тишина в 01:15

– Юнги? Тишина. – Юнги?.. – таким молящим и жалким. «Прошу, спаси меня от тишины.» Тишина как затёртая пластинка или заслушанная песня из плэйлиста, так часто слушают ее люди. «В тишине невозможно не думать.» Тишина, на самом деле, громче чем колонки в ночных клубах. Тишина громче, чем плачущий ночью ребенок. Тишина даже громче, чем треск сучков на костре в ночном лесу. Забавно, но все самое громкое происходит в самое «тихое» время суток – ночью. Громче всего ночью стонут неоновые шлюхи. Громче всего ночью плачут серые одиночки. Громче всего ночью обещания у золотых влюбленных. Громче всего ночью целуются разноцветные парочки. Мы думаем, что оставшись наедине с самыми собой, в тишине, сможем подумать над всем и разобраться… но всегда, как итог, из темных улочек сознания мы достаем, словно из глубокой ямы, темную коробочку со своими проблемами на которой приклеен почти не держащийся листочек с надписью «у меня проблемы, и мне никто не поможет». Ночь завлекает тебя таким манящим, сладостным, слишком заветным в этом мире словом «тишина», а когда ты поддаешься и принимаешь «запретный плод», – падаешь в такие холодные, звёздные объятия ночи, – она кричит тебе на ухо всевозможными звуками, что, по своей громкости, превышают любые децибелы. «Ночью тишину разрезают звуки.» «Тишины не существует.» Мы думаем что обретаем покой в тишине… ...но лишь в гробу мы получаем то, что так моляще желаем при жизни – покой и тишину. Хосок поворачивается на другой бок, к окну. Сон у него никак не идёт. Можно было бы попробовать выпить снотворного, но у Хосока те семьдесят процентов, что должна занимать вода, – занимает кофе, а те остальные тридцать – таблетки снотворного. Относительное понятие тишины в действии разрезает очередной звук. Кто-то бьёт в дверь с интервалом в две секунды. Хосок, как наивный дурак, как ребенок, что ждёт увидеть там Санта Клауса, что принес подарки, желает также увидеть там Юнги, и бежит открывать старую дверь, что, кажется, от ещё одного такого удара развалится и тогда ее надо будет либо заменять на новую, либо, как это делали предыдущие квартиранты, собирать по кусочкам как пазл. И, открыв дверь, на Хосока валится какое-то ещё более безжизненное, чем обычно, тело Кима. Честно, Хосок не удивлен… но Чон знает, что хоть Тэхен и не Санта, но подарок у него для Хосока имеется. Он Тэхена несет воротящим нос алкоголем, но в тоже время пахнет такими приятными, щекочущими нос, нотками цитруса. Лимонные леденцы. Но от Тэхена пахнет ещё кое-чем… Каждый раз, когда Тэхен приходит без приглашения, он, в знак извинения, и просто как подарок, приносит по особенному прекрасную вещь… тишину. От Тэхена пахнет ночной тишиной. Только не тишиной, где звучит музыка, звучат громкие действия, а главное – метаются мысли. Только не той тишиной, от которой сходят с ума, потому что она идёт в переизбытке. Эта тишина другая. Она – приятная. Хосок тащит Тэхена на диван в гостиной. Потому что кухня какая-то слишком громкая, а спальня вовсе оглушающая. Гостиная – единственное тихое место, но только если на таком же старом, как и дверь, песочного цвета диване, сидит Тэхен. В остальное же время эта комната не намного тише ванной, где постоянно протекает кран. – Хосок? – зовёт Тэ и поворачивает голову, лежащую на спинке дивана, к Хосоку, что сидит, поджав под себя ноги, и очерчивает безэмоциональным взглядом ночную, блестящую неоном и вычурностью, улицу. – А? – даже не поворачиваясь. – Как думаешь, – начинает Тэхен,поднимая руку к потолку, и рассматривая собственные пальцы, – существует ли любовь? Хосок отвечает чётко, резко и без раздумий: – Нет. Хосока однажды уже бросили, как надоевшего пса. Юнги оставил на журнальном столике, возле того самого дивана песочного цвета, записку, где говорил о том, как полюбил одного паренька и что уходит к нему. Хосок с тех пор, как чёртово приведение, ходит и буквально глазами спрашивает у случайных прохожих «у вас не будет немного тишины, мои мысли насчет того, как я отвратителен, слишком громкие». Хосок не позволит случится такому во второй раз… Хосок не поведется во второй раз, стоит только кому-то поманить пальцем и сказать «я люблю тебя»… Хосок оттолкнет естественность природы, только бы утихомирить мысли, что, словно о гонг, так же бьются о стенки черепной коробки, доставляя боль нереальную. Нет… После обнадеживающего ответа Хосока проходит ещё несколько минут и Чон упорно пытается наслаждаться принесенным Кимом подарком – тишиной, но не получается. После такого вопроса тишина рядом с Тэхеном впервые напрягает и Хосоку это не нравится абсолютно. – Тогда как мне назвать то, что я к тебе испытываю, если такого не существует? – Ким тянет руку к рядом лежащей ладони Хосока и пытается переплести свои пальцы с костлявыми пальцами своего хёна. Вот так. Человек одним своим завуалированным «люблю тебя» испортил тишину, что всегда носил с собой в любимом черном пальто и доставал в нужный момент… Сейчас тишина не нужна, она нагнетает. От любви все проблемы. От «любви» плачут люди, мешая тишине. От «любви» рожают детей, что кричат и мешают тишине быть тишиной. От «любви», а точнее ее недостатка, открывают стриптиз-клубы, где громыхает музыка, которая мешает тишине быть тишиной. От «любви» гаснет как свеча тишина. – Назови это помехой тишине.