Последствия одного решения

Серые тучи равномерно застилали низкие небеса, давящие, придавливающие к земле любую букашку, осмелившуюся поднять глаза. Мутно-серые, едкие, щиплющие кожу капли равномерно срывались вниз, оставляя грязные потёки на сером же налёте – результате прошлых дождей. Серая равнина. Покрытая обломками камней, трещинами и воронками, она простиралась до горизонта и много дальше. У Гермионы равнина вызывала лишь одно чувство – уныние. Хотелось немедленно разноцветить её поярче: взорвать в небесах фейерверк или хотя бы разлить пару банок краски. - Ты тоже это чувствуешь? – поинтересовался Гарри, напряжённо оглядываясь. Он выглядел на удивление уверенным – у самой Гермионы окончательно опустились руки, когда Гарри сказал, что они в другом мире и что все наложенные взрослыми чары и на монетке, и на них самих – развеялись без следа. - Что? - Уныние. Серость, – он передёрнул плечами. - Да. Ой! – едкая капля попала прямо в глаз. - Эл-рефлекто, – среагировал Гарри, накрыв их навесом щита, по которому забарабанил дождь… – Всё нормально? - Немного щиплет, – проморгалась Гермиона. – Ого, это ты сделал? - Ты про щит? Ну да. Меня Атика последние месяцы учила. С «рефлекто» и «протего» получается, но немного криво. Надеюсь, он выдержит подольше… - Хотела бы я так же… – протянула девочка. - А что такое? – удивился Гарри. – Можно и самой научиться, это же не комплексные чары. - У меня волшебство не работает, – призналась Гермиона. – Сначала думали, что «эффект теоретика», а оказалось, какой-то непонятный ритуал. - Это как – не работает? – Гарри прищурился – он всегда так делал, разглядывая что-то магическим зрением. – Попробуй «люмос». Он не должен помешать защите. - Это бесполезно, – но Гарри ждал, и она решилась. – Люмос. Палочка ярко вспыхнула. Гермиона с радостным изумлением смотрела на огонёк, поднесла поближе, провела рукой насквозь… Настоящий! Шепнула, чтобы не спугнуть чудо: - Получилось. - А не должно было? – в голосе Гарри чувствовался скептицизм. - Раньше выходило тускло и недолго, – вздохнула она. – Правда, не уверена, что в Хогвартсе будет так же – твой учитель говорила что-то вроде «ритуал на половину Земли, если не больше». - Ритуал? - Фоновый ритуал, так она сказала. Никогда о таких не слышала. - Я тоже. Вроде бы, есть фоновые проклятия, а проклятия бывают ритуальными, но что такое «фоновый ритуал»… - Наверное, что-то редкое. - Наверное… Альбус Дамблдор работал. Сосредоточенно, узор за узором выводил он сложный ритуал. Однако не сам ритуал был сложен, а условия, в которых приходилось его творить. Спешка. С минуты на минуту сюда должны были прибыть призраки, вероятно, возглавляемые Дивором. Они не должны заметить ничего необычного. Совсем недавно это место являлось воротами в скале, скрывающими материальную тьму. Теперь же – здоровенная дыра с воронкой в стене пещеры, полная потёков расплавленного камня. Жара Альбуса особо не волновала, а вот висящая посередине оранжевая дымка – очень даже. Древняя магия – он и примерно не представлял, что это такое. Одно было ясно – дымка достаточно хрупка, чтобы разрушиться от первого же мощного заклятия, а к чему это приведёт, учитывая количество энергии в ней – неясно. Как себя поведут призраки – тоже. Но тот факт, что заговор Таорена произошёл после снятия Ритуала Покоя, говорил, что чем-то эта дымка ценна, невероятно ценна для привидений Аркзасса, да и сам защитный ритуал – это не комплексный щит или стазис. Такой и сразу после создания не всякое Адское Пламя возьмёт. А уж по меркам древней магии, чаще изощрённой, чем могущественной… Мешать призракам исследовать это место Дамблдор не собирался – они в своём праве. А вот проследить, что тут творится – почему бы и нет? Моральное право наблюдать он более чем заслужил. И реализовать это право втайне от жителей города – не такая уж и сложная задача. Ещё и внук пропал, надо спешить ставить вторую опорную точку для Атики, а приходится заниматься этим… Впрочем, за внука он был пока спокоен – страховка, собственноручно разработанный ритуал на основе магии времени, чётко сообщал, что Гарри в безопасности и сколько он ещё в ней будет. Слава Мерлину, достаточно одного маяка и очень хорошего сокрытия для него – наблюдение можно будет вести прямо из поместья. Последняя руна заняла положенное место, и Альбус произнёс длинную формулу. Антиаппарационная защита Аркзасса в отдельно взятом месте ослабла на секунду – этого хватило, чтобы переместиться в Лондон. И почему проблемы имеют обыкновение наваливаться большим комом? - Феерис Шэйел! И ничего. Чёрный провал продолжил мозолить глаза. Атика раздражённо убила парочку вылезших теней и бросила парящему невдалеке Свайору: - Есть идеи? Это ваша магия. - Такие проходы или разрушаются сами собой, или сливаются с тканью мира, – объяснил тот. – Вы сами сохранили его, леди. - Тогда это казалось хорошей идеей. Филиус? - Уж если «Феерис Шэйел» не помог… - Ясно, нет идей. Хм, – она внимательно осмотрела прорыв в иной мир. – Феерис Шэйел! Нет, не то. Да сгинь уже! – белое пламя слизнуло очередную проклятую тень. – Простая отмена не помогает – логично, разнесённый в пространстве ритуал, – размышляла она вслух. – Пространство не искажается – провал слишком естественен, а тратить на искажение все силы – увольте. Это уже не магическая структура – «Саори фламмо» не помогло, значит, Адский Огонь будет бессилен. Конечно, есть средство посильнее… - Даже не думай! – мгновенно отозвался Флитвик. - Я не настолько дура, – отмахнулась Атика. – Последствия слишком непредсказуемы. Остаётся… что? Лорд Свайор, вы можете показать, как создаётся подобный переход? - Боюсь, это не в моих силах, леди, – извиняюще ответил тот. – Таорен и пара лучших чародеев – повелителей духов знает, как это делается. Ни я, ни даже лорд Дивор в их число не входим. Его Величество мог бы помочь, но… – Свайор развёл руками. Король отбыл разбираться с последствиями катаклизма, выяснять, не пострадал ли кто из его подданных… и установить контроль над открытыми Вратами, в первую очередь. Как характерно! Такой же, как и все Сей-Тиор – дедушка, отец… Она скривилась. Политическая необходимость, репутация и слава рода, общее благо… Личные амбиции. Только и исключительно они. Она не злилась на Таорена – по прочитанным, вырванным из кратковременной памяти Фарука событиям и ощущениям, Таорен был таким, как Альбус, однажды свернувший с пути Гриндельвальда. - Ясно, – Атика сделала круг около прорыва, рефлекторно снося пламенем духов Диххуса. – Если было бы больше времени… – и тут же повторила, осознав. – Времени. Время! Ну конечно! Палочкой указала ровно в центр провала, глаза закрыла, оставив Флитвика заботиться о тенях. Перед внутренним взглядом, в пространстве воображения и памяти заплясали тензоры, графы ритуалов и буквы того, что она назвала Та-Ретой. Законы мира и течение времени, сеть вероятностей и паутина причинно-следственных связей… Быть магом пространства – значит быть и магом времени, магом пространства-времени, и она ощущала это кожей. Свободной рукой – не то мысленной, не то настоящей! – потянулась к дрожащим в воображении нитям, пульсирующим струнам, несуществующим, но одновременно реальным… - Ретро темпус пространство-время, три часа. Это было волшебство невероятной силы и столь же пронзительной тонкости. Она редко пользовалась им. Это было опасно. Это было сложно. Это было… кощунственно? Редкая магия, перед которой она действительно испытывала пиетет. Обращение к силам, во многом подобным, близким по природе к давешнему великому ритуалу в Дании. Она услышала тихий звон – как тот «тихий гром», когда Вика Эа-Тиайо помогла завершиться их ритуалу. Но этот звон был… её? По её воле и её желанию «естественность мира» – сместилась. Она открыла глаза. Провал исчез. - Что это было? – с уважением вопросил Свайор – Флитвик же смотрел с восторгом, явно понимая. - Капелька магии времени, – палочка в дрожащей от перенапряжения руке опустилась, Атика глубоко выдохнула, расслабляясь. – Как уже говорила, мы научились работать с пространством напрямую. Кое-что смогли сделать и для времени – эти понятия связаны. - Я буду настаивать на значительной компенсации, – решил Свайор. – Сотрудничество с вами может быть очень полезным. Рождественская ночь. Северус Снейп скривился, прокручивая на разный лад это слово в голове. Приятных ассоциаций – раз, два и обчёлся. Впрочем, посидеть со стаканом бодрящего зелья да смотреть на далёкие огни – и ночь становилась даже приятной. Хорошее место. О нём, кроме Северуса, знал лишь один человек – тот, кто его показал. Альбус Дамблдор. Снейп не знал, скривиться ему или улыбнуться в ответ на имя в мыслях. В итоге не сделал ни того, ни другого, но просто отпил зелья. Внизу волновалось море, с небес подмигивали яркие звёзды, холодный ветер трепал мантию, успокаивал разгорячённые мысли. Сон? В эту ночь Северус не спал. Что-то вроде традиции? Только он, звёзды, ночь и бодрящее зелье. Умному человеку не нужна ничья компания, кроме своей собственной, не так ли? - Северус, – окликнул его кто-то. Кто-то? Кто мог обойти сторожевые чары и слабую, но искусную и незаметную защиту? - Альбус, – Снейп даже не повернулся на голос. – Тоже решил провести ночь здесь? - Нет, – резкий ответ заставил Северуса обернуться, чтобы увидеть усталое, сосредоточенное лицо старика, в своё время учившего не то что его, а, должно быть, и родителей Волдеморта. – Мне нужна твоя помощь, Северус. - Что произошло? – бросил Снейп, выходя из состояния мечтательности. - Ты помнишь, что обещал мне? - Гарри Поттер, – после секундной паузы произнёс Снейп. Он не знал, что чувствовал по поводу мальчика – в тон проникала нотка неприязни, но на самом деле… А что на самом деле? Он так и не разобрался в себе. - Всё верно, Северус. Он в опасности. - Конкретней! – Снейп поставил бокал с зельем на каменный бортик, полной грудью вдыхая свежий воздух. - Скажем так, в результате ошибки – неважно, чьей – он попал в другой мир. Нам нужно определить точную точку выхода. Гарри жив – в этом мы уверены – но Атика требует помощника для работы над ритуалом на той стороне. Тебя. - Меня? – у Северуса даже бровь поднялась от удивления. – Не сказал бы, что понравился ей. Ты уверен, что я подхожу для этого дела? Магия пространства – не моя специальность, – он знал, что согласится всё равно – но ту ли роль отвёл ему Дамблдор? - Ты искусный ритуалист – этого достаточно. Атика просила взять тебе запас магических компонентов – сама точно не знает, что пригодится. - Куда и когда? – отрывисто спросил Снейп. - Моё поместье, как можно быстрее – буду ждать там. На всякий случай приготовься к длительному походу – мы знаем, что Гарри жив и безопасности, но не знаем, откуда его придётся вызволять. - Ясно, – короткий кивок, хлопок аппарации, затем ещё один – и каменная площадка на одинокой стометровой башне посреди северного моря опустела. Лишь волны продолжили биться о зачарованный камень – биться, как бились на протяжении полутора веков. Сабрина появилась в комнате тихо, незаметно, точно призрак. Сапфир, привыкший отслеживать окружающее краешком внимания, вздрогнул и не атаковал только потому, что его руку перехватила прохладная девичья ручка. - Дочь, – поднял Блу взгляд. – Что-то случилось? Как же он устал! Не сказать, чтобы Сабрина выпивала из него все силы, но необходимость учитывать тысячи вариантов при общении с воплощённой эсселью… Каждое твоё слово, каждое чужое слово при определённых обстоятельствах могло стать фатальным! А если это ещё не сказанное слово, ещё не совершённый поступок – или, напротив, совершённый в далёком прошлом, возможно, не существовавшем, а познанным через восприятие меа-элээ… - Доверие, – неестественно улыбнулась она. – Меа-элээ сиаринн ве-ро-шинн огао-лс. Анааниэ? Анааниэ… Она видит его усталость. Она понимает её исток. И она просит доверия – так же, как его просил он сам при второй их встрече. Доверие… Может ли он довериться ей? Хочет ли он довериться той, кто не способен разделить его идеалы? - Я способна, отец, – серьёзно посмотрела она, и ауры их рук переплелись. – Я учусь и я суарилл, свеаре-суарилл. Вика мне – не указ! Анааниэ? Он вспомнил, как Вика скрепляла их ритуал. Он вспомнил, как впервые говорил с Саабрин, он вспомнил, как узнал, что такое Ирайя, как разговаривал с ней целыми днями, любуясь на хрустальную колонну, вздымающуюся в бесконечную высь, как впервые понял, что если у самого подножия посмотреть вертикально вверх, то можно увидеть будто бы кусочки чужих миров, плавно вращающихся вокруг оси, перетекающих друг в друга… И помнил, как она улыбалась его восхищению, как была польщена… Она ведь действительно доверилась ему. Позволить связать себя с материальным телом, позволить прикоснуться к своей душе – какая эссель пойдёт на это? - Арн а-наа-ниэ, – твёрдо кивнул он ей – и расслабился внутри. В конце концов, она – энн-элээ. Если ты доверяешь энн-элээ, то тебе нечего бояться… в ближайшей перспективе. – Спасибо. - Это нужно было мне настолько же, насколько и тебе, – заметила она. – Я вижу новую элээ к нашему вос-элээ, арфан-те виасток. - Кто? – и почему в его планы вечно пытаются влезть? Казалось бы, летит себе по Эмпирею, никого не трогает, и организация сейчас не так активна, как годами ранее, сосредоточилась, прежде всего, на внутренних проектах… Но нет. Обязательно найдётся тот, кто захочет влезть и всё испортить! - Таорен Инрии, – просто ответила Сабрина. – Ты сам… - Знаю, – вздохнул Сапфир. Значит, у Таорена не получилось настолько, что он воспользовался подарком. «Подарок» был особенным портключом, который мог вынести призрака чуть ли не откуда угодно, а ещё – своеобразным «освободителем», рассчитанным лишь на одного. И без долгих вдумчивых бесед на высокой речи с Саабрин этого освободителя бы не было. Но причём здесь их вос-элээ? - Смотри, – и встретилась с ним взглядом. Как и говорил Блу раньше, эссели любили говорить вслух – но когда это слишком долго или слишком неэффективно, они могут и так. Её глаза стали бездонными колодцами, тоннелями в бездну – и он упал в эту бездну, растворился в ней, ею стал, своим огромным телом охватывая бесконечные пространства и времена, нечто, недоступное осознанию ни одного смертного, нечто величественное и прекрасное… Гармонию сфер? Танец пространств? Шёпот вечности? А потом его разум вытолкнуло в определённую часть этой бесконечности, и он увидел, как Таорен сражается и как король Фарук защищает детей-заложников вместо того, чтобы напасть и подставиться, как рассчитывал старый друг. Он увидел, как дети ускользают в портал, и осознал, что второй ребёнок – его «избранная», Гермиона Грейнджер. Он видел, как сам Таорен вытолкнут, извергнут сквозь пролом, грубо разрезавший-склеивающий ми-ософф, и как он активирует подарок между, как вызывает конфликт арэао, как конфликт был разрешён и передан через… через то, для описания чего недостаточно его навыков высокой речи, и как, наконец, переопределён в арэао… Сабрины! А для реализации решения было использовано… И значит… Потому что… Следовательно… Да. …Он пришёл в себя на той мысли, что действительно хотел «потянуться волей», чтобы… чтобы сделать что-то невыразимое, что должно было одновременно решить сразу несколько проблем, сущность которых, опять же, стёрлась из памяти. Моргана побери, насколько же другим должен быть разум эсселей, чтобы плавать в этой каше, которую они называют «восприятием мира» постоянно?! - Нам кажется странным восприятие с одной точки зрения, – медленно, подбирая слова, ответила Саабрин. – Нам кажется, что в этом ваша сила. Мы расслоены, разделены, рассеяны по всему узору, вы сосредоточены, едины и можете фокусировать свои силы в одном месте. Нужный человек в конкретном месте может перевернуть мир – мы можем лишь его держать. - Ты недооцениваешь возможности своего рода, – с невольной улыбкой качнул Сапфир головой, окончательно приходя в себя. – Ты и не представляешь, сколько можно сделать, если просто знать об этих нужных людях в конкретных местах… - Тэу! – резко оборвала его Сабрина. Она выглядела не то возбуждённой, не то раздражённой, не то смущённой – понять можно было только, что некая эмоция её переполняет. - «Тэу»? – повторил Блу, и не рассчитывая, что удастся верно произнести высокое слово с первого раза. – Что это? - Столп, сила, единство, власть, действие, желание, способность, стойкость, сознание… – перечислила Саабрин. Замолчала и столь же резко, как и в первый раз, будто подводя черту. – Воля. У нас есть веэре, гармония естества единосущности, у вас есть тэу, властная воля миродержца. Вы можете хотеть, вы можете желать, вы можете достигать, вы можете отдаваться цели, и элээ меняются перед вашей жаждой… мы можем только созерцать. Сейчас-здесь, внутри-поверх Сабрины, я меньше веэре и больше тэу. Ты научишь меня хотеть? Ты научишь меня достигать? Могу ли быть сильной? Могу ли быть в одном месте? Рассеянны, раздроблены, распяты, лишены и прокляты… И заплакала. Просто заплакала. Кажется, она и сама не понимала, что значат стекающие по лицу слёзы… Сапфир не обнял её. Она не понимает, что это значит. Вместо этого он потянулся разумом к её разуму, аурой к её ауре, душой к её душе, постаравшись как можно точней выразить, что же значит «арн а-наа-ниэ» для него, выразить свою искренность и… и «тэу», так? Только сейчас он начал понимать, почему Саабрин Ирайя согласилась пойти с ним и как же на самом деле повезло… им обоим. - Разумеется, разумеется, – кивал Флитвик, продолжая колдовать. – Но поймите, Ваше Величество, у меня нет никакого желания следовать «настойчивым просьбам». Эта площадь мне нужна больше, чем вам. Очередная огненная линия прочертила камень, вплетаясь в причудливый узор. Причудливый не только для любителя – сам Филиус понимал в нём не так много, как хотелось бы. Просто отпечатанный Атикой ритуал – сейчас он буквально жёг разум. С другой стороны, откуда бы он мог узнать столько о межмировой навигации? А разобраться, на самом деле, было вполне возможно, несмотря на витиеватый стиль Атики как ритуалиста – элементы были знакомыми все. Просто не было времени. - Видите ли, я крайне разочарован Аркзассом. И не намерен подчиняться даже законным требованиям, пока Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер не окажутся в безопасности. Он продолжал творить – ритуал за ритуалом, комплекс заклятий за комплексом. Он не торопился и не медлил – выверенно, аккуратно, без единой ошибки. Так, как должен работать мастер чар. Он не чувствовал, но знал, что каждый новый элемент узора искривляет направляющие, создаёт своеобразную «складку» в линиях привязки ментального слоя реальности и физического, причём складку строго рассчитанной формы – такой, чтобы между ней и другой подобной складкой можно было «натянуть канат». А два таких «каната» одновременно к некоей точке позволяют аппарировать, создавать портал или портключ к ней совершенно свободно – даже если она постоянно смещается относительно других двух, чьи абсолютные или относительные координаты известны. Такой «канат» и назывался «азимутом» в пространственной магии. Сам Флитвик использовал его, чтобы попадать на движущиеся точки. К себе домой, например – дом, должно быть, сейчас где-то высоко над Атлантикой. - Силу? Да, вы можете применить силу. Только не ручаюсь потом за благополучие Аркзасса. Я? Нет, я не угрожаю. И не собираюсь мстить. Но кроме меня есть леди Сей-Тиор. Её характер несколько более… вспыльчив, и она не забывает такие «любезности». Флитвик повернулся к парящим невдалеке привидениям, наставив палочку. Уж лучше действительно он, чем Атика. Филиус поёжился: она же на самом деле не может просто взять и устроить бойню? - Я прошу всего лишь несколько дней. Не больше, а скорее, меньше. Разве то, что мы сделали, значит так мало? Призраки молчали, взирая на человека, осмелившегося спорить в сердце их владений. Молчали – но в давящей тишине чувствовалось недовольство, исходящее от Фарука. Не такое уж сильное, по сравнению с тем, что частенько исходило от Дамблдора к концу педагогического совета. - Лорд Огстейн, что скажете вы? –Филиус обратился к пустоте справа от себя. Он не видел и не ощущал там совершенно ничего необычного, он просто знал о чужом присутствии. - Сирисайе, Филиус, – свистящим шёпотом ответила пустота. – Я и мои окинайе встанем на твою сторону. - О, я никогда в вас не сомневался, лорд, – тонко улыбнулся пустоте Флитвик. – Вы не могли бы присмотреть, чтобы мои ритуалы не исказились случайным всплеском волшебства? - Разумеется, элисэ Филиус. Что дёрнуло Флитвика пойти к тому самому озеру и позвать? Чего стоил разговор с той, кто просила называть себя «просто Викой»? О чём был их договор и кто такой лорд Огстейн? Филиус надеялся, что ему не будут задавать вопросы по этому поводу. Флитвик повернулся к королю и его свите – на этот раз давление не было односторонним. На миг между его и Фарука взглядами вспыхнула ожесточённая ментальная борьба – чтобы погаснуть, когда они синхронно отвели глаза. Не потому что Филиус оказался сильнее, а потому что Фарук Ситори ощутил, наконец, кто поддерживает его противника. И Филиус победно усмехнулся. - Можешь заниматься, чем хочешь, Флитвик, – чётко, словно боясь сказать что-то не то, произнёс Фарук. – Шесть суток, и ни минутой больше! - Лорд Огстейн, передай, пожалуйста, Вике, что её помощь не понадобится. - Рад, что всё разрешилось миром, – просвистел воздух. Флитвик на миг прикрыл глаза, прогоняя из сознания всё лишнее – и продолжил чародействовать. - …мне тоже надоело, – сказал Гарри. Уже который час они плелись под «эл-рефлекто», но пустоши не было видно ни конца ни края. Это угнетало. Однообразие пейзажа заставляло думать, они не прошли и шага. Единственное, что подбадривало – это знание, что в кольце Гарри находится в стазисе куча еды и питья. Поужинать решили, как стемнеет, благо внутреннее чувство времени, достаточно развитое у Гарри, подсказывало, что по местному сейчас около шести вечера. - Если в сутках здесь двадцать четыре часа, – возражала Гермиона. - Тогда прошло три четверти местных суток. - Надеюсь, здесь не что-то вроде полярной ночи, – поёжилась она. Было довольно прохладно и безветренно. - Я тоже, – вопросительный взгляд. – Ну, надеюсь. Вдалеке показалась чёрная точка. После бесконечного однообразия, она сразу бросалась в глаза, контрастом выделялась из окружающей серости. - Остановимся, – произнёс Гарри, напрягая зрение. Гермиона подчинилась – она уже признавала за спутником больший опыт подобных путешествий. А сам Гарри отчаянно боялся – но сжимал зубы, надеясь, что ничем не выдаёт страх. Это как в снежном мире, только теперь он вместо Атики, а вместо него – Гермиона! - Что собираешься делать? – поинтересовалась она, следя за приближением неизвестного. Теперь уже ясно различались очертания фигуры, закутанной в чёрный плащ. - Не знаю, – Гарри вертел волшебную палочку и сомневался. – Пытаюсь придумать, какое заклинание будет работать против кого угодно. - А бывает, чтобы работало против кого угодно? – вздохнула Гермиона, держа приближающегося под прицелом собственной волшебной палочки. Правда, ничего боевого она не знала… - Тёмная магия не сработает, – решил Гарри. На вопросительный взгляд пояснил. – Интуиция. Нужно что-то светлое, но из атакующего светлого я знаю только… Эльро! – комок белой энергии послушно выстрелил в небо. Гермиона облегчённо вздохнула – она смогла придумать только «инсендио», но если это какой-нибудь призрак, то там просто нечего будет поджигать! И тут же заметила, что Гарри не по себе. - Что случилось? Гарри не отвечал. Как заворожённый, он смотрел на существо в чёрном плаще – нет, не плаще, а каком-то балахоне. Сквозь изорванный капюшон виднелась серая, покрытая струпьями кожа. Двигалось существо с равномерной скоростью, будто паря в паре миллиметров над землёй, с нечеловеческой точностью не задевая камни. Балахон чуть развевался на несуществующем ветру. Ментальные щиты дрогнули, и Гарри выдавил: - Дементор. - А, Северус, – Атика кивком поприветствовала вошедшего через прямой портал мага. – Потрудитесь закрыть за собой дверь. Взмахом палочки тот уничтожил портал и, в свою очередь, ответил ей: - Рад видеть в добром, – скептический взгляд по порванной мантии, опаленным волосам и воронке невдалеке, – здравии. Всё ещё не нравится причёска? - Не мне, – хмыкнула Атика. – Есть тут эстеты… Увидите проклятую тень – бейте чем-нибудь потяжелее, тем же «конфринго», тёмной энергии они сопротивляются. Альбус ввёл в курс дела? - Помочь с ритуалом поиска, цель – Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. - Ага. Мне нужен толчёный рог единорога и, пожалуй, немного чешуи дракона. - Может, объясните, что собираетесь делать? – Снейп сунул руку в карман и извлёк небольшой футляр. - Поиск по резонансу ритуальной связи второго порядка, если вам это о чём-то говорит. - С кем связан Гарри? - С этим кольцом, – она указала на серебряный ободок в центре маленького ритуального узора. – Связь кровная и немного духовная, если хотите классификацию – то R2-S5-B1-1743 по Дороу. - Интересно, – Снейп внимательно посмотрел на кольцо. – Зачем использовать алхимические компоненты? - Стабильность, – коротко ответила Атика, принимая извлекаемые Снейпом из футляра чешуйки. – Хватит. Теперь рог, ста граммов хватит. И защитный контур, пожалуйста, третьего уровня, универсальный. - Зачем универсальный? – спросил Снейп, протягивая мешочек с просимым, а затем начиная творить защитный ритуал. - Против проклятых теней – это духи такие, похожи на призраков-колдунов, но хуже. Ага! – палочка резко взлетела вверх, чтобы выпустить череду невидимых простому глазу зарядов «конфринго». – Опять появились. Умные. На пределе чувствительности летают, если бы не сенсосеть – не заметила. Будьте осторожней. - Буду, – ответил Снейп, мрачно поглядывая по сторонам. – Контур готов. Что это за дымка? - Точно не скажу, похоже на фоновое проклятие, – Атика пассами свободной руки заставила тёртый рог единорога струйкой распределиться по магическому узору, в узлах которого уже лежали чешуйки дракона. – Вероятно, наводится по сильным магическим всплескам. - И вы не собираетесь ничего предпринимать? – Снейп позволил капле возмущения проникнуть в голос. - А зачем? – равнодушным тоном ответила она. – Время детонации – через пару часов, ритуал мы закончим раньше. Займитесь лучше тенями, на северо-северо-восток, пятьдесят метров над землёй. Снейп прищурился, сотворил пару поисковых чар – синий луч разрезал небеса, чтобы взорваться белой вспышкой, озарившей окрестности. - За что люблю боевую светлую – так это за зрелищность, – прокомментировала Атика. – Будьте добры, Северус, защищайте меня с полчасика. Сенсосеть на вас настроить? - Не обязательно, – скривился Снейп, сплетая собственную сеть. – Лучше уберите её. - Ваше дело, – пожатие плечами – магическая конструкция, развёрнутая на пару километров кругом, рассеялась. – Всё, начинаю работать. Узор засветился ярче, Атика присела, положила ладони в специально подготовленные выемки и целиком ушла в волшебство. «Фокус на этот сектор. Альбус, поправка?» «Вектор семь-семь-семь-десять, альфа-дельта-три». «Приняла. Филиус?» «Пробуй по Атике, у меня сбоит». «Угу. Так. Ага. Теперь как?» «Норма». «Начинаем по старому направлению, сигма-тэ-шесть, без поправки, скользящий с расширением. Все готовы? Начали!» - Нунду тебя раздери, – тихо выругался Снейп, посылая очередное «конфринго» в близко подлетевшую тень. О, эти полчаса были не спокойными – совсем наоборот! Эти «проклятые тени» вели себя на удивление умно, будто их вёл какой-то разум. Кружась вокруг зоны охвата сенсосети, они успешно отклонялись от сгустков «игнис эльро», которыми он предпочитал бить слабых духов. Уклонялись – и продолжали кружить. Невидимые обычным глазом, тени периодически проверяли бдительность Снейпа, пикируя с разных сторон. Хорошо хоть что-то мешало им двигаться под землёй, иначе пришлось бы ставить стационарный защитный ритуал. - …! – на этот раз Снейп выругался куда грязней, посылая сразу десяток заклятий. Он успел уже перечислить известные обороты и приступил к изобретению новых. Тени решились на массированный прорыв. Три метко посланных синих луча, три вспышки – три десятка развеянных духов. Правда, самому Снейпу пришлось спешно колдовать «протего» – защитный контур маг держал про запас. И не зря. В пяти метрах от места ритуала «раскрылся» чёрный провал, а из него вынырнула тень сильнее всех остальных вместе взятых! Тень ринулась вперёд и ударилась о контур, едва не пробив. - Реферис-таве! – на этот раз Снейп озвучил формулу, чтобы усилить её. Тень, оправившуюся от секундного замешательства, со страшным воплем отнесло на десяток метров – точно сонаправленно взмаху палочки. – Легилименс-нерго! Мутно-белый луч ударил в дезориентированного духа, окончательно развеивая, а Снейп был вынужден вновь укрываться за «протего» и выцеливать светлой магией ринувшихся на него слабых теней. - Спасибо, Северус, – наконец произнесла за спиной его Атика. – Думаю, мы тут задержались. - Не откажусь покинуть этот гостеприимный край, – согласился Снейп, чарами высушивая себя и мантию – её, похоже, придётся менять. Вымотался он знатно – и эта «тренировка», несмотря ни на что, заставляла кровь быстрее течь в жилах. Как в старые добрые времена! - Портал подан, прошу. - Альбус, поторопимся! – воскликнула Атика, едва явившись из портала. – На той стороне что-то мутят с пространством. - С первого раза откроешь? – вопросил тот. - Не уверена, – вздохнула Атика. – Лучше в сторону, а там своим ходом. - Ладно, действуй, – Дамблдор сжал палочку, смотря, как Атика неспешно настраивает портал. - Что происходит, Альбус? – поинтересовался Снейп. - Идём за Гарри, – коротко пояснил тот. – Приготовься к худшему. Снейп молча выложил из карманов два футляра на траву – неиспользованные ингредиенты, которые в бою будут скорее обузой – и тоже перехватил палочку поудобней. Вот Атика закончила, тут же впрыгивая в раскрывшийся эллипс пространственных врат. Снейп, опережая Дамблдора, шагнул следом. - Что за чёрт? – воскликнула Сей-Тиор, создавая поочерёдно «гоменум ревелио», «анима ревелио», «перквириус» и с дюжину других чар поиска и познания, заканчивая «тер-ритар» и сенсосетью. Бесполезно. Перед ними простиралась пустошь без признаков жизни, но с отчётливым следом аур Гарри, Гермионы и кого-то или чего-то ещё. Они опоздали.