Розовый самый тёплый цвет

      «Что я, блять, делаю?» – думал Юнги, смотря на Пак Чимина, счастливо попивающего свой клубничный молочный коктейль. Он только что бросил Чонгука с простым: «Я пошёл, ты оставайся». И теперь он сидел в маленьком уютном кафе вместе с Пак Чимином, фантазии про которого заполняли его голову уже больше месяца.       – Спасибо за милкшейк, хён. Серьёзно, – парень улыбнулся ему, и Юнги обнаружил то, как глаза Чимина превращаются в месяцы, когда тот улыбается. Он нервно отпил от своей чашки с кофе и кивнул головой в знак признания. Он ведь просто хотел убедиться, что Чимин был в порядке, но теперь он сидит напротив парня в практически безлюдном кафе, не имея понятия, что делать или сказать. Поэтому он кивал головой каждый раз, как Чимин что-либо говорил. Юнги вздохнул, ведь он на протяжении долгого времени хотел поговорить с парнем, но его гордость и высокомерие не давали ему этого сделать. И теперь, сидя с этим парнем напротив него, Юнги не мог найти слов. Он должен что-нибудь сказать, хоть что-то.       – Я…       – Я рад, что тебе понравилась моя песня, – смущённый, Пак Чимин перебил рэпера, нагнувшись вперёд к трубочке, чтобы сделать неуверенный глоток. Юнги с внимательностью следил за его губами, не в состоянии оторвать от них глаз даже тогда, когда Чимин сел ровно и облизал их.       – Что? – Юнги тупо промямлил, загипнотизированный тем, как губы Чимина превратились в улыбку.       – Твой твит… Хм… – Пак Чимин усмехнулся и поднял руку, чтобы почесать свой затылок. – Я насчёт твоего твита. Тот, где ты сказал…Хм : « “Lie” на самом деле офигена». Я лично хотел тебя поблагодарить за это. Хм, да… Спасибо, – Юнги подавил смех, вызванный попыткой Чимина не ругаться матом.       Боже, как мило.       Пак Чимин снова провёл языком по губам, но в этот раз Юнги заставил себя посмотреть парню в глаза.       – Да, без проблем, – он наклонился вперёд и слегка улыбнулся. – У тебя есть талант. Ты другой. Скажу правду, сперва у меня были сомнения, но послушав твою песню я подумал : «У этого ребёнка впереди блестящее будущее», – Чимин радостно заулыбался, отмахиваясь рукой от комплимента, а другой пряча своё красное лицо. – Нет, серьёзно, – продолжал Юнги, первый раз в своей жизни он показывает свою хорошую сторону (лучше уж не тратить время впустую, не так ли?), – я узнаю талант, когда я его слышу. У тебя, – Юнги показал пальцем на Чимина, – он точно есть.       Пак Чимин, смущённый, игрался с трубочкой от напитка.       – Я думал, ты никому и никогда не говоришь комплиментов, – игриво сказал парень.       – Что случилось с пресловутым AgustD, который нападает на папарацци? – Чимин подпёр подбородок ладонью, поставив колоть на стол, и наклонился ближе к Юнги.       – Он спит сейчас, – ответил Юнги. – Зато сейчас у тебя есть Мин Юнги, или этого недостаточно?       – Мин Юнги, – повторил Чимин и нежно улыбнулся, – Да, я…Хм… Да, этого достаточно, – Чимин выпрямился и протянул руку Юнги. – Что ж, меня зовут Пак Чимин, рад встрече, Мин Юнги, – Юнги пытался не засмеяться от уровня заурядности этой ситуации и пожал руку ему в ответ.       – Тогда, Пак Чимин…       – Просто Чимин, хён, – парень снова помахал рукой в воздухе. Юнги сглотнул.       – Тогда, Чимин, – Юнги опробовал это имя и расслабился, когда Пак Чимин - нет, Чимин улыбнулся и кивнул головой, чтобы тот продолжал. Юнги сделал глубокий вздох.       – Ты в порядке? – он не сказал, что он имел ввиду, но судя по тому, как глаза Чимина потемнели, Юнги знал, что парень понял, о чём идёт речь.       – Я не знаю, – ответил айдол и отвёл взгляд, вернувшись к игре с трубочкой. Чимин выглядел таким печальным – что-то у Юнги в груди сжалось.       – Знаешь, ты можешь поговорить со мной, хён – рядом, – он заверил и неуверенно потянулся, чтобы сжать руку Чимина только для того, чтобы быстро её отдёрнуть. На лице Чимина показалась усмешка.       – Ты не поймешь, – он сухо ответил.       – Поспорим? – сказал Юнги с мягкой улыбкой, такой для него нетипичной. Чимин поднял взгляд и, сомневаясь, посмотрел старшему в лицо. Он пытался разглядеть: бросит ли его рэпер, расскажет ли его секрет всему миру, если Чимин ему откроется. В конце концов, парень вздохнул и уставился Юнги прямо в глаза.       – Тот парень, который был со мной… Я… – слова застряли у него в горле, а в глазах начало щипать. Юнги снова потянулся к руке младшего, чтобы взять в свою. Но в этот раз он её не отпустил.       – Ты имеешь в виду Тэхёна? – он спросил тихим голосом. Юнги не умел выражать эмоции, если они не были записаны на бумаге, поэтому он не имел понятия, что ему надо было делать, но Юнги не хотел, чтобы Чимин страдал в одиночку. Что было совершенно смешно, ведь он едва ли знал парня. Айдол кивнул.       – Я… Когда я увидел его вместе с Чонгуком я почувствовал… Не знаю … – он замолк.       – Ревность? – Юнги осторожно закончил его мысль. Чимин выдохнул и снова кивнул. Юнги не мог позволить себе надеяться. Просто невозможно.       – Боже, что я за человек, – Чимин выдал сухой смешок, глаза его засверкали от сдержанных слёз. – Я не могу поверить, что я ревную к чему-то вроде этого. Я хочу, чтобы он был счастлив, хён, – голос Чимина дрожал, и это разбивало сердце Юнги.       – Твоя ревность – это абсолютно нормально, – Юнги сжал руку Чимина ещё крепче, когда тот покачал головой. – Поверь мне. Чимин, посмотри на меня,- сказал он, заставив парня наконец на него взглянуть. – Это – нормально. Чёрт, у меня пиздецки плохо получается вести такие разговоры, но ты должен мне поверить, когда я говорю, что это совершенно нормально, что ты ревнуешь своего лучшего друга к кому-то другому, с кем он так хорошо поладил, - он не имел права надеяться, он просто не мог.       Чимин сухо посмеялся.       – Я бы хотел, чтобы всё было так легко, хён, – он ответил. – Я не ревную его, потому что у него с кем-то хорошие отношения, я рад за него. Но, хён, – он горько сказал, смотря в глаза рэперу. – Я думаю, что… Он мне нравится?       Блять.       Он посмотрел на парня с тупым выражением лица.       – Я же сказал, что ты не поймёшь. Забудь, что я сказал, – Чимин собирался выдернуть свою руку из-под руки Юнги, но рэпер только сжал её ещё сильнее.       – Какого хуя? Что значит, «я ничего не пойму»? – он сказал с ухмылкой. – Ты сейчас разговариваешь с самым бисексуальным человеком на планете, – Чимин удивился.       – Серьёзно? – громко проговорил Чимин, но потом вспомнил, где они находились, наклонился ближе и повторил шёпотом: – Серьёзно?       – Да, серьёзно. Пиздец, ты вообще вслушивался в текста моих песен? Что мне ещё написать, чтобы было яснее, что я говорю о членах? – Юнги усмехнулся, увидев, как покраснел Чимин.       – Я… – промямлил Чимин. – Я не был уверен на все сто, я подумал, если я заговорю об этом – тебе не понравится, - Юнги засмеялся вслух. Чимин ударил его по плечу, краснея всё больше. – Заткнись! Как я блин мог знать? Рэперы обычно осторожны, когда заходит разговор на такую тему, нет? Я имею в виду, чёрт, даже айдолы остерегаются таких тем, хотя мы носим косметику и штаны настолько узкие и обтягивающие, что у меня возможно не будет детей в будущем, – посмеивался Чимин. Юнги направил свой взгляд вниз, чтобы рассмотреть кожаные узкие штаны Чимина.       – Я кстати хотел поговорить об этом с тобой, – он сказал и улыбнулся, когда Чимин снова ударил его по плечу.       – Заткнись, – пробормотал Чимин, пытаясь сдержать улыбку, но без успеха.       – Хм, тогда, кто ты? Ничего страшного, если ты не знаешь или просто не хочешь отвечать, я думаю. Но ты, может, понимаешь в себе что-нибудь? – спросил Юнги, пытаясь не давить на младшего и не обидеть его. Он знал то чувство, когда люди задают тебе так много вопросов осуждаемым тоном, поэтому он хотел говорить таким мягким голосом, который он мог позволить.       – Я… – Чимин не выглядел так, будто ему было некомфортно, просто растеряно, как будто он никогда до этого не задумывался над вопросом Юнги, и он нахмурился. – Если честно, то я не знаю, – он посмеялся спустя какое-то время. – Точнее, я не думаю, что я гей? У меня раньше были девушки, хотя наши отношения никогда не были серьёзными. Я запутался, хён.       Юнги пожал плечами:       – Ничего страшного, если ты ещё не уверен. Как, блять, ты можешь это знать, если всю свою жизнь ты об этом не задумывался? И это нормально. Ты можешь… Не знаю, просто жить? Боже, это так глупо, но я хочу сказать… Всё хорошо. Ты можешь ничего не понимать так долго, как ты этого хочешь, ни к чему спешить, – Юнги робко улыбнулся и поднял вверх свою чашку с кофе, чтобы произнести тост. – За потерянность? – он неуверенно сказал. Чимин остановил свой взгляд на чашке, захихикал и поднял свой напиток.       – За потерянность, – он сказал и отпил от своего милкшейка. Юнги смотрел на него с мягким выражение лица.       – Ты в порядке сейчас? Стало легче? – Юнги нежно спросил, пытаясь прочитать лицо младшего. Чимин выглядел более расслабленным теперь, он не сидел так, будто только что проглотил палку, и милая улыбка играла у него на губах.       – На самом деле, стало легче, – он вздохнул, – спасибо, Юнги-хён.       – Знаешь, – начал Юнги, – я бы просто мог сказать Чонгуку постоять в сторонке, если это тебя сделает счастливее? – он со всей серьёзностью прокручивал эту идею у себя в голове, пока Чимин яростно не закрутил головой.       – Не смей, – произнёс Чимин с удивлением. – Правда, хён. Чонгук кажется хорошим парнем, и у меня нет никаких к нему претензий. Я не хочу, чтобы они были несчастны из-за моей мелочности, – Юнги не был уверен насчёт этого, но не заострил на этом внимание.       – Как скажешь, – сказал он и пожал плечами.       После этого, они просто говорили. Говорили обо всём и ни о чём. Чимин рассказал Юнги, сколько трудностей он встретил на пути становления айдолом, и знал, что Юнги понимал то, что Чимин имел в виду. Юнги узнал, что у Чимина были токсичные отношения, когда тот был подростком, и с тех пор, у него не было времени на отношения. Также он узнал, что Чимин (к его удивлению) не был девственником. Чимин узнал, что Юнги не был придурком, который любил ругаться с журналистами и папарацци, когда тот был в бешенстве, и что AgustD и Мин Юнги – это совершенно два разных человека. Ему нравилось разговаривать с Мин Юнги, рэпер был учтивым и прекрасным собеседником, с которым было так легко вести разговор. Он был смешной. Понемногу, они узнавали друг друга лучше. Их совместная страсть к музыке соединила обоих так, что никто не мог этого объяснить, но никто из них не хотел быть тем, кто первый предложит уйти из этого маленького кафе.       – Ты шутишь? – сказал Чимин с открытым ртом, когда Юнги рассказал ему о Намджуне и Сокджине.       – Не, я отвечаю, он пиздецки втрескался в хёна. Раньше это было забавно, но сейчас это раздражительно до ахуенности: он никак не может взять в руки свои яйца и просто поцеловать его, понимаешь? – Юнги сказал и размяк на стуле. – Он на самом деле должен был пойти на вечеринку, но Сокджин-хён пригласил его к себе на вечер фильмов. Я и Чонгук поспорили, сможет ли он поднять свою задницу и признаться. Но, я клянусь, если он сегодня не трахнет Сокджин-хёна… Прошло уже сколько? Три года? Я клянусь, я убью его за мои потерянные деньги, – Чимин хихикнул, но сразу нахмурил брови, когда услышал звонок телефона.       – Бл– Чёрт, – он сказал, и Юнги едва сдержал свой смех, – мне надо идти, я не заметил даже, как уже поздно, – Чимин виновато улыбнулся. – Извини. Я прекрасно провёл время, спасибо, хён, – Чимин начал вставать, но Юнги схватил его за руку. Он не хотел, чтобы Чимин уходил. Он хотел навсегда остаться в этом кафе и просто разговаривать с парнем.       – Ты, правда, спешишь? Я хотел сказать… – Юнги вдруг осознал, насколько нелепо он себя вёл, поэтому медленно отпустил руку парня. Он же не мог попросить младшего остаться в этом кафе навсегда. – Извини, я ступил. Конечно, тебе надо идти, – Юнги стало стыдно. Чимин мягко улыбнулся. Юнги встал и провёл Чимина на улицу.       - Я дам тебе свой номер, – неожиданно произнёс айдол, заставив рэпера взглянуть на него. Чимин смутился. – Я хочу сказать, я бы хотел пообщаться с тобой ещё ближе, Юнги-хён. Если ты не против, – он сказал последнее предложение без какой-либо уверенности, думая, что сразу же получит отказ, но Юнги только быстро закивал головой.       – Конечно, я… Я был бы рад, – он улыбнулся, показывая свои дёсна. Он не мог себя сдерживать, он был так счастлив, что айдол хотел увидеть его ещё раз. Чимин смахнул свою розовую чёлку с глаз и поделился блестящей улыбкой.       – Дай мне свой телефон, – парень протянул руку. Взгляд Юнги на секунду остановился на ней, перед тем как Юнги начал искать свой телефон по карманам джинсов и вытащить его. Чимин издал смешок. Он, мило улыбаясь, ввёл цифры на телефоне Юнги, когда тот ему его дал.       – Держи, – он отдал Юнги его телефон, сделав селфи для фото контакта. Рэпер посмотрел на новый контакт в его телефоне.       – Чимини? – он прочитал и повёл бровью вверх. Чимин смущённо пожал плечами.       – Все меня так называют, поэтому я подумал, я подпишу себя так. Или что, мне лучше подписаться как Чимблс или ЧимЧам? Или лучше старое безвкусное «Пак Чимин», если хочешь быть скучным? – он спросил, шутя. Юнги ухмыльнулся.       – Я имею в виду, мне нравится твоё настоящее имя. Легко к нему привыкаешь. Пак Чимин, – он произнёс, моргая в сторону парня. – Но Чимини тоже хорошо звучит. Это мило, тебе подходит, - Юнги улыбнулся шире, увидев, как покраснел парень.       – Да, я… Хм… – Чимин отвёл взгляд. – Круто, я тогда… Хм… – Чимин сказал и отправился в сторону, где стояла его машина, как предположил Юнги. Он смотрел на то, как силуэт парня становился всё меньше и меньше, пока не исчез после того, как тот повернулся и помахал. И только тогда Юнги позволил усмешке, которую он сдерживал, появиться на своём лице. Он разблокировал свой телефон и посмотрел на номер телефона, который теперь был сохранён под именем «Чимини», и фото розоволосого парня. Его сердце сжалось.       "Всего на миг", – он сказал себе.