Методика лечения ветрянки по системе Артёма Дзюбы

Теперь, оставляя нашу пидорскую мужественную и храбрую сборную, продолжим повествование о том, как влюблённый Артем Дзюба, позабыв о завтрашнем матче и звиздице, который светил ему от Черчесова за побег, как улыбка Фернандеса при виде Нэвэльного Дениса, мчал спасать свою любовь. В первую очередь надо было выйти с базы, что получилось на удивление легко, потому что все охранники куда то пропали. На самом деле они все попрятались кто куда, ибо Станислав Саламович в гневе страшен не только для провинившихся, но для любого, кто попадётся ему: ходят слухи, что Марио после того как встретился с Черчесовым после незабитого пенальти Хорватии забыл бразильский и целых два дня говорил только на русском. В общем Дзюба просто вышел через главные ворота, правда тут же сработала сигнализация, но Артёма это уже мало волновало, перед ним встала другая проблема: как из Австрии в кратчайшее время оказаться в Питере. Ничего лучше, чем угнать вертолёт Черчесова ему в голову не пришло. -Мужик, до Питера подкинешь за косарь евро?-Спросил Дзюба, залезая в кабину, разбудив этим спящего пилота, который с полнейшим непониманием смотрел на форварда. -Местный чтоли, немец, по-русски неферштейн?-Дошло до Артёма. -Окей, попробуем так: ГИТЛЕР КАПУТ 1941-1944, ВЭРИ ХАНГРИ СИТИ!-Заорал прямо в ухо немцу форвард. Неясно понял ли его пилот, но от громоподобного голоса Дзюбы тот подскочил на месте и быстро стал заводить вертолёт. Полёт в принципе прошёл нормально. Нормально для Дзюбы. Для Дзюбы, который боится летать и чтобы отвлечься начинает петь во время полёта. Так что большая часть полёта прошла под дикий вой песни "Земля в иллюминаторе". Также Дзюба пытался научить несчастного немца русскому гимну, через каждые пять минут со свей силы (по мнению Дзюбы слегка) хлопая его по плечу, от чего летательный аппарат каждый раз проседал в воздухе метров на 20, со словами "Ну что давай ещё раз попробуем! Подпевай, гитлеришко: СЛАВЬСЯ СТРАНА, МЫ ГОРДИМСЯ ТОБОЙ!". Далее Дзюбе захотелось поговорить о жизни, на нервной почве от полёта, он совершенно позабыл о том, что пилот вообще то немец, ну или просто решил, что тот очень хорошо усвоил уроки русского, преподанные Артёмом с помощью русского гимна. -Ну вот зачем, скажи, зачем надо было возвращать в сборную этого инвалида Мамаева? Я ведь знаю, что он на моего Сашеньку заглядывается, знаю, что там у них до меня было. Нет, я конечно хуй ему оторву если узнаю, что этот пидор к Саше снова клинья подбивать начнёт, но разве может этот дрищ с руками как у уголовника и шевелюрой как мочалка моей бабушки Зины, да ещё и ростом меньше чем я в 9 классе быть лучше чем я? -Жаловался со слезами на глазах Артём, который, когда речь заходила о Сашке Кокорине становился похож не на льва, а на двухметровое сентиментальное солнце. -Пидорюгхи ебучфие.-Сквозь зубы произнёс немец единственную фразу, которую выучил на русском благодаря Черчесову, который постоянно жаловался на то, что ему дали тренировать не сборную а "клуб анонимных пидорасов, из-за которых он скоро вместе со всеми этими пидорами ебучими поедет не на евро 2020, а на нары за пропаганду гомосексуализма". К счастью Дзюба так увлёкся своим рассказом, и уже даже начал показывать их совместные с Кокориным фотографии, что не очень вслушивался в слова немца. Спустя два часа вертолёт, с чудом не свихнувшимся пилотом, приземлился в Пулково. Артём благодарил немца на чём свет стоит, а тот в свою очередь благодарил Бога за то что пережил полёт с Дзюбой и отпаивался валидолом. Когда Артём уже ехал в такси к Саше, он понял, что надо купить еду и лекарства, ибо прекрасно знал кулинарные таланты так называемой "жены" Кокорина. -Эй шеф, в ближайшем продуктовом останови. -Ближайший только "Народный". -Отозвался таксист, не ожидая, что столь бюджетное заведение, существующее по легендам Петербурга для отмывания денег с наркотиков подойдёт, но Артём не желал терять ни минуты, поэтому согласился на "Народный". И вот двухметровый Артём, посреди непроходимой толпы бабушек полторашек, дерущихся за картошку по 2 рубля за килограмм, судорожно сметал в тележку все, что по его мнению могло помочь спасти жизнь Кокорину. -Так мёд, малиновое варенье взял... о перец! Надо больше перца, раз уж нет имбиря добавлю в чай перца, да и какая разница и то и то острое! Ещё рыбий жир... тоже нету, тогда вон рыбы возьму да с салом смешаю, чем не рыбий жир. Ещё чипсоны захвачу, куда без них, горчицу ещё не забыть, горчичники буду ставить ему. И водка! Водка для растирания, чтоб температуру сбить! Это конечно не шампанское из Монако за 250 косарей, но тоже сойдёт! -Так размышлял Дзюба покупая, как думал он, самое необходимое для спасения своей любви. Правда водку он потом поменял на единственное шампанское, которую тут продавалось, а именно советское, в толстенной бутылке, поднять которую среди контингента данного магазина мог только он "Это ему ближе чем водка"-Подумал Артём, закидывая параллельно столько йода в тележку, как будто решил искупать Сашу в ванне из йода (Дзюба просто помнил, что больным вроде как йодную сетку на теле рисуют). Отстояв очередь в пол часа, и уже мча к выходу, его остановила толпа журналистов, быстро узнавших, что сюда пришёл футболист сборной. -Дорогие телезрители, сейчас мы можем наблюдать то, как звезда Российского футбола Артём Дзюба, не смотря на свою огромную зарплату закупается продуктами в совершенно не дорогом магазине, предназначенном для бюджетных покупателей.-Вещала журналистка.-Артем, скажите пожалуйста, почему вы покупайте продукты здесь, вы же можете позволить себе продукты в любом самом дорогом магазине России. -А это пусть говорит наш тренеришко. -Не глядя на нее сказал Дзюба, и побежал к выходу. (Спустя день все телеканалы России крутили шокирующие репортажи с заголовками "Шокирующая новость: главный тренер сборной России забирает себе зарплаты наших футболистов, те уже вынуждены покупать картошку по 2 рубля за килограмм в "Народном") И вот, наконец то, нагруженный пакетами так, что за ними не было видно самого Артёма, подошёл он к дверям дома где жил Кокорин. Кое-как нажав локтем на звонок, он стал ждать когда ему откроют. Проходит 5 минут, Артём начинает нервничать, бросив пакеты на порог, начинает со всей дури стучать по двери. Наконец дверь открылась. Сказать, что Кокорин, покрытый зелёными пятнами, бледный как смерть и завёрнутый в плед, охренел, когда с диким воплем "Сашенька" двухметровый шкаф кинулся обнимать его, значит не сказать ничего. -Ёб твою мать, почему ты ничего мне сказал? Совсем ахуел, я волновался за тебя, а ты падла такая не отвечаешь на мои звонки!-Кричал Дзюба, кружа Кокорина по комнате одновременно злясь и одновременно невъебически радуясь, что нашёл Сашу живым. -Д-д-з-зюб-ба, блять, отп-пу-сти.. -Трясущемся голосом умирающего пытался говорить Кокорин. -Точно! Тебе нужен покой!-Опомнился Дзюба и сбросил возлюбленного на диван, будучи уверенным, что легонечко положил его на диван. Вдруг из кухни послышался страшный грохот, Кокорин побледнел ещё сильнее, глаза стали по пять рублей и еле произнёс: -Спаси меня от неё. В этот момент причина звука появилась в комнате. Всклоченные белые волосы, лицо чёрное, платье порвано. -О Артём, здравствуй, ты к Саше? А у меня тут небольшая бытовая заминочка, прислуга вся в отпуске, а у него ветрянка, вот пришлось лечить его самой, только пришлось прерваться, чтобы кухню потушить. -С беззаботной улыбкой сказала Даша. Дзюба окинул её глазами полными ужаса от мыслей, что пережил его Саша, терпя "лечение" и "заботу" это дамы, чуть не потеряв сознание от переживаний за любимого смог произнести лишь следующее: -К Кристине, быстро -Что?- Не поняла Даша. -Я говорю езжай быстро к Кристине она очень по тебе соскучилась. -Ответил Артём, потащив Дашу к выходу. -Но-но я же не накрашена и мне надо переодеться...-Пыталась протестовать Даша, что было безуспешно, совершенно не церемонясь, Дзюба захлопнул перед её носом дверь.