"Медик!"

      - Медик! – страдальчески хрипит Тавиш, отдирая гудящую колоколом голову от скамьи. Щеку тёмной полосой украшает глубокий след. Спал он долго. Даже по его личным меркам. Где он? Кто он? Какой сейчас век? Хотя какая, собственно, разница!       - Медик! – безвольно свисавшей до этого, а ныне тяжёлой, будто чугунной, рукой подрывник обхватывает холодное горлышко откупоренной бутылки. Вяло трясет. В толстостенном стеклянном чреве сладко для уха отзывается на движение жидкость. На этот раз живём! Размашистым жестом он отрывает бутылку от пола и заносит над собой. В мыслях уже жадными глотками высасывает остатки пойла, а в жизни своё берет беспощадная физика. Пойло проливается на лицо шотландца, и он, окончательно теряя равновесие, падает со скамьи на кафельный пол. К общему дерьмовому состоянию и головной боли прибавляется боль в затылке, лопатках и пояснице.       - Меее-диик!!! – в своём состоянии Тавиш помнит малое. Сначала резко дергает дверь на себя, а затем с плеча налегает в противоположную сторону. Грохот металлической стойки, переполненной склянками и заковыристыми медицинскими приборами, и хлопанье многочисленных крыльев заставляет скрючившуюся за столом фигуру подскочить и рефлекторно схватиться за арбалет.       - Медик! – в тщетной попытке подняться требовательно заявляет о себе тёмная фигура, распластавшаяся на полу. И только тогда Медик протирает глаза и, отложив арбалет, на ощупь находит посреди бумаг на столе свои очки. Бояться нечего - никакой Шпион ТАК не сыграет.       - Was ist los? – да какой там "los" во имя всего святого! В случае с Подрывником ошибиться с диагнозом почти невозможно. Пора бы заканчивать спрашивать, но нет - врачебная, чтоб её, привычка. Медик бросает сонный взгляд на часы. Четвёртый час утра. Да, поспать удалось. Полтора часа, но уже прогресс...       - Медик! – работа никогда не ждёт. Если ты бросаешь её на полу недоделанной, она неизбежно поднимается во весь рост, кое-как подходит, хватает за ворот педантично белой рубашки и, гневно изрыгая зловоние перегара тебе в лицо, снова потребует внимания к своей персоне, - Медик!!!       - Ruhig, ruhig... – не глядя, врачеватель достаёт из тумбочки пластину круглых переливающихся перломутром таблеток, выдавливает одну и протягивает запоздалому посетителю.       - Мед-ИК! - подрывник демонстративно отхлёбывает крепкий остывший чай из кружки командного врача, но принять заветное целебное средство не успевает. Роняет кружку и сам падает навзничь. Вот так оно и бывает: провозишься дольше обычного, и работа успеет навалиться в большем обьёме.       Немец невозмутимо потирает переносицу, поправляет очки и принимается за дело. С усилиями водружает буйного даже во сне Тавиша на кушетку, с затаённым сожалением вытирает разлитый чай, собирает осколки разбитой кружки и пробирок.       За окном начинает светать, когда доктор со вздохом облегчения падает за стол, кладет очки ближе к арбалету и подгребает под голову новую стопку бумаг. На сегодня работа закончена. Пока никто не видит, можно отдохнуть и понадеяться, что никому больше в ближайшие пару часов помощь не понадобится.