Одна судьба на двоих 5: Отряд Дамблдора

      — ГАРРИ!       Гермиона почувствовала лишь удар, потому что брата кто-то оттолкнул в сторону, и он упал прямо рядом с ней. Открыв глаза, девушка увидела, как Люпин отлетел практически в дальнюю часть комнаты, затем шлепнулся на пол. Все замерли. Гарри, который был в таком же ужасе и шоке, как и сестра, даже не успел понять, как Гермиона вскочила на ноги и побежала к телу Люпина, даже не глядя на обстрел.       — Люпин! — вскрикнула Гермиона. Она рухнула прямо перед ним на колени и начала трясти за плечи, пытаясь привести в чувство. Глаза были широко раскрыты, в них читался страх и ужас, рот приоткрыт, лицо бедное и мрачное, словно недавно пережил ужасную ночь оборотня. Гермиона помнила его уроки, помнила все, чему он их научил с друзьями, и что многие заклинания, изученные с Люпином, четверо друзей передали Отрядовцам. — Нет… Нет… Пожалуйста… Очнись…       Орден Феникса был, скажем так, шокированы. Больше всех пришёлся шок именно на Гермиону. Она сидела у тела Люпина, беспомощно пытаясь привести его в чувство. Где-то внизу раздался торжествующий клич Беллатрисы Лестрейндж, от которого кровь стыла в жилах. Снова и снова вспыхивали заклятия, но для Гермионы все это было полностью лишено смысла, она не обращала внимания на сверкающие совсем рядом лучи — ничто на свете не имело смысла, кроме одного: Люпин не мог умереть, не мог и все.       — Миона! — Послышался крик Сириуса, который впоследствии оказался рядом и предпринял попытку поднять крестницу с пола.       — Он не мог…       — Миона!       — Он не… Глаза раскрыты, как у Мэри…       В ту же секунду перед глазами Гермионы всплыли воспоминания той злополучной ночи на кладбище прошлым летом. Гермиона мысленно оказалась там и вновь смотрела, как Питер Петтигрю стреляет из палочки в Мэри, убивающим заклинанием. Этот момент так крепко впечатался в сознание, что девушка никогда не сможет искоренить их.       — Герми, вставай… — Гермиона почувствовала присутствие брата рядом. С его помощью Сириус смог немного отодвинуть девушку от тела бедного Люпина. Сам Сириус был не менее бледен, чем труп друга, ведь он был, чуть ли не единственным, кто остался из Мародеров — напоминания из школьных годов. Из-за платформы раздался громкий треск и вопль. Гермиона и Гарри увидели, как Грозный Глаз с криком боли рухнул на пол; Беллатриса Лестрейндж тут же пустилась бежать.       — Ну, уж нет!       Гермиона подскочила на ноги, будто вновь у неё появились силы, и рванула за Беллатрисой, на ходу подняв с пола свою палочку. Сириус попытался броситься за ней, но не успел — с помощью хлыста Тонкс попыталась схватить Гермиону.       — Фините! — с помощью нейтрализующего заклинания Гермиона избавилась от атаки. — ОНА УБИЛА ЕГО!       Полы мантии Беллатрисы скрылись за дверью, и Гермиона выскочила вслед за ней. Оказались они в комнате, которая по идее была до отдела с шарами. Пожирательница пустила в Гермиону заклятие через плечо. Заклятье щита спасло Гермионе жизнь, так как заклинание, выпущенное Беллатрисой, не могло быть безопасным. Торопясь Гермиона побежала к двери. Рванув на себя её, выходящую в круглую темную комнату, она увидела, как Беллатриса исчезла за противоположной дверью — там был коридор, ведущий обратно к выходу.       — Не уйдёшь! — крикнула Гермиона. Прежде чем дверь захлопнулась, девушка прошмыгнула через неё. Беллатриса убегала далеко, причём такое чувство, что она боялась встретиться с Гермионой в бою, хотя это и кажется бредом. В Гермиону полетело ещё несколько заклинаний, но девушка ловко отразила их.       «НЕ ДЕЛАЙ ГЛУПОСТЕЙ, ДУРА!» — кричал брат в голове, но Гермиона его не слушала.       «Она его убила… Убила невинного человека… Убийца…»       Глаза Гермионы на мгновение стали красными, и этой секунды хватило на необдуманный поступок:       — КРУЦИО!       Заклятие сбило Беллатрису с ног, но она не стала извиваться и корчиться от боли, как сама девушка ранее, — она мигом вновь вскочила на ноги, тяжело дыша и больше не смеясь. Гермиона пальнула в неё ещё одним заклинанием, но Беллатриса поставила щит и отбилась в ответ.       «Захоти этого…» — прозвучал в голове чей-то голос.       — Круцио!       В этот раз, Беллатриса закричала. Её крик был настолько пронзителен, что даже Гермиона насладилась. Настигнув, наконец, Пожирательницу, которая упала из-за заклятья на пол.       — Отдай Пророчество, — улыбнулась Беллатриса, когда боль немного утихла, — иначе…       — Ты его имеешь в виду? — Гермиона протянула ей шар. — Его?       — Да, — кивнула Беллатриса.       — Бери.       Белла оказалась наивной. Когда Гермиона уже почти вложила шар в руку Беллатрисы, то будто он выскользнул, и пророчество разбилось на множество мелких кусочков. Дым, который якобы находился внутри, поднялся вверх и испарился. Увидев это, Беллатриса взвизгнула от ужаса, понимая, что миссия уже провалена.       — Ты… Ах, ты, полукровка…       — И что же ты сделаешь? — усмехнулась Гермиона, направляясь палочку Беллатрисе прямо в лицо. — Убьёшь меня? Не сможешь.       — Почему?       — Потому что тебе не давали такой приказ.       — Мне легче сделать это самому! — Гермиона резко поворачивается, и кто-то выбивает у неё из рук палочку. Высокий, худой, в черном капюшоне, жуткое змеиное лицо, бледное и иссохшее, багровые глаза с щелочками зрачков… Лорд Волан-де-Морт стоял посреди зала, направив на девушку палочку, и Гермиона застыла на месте, не в силах шелохнуться.       — АВАДА…       — Ступефай! — щит Волан-Де-Морта отразил красный луч Гарри и отскочил в фонтан, который стоял посреди зала. — Гермиона!       — Прочь! — Волан-Де-Морт взмахнул палочкой, и двойняшки улетели в сторону, больно ударившись затылками об стену. Беллатриса лишь успела трансгрессировать, чтобы не попасть под горячую руку Волан-Де-Морта. — Вы меня достали… АВАДА КЕДАВРА!       Вода из фонтана вырвалась наружу, затем поставила магический барьер, отделяющий Волан-Де-Морта от двойняшек. Волан-Де-Морт, естественно, был недоволен таким исходом, поэтому решил убраться подальше, но из воды возник Дамблдор.       — Профессор… — не поверил своим глазам Гарри. — Вы здесь?       — Спрячьтесь, — сказал директор.       — Но…       — Живо!       Седовласый мудрец круто повернулся и исчез в вихре своей мантии. В следующую секунду он возник за спиной у Волан-де-Морта и взмахнул палочкой в направлении фонтана, вдохнув жизнь в окружавшие его статуи. Гоблин и эльф-домовик побежали к каминам у стены, а однорукий кентавр галопом поскакал к Волан-де-Морту, который тоже исчез и появился рядом с фонтаном. Безголовая статуя оттеснила двойняшек в сторону, подальше от центра схватки; Дамблдор двинулся к Волан-де-Морту, а кентавр описывал круги вокруг них обоих.       — Глупо было приходить сюда сегодня, Том, — спокойно произнес Дамблдор. — Мракоборцы уже в пути.       — Мне некого здесь бояться. Когда они прибудут — ты уже будешь мёртв.       Как только заклинания двух равных по силе волшебников, все вокруг буквально подлетело вверх. Коса Гермионы распустилась, а из-за поднявшегося ветра — волосы не давали нормально наблюдать за битвой. Когда Дамблдор разорвал заклинания, Волан-Де-Морт буквально из воздуха воздал огненную змею, которая кинулась к директору, но ведь Дамблдора не просто так называют Великим Волшебником. Он использовал воду из фонтана, чтобы уничтожить огненного зверя, а потом в купол «замуровал» и самого Волан-Де-Морта. Волшебник начал брыкаться, пытаться выбраться из плена, но магия Дамблдора была куда выше чар бывшего ученика. Все-таки, когда заклинание начало терять силу, Волан-Де-Морт вырвался наружу и атаковал снова. Дамблдор поставил щит, однако зеленый луч вырвался из-за него. Теперь его принял на себя однорукий кентавр, галопом проскакавший перед Дамблдором, — он тут же рассыпался на сотни кусков, но не успели они коснуться пола, как Дамблдор отвел палочку назад и взмахнул ею, точно хлыстом. Из ее кончика вылетел длинный, тонкий язык пламени и обвил Волан-де-Морта вместе со щитом.       — Мерлин… — прошептала Гермиона. — Я не думала, что они так сильны…       — Точно… — кивнул Гарри.       Волан-Де-Морт не долго, пробыл в этом заключении. Разрушив заклинание Дамблдора, Тёмный Лорд пустил на него целый град стрел, которые Дамблдор без особых усилий уничтожил. Затем посыпались осколки чистого стекла, которые настигла участь града стрел.       — АВАДА…       — Экспеллиармус! — Гарри не удержался и, достав палочку, скрепился с Волан-Де-Мортом в поединке. Гермиона буквально отлетела в сторону от этого напряжения.       Приори Инкантатем — слияние двух и более палочек — редкое явление. Гермиона с братом наблюдали его лишь однажды — прошлым летом на кладбище, когда сцепились с Волан-Де-Мортом в поединке.       Когда Гарри через силу прервал связь — Волан-Де-Морт испарился. Поначалу все было тихо, но потом что-то пошло не так. Внезапно, шрам Гарри взорвался дикой болью, и он понял, что погиб: это была невообразимая, нестерпимая мука… Гермиона почувствовала её, как свою собственную, поэтому быстро побежала к брату. Гарри рухнул на колени, затем облокотился руками об пол, пытаясь привести себя самого в чувство.       — Гарри! — воскликнула Гермиона, тряся брата за плечи. Его били конвульсии, глаза неестественно закатывались назад, Гермиона думала, что Волан-Де-Морт пытается убить его. — Гарри, скажи, хоть что-нибудь! — лучше бы он ничего не говорил…       — Убей меня… — прошипел Гарри на парселтанге. Гермиона вначале не поняла, что это змеиный язык и вопросительно глянула на брата       — Что…? — удивилась Гермиона. Конвульсии прекратились, Гарри сел и провел пальцами по щекам сестры. — Что ты…       — Твоя мать была такой же тупоголовой, как и ты сейчас!       И тут Гермиона поняла, кто перед ней. Волан-Де-Морт, посредством тёмной магии, проник в тело Гарри, поэтому тот и начал разговаривать на змеином языке. Гермиона ахнула и не успела даже сообразить, как брат отталкивает её и она отлетает на несколько метров назад. Как раз под ноги вошедших Отрядовцев, пришедших в себя после схватки. Дадли подскочил, чтобы помочь, но Гермиона встала самостоятельно, достав свою палочку.       «Гарри!» — кричала мысленно Гермиона, но ответа не последовало. Волан-Де-Морт, в теле Гарри, встал с пола и коварно посмотрел на девушку, после чего направил на неё палочку.       — Я проверил, каков он в дуэли, посмотрим, что из себя, представляешь ты!       Мощный залп заклинания вырвался из палочки и полетел к Гермионе. Ей хватило мгновения, чтобы поставить защитный бартер и отразить атаку. Последовал третий залп, четвертый… Пятый и шестой… Гермиона не могла атаковать, она понимала, что нанося удары «Волан-Де-Морту», наносит удары и своему брату. Но самого Тёмного лорда, пока он в теле подростка, это не волновало. Он посылал заклятья, какие только знал, странно было лишь то, что не посылал убивающего.       «Слизеринцы играют с жертвами, а Волан-Де-Морт — бывший слизеринец» — вспомнила Гермиона свои же слова, сказанные Гарри, когда они встретились с Волан-Де-Мортом на четвертом курсе.       Пересилив себя, Гермиона выкинула из палочки несколько последовательных заклятий, второе из которых угодило брату прямо в грудь. Волан-Де-Морт отлетел в сторону и рухнул на пол. Пока брат был обездвижен, Гермиона побежала к нему, но Волан-Де-Морт уже очнулся. Девушка запнулась.       — Ну, давай, — зашипел Волан-Де-Морт, расставляя руки в сторону, — давай, убей меня…       — Нет…       — Убей! — уже на английском повторил Волан-Де-Морт. — У тебя есть шанс, пока я в его теле, ведь силы примерно у нас равны.       «Убей его… Волан-Де-Морт погибнет, и все закончится» — говорил внутренний голос. Сестра внутри Гермионы не позволяла выговорить нужных слов, а вот волшебница давала понять, что нужно рискнуть всем, ради победы.       «Он бессмертен, — сказал чей-то женский голос, — ты лишь убьёшь брата…»       Эти слова протрезвили девушку, и она решилась на отчаянный поступок, на который не решился бы даже собственный брат. Гермиона смело опускает палочку, направленную брату прямо в грудь и смотрит Волан-Де-Морту прямо в глаза.       — Возьми меня, — выдыхает девушка.       — Что? — Волан-Де-Морт явно не верил своим ушам.       — Я сильнее и ловчее брата, моё тело будет куда полезнее его! — сказала Гермиона.       — Нет! — крикнул Рон, но Дадли схватил его за рукав, чтобы не вмешивался.       — Сильнее в чем?       — Во всем!       Глаза брата стали на мгновение красным. Гермиона застыла на месте. Ее шрам разразился такой невыносимой болью, что передать было сложно. Из тела брата, будто что-то вышло, Гермиона видела это уже в последний раз, прежде чем…

POV Гарри

      Я словно очнулся ото сна. Волан-Де-Морт проник в моё сознание и поместил меня в какую-то темную комнату со стеклянными стенами, я все видел — он сражался с моей сестрой на дуэли. Но зачем?       Когда эта сволочь покинула моё тело, я открыл глаза уже тогда, когда почувствовал соприкосновение затылка с полом. Вначале все было как в тумане, но потом увидел, как Гермиона опустилась на колени. Моя Гермиона на коленях? Разум быстро стал ясным, и перед глазами уже не было той пелены.       — Миона? — позвал я. Глаза Гермионы вроде смотрели на меня, но в то же время были где-то вдалеке, словно передо мной не моя сестра вовсе. Поднявшись на ноги, я попытался подойти к ней, но Гермиона внезапно направляет на меня палочку. — Ты чего? — когда я увидел её глаза… — Волан-Де-Морт.       — Хорошенькое тельце, — с улыбкой сказал Волан-Де-Морт голосом Гермионы, — она говорила правду — сильнее тебя во всех отношениях. Даже в магическом плане.       Рука с поднятой палочкой буквально опустилась, услышав эти слова. Волан-Де-Морт сидит в теле моей сестры… Моей любимой сестрички, которая всегда меня поддерживала, а я мало когда её слушал… Лицо Гермионы перекосилось, когда Волан-Де-Морт понял, что я догадался обо всём. Никогда не видел такого жуткого выражения лица у сестры, сразу видно, что в ней сидит какая-то ЗАРАЗА. В отличие от меня, слабостей у Волан-Де-Морта не было, так что он смело, поднял палочку Гермионы и направил на меня.       Не успел я осознать происходящее, как в меня летит заклинание, причём настолько мощное, что я отлетел в другую часть помещения, где находился Дамблдор. Он попытался помочь мне, но я отказался, и смело встал на ноги, подняв палочку. Черт! Ударю Волан-Де-Морта, даже в теле сестры — получит же ещё и Гермиона.       «Миона!» — пытался докричаться до неё я мысленно. Но бесполезно. Голоса Гермионы не было слышно, лишь пустота.

*В сознании*

      Гермиона очнулась в пустой светлой комнате. Это было пустое помещение, здесь ничего не было, даже нельзя было определить, где пол, а где потолок комнаты. Девушка попыталась встать, но почувствовала боль во всем теле — видимо последствия проникновения Волан-Де-Морта. Все-таки совладав с болью и, поднявшись на ноги, Гермиона смогла прийти в себя.       — Блин… Гребаный Волан-Де-Морт…       «Ступефай!»       Откуда-то издалека Гермиона услышала голос брата. Выкрикнув его имя, девушка не докричалась и попыталась найти своими силами. Девушка шла куда-то в пустоту, пока не врезалась в невидимую стену. Она казалась прозрачной, но Гермиона видела некоторые блики, словно впереди было солнце. Что-то ударило Гермиону резко в грудь, и девушка упала на пол.       — Какого хрена? — возмутилась Гермиона. Видимо, Гарри послал заклинание, и оно попало точно в грудь. Девушка почувствовала, что Волан-Де-Морт на мгновение ослабил свою бдительность, так что появилась прекрасная возможность ударить по самому слабому. Быстро встав на ноги, Гермиона рванула к стене, и что есть силы, ударила по ней. По комнате будто прошлось землетрясение. Было тихо, но это не значит, что снаружи все было так спокойно.

*Снаружи*

      Волан-Де-Морт почувствовал резкий удар в голове. Наша с ним дуэль затянулась, но удар по голове я почувствовал также ясно, как и едва коснулся мыслей Гермионы. Она внутри! Она жива! Но очень слаба. Волан-Де-Морт действительно потерял бдительность, это дало мне шанс. Я взмахнул палочкой и ударил Волан-Де-Морта, по лицу. Естественно по моей щеке прошёлся точно такой же ток, что и по лицу Волан-Де-Морта — видимо удары приходятся и на Гермиону. Ну, ничего, думаю, что у неё хватит сил простить меня за эти действия.       — Авада Кедавра!       — Экспеллиармус!       Наши с Гермионой палочки никогда не сталкивались в поединке — не было мотивов и причин. Но сейчас я заметил, что из её оружия вылетел зелёный луч, который никогда прежде не видел, видимо Волан-Де-Морт был оскорблен таким моим ударом. Я больше чем уверен, что его раньше никто так не унижал. Я мысленно почувствовал, как Гермиона рвётся наружу, и решил помочь, усилив заклинание.       — Нет… Ты не выб…

      «ВЫБЕРУСЬ!»

      Последовал удар. На мгновение, Гермиона пришла в сознание и получила контроль над телом. Благодаря этому, она разорвала нашу связь палочек и ослабила в какой-то мере Волан-Де-Морта, но после тот вернул себе власть.       — АВАДА…

ТАХ!

      Рон развернул к себе «Гермиону» и дал ей в нос кулаком. Волан-Де-Морт пошатнулся, из носа пошла кровь, слава Богу, что не сломал. Удар был не очень сильным, ведь Рон не хотел причинять Гермионе отчётливого вреда, лишь, чтобы вывести на несколько секунд Волан-Де-Морта из строя. Воспользовавшись моментом, я подбежал к Волан-де-Морту, сбил его с ног. Моя идея была безумной, но выбора все равно не было. Иначе сестра просто умрёт внутри своего сознания. Когда он упал, то я схватил его за лицо, однако глаза были закрыты.       — Открывай глаза, сволочь! — крикнул я. Волан-Де-Морт не хотел этого делать, но слабость давала о себе знать, поэтому в итоге мне хватило даже немного приоткрытых глаз. — Легилименс!

Конец POV Гарри POV Гермиона

      Меня кто-то ударил по лицу, да с такой силой, что я пошатнулась, а потом просто упала на пол. Нос ныл, было жутко больно, а потом из него хлынула кровь. Нифига себе… Кто додумался таким способом атаковать этого ублю…       — Гермиона! — где-то вдалеке я услышала голос брата. Это не был голос извне, а не так и далеко. Оглянувшись по сторонам от стены, я увидела чей-то силуэт. Мерлин… Неужели? — ГЕРМИОНА!       Это был Гарри. Он начал бежать ко мне, когда, наконец, увидел. Я побежала навстречу, Мерлин, я так виновата перед ним, ведь из-за меня Гарри сражался с Волан-Де-Мортом…       БУМ! Я врезалась во что-то. О Мерлин, снова стена? Гарри притормозил, так что такого столкновения у него не было, обошлось малой кровью. Стена была плотнее той, с которой я столкнулась до этого, поэтому голоса Гарри не слышала.       «Что это за хрень?» — возмутился Гарри.       «Видимо ментальная комната — предосторожность Волан-Де-Морта, — сказала я, — что ты здесь делаешь?»       «За тобой пришёл, конечно!»       Гарри ударил по стене, что есть силы, но это не принесло ничего хорошего — паразит услышал присутствие другого человека. За спиной Гарри появился из-под земли Волан-Де-Морт.       «СЗАДИ!»       Гарри повернулся, и его тут же схватили за горло, подняв высоко над землёй. Волан-Де-Морт был в бешенстве — не удивительно, ведь в его сознание никто кроме Дамблдора не мог проникнуть, и то — директору не всегда это удавалось сделать. Гарри схватил Волан-Де-Морта за руку, чтобы немного ослабить хватку, но это мало помогло. Я чувствовала удушье брата, как свое собственное. Он же убьёт Гарри… Найдя в себе мужество, я занесла кулак и со всей силы ударила по стене.       — Слабо… — послышался голос Волан-Де-Морта. — Я убью его к моменту, как ты окажешься здесь.       «Значит, её можно уничтожить» — догадалась я.       Воздуха у Гарри стало катастрофически не хватать — я чувствовала это. Понимая, что могу потерять брата, я собралась с силами, взяла свою волю в кулак и ударила по стене уже двумя руками. Появилась трещина. Лицо Волан-Де-Морта озарилось неприятной гримасой. Видимо, понял, что я не остановлюсь, поэтому стал душить Гарри ещё сильнее. Нет… Лицо Гарри начало синеть, значит, что времени осталось мало.       — Я ДОБЕРУСЬ ДО ТЕБЯ!       В руках появилась невообразимая сила, с помощью которой мне удалось разбить стену и попасть на ту сторону. Гарри слабо посмотрел на меня, и улыбнулся. Быстро оказавшись рядом с ним, я ударила Волан-Де-Морта в живот. Мужчина согнулся пополам, и отпустил брата. Гарри нужно прийти в себя, поэтому я кинулась на Волан-Де-Морта. Тот не стал долго ждать и откинул меня в сторону подальше от себя, намереваясь дотянуться до Гарри, но я не привыкла сдаваться, поэтому прыгнула Волан-Де-Морту прямо на спину, обвивая руками шею сзади.       — Это моя голова, выметайся из неё! — крикнула я. Волан-Де-Морт брыкался, здесь его силы были не так велики, как во внешнем мире, но все-таки, он был силен. Гарри, отойдя от удушья, поднялся на ноги и схватил Волан-Де-Морта за лицо.       — У-би-рай-ся!!!

Конец POV Гермиона

***

      Совместными усилиями, Волан-Де-Морта удалось изгнать. Когда Гарри покинул сознание Волан-Де-Морта, освободив сестру, враг покинул тело Гермионы. Девушка начала кашлять и внезапно из её носа хлынула кровь.       — Черт… Кто так мне врезал… — возмутилась Гермиона. К ним подошли Отрядовцы.       Внезапно, в зале перекатывалось эхо голосов, которых было гораздо больше, чем следовало… Гарри обнял сестру крепко и прижал к себе.       — Прости… Прости, я…       — Всё хорошо, — оборвал её Гарри, — сегодня ты меня спасла… — Надев очки, Гарри приподнял голову и обнаружил, что Дамблдор сидит рядом с ними. — Профессор.       — Всё хорошо?       — Уже да, — кивнула Гермиона.       В атриуме было полно народу; на полу отражались изумрудно-зеленые языки пламени, вспыхнувшего в каминах вдоль стены, и из них бесконечным потоком шли маги и волшебницы. Поднимаясь на ноги с помощью Дамблдора, Гарри и Гермиона увидели крохотные золотые фигурки эльфа-домовика и гоблина, ведущих под руки Корнелиуса Фаджа. Министр магии выглядел совершенно ошеломленным.       — Он… Он вернулся…       — Министр? — из-за его спины вышел Перси Уизли. — Вы тоже его видели?       — Д-да…

***

      Всех отрядовцев вернули в Хогвартс, МакГонагалл и Флитвик дали каждому по 50 баллов за такой поединок. Естественно, мадам Помфри была в бешенстве, когда узнала, что случилось со студентами. Единственное, за что волновались Гермиона и Гарри — это Сириус, ведь он тоже участвовал в битве в Отделе Тайн, а если его нашли…       Пролежав в крыле около недели, двойняшек выписали, а вот остальных отрядовцев было решено подержать ещё несколько дней. Нос Гермионы был более или менее цел, зато рука травмирована, так что приходится делать перевозки периодически.       — Интересно, сколько ещё они будут называть вас Избранными? — спросила Джинни, беря с тумбочки «Пророк»       — Пока Фадж не добьётся прощения у них, — сказал Фред, лёжа на другой кровати.       — Уймитесь, — с улыбкой сказала Гермиона, — а то сейчас врежу…       Сразу после возвращения в Хогвартс, Гермиона просто закрылась. В каком плане? В том, что даже Гарри не мог понять, что именно она чувствовала или какие эмоции испытывала. Всё прекрасно понимали, что Люпин закрыл собой отнюдь не Гарри, а Гермиону, которой угрожала смертельная опасность, и что девушка винит себя в его гибели. Винить, естественно, её никто не стал, но осадок все равно остался.       Пока ребята разговаривали в крыле, им кто-то решил помешать, и этим «кто-то» оказалась профессор МакГонагалл. Она спокойно зашла в крыло, и улыбнулась своим студентам.       — Что ж, завтра вас уже выпишут, и вы сможете присутствовать на завершении учебного года, — сказала с улыбкой МакГонагалл.       — Вы пришли, чтобы сказать это? — поинтересовалась Гермиона. МакГонагалл, с неким мрачным видом, покачала головой. — Что-то случилось?       — Вас зовёт к себе профессор Дамблдор, — ответила МакГонагалл.

***

      От крыла до директорской башни примерно десять минут хотьбы. Сейчас, когда у двойняшек были некоторые физические проблемы после битвы в Отделе Тайн, МакГонагалл растянула визит к директору, чтобы не усугубить положение студентов. Гарри помогал сестре подниматься, взяв за руку, а когда лестницы начинали двигаться в нужном направлении, то придерживал её, ведь правая рука пока что перевязана и использовать её сестра может лишь в крайнем случае.       Наконец, впереди уже был заветный коридор, ведущий в директорскую башню. МакГонагалл, оглядываясь на студентов, шла вперёд, но замедляя шаг.       — Профессор, — окликнул Гарри, — а зачем директору нас видеть? Мы ведь рассказали все, что знали.       — С вами кое-кто хочет побеседовать, — ответила МакГонагалл, — если честно, я была против его приезда сюда, но Дамблдор все-таки настоял. — Они подошли к горгульи. — Абракадабра! — горгулья отошла в сторону и открыла проход на лестницу. — Не волнуйтесь, там будет Дамблдор и он не позволит причинить вам вреда.       Удивленные таким заявлением, двойняшки поднялись по лестнице наверх, дошли до двери и без стука вошли в кабинет. Здесь все было как обычно, ничего не изменилось с того момента, как Дамблдор ушёл отсюда вместе с Фоуксом, единственное, что изменилось — атмосфера помещения. Дамблдор стоял возле стола, где находилась жердочка с птицей, кормил её.       — Директор, добрый… — но не успел Гарри поздороваться, как из угла, где стояло кресло, вышел волшебник.       — Вы? — изумилась Гермиона. Гостем, на встрече с которым настоял Дамблдор, был ни кто иной, как Корнелиус Фадж — министр магии, который весь год вставлял двойняшкам палки в колёса. — Директор, что он здесь делает?       — Знайте, свое место, Поттер, — высокомерно сказал Фадж, — вы…       — Спасли ваше гребаное Министерство, — оборвал его Гарри, еле сдерживая эмоции, — надеюсь, что об этом вы помните?       — Довольно, Гарри, Гермиона, — послышался спокойный голос Дамблдора. Он повернулся к ним и спустился на нижние ступени у стола, — Фадж приехал сюда, чтобы сообщить вам несколько новостей, которые появятся вскоре в «Пророке».       — Прям жду не дождусь… — буркнул Гарри.       — Тихо, — шикнула Гермиона, — Фадж, так о чем мы должны узнать?       — Во-первых, я хочу принести вам свои извинения за то, что считал вас лгунами и давил на «Пророк», чтобы клеветать на ваши честь и достоинства. Во-вторых, я хотел, чтобы вы узнали первыми — Люциус Малфой был схвачен с поличным и помещён в Азкабан.       — Малфоя поймали? — удивилась Гермиона.       — Да, сразу же в Отделе Тайн, — кивнул Фадж, — ещё одна новость. После того, как мы почистили Министерство от их тёмной магии, к нам прислали что-то вроде презента.       — В смысле?       — Долиш! — дверь в кабинет открылась, и сюда зашёл мракоборец, держа кого-то за ворот. Вначале двойняшки не поняли, кого он привёл, но присмотревшись…       — Хвост? — изумились брат с сестрой.       — Что он здесь делает?       — Питер Петтигрю сидел у фонтана в холле Министерства. И по его словам — ждал своего наказания.       — То есть…       — Завтра состоится слушание, на котором будут судить Хвоста, а также пересмотрено дело убийства Джеймса и Лили Поттеров, где Сириус Блэк обвинялся в измене.       — Вы… Будете рассматривать дело Сириуса? — не поверил своим ушам Гарри. — Но вы же…       — Через неделю, в Министерстве магии Визенгамот будет проводить слушание по этому делу. Вы с Дамблдором должны прибыть на заседание в качестве свидетелей.

*Через неделю*

      Сириус прибыл в Министерстве в сопровождении конвоя. Конечно, все понимали, что если Хвост жив, то Блэк невиновен, но рисковать никто не хотел. Как Фадж и говорил, Дамблдор был сопровождающим Гарри и Гермионы на слушание. Так как к тому времени, двойняшки вернулись на Тисовую улицу вместе с вещами, они уже оттуда отправились в Министерство.       Заседание проходило в том же зале, где и слушание двойняшек в прошлом году, так что ребята сразу же сориентировались и направились на свободные места амфитеатра — как называли его между собой. Судьёй, как и в прошлый раз, выступал Корнелиус Фадж, помощником был Перси Уизли, также присутствует миссис Боунс, но самым неприятным человеком, не считая министра, была Долорес Амбридж, сидя на том же месте, что и в прошлый раз.       — Слушание по делу пособничества Тёмному Лорду, также известному, как Волан-Де-Морт, объявляется открытым! — Фадж ударил молоточком по столу. — Обвиняемый — Питер Петтигрю. Вы жили вместе с Пожирателями смерти? — на стуле, где раньше сидели двойняшки, сейчас сидел Хвост, он буквально вжался в стул, даже не знал, как правильно назвать свой адрес проживания. — Отвечайте!       — Да, я обитал с Тёмным Лордом, — подтвердил Хвост.       — Вы обвиняетесь в государственной измене и пособничестве Тёмным колдунам, начиная с 1977 года.       «Они разузнали конкретную дату?» — удивилась Гермиона.       «Видимо углубленно изучали»       — Вы осознаете, что стали Пожирателем смерти по собственной воле?       — Нет, министр, я был под заклятьем…       — И воскресили Тёмного Лорда также под заклятьем, где требовалась плоть верного слуги? — спросила миссис Боунс. Питер сглотнул и ещё плотнее вжался в кресло. — Министр, я думаю, что пора допросить свидетелей обвинения.       — Согласен, — кивнул Фадж, — мистер Поттер! — Гарри посмотрел на сестру, кивнул ей и пошёл вниз. Питера сковали наручниками и посадили рядом с мракоборцами. — Вы, Гарри Джеймс Поттер, проживающий в графстве Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре?       — Да.       — Вы являетесь свидетелем обвинения по делу Питера Петтигрю, также известного, как «Хвост»?       — Да.       — Расскажите все, что знаете о его злодеяниях, которые свидетельствовали о том, что он является помощником Тёмного Лорда.       — Я считал, что виновником смерти наших с Гермионой родителей и слугой Волан-Де-Морта является Сириус Блэк, также являющийся нашим крестным отцом. Однако на третьем курсе, когда Блэк похитил сестру для того, чтобы привлечь моё внимание выяснилось, что он не убивал Хвоста, как все считали.       — Подробнее, мистер Поттер! — попросила миссис Боунс.       — В газетах писали, что Блэк убил тринадцать маглов на глазах у других не волшебников, тем самым убив ещё и Хвоста, но это было не так. На самом деле — Хвост использовал это заклинание, чтобы подставить Сириуса.       — Вы в этом точно уверены? — подала голос Амбридж. От одного звука её голоса у Гарри стыла кровь в жилах, но он лишь сжал кулаки от гнева.       — Как в своём имени, Амбридж, — с ноткой гнева сказал Гарри.       — Итак, мы выслушали вас, мистер Поттер. — Гарри встал с кресла, пошёл на лавку к сестре. — Мисс Гермиона Лили Поттер! — девушка спокойно встала с трибуны и села в кресло. — Вы живёте графстве Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре?       — Да.       — Вы являетесь свидетелем обвинения по делу Питера Петтигрю, также известного, как «Хвост»?       — Да.       — Мистер Поттер упомянул ваше похищение Сириусом Блэком, не могли бы вы по подробнее рассказать об этом?       — Всем известно об этом происшествии. Меня Сириус похитил намерено, чтобы не просто привлечь внимание брата, а чтобы я смогла повлиять на его мнение о Сириусе.       — Каким же образом?       — Все знают, что я могу понять, когда человек лжет, а когда нет. Даже если передо мной опытный взрослый волшебник. Встретившись с Сириусом, я уже с самого начала поняла, что он не тот, каким его представили нам вы. Стал бы слуга Волан-Де-Морта отдавать мне мою палочку, зная, что Люпин, царство ему небесное, прекрасно обучил меня боевой магии? Конечно же, не стал бы. Он рассказал мне все в подробностях, и я могу с уверенностью сказать, что в гибели тринадцати маглов, а также смерти моих родителей, виновен именно Хвост.       — Питер Петтигрю, мисс Поттер, — поправила её миссис Боунс.       — Для меня этого человека не существует, госпожа Боунс, лишь Хвост — больше никого.       После Гермионы, пошёл шёпот по залу, так как открывшиеся новые факты меняли само дело.       — Сириус Арктурус Блэк! — громко сказал Фадж. В зал завели Сириуса, на запястьях которого были волшебные наручники, которые контролируют использование волшебства. Вреда они не приносят, но частично сдерживают силу волшебника. Сириус сел в кресло и его руки обвили цепи. Гарри сжал кулаки, ведь браслетов обычно достаточно для контроля, тем более, сейчас здесь полным-полно волшебников, что Сириус может сделать?       — Вы, Сириус Арктурус Блэк?       — Да.       — Проживаете по адресу площадь Гриммо, 12 в Лондоне?       — Да.       — Вы знаете, что обвинялись четырнадцать лет назад в государственной измене, а также гибели Джеймса и Лили Поттеров?       — Знаю!       — Расскажите о событиях, произошедших в Годриковой впадине 31 октября 1981 года.       — Узнав о том, что Волан-Де-Морт отправился в Годрикову впадину, чтобы убить Гарри и Гермиону, я сразу же отправился в путь на своём мотоцикле. Возле дома я встретился с Хагридом, который прибыл туда раньше. Оказывается, Волан-Де-Морт узнал о тайне…       — Разве не вы были Хранителем тайны? — спросил Фадж. — Насколько я знаю…       — Вы знаете лишь то, что, вам рассказали. На самом же деле, чтобы обезопасить семью лучшего друга, я согласился сделать вид, что являюсь Хранителем тайны, так как до меня Волан-Де-Морт мог легко добраться, и мне Джеймс больше остальных доверял. На самом же деле, Хранителем тайны сделали Хвоста. Когда же Волан-Де-Морт нашел дом Лили и Джеймса, а потом исчез, я понял, что Питер — предатель.       — Что ж, почему же в таком случае вы не рассказали правду?       — Мистер Фадж! — выступил Дамблдор. — Насколько я помню, судьёй того процесса был Барти Крауч-старший. Разве вы забыли, как он судил тех, кто хоть подозревался в связях с Волан-Де-Мортом?       — Да, я согласна с Альбусом Дамблдором, — сказала миссис Боунс, — мистер Крауч даже слушать его не стал, хотя совет предлагал ему использовать Сыворотку правды.       Обсуждение началось сразу же после слов миссис Боунс. Сириус все ещё сидел в кресле, но цепи испарились, видимо решили пощадить его и отпустить. Фадж совещался со всеми, решая судьбу обоих обвиняемых — Сириуса и Питера. Обсуждение длилось около получаса, после чего Питера подняли мракоборцы и подвели к трибуне министра.       — Питер Петтигрю, совет вынес решение. Большинством голосом ты приговариваешься к пожизненному заключению в тюрьме Азкабан! — сказал громко Фадж.       Питер заскулил, полил о пощаде, лишь бы только не отправляли его в Азкабан, чтобы совет был милосерден к нему. В зал заплыли дементоры, взяли Питер под руки и вывели из зала. Сириус сидел неподвижно, ожидая приговора или помилования, ведь от Визенгамота можно было ждать чего угодно.       Миссис Боунс встала со своего места и посмотрела на второго обвиняемого.       — Сириус Арктурус Блэк! — сказала миссис Боунс. — Совет Визенгамота принял решение…       — Я готов к любому вашему решению. — Сказал Сириус.       — И Совет, единогласным решением, снимает с вас все обвинения!       Глаза Сириуса расширились от удивления. Гарри и Гермиона также ахнули, услышав решение совета. Фадж же, был слегка недоволен словами миссис Боунс, но сейчас он был не в том положении, чтобы осуждать Сириуса за злодеяния, которые тот не совершал.       — А также я лично одобряю вашу кандидатуру опекуна над двойняшками Поттер!       Когда Фадж ударил молоточком, утверждая решение Визенгамота, Гермиона и Гарри сошли с трибуны и побежали к Сириусу. Взмахом палочки Грозного Глаза, браслеты упали с запястий Сириуса. Мужчина встал с кресла и почувствовал, как Гарри кинулся ему на шею. Объятья дорогих ему людей отрезвили разум, поэтому Сириус крепко обнял крестника в ответ.       — Ты свободен… Ты СВОБОДЕН! — воскликнул Гарри. Гермиона дождалась, пока брат успокоится, и обняла крестного.       — Поздравляю! — противный женский голос, который двойняшки будут ненавидеть до конца жизни, прозвучал прямо за спиной Гермионы. Повернувшись, девушка увидела Амбридж. Её одежда была розовой, как обычно, отличалась лишь бордовая мантия Визенгамота. — Вы добились своего — Блэк на свободе.       — Спасибо, — через зубы сказал Гарри.       — Где же вы теперь будете жить? — с улыбкой на лице спросила Амбридж.       — А это не ваше дело, Долорес, — грубо ответила Гермиона.       — Знайте свое… — Гермиона схватила Амбридж за мантию, предварительно осмотревшись по сторонам. — Что ты себе позволяешь?       — Мне плевать, что ты там думаешь, и где твоё место, однако… — Гермиона посмотрела на шрам, находящийся на левой руке. — Если ты рискнешь ещё раз позариться на жизнь тех, кто нам дорог, я обещаю, что Фадж прознает о твоих делах на Тисовой улице, и что именно ты послала дементоров убить нас!       В глазах Амбридж застыл ужас. Мысли Гермионы оказались правдивы — Фадж ничего не знает. Когда пыл Гермионы остыл, и она отпустила Амбридж, то та, наконец, отошла от них, оставив наедине.

***

      После снятия всех обвинений, Сириус мог вернуться на площадь Гриммо, не боясь за то, что его будут искать. Естественно, мракоборцы предлагали ему вступить в их ряды, но Сириус посчитал это неуместным. Около недели, приблизительно в середине июля, двойняшки провели с крестным. Они никогда так свободно не дышали, не наслаждались каникулами, как сейчас, особенно, когда пришли результаты СОВ. Само собой Гермиона получила те баллы, на которые рассчитывала для дальнейшей сдачи ЖАБА, Гарри тоже был удовлетворён оценками, ведь даже по зельям ему удалось получить заветное «Превосходно».       Гермиона закрыла свой чемодан, куда десять минут назад начала складывать вещи, затем подошла к зеркалу и посмотрелась в него. Удар заклинания Амбридж оставило небольшой след на виске, но Гермиона надеялась, что он сойдёт и ничего не будет видно.       — Герми, а ты куда собралась? — спросил Гарри, когда увидел, что сестра стоит на выходе с чемоданом.       — Собираюсь домой, — с недоумением в голосе сказала Гермиона, — тётя будет волноваться.       — Здесь наш дом, — возразил Гарри, — мы теперь живём с Сириусом!       — Он — наш опекун, но это не значит, что мы всегда должны жить здесь. Ты забыл, что есть ещё тётя Петунья и Дадли? Разве они не…       — Что вы уже ссоритесь? — по лестнице на первый этаж спустился Сириус. На нем был такой привычный клетчатый пиджак и чёрные штаны, в руках он держал палочку, видимо зажигал факелы в доме. — О, Миона, ты уже собралась?       — Ты знал, что она уходит?       — Да, Гермиона предупредила меня, что июль пробует с Петуньей. Ваша тётя мне лично прислала письмо.       — И ты отпустишь её?       — Не вижу здесь ничего такого, — пожал плечами Сириус, — а ты против?       — Конечно, ты ведь наш опекун!       — Это не запрещает Гермионе жить там, где она хочет, — ответил Сириус.       — Гарри, я не понимаю, что тебя так раздражает, — вздохнула Гермиона, — что я ухожу или что я ухожу на Тисовую улицу.       — Что ты не спросила моего мнения!       — Ты прекрасно знаешь, что в этом плане я не буду советоваться с тобой, потому что вправе решать за себя самостоятельно.       — То есть, ты выбираешь их?       — Эти «их» были с нами в самые плохие моменты нашей жизни, и ты не имеешь права лишать тётю с Дадли нашего внимания. Вы все мне дороги, чтобы выбирать…       — Что ж, тогда ты мне не оставляешь выбора… — как-то загадочно сказал Гарри. Сириус и Гермиона вопросительно посмотрели на него.       — О чем ты?       — Выбирай: или я, или тётя с Дадли.       — ГАРРИ! — возразил Сириус, но Гарри пропустил его слова мимо ушей. В глазах Гермионы застыл ужас, она явно не ожидала таких слов от брата, ведь он никогда не ставил её перед выбором, особенно ставя себя и семью по разные стороны. С       ейчас, Гарри не мог понять, что чувствует или о чем думает Гермиона, потому что она научилась скрывать свои мысли от брата, для вот таких случаев. Но откуда же ей было знать, что такое случится?       Найдя в себе силы перевести дух, Гермиона поставила сумку и чемодан на пол. Гарри решил, что Гермиона уже сделала выбор — в его пользу, ведь как показывает опыт — шантаж на близких всегда срабатывает. Гермиона почесала место, где находился шрам, будто начался зуд, но это было что-то другое — страх и боль, причём одновременно. Гермиона подошла к Гарри и убрала прядь со лба, открывая шрам.       — Раньше я считала это особенностью и отличительным качеством, — задумчиво с улыбкой сказала Гермиона и провела пальцем по шраму брата, — ты был для меня кем-то вроде героя, Избранного, который всегда защищал и защищает… А теперь… — и отошла на шаг назад. — Ты ставишь стену, которую вряд ли сможешь потом разрушить.       — Какую стену?       — Которую должен быть поставить в голове! — Гермиона больно ткнула его в лоб. — Но уроки Снейпа закончились, ты вернулся в реальность.       — Так, что ты выбрала?       — Герми, ты не обязана… — начал Сириус, но Гермиона покачала головой.       — Когда меня ставят перед выбором — я выбираю, и уже его сделала! — спокойно ответила Гермиона. Если раньше на её лице были шок и ужас, то сейчас — безразличие. Гарри ждал ответа. Ему не терпелось услышать, что сестра остаётся здесь, ведь она всегда ставила его на первое место, даже превыше тёти с кузеном или даже друзей. — Я выбираю дом на Тисовой улице! — вот теперь на лице Гарри застыл ужас. Он явно не ожидал именно такого ответа от сестры. На лице Гермионы была лишь решительность в своих действиях.       — Как… Как ты могла выбрать тётю, когда есть…       — Так же, как и ты осмелился поставить меня перед таким выбором. Ты потребовал выбрать, и я выбрала!       — Но я думал…       — Надо было думать, прежде чем давать ТАКОЙ выбор! — огрызнулась Гермиона. Она подошла к Сириусу и крепко обняла. — Жди от меня письма.       — Обязательно, — грустно ответил Сириус, — передавай «привет» Петунье и Дадли.       — Передам! — улыбнулась Гермиона. Она кинула одинокий взгляд на брата, развернулась, взяла сумку с чемоданом и уже собралась уходить, но вдруг что-то в ней щёлкнуло. — Знаешь… — Гермиона повернулась и подошла к брату.       — Что?       — Раньше я говорила, что в твоих глазах изредка вижу Волан-Де-Морта, его жестокость и злость, но нет! Сейчас, глядя в твои глаза и вспоминая твоё решение, скорее ты похож на Тома Реддла.       — Почему?       — Ты ставишь меня перед выбором, который заранее рассчитал за меня!

***

      Гарри, зайдя в свою комнату, не мог поверить в то, что произошло. Гермиона покинула дом на площади Гриммо, забрала вещи, даже те, что были здесь. Вспоминая все, что происходило вследствие их ссор, Гарри понимал, что потерял сестру, причём в этот раз он действительно был во всем виноват.       — Что я сделал… — прошептал Гарри. — Что я сделал…