Последствия одного решения

- Нравится? – Сапфир с улыбкой наблюдал, как Саабрин Ирайя двигает руками и ногами туда-сюда, всё уверенней держась на стуле. Тело одиннадцатилетней девочки подходило ей как нельзя лучше, а вот раздобыть его без бессмысленной жестокости было не так уж и просто – Сапфир занимался этим лично. Почему? А почему – нет? Это шло в ту же графу, что и строительство домика у «хрустального» чуда. Чуда, душа которого с любопытством прислушивалась к ощущениям нового тела и поглядывала на него нечитаемым взглядом. Нечитаемым, потому что отражать чувства лицевыми мышцами Саабрин научиться было попросту некогда. К счастью, с моторными рефлексами и речью было гораздо лучше – их Сапфир адаптировал из программы гомункулов. И сейчас эти рефлексы казались ему чуть ли не главным достижением программы. - Странно, – безразличным тоном произнесла Сабрина. Интересно, научится ли она выражать эмоции голосом сама или по-прежнему он будет считывать их из ментально-духовных сфер? – Забавно. Я другая, плотная, не такая, неправильная, но интересная, виалисс-те-игл! Аале орф фоонай? - Живая, живая, – улыбнулся ей Сапфир. – Вставай, Сабрина, вставай, нас ждут великие дела! Я же обещал тебе путешествие, помнишь? - Орфалай, – пропела та согласно. – Мииар вэ олар? - В первую очередь мы встретимся с одним человеком, – он протянул руку, чтобы Сабрина ухватилась за неё. Но вместо того, чтобы встать, та самым наглым образом залезла наверх и уселась на плечи, свесив ножки! Вот чертовка! – А что будет потом, я расскажу потом, – мелкая месть. Ощутил лёгкую обиду вместе с пониманием «за что» – усмехнулся про себя. – Как думаешь, ты сможешь колдовать как человек? И постарайся отвечать по-человечески. На людях демонстрировать высокую речь не стоит – я буду очень разочарован, если кто-то узнает в тебе нечеловека. - Хорошо, папочка, – хихикнула мелкая вредительница. – Я же могу называть тебя папочкой? Мамочка Элайя и папочка ты! - Это хорошая легенда, – как можно более невозмутимо кивнул Сапфир. – И постарайся не демонстрировать, что не понимаешь чего-то бытового. Итак, что скажешь насчёт колдовства? - Смогу, – после секунды размышления вынесла она вердикт. – Моё виаройо может илфайи как милинай. Я могу… – замерла. – Я могу карральсэ йе инайс. - У тебя есть такие права? – это было очень, очень перспективным. – Ты можешь делать это сама, для любого человека? - Только для себя, – ответила она всё таким же безынтонационным тоном. – Виаройо всех требует ключа. А ключей у нас нет с незапамятных времён, помнишь? - Да, ты рассказывала, – кивнул Сапфир. – Аппарируем? - Угу. И аппарировала. Сама. Утянув его следом. Именно туда, куда он и собирался. Чертовка! Иначе и не скажешь. - …Именно, Тэсия. Мы рассчитывали на несколько капель, но если вы поделитесь двумястами миллилитрами, я готов выплатить любую цену… в разумных пределах. От уголовной ответственности за гибель сотрудника вы освобождаетесь немедленно. Двести миллилитров… – на короткий миг лицо главы Отдела Тайн сделалось мечтательным. – Естественно, клятва о неразглашении и Ритуал Тайны – этих мер достаточно. Всё, что от вас требуется – это обещанные двести миллилитров Эликсира Тринадцати. - Когда вам нужен эликсир? - Вчера, – хмыкнул человек в глухом капюшоне. – Как можно быстрее. Итак, с вас Непреложный Обет. Руку. Махьяр, скрепи. Клянётесь ли вы, Тэсия, что в течение суток от этого момента лично принесёте в отдел двести или более миллилитров Эликсира Тринадцати и отдадите его мне в руки, не имея злого умысла? - Клянусь. - Клянётесь ли вы, Тэсия, что никогда и никому не разгласите факт и подробности этой клятвы, её обстоятельств, своей связи с Отделом Тайн и любых деталей его устройства, узнанных после вашего незаконного вторжения и до момента передачи Эликсира включительно? - Клянусь – в той мере, в какой это не вступит в противоречие с другой частью клятвы. - Поправка принимается. - Клянётесь ли вы, Саррус, что Отдел Тайн не будет преследовать меня прямо или через суд за незаконное вторжение, работу на Отдел или любое иное событие с момента моего пленения сотрудника Отдела Тайн Гриира до момента передачи Эликсира Тринадцати? - Клянусь. - Клянётесь ли вы взамен Эликсира отдать в полную собственность пять грамм шерсти длирра? - Клянусь. Четыре огненные нити обвили руки волшебников. Махьяр аккуратно отвёл палочку, дав ритуальной клятве время закрепиться. - Мистер… – укоризненный голос заставил Сапфира глубоко вздохнуть. Обладатель этого голоса был совершенно прав в своей укоризне. Аппарировать прямо в чужой магазин, да ещё и наглым образом проигнорировав защиту – как минимум, невежливо. - Прошу прощения, мистер Олливандер, – повернулся Сапфир к одному из лучших в мире экспертов в области волшебных палочек. – Моя дочь была очень настойчива и буквально заставила аппарировать к вам немедленно. Моё имя – Сапфир Блу, а это моя дочь Сабрина. Мы пришли выбрать дочке волшебную палочку. - Только исполнилось одиннадцать, в следующем году – в Хогвартс? – на удивление спокойно уточнил Олливандер, разглядывая их с Сабриной блеклыми, почти бесцветными, но при этом будто светящимися глазами… О, эти глаза видели гораздо больше, чем озвучивал их обладатель! - Угу, этому телу только одиннадцать, – раньше, чем Сапфир вмешался, озвучила Сабрина. – А мы правда сходим в Хогвартс, папа? Там часто бывает весело. В сплетении судеб третьего порядка просто не бывает скучно. - Кхмн, – не сразу нашёлся Сапфир. Это был, конечно, самый эпичный конфуз в его жизни, не считая того случая с самолётом в пятидесятых. – Сабрина, кажется, я просил тебя не выдавать своей природы? - Разве дети не говорят эмоционально? Следовательно, всё равно понятно, что я не человек, – рассудительно заметила Сабрина. - Это можно списать на проблемы с голосом, – объяснил он. – В следующий раз просто молчи и осматривайся, пока я не скажу, что говорить, хорошо? Слава Богу, я догадывался, что будет что-то подобное, поэтому выбрал мистера Олливандера первым… И, пожалуйста, можешь не аппарировать сама? - Ты некрасиво аппарируешь, – отозвалась Сабрина, судя по эмоциональному состоянию, жутко собой недовольная. – Мне забрать у Гаррика память? - У «мистера Олливандера», Сабрина, – поправил он. – Нет, мистер Олливандер предпочтёт умолчать о таких клиентах, потому что ценит доверенные ему тайны. Не так ли? - Вы правы, мистер Блу, – кивнул Олливандер, не сводя с Сабрины заинтересованного взгляда. – Могу ли я поинтересоваться, какого рода сущностью является ваша приёмная дочь? Это поможет определить, возможно ли подобрать ей волшебную палочку. - Сабрина – воплощённая эссэль, – честно ответил Сапфир Действительно, зачем скрывать, если на его окружение на постоянной основе проецируется Ритуал Тайны? А чтобы отказаться от него, требуется либо знать заранее, либо обладать огромной волей, либо быть мастером-ритуалистом. Несмотря на очень интересные таланты и ещё более интересное происхождение, Олливандер под ритуал попадал – проверено заранее. - Очень интересно! – с энтузиазмом воскликнул Олливандер. Идея подобрать палочку эссэли его явно захватила. Таких людей – энтузиастов своего дела – Сапфир обожал. Как издали, так и переманивая к себе. – Могу ли я узнать… - Не можете, – прервал, предугадав вопрос. – Во-первых, это тайна, во-вторых, это нисколечко вам не поможет, – лёгкий намёк не помешает. - Нисколечко? – Олливандер вновь вгляделся в Сабрину своим пронизывающим взглядом. – Чрезвычайно интересно! Попробуем классический метод, вы не возражаете? - Конечно, нет. Вы мастер волшебных палочек, не я, – и приспустился, позволив полам мантии парить над полом, слегка от него отталкиваясь, чтобы не запачкаться – Сапфиру нравилось использовать именно эффектные, а не эффективные заклинания, когда это можно позволить. Впечатлять – это тоже искусство. – Спускайся, дочь. - Конечно, отец, – и умудрилась как-то протолкнуть в человеческое слово, для этого не предназначенное, нотки из высокой речи, объясняя, что подразумевает под «отцом». Может, попросить её дать несколько уроков? Некоторым не понимающим намёки подчинённым не помешает вбить смысл приказа прямо в голову. Когда Сабрина неуклюже спустилась, Олливандер отправил специальную линейку измерять длину её рук, ног и вообще всего, до чего линейка дотянется. Насколько было известно Сапфиру, Олливандер чуть ли не в голове производил ритуал, всего лишь по параметрам тела отсекающий точно неподходящие палочки. Настоящий мастер. - Попробуем эту, – протянул мастер тонкую палочку с причудливым узором. – Мисс Блу? - Мне нужно взять её в руку? – да-а-а, определённо, с «выходом в люди» он поторопился. Сабрине нужно бы освоиться в какой-нибудь понимающей компании… Только вот какой? Брать Саабрин на научную станцию? Будет только хуже. Во всей организации он не нашёл нормального места для её социализации. - Именно, мисс Блу, – поощряюще кивнул Олливандер. Палочка вылетела из руки Олливандера и приземлилась в ладошки Сабрины. Вспышка! Мягко-белый, не слепящий, но будто обволакивающий свет застил всё вокруг… Когда свет пропал, Сабрина отряхнулась от белого пепла – всего, что осталось от волшебной палочки – и спросила: - Можно что-нибудь посильнее? – и вновь это слово будто высокой речью сказано. Значит, дело не в пропускной способности, а в силе сердцевины палочки? - Могущественные сердцевины, могущественные сердцевины… – задумался Олливандер. – Сердце василиска, волос фейри или коготь нунду? - Василиск далёк от меня, как от Солнца Луна, – молвила Сабрина. – Ветру фейри все подобны, тогда как на земле стою. И только нунду, лесов хозяйка, сестрой могла бы быть. - Позвольте, мисс Блу, – протянул Олливандер толстую и короткую палочку, которую достал из соседнего помещения. Впечатляющее управление пространством, пусть и в подготовленном для того месте. - Прости, папа, – сказала ему Сабрина – Сапфир напрягся. Так она говорила, когда нарушала одну из договорённостей. – Фэари алфаа саа-то! – пропела (палочке?) высокой речью – и только после этого коснулась. И стоило руке Саабрин обхватить рукоять, как из кончика палочки вверх ударил фонтан серебряных искр, оседающих вниз медленно, величественно, точно крупные снежинки. - Браво! – разве что в ладоши не похлопал Олливандер, которого переполнял настоящий восторг. – Воистину чудесная встреча, вы не находите, мистер Блу? - Я нахожу, что кто-то – очень непослушная девочка, – только и осталось проворчать в ответ. – Благодарю за палочку, мистер Олливандер. Сколько с нас? - Сто галлеонов – я сделаю вам скидку за столь… интересную встречу. Отсчитав нужную сумму, Сапфир аппарировал с Сабриной – на этот раз сам, хоть и почувствовал «шаловливые ручки» Саабрин, так и не решившейся перехватить перемещение. Кто-то возмутился бы или оскорбился – но Сапфир прекрасно понимал, насколько важным достижением являются даже хрупкие, даже иллюзорные, но договорённости с подобными Сабрине. Да что там! Само по себе знание высокой речи, знание, полученное от самой Саабрин Ирайи – бесценный дар. Они появились на вершине каменной башни, возвышающейся над древним городом. Хозяин башни уже ждал их. С удовлетворением Сапфир осознал даже не удивление, а шок на лице древнего волшебника, когда он бросил взгляд на Сабрину и осознал, кто перед ним. А вот Сабрина «взгляд» почти реального на вид призрака в синей тоге восприняла иначе: - Я что-то сделала не так, папа? – расстроено спросила она. - Ты не поздоровалась при встрече с незнакомцем, – и прежде, чем она вставила. – Незнакомец, Сабрина, это человек, с которым ты не встречалась и не разговаривала лично или хотя бы письмами. Со знакомыми людьми тоже следует здороваться, если ты не виделась с ними лично хотя бы десять часов. - Ве-е-е-ежливость! – недовольно протянула Сабрина – но всё же сказала старому знакомцу. – Привет тебе, Таорен! - Привет, – заторможенно ответил тот. – Когда ты говорил, что приведёшь кого-то интересного, я ожидал кого угодно, но не её. - Твои уроки немало помогли мне найти с Сабриной общий язык, – он действительно был за них более чем благодарен. Впрочем, за уроки было заплачено с лихвой – с Таореном они давно уж рассчитались. Как и положено – к взаимной выгоде. - В пору уж мне, друг, проситься к тебе в ученики с такими-то успехами, – по-доброму усмехнулся Таорен. – Могу ли я спросить, что… - Нет, мой друг, – покачал Сапфир головой. – Слишком многое стоит на кону, чтобы я разглашал такие вещи. Но достаточно будет сказать, что Сабрина – дочь Элайи. - Для этого с Викой ты искал контакт? – понял Таорен. – Рад, что твоя задумка удалась – какой бы ни была она. - Зачем ты звал меня? – поинтересовался Сапфир. Да, теперь, когда лично увиделся с Сабриной, Таорен станет сговорчивей во всём – но у него была какая-то другая проблема, причём проблема срочная и определённо связанная с поверхностью. - Ты знаешь волшебников по имени Атика Сей-Тиор и Гарри Джеймс Поттер? Вот же… Слов нет! Почему эта… эта наглая особа влезает, куда не следует в самый неподходящий момент? Как будто чует, что сейчас он её убивать не будет – и заранее портит все планы! Что ж. В таком случае, придётся активировать другую ветку событий. Не очень приятную – но ничего не поделаешь, эта наглая… расхитительница гробниц, иначе и не скажешь, от Аркзасса теперь не отстанет. К счастью, самое главное он уже получил – и это «главное» сейчас бесцеремонно вертит палочкой туда-сюда, пуская серебряные искры – а остальные проекты… Они хороши, но без них определённо можно обойтись. - Когда? – уточнил он. - Сегодня утром, – столь же кратко ответил Таорен. – Стандартное предложение. У неё есть шансы? - Есть, – кивнул Сапфир. – Действуй по своему плану, мой друг, если у неё получится. Если же нет, король будет рад выкинуть её подальше. Настоящую войну против вас она не устроит, если чем-то особенно заинтересуется, то может и силой забрать. - И осилит? – нахмурился Таорен. - Насколько мне известно, у неё четыре специализации – магия пространства, высокая ритуалистика, ментальная магия и бой. Именно она – сможет, мой друг, несмотря на все предосторожности, которые ты выдумываешь прямо сейчас. Сейчас она – одна из вершин, а вы, уж прости, слишком отстали. - Я понимаю, – медленно, недовольно, но поверил Таорен. Именно это Сапфиру в нём всегда нравилось – умение принимать другую точку зрения, даже если она очень не нравится. – Начну готовиться. - Если не будет другого выхода, используй мой подарок, – напомнил Сапфир. – И будь осторожен, друг. - И ты, – кивнул Таорен, с надеждой повернулся к «дочке». – Возможно, вы, Сабрина… - Тень скрывает тень, – ответила та. – Я не знаю. - В таком случае – удачи, друг. - И тебе, – улыбнулся на прощание Сапфир, коснулся Сабрины – и аппарировал прочь.