал сопротивление, не дал войне разрастись дальше Англии. Да, для родины эта война была куда как разрушительней, чем война с Гриндельвальдом, зато, будучи сосредоточенным на противостоянии с Альбусом и аврорами Барти Крауча, Тёмный Лорд не мог позволить отвлекаться на массовую пропаганду своих идей в Европе. Конечно, какой-то приток сил со стороны был, но в очередную мировую войну дело не переросло. Потом было пророчество Трелони, смерть Поттеров и падение Лорда. Увы, как он ни пытался, помешать этим событиям у Альбуса не получилось. Впрочем, возможно их компенсировать. В конце концов, он должен этим людям больше, чем любому в Ордене. Последней весточкой от пожирателей стало нападение на авроров Лонгботтомов. Защиту Фиделиуса они со своего дома уже сняли, расслабились – зря, очень зря! Их сын Невилл остался расти с бабушкой. Больно, как больно, когда верные друзья и соратники по Ордену уходят… Будучи прекрасным легилиментом, Дамблдор знал точно: сумасшествие Лонгботтомов, вызванное многократным Круциатусом, пыточным заклятьем, неизлечимо. Их разум разрушен полностью и восстановлению не подлежит. В нападении участвовал сын Крауча. С тяжёлой душой Альбус использовал этот факт на заседании Визенгамота. И Крауч потерял репутацию – в скором времени его сместят с поста. Министром магии Англии он не будет – что ж, хоть какой-то плюс от этого страшного события. И снова Альбус Дамблдор замер у детской кроватки, взвешивал «за» и «против». Он может передать ребёнка в семью Дурслей. Однако Минерва настойчиво отговаривала от этого. Мол, Дурсли – самые отвратительным магглы, каких она встречала. С другой стороны, Альбус ясно видел, что на малыше Гарри лежит кровная защита матери. Неясно, где Лили нашла древний ритуал, сочетающий тёмную и светлую магию, как наложила его втайне от мужа, преимущественно светлого мага, к тёмной магии относящегося с большой осторожностью… Неясно. Но факт был фактом. Кровный ритуал служил для сокрытия от недоброжелателей и защиты против первого существа, атакующего малыша. Таковым и стал Волдеморт. Маленький мальчик – первый, на памяти Дамблдора, кто выжил после успешно сработавшего смертельного заклятья, причём не от кого-то там, а Тёмного Лорда лично! Альбус, осматривавший место происшествия, ясно видел это, а изображения со следящих заклятий, вплетённых от греха подальше в дом Поттеров, подтверждали невероятный факт (в том числе, подсуетившимся невыразимцам). Ещё и шрам с отметкой чёрной магии… Аура малыша на глубоких уровнях представляла собой невероятную мешанину. Однако Гарри был жив и здоров, что само по себе невероятно. Уровень магии ребёнка зашкаливал, и именно он придавал малышу жизненные силы, позволял метаболизму функционировать на максимуме, игнорируя повреждения от заклятия Авада Кедавра. Волдеморт передал Гарри, и так, в потенциале, сильному волшебнику, существенную долю своих способностей, невольно помог выжить. Было что-то ещё, Альбус чувствовал тень свершённого над ребёнком ритуала, но суть его понять не мог. Итак, кровная защита против отвратительности Дурслей. Есть ещё тот факт, что весь мир знает: Гарри Поттер – «Мальчик, Который Выжил», что он – победитель Волдеморта. Альбус не успел – да и не мог успеть остановить распространение этой информации, увлечённый хороводом дел. Теперь же Гарри чествуют как героя. Каким он вырастет с таким отношением в почти любой приёмной семье? Маленьким принцем, высокомерным и зазнавшимся? Что же тогда делать? Конечно, у Дурслей он будет расти в строгости… но не чрезмерной ли? Под защитой… но такой ли незаменимой? Дамблдор решил не рисковать. Совершая ключевое для последующих событий решение, беря во внимание такие факты, как неокончательность смерти Волдеморта и истинное пророчество Трелони, Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор оставил воспитание Гарри Джеймса Поттера… себе. Кто-то может назвать Альбуса Дамблдора бесчувственной сволочью, умелым манипулятором, человеком, для которого нет ничего святого, который не остановится ни перед чем… Кто-то скажет, что он – воплощение всех светлых идеалов, образец морали и альтруизма. И они будут неправы. Как всегда, истина лежит где-то посередине. Альбус считал себя идеалистом, но отнюдь не бесчувственным, отнюдь не чуждым прагматизма. Планируя изменить развитие магического мира Англии, он прекрасно сознавал, что запачкается во многих грязных историях. И знал, что иначе нельзя. Оставляя Гарри себе, он пошёл на компромисс. С одной стороны, он даст мальчику всё, что знает и умеет сам. Вырастит прекрасного мага и человека, которому с чистым сердцем передаст свою ношу. С другой, даже если воспитание не удастся, он проверит свои давние предположения насчёт природы волшебства. Конечно, проводить, по сути, эксперименты над ребёнком, как минимум, бесчеловечно. С тяжёлым сердцем, однако, Альбус пошёл на них – слишком уж многое лежало на кону. Исследования Альбуса некогда начались с Хогвартса. Обучая поколение за поколением детей, он, интереса ради, решил провести статистическую оценку колдовских сил учеников. В те времена он уже активно занимался политикой и решил устроить себе своеобразный отдых, вспомнить времена молодости, когда каждый месяц создавал новое заклинание. После составления общей таблицы, он сразу заметил закономерность: в целом, за исключением ряда случаев, сила магов снижалась от поколения к поколению. После дальнейшего сопоставления, выяснилось, что закономерность носит абсолютный характер: доля детей с сильным для своего поколения даром приходилась на тех родителей, что вступили в брак позже прочих. Серьёзно Альбус испугался, когда получил подобную статистику окольными путями от прочих магических школ. Неужели магия уходит из мира? Маги вырождаются? Не обнаружив ни в древних трактатах, ни в новейших исследованиях Отдела тайн намёков на ответ, маг обратился к маггловской науке, что раньше не раз выручала его. Проведя исследования с помощью нескольких учёных под Империусом, Дамблдор убедился: генетика не имеет к ситуации никакого отношения. Тогда Альбус призвал на помощь иной аспект волшебства – ритуалы. Больше года ушло на составление достаточно могущественного ритуала. Положение планет, расчёт влияния активности Солнца, погодные предсказания… Словом, Альбус использовал все достижения магической и маггловской науки, чтобы выбрать наиболее подходящие условия для Ритуала Познания. И, наконец, в наиболее подходящее время, посреди Тихого океана, на парящем металлическом диске, окружённый таинственным красноватым сиянием, великий маг исполнил первое заклинание. Сотни и тысячи взмахов палочки. Сложные фигуры, объёмные руны, обращения к старым и новым символам – ритуал переплёл в себе всё. Каждое Великое Познание уникально, и каждое требует огромного вложения ресурсов и длительной самоподготовки, а уж исполнение… Без зелий выносливости он никогда не смог бы провести его. Наконец всё было сделано, и Альбус погрузился в транс, чтобы в глубине души – или мира? – найти ответ. Врата истины отворились, неся знания, и знания те возложили на него новую ношу. Магия не подчинялась законам генетики. Неведомым образом появилась она в людях в незапамятные времена – здесь Альбус увидел лишь смутные образы, противоречащие друг другу. С тех пор магия надёжно угнездилась в роде человеческом. Она передавалась по наследству, за редким исключением. Количество волшебников было не абсолютной константой, но процентом от численности человечества. И если магии не хватало носителей среди детей волшебников, она проявляла себя в магглах – отсюда магглорождённые, которых становилось всё больше в связи с угасанием чистокровных родов. Рождаемость среди волшебников резко упала после принятия Статута о секретности – а число магглорождённых соразмерно росло. Но магия – это не только сам магический дар, а ещё и его сила, причём суммарная сила всех магов не зависела от числа владеющих ей, которое являлось некоей долей от всего человечества. Суммарная сила магов – угасала. Медленен был этот процесс, но обладал небольшим ускорением. И вот сейчас, по прошествии тысячелетий с появления первых чародеев, процесс нелинейного угасания набрал достаточную скорость. Магов будет больше в связи с ростом человечества. Магических сил у каждого – меньше, покуда не сотрётся различие между магами и магглами. Кроме общих сведений, могущественный ритуал дал много конкретики. В частности, Дамблдор узнал, что магический дар – лишь канал к неведомому Источнику Магии, который сам по себе неиссякаем. Именно он дарует всем волшебным существам свою мистическую силу. Именно он, через узенький каналец, посылает волшебникам свою энергию. Сокращение размера этого канала и проявлялось уменьшением силы магов. Новая серия исследований была посвящена природе канала к Источнику и, главное, возможности его расширения. Увы, и после составления десятков заклятий и малых ритуалов познания, Дамблдор понял немногое. Канал находился где-то вне обычной реальности, однако воздействиям специальных ритуалов и заклятий поддаётся. Да, его можно было расширить – более того, его можно установить искусственно, и о последнем Альбус знал не из ритуалов. Были специальные заклинания усиления собственной магии, были ритуалы источников – но все они работали временно. Возможен был и ритуал постоянного источника – правда, это приводило к тому, что у одного из магов пропадали способности. Зато расширять уже существующий канал можно неограниченно. Единственное препятствие – возраст во время первого расширения. Альбус открыл ключ к могуществу, но, увы, ему было уже не суждено им воспользоваться. В итоге, он решил начать с Гарри Поттера, который имел хороший потенциал в половину дамблдоровского и гибкий, готовый меняться канал. Благо от смерти его хранит кровная магия матери, а от потери магии – сила пророчества. Начальный и главный этап Альбус провёл, когда малышу настало два года. Первые всплески магии, связанные с нестабильностью формирующегося разума уже прекратились, а для тех, что вызываются эмоциями, не пришло время. Это гарантировало, что помех не будет. Внешне ритуал выглядел незатейливо: несколько горящих свечей вокруг кроватки, объёмная мерцающая руна и стоящий в напряжении маг. Альбус предпочитал невербальную магию, более того, как прекрасный теоретик, мог заменить слова образами происходящих процессов, сопровождая их усилием воли. Вот и сейчас он интенсивно колдовал, выстраивая последовательность магических преобразований. Результат – генерация одного единственного ритуально-заклинательного комплекса, могущего пройти за привычную реальность и присоединиться к магическому каналу, даруя ребёнку способность менять его пропускную способность. Разумеется, не обошлось и без «защиты от дурака»: новая способность работала только при чётком понимании пользователя, что он делает и, конечно, далеко не сразу давала огромную силу. Когда всё закончилось, когда угасли свечи и растворилась в воздухе руна, закрепляя изменение, Альбус Дамблдор вытер лоб, тяжело вздохнул и молвил: - Ну, здравствуй, Гарри, первый из новых магов.