О крысах и тайных планах

Перрон был тёмным и необычно пустым. Гарри без устали ходил по нему кругами, заглядывая под каждую скамейку, словно что-то должно было произойти, и он должен был найти что-то мерзкое, гадкое, но важное, противно звучащее… но что? И откуда у него вообще взялись такие ожидания? Наверное, Дамблдор должен разъяснить? Точно! Здесь же должен был стоять Дамблдор — он обещал ответить на все вопросы, которые возникли у Гарри. Например, почему на него охотятся всякие люди в масках. Значит, Дамблдор должен быть где-то… — О! Ты всё-таки явился! — раздался за спиной бодрый голос. — Значит, ты всё же согласен нам помочь? — Помочь в чём? — Гарри обернулся. Перед ним стоял высокий, рыжий… нет, лысый парень с веснушками и странной отметиной на лице, будто кого-то стошнило на него слизнями. Перед ним определённо стоял Рон. — Рон, с тобой всё в порядке? — поинтересовался он видом своего друга, но в следующий момент понял, что так надо. — Кто такой Рон? — внезапно спросил Рон. — В смысле? — удивился Гарри. — А как тебя зовут? — Зови меня Пронск, — звучно ответил собеседник. — Ты, видимо, ослышался в прошлый раз, когда мы тебе представлялись… — добавил он мгновением позже, и впервые это прозвучало не до конца уверенно. — Мы? — Гарри снова удивился, но потом заметил крысу у него на плече. Точно! Как же там её?.. — А твоя крыса, напомни… — начал было он, но Пронск его понял. — О! Это редкий инопланетный вид гигантских космических крыс… — зачастил было Пронск, но был перебит Гарри: — По размеру он похож на обычного. — В голосе чувствовалось сомнение. — К тому же, я слышал, что они должны быть какими-то более… металлическими, — дополнил он. — Он просто карликовый, — невозмутимо ответил Пронск. — И ты не смотри, что он карликовый, — погляди на его лапки, на мышцы, на зубы! Сталь! Точно тебе говорю, нержавеющая сталь! — расхваливал он своего питомца. — Ах, да, имя… Напомню: зовут его Ди Коросто, но для конспирации лучше звать его Ку. И ещё так звучит круче. Ку! — Крыса пискнула. — Кю! — выразил своё отношение к тираде собеседника Поттер. Крыса ему чем-то стойко не нравилась. — Сам ты Кю! — огрызнулся в ответ Пронск. — Ладно, проехали, — только и вздохнул Гарри. — И откуда вы такие берётесь… — Из земель Уизли, само собой, — откликнулся тот, — что на востоке, за самым Эссексом! По мнению Гарри, на востоке за Эссексом находилось Северное море, но он решил, что не время блистать своими познаниями в географии — особенно, если в ответ можно получить истории вроде того, что на самом деле Уизли живут на дне океана, вместе с осьминогами, белками и Дагоном. Призывать на свою голову ещё и сверхъестественные силы он ни в коем случае не собирался — и без того творился какой-то кавардак. — И что мы должны делать? — поинтересовался Гарри, решив сразу перейти к тому, зачем Пронск его окликнул. — Как что?! — удивился собеседник. — Вызволять Гермиону из тюрьмы! — Из Азкабана? — зачем-то уточнил Гарри. — Из него самого, — подтвердил собеседник. — Сейчас сядем в поезд, и… — Подожди, — остановил Гарри товарища, — во-первых, я не вижу… — договорить он не успел, потому что осознал, что поезд всё-таки видит. А во-вторых, никакого Дамблдора их компании не грозило: он же лично видел, как на них с наставником Дамблдором устроили засаду типы в масках, как тот закрыл его дезилюминационным и приказал спрятаться, после чего принял неравный бой и погиб от заклинания особо носатого соперника — у него даже была дырка в маске под выпиравший нос, не помещавшийся в стандартную форму. — Ладно, вижу, — закончил он. — А у тебя есть какой-нибудь план? — Садись, придумаем по дороге, — ответил Пронск. — Планирование никогда не было моей сильной стороной, — признался он, — так что мы можем просто ворваться, дальше мы с Ку всех оглушаем, а ты в это время ищешь Гермиону. Как тебе? — поинтересовался он у Гарри. — По-моему, отличная идея. — А, кхм, что ты собрался делать с дементорами? — попытался он намекнуть не слишком резко, но так, чтоб мысль стала понятна даже клиническому идиоту. — Ещё ни один дементор не устоял против Ку! — воскликнул Пронск, и Гарри сразу зауважал своего партнёра, решив, что его крыса — это какой-то особый вид телесного патронуса, а потому не заметил, как Пронск тихо добавил: — Ну… и моих кулаков. План, конечно, был так себе, особенно в том месте, когда его товарищ должен был отвлекать всю охрану, но, в конце концов, это было его проблемой — пусть он и думает. Хотя что-то подсказывал Гарри, что у Пронска и его крысы один мозг на двоих. Но в данный момент оставалось войти в поезд и сесть в первое попавшееся купе… которое оказалось занято: там сидело ещё двое, и оба рыжие. Один был низок и коренаст, а из особых примет обладал мясистым носом, а второй, наоборот — высок и тощ, из-за чего мантия сидела на нём, как на пугале, а также лопоух. — А вы кто? — поинтересовался Пронск таким тоном, будто их тут не должно было быть. — Мы, эта… — начал низкий, но был перебит своим товарищем. — …Близнецы, — закончил тот. — Меня зовут Джор… — …А я — Фортимер, — представился коренастый. — И вы, наверное, откуда-нибудь с земель Уизли? — поинтересовался Гарри. Близнецы переглянулись. — Да, да… — …Именно, — они мелко закивали. — И, наверное, вам тоже нужно в Азкабан? — снова поинтересовался Гарри, начиная догадываться, что услышит в ответ. Близнецы тем временем снова переглянулись. — Да, да… — Туда мы и направляемся… — И в качестве жеста доброй воли позвольте вам вручить это зелье… — Коренастый, достав из кармана флакончик, вручил его Пронску. — Не пей — козлёночком станешь, — предупредил Гарри шёпотом своего спутника. — Или язык отрастёт. — А почему язык? — поинтересовался тот в ответ таким шёпотом, что его наверняка услышали и в соседних купе. — Видишь, у одного из них нос увеличился, а у другого — уши? — не обращая внимания на взгляды близнецов, продолжал Гарри шёпотом. — Тебе, значит, язык остался. А я слышал, что если язык пухнет, то потом задохнуться можно. А ты тогда будешь синим и вонять — и нафига ты такой Гермионе? — То есть мы их с собой не берём? — Пронск посмотрел на близнецов недружелюбно, отчего те съёжились. — Берём-берём, — остановил его Гарри, — нам всё равно нужен кто-то ещё для отвлечения. — А, ну тогда добро пожаловать в команду! — радушно заявил Пронск и расставил новоиспечённым компаньонам объятия, в которые, впрочем, никто отчего-то не спешил. — Только должен вас предупредить, — заявил Гарри, занимая свободное место, — за мной охотятся. — Как?! — воскликнул Джор. — Кто посмел?! — добавил Коренастый с труднозапоминаемым именем. — Сами знаете кто! — отрезал Гарри, потому что понял, что сам не знает. Дамблдор наверняка знал, но так долго оттягивал момент истины («мой мальчик, тебе ещё рано знать такие вещи. И у меня есть тайный план! Вот придём в…»), что дотянул до собственной смерти. Наверное, как порядочный волшебник, он и после смерти должен найти своего подопечного, чтобы сказать всё необходимое, но что-то на перроне вместо него появился Пронск. Конечно, у него были ещё и друзья — Аластор и Нимфадора, — но, во-первых, в письме, которое Гарри нашёл у него, было чёрным по белому написано, что они ничего не знают, а во-вторых, где они, эти Аластор с Нимфадорой? Уж точно не в купе. Тем временем Гарри заметил, что после его ответа спутники стали смотреть на него с каким-то благоговением и, наверное, даже с небольшим страхом — по крайней мере, близнецы. — И как же мы… — Его… — Эта?.. — Мы с Ку на него нападём, и Ку выгрызет ему глаза, — радостно ответил Пронск. Крыса радостно пискнула. — А зачем Ку его глаза? — поинтересовался Гарри. — Наверное, он может видеть ими мёртвые души… — глубокомысленно заметил Коренастый. — Да, я тоже хотел себе инфракрасное зрение, как у домашнего эльфа… — произнёс Джор. — Но так и не смог придумать, куда пришить себе его глаза, да, братец? — поддел его второй близнец. Только Гарри хотел заметить, что оно так не работает, и есть зрительные нервы, и зоны мозга, которые отвечают за зрение (правда, если б Гарри задумался, то понял, что ничего из этого не знает, но он не успел), как дверь отворилась, и внутрь вошла его рыжая подруга детства («Что, неужели и она из земель Уизли?!» — с ужасом подумал Гарри). — Эй, привет, — начала она, очень быстро тарабаня слова, — я видела, что вы с Дамблдором покинули Хогвартс, и не могла за вами не увязаться, а потом видела, ну… это всё, — это была первая небольшая пауза в её речи. — Но я не отступлюсь, и всё равно буду тебя сопровождать… если ты меня не выгонишь. — Нет, не выгоню, — вздохнул Гарри. — К тому же, если мы встретимся с гигантскими змеями, я знаю, что делать. Кстати, — продолжил он через секунду, — а почему ты всё-таки не могла не увязаться за нами? Ты видела письмо? — Упс… — она пожала плечами. — Если что, я его не видела. К тому же, Дамблдор говорил, что существует тайный план, и мы предначертаны друг другу судьбой, и я потом обязательно стану твоей женой, и надо же мне смотреть, чтоб ты не изменял мне со всякими… Этого откровения Гарри вынести уже не мог и… * * * Он проснулся в холодном поту. За окном гриффиндорской спальни светила полная луна, а на соседней постели тихо посапывал Рон. Без Коросты. Слава богу, без Коросты («Этот сукин сын должен ответить за свои дела!» — мстительно подумал Гарри). Что ж, Дамблдор был прав, и никакого Волдеморта ему этой ночью не снилось, и шрам даже не болел, а так, почёсывался, словно извиняясь за своё недавнее поведение. Зелье сна со сновидениями отлично выполнило свою работу… если не считать того факта, что лучше уж ещё раз сходить на отработку к Амбридж, нежели пережить такой чудовищный бред ещё раз. Точно! Вот кого надо мучить такими видениями! Но как бы уговорить Гермиону сварить то самое второкурсное пойло? И как потом незаметно подлить его Жабе? Ничего. Ночь впереди долгая, а он не Пронск — что-нибудь придумает. В крайнем случае, они соберут металлическую крысу, и та выгрызет ей глаза, чтобы видеть ими непослушных учеников.