first and last.
7 августа 2018 г., 12:55
Я подсела к ней за парту. Знакомый аромат сразу же окутал меня. Свечи с ванильным ароматизатором, которые она подарила мне на новый год. Она любит эти свечи.
«Ты говорила, что я хорошо пахну. Меня это рассмешило тогда, помнишь? Потому что я знаю, что пахну этими свечами. Мои любимые.
Я дарю их тебе. Мой запах будет с тобой, когда меня не будет.»
И ее не стало. Бывает, когда особенно тоскливо, я зажигаю их и закрываю глаза.
— Может прекратишь делать вид, что тебе все равно, и поцелуешь меня?
— Ты не заслужила.
— А вот так?
Она стянула с себя мою любимую серую толстовку и подошла ко мне. Она силой опустила мои скрещенные на груди руки и просунула в рукава, натягивая родную вещь на меня.
Мои глаза закрылись. Ее запах.
— Ты невыносима.
Я сказала это со счастливой улыбкой и все ещё закрытыми глазами.
Ее руки взяли мои. Аккуратно, будто я могла оттолкнуть ее. Будто я могла. Нет. Она не понимала. Она не понимала что значит для меня. Не понимала, что любым своим жестом в мою сторону она может как ранить меня, так и излечить.
— Но ты выносишь.
Она шептала.
Я сделала шаг и прижалась к ее шее. Мои руки привычно обернулись вокруг нее, выражая свою любовь. Ее пальцы путались в моих волосах, когда она размеренно проводила по ним рукой.
— Ты пахнешь так…
— Как?
— Приятно.
Она рассмеялась моим словам. Негромко и мягко.
Я отстранилась от ее шеи и нахмуренно подняла взгляд на нее.
— Не бери в голову.
Она переместила руки на мое лицо. Ее улыбка слегка затронула губы, когда она заглянула мне в глаза.
Ее взгляд опустился на мои губы. Она поцеловала меня.
Но теперь я этого не делаю.
Долгое время я не смела поднять взгляда на нее. Но я сделала это.
Она склонилась над своим учебником по биологии. Это был ее самый нелюбимый предмет.
— Подумай об аттестате, дурочка!
— Я не буду учить эту бесполезную ерунду ради другой бесполезной цифры в другой бесполезной бумажке!
Она была упрямой. Она всегда была такой чертовски упрямой.
— Окей, я не спорю, что это полезная наука. Это факт. Она нужна. Но не мне!
Она так мило хмурилась. Хотя сама она думала, что выглядит устрашающе.
— Почему все не может оставаться таким поверхностно-романтичным? Хотя бы для меня. Когда узнаешь принцип работы чего-то, то оно перестает быть таким интересным и потрясающим. А эта биология, — она презрительно ткнула пальцем в учебник лежащий перед ней. — Рушит все!
Я рассмеялась.
— Ты слишком романтизируешь.
— Что?
— Жизнь.
— Ты не можешь осуждать меня.
Она откинула учебник подальше на кровать и повернулась ко мне.
— У меня есть ты. Моя жизнь уже похожа на сказку.
Она часто говорила такие вещи. Настолько, что они стали для меня еще одним обязательным фактором, поддерживающим мою жизнь.
Но сейчас что-то изменилось в ней. Не то, как она, сжав челюсти, пыталась вникнуть в смысл параграфа по биологии. Ее запах. Это как… сигареты. Ментоловые.
Теперь она пахнет так.
