Нельзя

— Пак, блять, Чимин! Иди сюда, сученыш! — Раздается на весь дом яростный рык опаздывающего Ким Намджуна. Он уже пол часа гоняется за этой мелочью, коротая стырила важные документы прямо перед очередным совещанием. Чимин так сильно не хочет именно сегодня отпускать хена, хочет секса и тепла. Ну и напакостить и раздраконить старшего тоже есть желание. Он все же забегает в ванную и быстро запирается, слыша стуки в дверь и угрозы. — Не отдам. Я хочу, чтобы сегодня ты побыл со мной, а не с этими твоими проститутками-секретаршами-коллегами. — Бурчит Чи, как только слышит, что хен успокоился и притих. — А с собой ты меня не берёшь, так не честно! — Топает ножкой, — И с работы ты придешь, как всегда, уставший, полумёртвый, и я услышу опять это «Чимин я устал», «Чимин, не сегодня». Не пущу! — Хлюпает носом и бьет кулачком в дверь. Ким просит снова открыть, на что не получает никакого ответа, только всхлипывания и щелчок замка. Нам сразу же обнимает и целует в мягкие губы это милейшее существо. — Хорошо, я возьму тебя с собой.

***

Огромное здание с панорамными окнами, офисы, немеренное количество рабочих мест и людей в костюмах, куда-то спешащих - всё это так поражало Чимина, он никогда не был в офисном здании, только в фильмах видел. Все обращали на него внимание, возможно потому, что он слишком близко к генеральному директору Ким Намджуну, которого все боятся и уважают. Но больше всего его привлек кабинет, который снаружи был обрамлен черным стеклом. Рядом с этим кабинетом сидел секретарь - зачуханный паренек, разгребающий гору бумаг и одновременно отвечающий на телефон. «Все же это лучше, чем сисястая дама, в короткой юбчонке и глубоким декольте» — подумал Пак и зашёл с Намджуном в большой кабинет. Просторное помещение с большим столом посредине и стульями по бокам, главное место Кима, с большим кожаным креслом. Но самое интересное, что изнутри был виден вес офис, будто стены прозрачные. — Садись, где хочешь, сейчас придут коллеги и я покажу тебе, как выглядит совещание. Помучаешься вместе со мной. — Ким поправил галстук и сел на свое место, раскладывая важные документы. Сначала Чи думал сесть под рабочий стол и хорошенько отсосать негодяю Намджуну, заставляя того сдерживаться на важном мероприятии. Но потом передумал, гаденько хихикнув. Когда важные люди вошли в кабинет, на Чи никто даже не обратил внимание, все кланялись и здоровались друг с другом, предварительно освободив руки от бумаг, положив их на стол. И Чи воспользовался этим, стырив пару рандомных листов, быстро спрятал их под стол. Совещание проходило долго, коллеги разглагольствовали медленно и непонятно, Чи почти научился спать с открытыми глазами за эти мучительные два часа. Как вдруг говорящий прервался, судорожно перебирая свои чертежи и графики, поглядывая на Кима, как бы тот не разозлился и не вышел из себя. Два часа в пустую. Джуну даже не стоило смотреть на тихо хихикающего Чимина, он понимающие кивнул и мягко улыбнулся, разряжая обстановку. — Благодарю. Я вас услышал, проект вполне удовлетворяет всем нашим требованиям, так что можете быть спокойны, — Встает из-за стола и жмет руки своим коллегам. Хвалит за хорошую работу и быстренько выпирает их за дверь. — Ну и как ты это объяснишь? Ты понимаешь, что ты почти сорвал встречу? — Я соскучился по тебе и решил ускорить весь процесс наших мучений, — Чи, как ни в чем не бывало, дует губки и подходит ближе к хену. — Блять, — Джун выдыхает и расслабляет галстук, толкает Чи к стене, прижимая того щекой к холодному тонированному стеклу. Резко содрал с Пака штаны вместе с бельем, расстегивая ремень своих брюк. — П…погоди, все же увидят! Я. Не хочу чтобы все смотрели, Хен! Нет! — Но его лишь больно шлепнули ремнем по упругой заднице. — Это тебе за то, что украл чужие бумаги, — Еще удар, — А это за то, что возбудил меня прямо во время встречи. Ким не слышал внятных ответов, только плач и вскрики. Он откинул ремень и резко вошел в узкий поход, начав так же резко и быстро двигаться. Джун сдерживался все это время, смотрел только на Чи и на его губы, по которым пробегался язычок. Джун нихера не следил за тем, что говорят там какие-то важнейшие представители крупной зарубежной компании. И вот сейчас он отыграется. Его еще утром завели и пора получать за свои выходки. Чи стонет слишком громко, бьет кулачком в стеклянную стену и плачет от боли. Это больно, но и приятно до жути. Его поворачивают и берут на руки, через пару мгновений прижимают к столу, не переставая вдалбиваться с большей скоростью и силой. Как же Джун хотел попробовать в всех поверхностях не только в своем доме, но и в кабинете. Растраханное тело Чи и его прекрасное лицо так заводят, что его хочется без остановки жарить на всех плоскостях. Но у Джуна сдают тормоза, он около месяца работает как проклятый и уже так давно не прикасался к любимому нежному телу, к мягким, пухлым, сочным губкам, к этому личику и этой классной заднице. Все принадлежит ему. Джун сбавляет темп, слизывает слезы любимого и извиняется. Гладит по волосам, лицу, шее и телу, кусает и ставит засосы на ключицах. Касается язычком ушной раковины, одновременно гладит член Чи. У самого Пака сейчас эйфория от сильно контраста боли и ласки. Он кончил раза три на эту стеклянную стену, а когда чувствует руку Кима на своем члене, то тепло разливается по всему телу. Ему так стыдно, что скорее всего весь рабочий отдел видел, как его жестко выебали прямо в кабинете директора. Чи стонет так громко, скулит и хлюпает носом, от чего сердце Кима сжимается сильнее. Он кончает внутрь, высовывая крупный орган. Смотрит под ноги и видит те самые бумаги, аккуратно оформленные данные, диаграммы и чертежи. Он больно щипает мелкого за пятую точку и поднимает листы, вытирая ими же вытекшую сперму. Тянет Чи на себя, беря его на руки, и садится в кресло, усаживая любимого на свои коленки, гладит по голове. — Не бойся, здесь максимальная шумоизоляция и снаружи ничего нельзя увидеть. То, что было в этом кабинете, принадлежало только нам, — Ким убирает мокрые пряди с лица Пака и целует в лоб. Но видит горящие глаза и блядскую лыбу. — Тогда по второму кругу?