Не жалей меня

"Прошло так много времени... Я начал привыкать к тому, что ничего не вижу. - парень сидел на кровати с открытыми глазами, но перед ними до сих пор была белая пелена с легким очертанием теней, складывалось впечатление, будто кто-то разлил молоко на всю вселенную. Из кухни стали доносится приглушенные ругательства - верный признак того, что у дядюшки Мадары что-то пошло не по плану - Мадара проснулся, надо вставать, иначе до рабочего места я буду добираться пол дня. Рабочее место... Можно было бы его так назвать... - Саске немного сморщился от собственных мыслей. - Так. Не время снова разводить нюни. Я и так доставляю кучу хлопот дяде. Соберись, тряпка." Молодой человек поднялся с кровати, нащупал свою трость и потихоньку пошел на кухню, где уже во всю орудовал сковородой его родственник. Если бы парень мог сейчас видеть то неприменно бы рассмеялся, застав дядю в подобном виде. Длинные, черные волосы были завязаны в низкий хвост, поверх синей пижамы был кое как повязан белый фартук с рюшами, в котором обычно готовила Микото. На полу красовалась пара разбитых яиц, которые мастер шеф не сумел удержать в руках. Саске случайно ударился мизинчиком о маленький столик, что стоял в коридоре, и громко шикнув, продолжил свой путь. - Доброго утра, мой юный крот! - весело проговорил Учиха старший, ставя на стол две тарелки с омлетом и овощами. - Какие планы на день? - спросил он уже убирая ошметки беглецов. С момента гибели брата и его семьи Мадара взял под свою опеку оставшегося в живых племянника. Он нашел себе вторую работу, брался за любые подработки, чтобы быстрее собрать нужную сумму на операцию. Он знал, что племянник не будет сидеть сложа руки, пока его единственный родной человек пашет, как лошадь, чтобы помочь ему, поэтому и, заданный вопрос, скорее был риторическим. Сколько он ни пытался убедить юношу, что все в порядке, все было четно. Саске уже не был ребенком и, даже не видя усталости дяди, знал, что одному ему приходится весьма тяжко. С самого детства юноша был очень упертым и всегда стремился к самостоятельности. - Доброго утра, дядя. Попробуй отгадать с трех раз. - чем больше проходило времени, тем раздражительнее становился молодой человек. Нет, не подумайте, что он мог раздражаться на единственного человека, который заботится о нем. Саске злило собственное бессилие, злило то, что он не может взяться за нормальную работу, чтобы помочь расплатиться с долгами, которые появились после похорон и его "отдыха" в больнице, злило и то, что он даже толком позаботиться о себе сам не может. - Хорошо, я тебя понял. Завтракай, скоро выходим. Сколько дней еще понадобится стоять в этом сквере? Сколько песен придется спеть? Сколько часов ему придется провести стоя на морозе, не зная, какие гроши он принесет сегодня домой? Сколько еще им вдвоем придется надрываться, чтобы заработать семьсот тысяч? Ответить на эти вопросы никто не мог, поэтому изо дня в день Саске пытался заработать хоть немного денег, чтобы облегчить материальное положение в их семье. Знакомые требовали срочно вернуть их деньги, поэтому на операцию Мадара откладывал сейчас только то, что приносил его племянник. Прошло два месяца с тех пор, как Учиху младшего выписали из больницы. Первые две недели прошли в депрессии. Но молодой человек решил взять себя в руки, потому что сейчас не было времени чтобы распускать нюни. Необходимо действовать. Позавтракав, мужчины вышли из дома и отправились в свое недолгое "путешествие". Мадара довез племянника до его любимого сквера и помог ему дойти той скамьи, где Саске любил сидеть с Итачи, когда еще видел нормально весь мир, до того момента, когда он потерял свою семью. Наверное, это было второе излюбленное место братьев, а первым являлось, даже не побережье города Камакура, куда они частенько выбирались всей семьей из шумного Токио, а храм Цуругаока Хатимангу, где в окруженнии деревьев сакуры и зарослей азалий, они могли молчать часами, просто наблюдая за весьма живописным видом. Даже сейчас, закрывая глаза и думая о брате, Саске вспоминал именно эти места, каждый их разговор и каждую минуту молчания. Каждый день, приходя в этот парк, он пел их любимые треки и сегодня его первой песней стала Breaking The Habit. Молодая девушка шла по парку, сегодня был один из тех немногих дней, когда она могла провести время в спокойствии, вне стен, наполненных запахами медикаментов, без страха не успеть помочь спасти чью-то жизнь. Хотелось тишины и покоя настолько, что даже музыка в наушниках казалась слишком громкой и оглушающей, сколько не пыталась она настроить громкость, все было напрасно, поэтому наушники и телефон отправились в карман куртки. Ветер ласково трепал нежно-розовые волосы, несмотря на то, что уже начало марта, воздух утром все равно пахнет морозом, создавая впечатление, что вот-вот должен пойти снег. Девушка бесцельно бродила по аллеям парка, пока ее внимание не привлек молодой человек. Конечно она сразу его узнала. По-другому и быть не могло. Сколько ночей она провела рядом с его постелью, вместо того, чтобы спать в теплой и мягкой кровати дома? Почему именно он тогда привлек ее своей проблемой? У многих людей зачастую не хватает денег, чтобы нанять "личную" мед сестру, чтобы та постоянно контролировала состояние больного. От того, что он потерял в один день всю свою семью? Или от того, что он в довесок к этому лишился зрения? Определенно, главенствующую роль здесь играла жалость к пареньку. Молодой... Двадцать четыре года, вся жизнь впереди, а тут такая трагедия... Невольно девушка начала разглядывать его. Черные волосы "ежиком", ониксовые глаза, которые не видят ничего, мягкий баритон, который обволакивает тебя со всех сторон, не оставляя равнодушным, широкие плечи, длинные пальцы, которые умело перебирают струны гитары. Сколько ему пришлось тренироваться, чтобы играть не видя свой инструмент? Сколько было вложено в это труда и упорства? Сакура села напротив молодого человека и еще долго слушала его голос, она наблюдала за тем, как проходящие мимо люди кидали деньги в его чехол для гитары. Сколько прошло времени перед тем, как она встала и положила ему пару крупных купюр? Почему в один миг ей стало так больно и обидно за него? Харуно уже не могла сдерживать слезы и приняла решение, что сейчас лучше уйти. Она медленно брела домой, в голове роилась куча мыслей, но одна была слишком навязчивой, то появлялась и грызла совесть девушки, то резко исчезала, будто испугавшись чего-то. "Надо было поговорить с ним... Хотя бы попытаться... - думала Харуно уже прибывая в полудреме. - Если он будет там завтра, то я обязательно подойду к нему." Усталость окончательно одолела юную особу и передала ее в царство Морфея. Это будет долгая ночь без снов.