Док и подопытный

      Первым из ступора вышел красноглазый, и с силой пнул Майки в живот, от-чего тот отлетел и съежился на полу и, хватаясь за пораженное место руками, четно пытаясь хоть немного заглушить боль, разливающуюся по всему его телу. К сожалению, или к счастью, блевать Микеланджело было не чем. Цепляясь за край стола, голубоглазый несколько раз пытался подняться, но выходило это с трудом. Хлопая себя по щекам, он пытался прийти в чувства. Другой, тем временем, пользуясь состоянием Майки, рылся в бумагах, судорожно пытаясь найти что-то. Хоть в комнате было всё так-же темно, но Микеланджело смог разглядеть, как мутант, одетый в длинный докторский халат, нацепил на себя очки, и, всё же найдя что-то в бумагах, сейчас разбросанных по всей комнате в ещё большем беспорядке, чем раньше, взял это в руки и начал приближаться к нему. Майки хотел бы отползти назад, но путь ему преграждал стол, за который он пару секунд назад цеплялся как за единственную важную вещь в его жизни, но теперь только и мог, что посылать этот предмет мебели на все четыре стороны, яро желая, что б эта тупая преграда испарилась к чертям.        Силуэт в очках приближался всё ближе, а в руках он держал странный прибор, чем-то похожий на лазерную пушку из комиксов. Майки совсем впал в истерику, когда этот предмет направили на него. В ушах звенело, сердце билось в бешеном ритме, а навязчивая мысль крутилась в голове как заезженная пластинка: «Я умру». Он зажмурился, в ожидании худшего.       Выстрел. Ещё один.        Странно. Но Микеланджело не чувствовал боли, лишь странное ощущение чего-то тяжёлого на руках и тепло чьих-то рук, которые резко подхватили голубоглазого, перекинув его за спину и потащив куда-то в неизвестном направлении, но Майки сейчас было даже как-то плевать на это. Он всё ещё жив. Чувство облегчения приятно кольнуло его в районе живота. Он понимал, что это далеко не конец всех проблем, которые его ожидают дальше, но он был рад хотя бы тому, что он ещё способен дышать.        Микеланджело всё ещё не решился открывать глаза, боясь возвращаться в этот ужасный серый мир, полный проблем. Тепло рук и лёгкое покачивание как-то успокаивало. Он знал, что не стоит сейчас расслабляться, но ничего не мог с собой поделать. Будто его накачали чем-то, что заставляло его разум затуманиваться. Голубоглазый уже был не в силах о чём-то думать, и он сам не заметил, как руки, пытаясь оказать хоть какое-то сопротивление, колошматя несущего его мутанта по спине, обмякли, как и всё его тело. Майки уже не в силах был сопротивляться нахлынувшей на него усталости и задремал.