Мы не вечны

***

Год: хх.хх.хххх Время: хх:хх Место: ---- Представь себе далекое пространство космоса, многочисленные звёзды вокруг и немую тишину. Куда бы не пал твой взгляд — везде темнота, недостижимые блики, которые доходят за сотни миллионов лет и не приносят достаточного освещения. Лишь иногда ты можешь узреть нечто прекрасное в виде разноцветных туманностей, где-то там. Иногда всё же непоколебимое спокойствие могут нарушить пролетающие мимо камни: астероиды, метиориты или остатки от былых планет. Прямо как сейчас, в стороне, можно наблюдать сотни и сотни миллионов фрагментов летящих в неизвестность, бывших когда-то одним целым. Ядро, постепенно разрушаясь, теряло свою силу, гравитация больше не работала, отпуская всё больше и больше осколков в нескончаемый путь по просторам космоса. Всего несколько условных дней прошло после гибели, пребывающей на пике процветания, планеты. Это был грандиозный взрыв, волны которого всё ещё стремительно уничтожают на своем пути всё подряд. Но тут вблизи, уже было спокойно, всё позади и лишь мертвые ошмётки медленно и хаотично плавали вокруг. В стороне, в какой-то сотне световых лет застыл огромный космический корабль. Он был вытянут в длину и казался таким большим, что мог бы даже посоревноваться розмерами с маленькой планеткой. Такая могущественная цивилизация умудрилась создать нечто невообразимо громадное и поразительное ради собственного выживания, за столь короткий срок. Но вот сколько лет они живут вот так, сколько раз лицезрели подобное падение очередного мира и сколько ещё предстоит увидеть в будущем. Но сейчас это был… их дом, их земля и на остальных было плевать. Болело прямо здесь и сейчас. В одной из частей, отведённой для высших чинов руководства, в одном из просторных отсеков, где обычно проходят заседания главнокомандующих, стояли двое, обсуждая вид за огромным окном величественного сооружения. Они смотрели так пристально, будто всматривались в каждый фрагмент пливущий мимо, ища среди них что-то. — Мам, это правда, что отец предал нас? Одной из фигур была женщина не высокого роста, облаченная в черное, что скрывало её облик, оставляя лишь длинные бледнорозовые иглы не прикрытыми. Рядом с ней стоял мальчик, ещё не подросток, но уже достаточно взрослый чтобы понимать, что к чему. В отличие от матери он не скрывал своего лица и тела, его одежда была обычной формой, как и у любого другого сотрудника корпуса. Женщина молчала, достаточно долго, что ребенок уже и не ждал ответа. Было больно слышать что-то такое из уст сына, но ничего не поделаешь, правду не скроешь. — Предал — это колючее слово отразилось эхом по всему залу и вернулось обратно с удвоенной силой колючек, царапая душу больнее. — Но почему? — с долей детского возмущения произнес ребенок, будто бы не доконца понимал само значение предательства. — Потому что… — женщина не сразу нашлась с ответом, она сама ещё не полностью осознала всю суть произошедшего — Потому что считает, что мы не правы в своем мнении. Сложно объяснить, несмотря на то, что этот конфликт длился уже достаточно долго и вроде бы всё предельно ясно, но сказать вот так в двух словах невозможно. Как объяснить ребенку, что родной отец, в итоге, выбрал не его. Оставил позади и больше никогда не вернётся, будет вечным врагом до конца своих дней. — Тогда скажи, мам, почему ты ему помогаешь? Женщина вздрогнула. Мальчик взял её за руку, которая была ледяной, он перевел пристальный взгляд своих необычайно красивых глаз в надежде увидеть материнские в ответ. Женщина почувствовав касание сжала маленькую ладошку, в груди невыносимо жгло, давило так что можно было задохнуться, а на глазах разворачивались слёзы. Пытаясь их проглотить, задушить накатившую слабость женщина смотрела упрямо вперёд, на последствия принятого решения. Хотелось быть сильной перед сыном, хотелось показать, что их так просто не сломить. Но если честно — он так сильно на него похож. Если взглянуть хоть мельком на это личико, задержаться на этих глазах — это невыносимо. Сколько смертей она наблюдала прежде, сколько горя и несправедливости доводилось повидать, миллионы разрушенных жизней, стёртых воспоминаний и ни одной слезинки не упало с её глаз. Но прямо сейчас эта соленая жидкость текла ручьями вызывая очередную гамму неведомых чувст. Этот чертов демон даже после своего ухода заставляет черствый камень вновь и вновь переживать неизвестные ощущения. Раздражает, бесит, до чего же противно и мерзко, но одновременно ничего с этим поделать не получается. — Всё будет в порядке, мам. Он знал заранее, что ответа на этот вопрос нет и не будет и поймав запах слёз тут же пожалет о сказаном. Рана слишком глубокая, очевидно, что мама пытается любыми путями её заглушить, скорее всего, она делает это неосознанно. Тянется к любимому существу в надежде, что всё вернется на свои места и будет как прежде. Даёт ему очередной шанс, а он даже не хочет им воспользоваться, попробовать что-то изменить, наладить. Ну и не надо, малыш помнит, что случилось в тот день, он не забыл, хоть и убедил мать в обратном. Это не они ему больше не нужны, всё совсем наоборот, — это он им больше не нужен. А ведь ты могла спасти этот мир…

***

Я не видела всей истории с самого начала, я попала туда намного позже, под самый конец, когда всё свершилось, осталось позади и пути обратно уже не было. Когда все участники тех событий определись со своей стороной на поле боя и погрязли в пучине бесконечных мучений. Меня нашёл тогда Нии — его создание и её верный помощник. Он был довольно необычным малым, слишком умным я бы сказала, как для простого чао. Я таких раньше никогда не видела, ни в одном из своих миров. Как сейчас перед глазами, его парящее тельце напротив моего лица и его хмурые глазки. Оказалось, что я помешала его сладкому сну, разбудив своим внезапным появлением. Он грозился страшным наказанием, но мне от чего-то было смешно нежели страшно. После всего пережитого мной прежде, бояться чего-либо уже не было сил. Салли внимательно изучала парящее над руками Шедоу существо и воспоминания сами собой всплывали в голове, вызывая мягкую улыбку на лице. — Вторую жизнь значит — толи переспросил, толи утвердил Шедоу, его лицо не выражало ни капельки удивления. — Ну, как сказать… скорее я пришла с другого мира, он чем-то схож с этим и его события практически повторяются. Это сложно объяснить, — девушка выжидающе смотрела на ёжа, напротив себя — ты не выглядишь таким уж и удивлённым. — Я за свою жизнь столько всего повидал, что уже нечем удивить — Шед лениво сложил руки на груди, спустя мгновение почесал пальцем за ушком, как делает это всегда. Чао всё ещё поглощал его энергию зависнув в воздухе напротив. «Ты всё такой же…» — невольно пронеслось в голове принцессы. — Девочка, ты можешь рассказывать мне какие угодно сказки, но поверь, меня уже нечем удивить. "Этот тёмный силуэт и сверкающие алым глаза невозможно забыть. Они везде одинаковые» — девушка мысленно вздохнула. — Хм, даже не знаю с чего начать… В моей голове столько всего и хотелось бы поделиться этим, но думаю слишком много тоже нельзя рассказывать. — Тот крайний вариант, что это? — задал тему ёж. — Прыжок во времени конечно же. — Хм, судя по всему ты уже достаточно опытна в этом. — Хех, вряд ли обо мне можно так сказать, моя ситуация куда сложнее — прозвучало так просто, будто о каком-то пустяке говорили. Сама девушка выглядела сейчас беззаботной, вроде бы её и не волнует сложившаяся ситуация. — Меня мало интересуют твои межмирные путешествия, то что сейчас важно — это спасти всех тех, кто безвинно погиб. Отсутствие сострадания в образе принцессы конкретно подбешивало, но ёж держался. Понятное дело ей всё равно на них, она здесь гостья, ей дороги те, что остались в том неизвестном мире. А здесь — всё чужое, хоть и «схоже» с тем родным. А может она и вовсе просто прыгнет в очередной раз в прошлое и поделом. Какой это по счету мир для принцессы, может игры с временем стали для неё в порядке вещей? Шедоу не стал развивать мысли в данном русле, дабы не распалять себя ещё больше. — Ты прав — Салли вдруг стала серьёзной. — Если ты знаешь много, значит и знаешь что делать дальше — ёж воззрился на девушку ожидая длинного рассказа с детальными пояснениями. Чао всё равно был ещё в процессе восстановления. — Что ж, ты прав — повторилась принцесса, вздохнув — там, откуда я пришла, была точно такая же ситуация, какую мы наблюдаем сейчас… Множество мертвых тел и ни единой живой души… но всё же отличие есть… А именно — Мефилес. — Он, как я погляжу, во все дырки затычка… — Да, такова его природа, он существует везде и одновременно нигде конкретно — глядя укоризненно на ёжа, пояснялила Салли. Выражения этого парня в адрес Мефилеса задело. — Однако есть всё же место, где он появился впервые — его отправная точка, так сказать. Всё дело заключается именно в этом. — Где-то я уже слышал подобное — ёж припомнил слова Лии во время обследования одного из путей каньона. — На самом деле Мефилес твой… почти что твоя копия и я говорю сейчас не только о внешности, даже характером вы похожи… были похожи, не то что сейчас — бурундучиха замерла невольно вспомнив былой разговор, после тихонько добавила — раньше он не был таким… таким… злобным, как сейчас. — Тц! Не называй это существо моим… Чёрт возьми, даже язык не поворачивается сказать это! — разъяренный мужчина опёрся руками на стол уставившись своими алыми, как кровь, глазами на девушку. Её безразличие в данный момент раздражало ещё больше, вынуждая говорить ненужные вещи, дабы найти хоть каплю понимания в её глазах — От меня у него всего лишь облик, большего я не давал. Так что не смей упоминать этого монстра при мне, поняла?! — Понятия не имею каким он был раньше, для меня он всегда был одинаковым — чудовищем. Вижу, ты хорошо его знаешь — глаза Шедоу сверкнули в полумраке. Принцесса вздрогнула от последних слов ёжа, бросив хмурый взгляд в ответ начала колебаться, стоит ли рассказывать о деталях или же лучше обойти лишние разговоры. И тем не менее, чтобы не говорил этот тип сейчас или тогда, в порыве злости, его чувства предельно ясны. А слова иногда могут расходится с реальностью и прикрывая правду становятся ложью. Как не смог тот Шедоу уничтожить свое дитя, так и этот не сможет… в последний момент. — Ладно, как тебе угодно. — решилась всё же принцесса на откровение и со вздохом начала свой рассказ — Мир, из которого я сейчас пришла, скажем так, ещё более далекое будущее Мобиуса чем то, что знает Сильвер и оно разительно отличается от того, что видел ты когда-то — девушка выдержала паузу ожидая вопросов, возможно её высказывания могли запутать ёжа, но тот молчал — Там же, я познакомилась с энергией Порядка и Последним изумрудом, а точнее с его «носителем». И по невероятным обстоятельствам Мефилеса я встретила тоже там. Тогда он был ещё ребенком, поэтому мы очень быстро нашли общий язык. — Салли буквально видела перед глазами момент их первой встречи. — Вот Салли, познакомься — это — женщина с длинными розовыми колючками указала рукой на вошедшего мальчика — мой сын Мефилес, он примерно одного возраста с тобой, надеюсь вы поладите. Напротив стоял ребенок, примерно на голову выше. Он опёрся бедром к столу, сложив руки на груди. На первый взгляд его внешность была не примечательной, но если присмотреться более внимательно можно увидеть насколько он красив. В особенности выделялись его зелёные глаза, цвет которых был очень насыщенным, будто неестественным. Но ничего удивительного, ведь у его матери они были такие же, это сходство бросалось в глаза, особенно когда они стояли рядом друг с другом. — Вообще-то, у нас разница в два года, тем не менее можно просто Меф — ненавижу этот официоз, я самый обычный ребёнок. То как он разговаривал привело в ужас, что сразу же отразилось на лице, но он воспринял первую реакцию на себя вполне нормально. Казалось, это его совсем не задело. Видимо ему уже не первый раз приходится лицезреть страх в глазах других, поэтому он подчеркнул, свою «обычность». Тем не менее, со временем привыкаешь и мягкий голос в голове больше не пугает, наоборот находишь его приятным. А то, что губы обыденно не шевелятся при общении или вообще их отсутствие, оказалось никого никогда не волновало. И всё же первое время невозможно было контролировать испуг, когда с ниоткуда звучали слова в голове. — Д-да, хорошо. Как скажешь… Меф. Приятно п-познакомиться что-ли. — Его внешность такая же, какой ты её знаешь, он очень похож на тебя. — Да-да — отмахнулся сфж — он украл мою тень когда-то, получив с этим мой лик. — Нет — покачала головой Салли — это его врождённый вид, он всегда выглядел таким, сколько я его знаю. — Этого не может быть, — возразил сфж с недоверием — я определенно помню, что изначально он был просто сущностью без тела, будто просто живая материя. Лишь после того как мы вст… — Откуда ты это знаешь? — перебила вдруг домыслы черного принцесса. — Я… Я знал это всегда… — Тень застыл в недоумении, ведь и вправду не мог определить откуда взялись все знания о демоне. Шедоу задумался, а ведь точно, откуда в его голове информация об этом парне, если по сути он ничего не должен знать о нём, по крайней мере сейчас, когда его голова наполовину пуста из-за последней смерти. До сих пор лишь малая доля воспоминаний вернулась к нему, вероятно где-то между ними есть моменты которые всё же ёж помнил или знал это, как-то интуитивно на подсознании. — Хех — улыбнулась бурундучиха задумчивости ёжа, она застала его врасплох, он и вправду никогда об этом не думал всерьёз — расслабься, нечего так напрягать извилины, всему свое время. — К чему ты вообще клонишь? — К тому что когда-то Меф… Мефилес был добрым и милым мальчиком… Обладая невероятной и могущественной силой он вершил по истине добрые дела. И то что я вижу и слышу сейчас не укладывается в моей голове. Я не верю в то, что он может быть таким жестоким и безжалостным. Это разбивает мне сердце. — Салли! С тобой всё в порядке?! — Меф?! Всё пучком, это царапины. — Прости я перестарался, позволь мне посмотреть. Я и правда иногда не могу рассчитать правильно силы. Вы смертные такие хрупкие. Приходится всё время под вас подстраиваться. — Что боишься, что она будет тебя ругать? — посмеялась девушка. — Нет, мама никогда меня не ругала, достаточно одного её взгляда и мне всё сразу становится понятно, я тут же сожалению о свои поступках. — Ну да, это и впрям она. Её методы безжалостной доброты просто нечто. Лучше сразу признаться что ты виноват и тогда не увидишь этого жуткого улыбающегося лица, сулящего добродетель. Аж в дрожь бросает, когда наблюдаю подобное. Но ты кажется держишься молодцом, никогда не видела чтобы ты уступал ей. — Думаю у меня всё же есть маленькая привилегия, хи-хи. — Ха и какая же, просвети меня?! — Я — её любимый сын! — улыбка от переполняющей гордости читалась в его глазах. «Дурачиться с ним было и правда весело». — Таким его знаешь только ты, для нас всех — он сущий монстр. Возможно, как ты говоришь, это тот же демон только из параллельного мира и ты видишь в нём всего лишь похожее создание, но это не одно и то же существо. — Ты ошибаешься — помотала головой девушка — это он, я точно знаю это. — Честно, дар убеждения у тебя так себе. А ведь ты видела всё собственными глазами, хочешь сказать, что он истощал всемирное добро в нашу первую встречу? Он даже не узнал тебя тогда возле артефакта и убил бы вместе со всеми, если бы мы не сопротивлялись. Достаточно ли этого, что бы ты поняла ошибочность своих суждений? — доводы черного были существенны, тут не поспоришь — И всё же мы отклонились от темы. — Ты в который раз прав — грусть мелькнула на лице собеседницы — но в любом случае этот демон является неотъемлемой составляющей всей истории, не говорить о нём в деталях просто невозможно. — Тень оставил без комментариев сказаное, не желая снова переводить разговор в ненужное русло. Как однако тяжело вытянуть информацию с этой принцессы. Говорить ни о чём она всё же обучена, но какое же это дурное умение. - Все те события, что произошли с нами тогда, я помню как сейчас. Для меня это случилось буквально несколько месяцев назад и я могу ясно определить кто есть кто — бурундучиха вздохнула — Тот день был решающим, в тот момент они наконец встретились лицом к лицу пылая праведным гневом и чёрной ненавистью друг к другу. И чтобы одному демону победить другого требовалась сила, большая сила. Мефилес её дитя, он такой же как и она сама. Его могущество невообразимо, но он не всегда может быть сильным в том плане, что он имеет определенный уровень который ему не преодолеть больше чисто физически. Но ментально он может быть в разы сильнее, настолько, что может сравниться даже с самим изумрудом. Для этого есть определенные условия. И исполнение их мы наблюдаем прямо сейчас. Мне страшно, Мефилес, я не могу это принять… Разве это нормально?! — Тише, девочка моя, не плачь — он вытирает нежно пальцами слезы и капли крови с губ. Это всего лишь временный эффект, как будто супер форма с изумрудами. Как только всё закончиться, я верну всё на свои места и никто не пострадает. Я обещаю… всё будет хорошо — доверься мне. — В тот день я умерла, я отдала ему свою жизнь, как и все остальные, кто присутствовал на корабле. — Салли сжала одной рукой предплечье другой, пытаясь прогнать нахлынувшее чувство временной смерти, оно оказалось куда более неприятным, чем думала до этого — Но, как видишь, я жива и здорова, моя жизнь всё ещё принадлежит мне. А это значит, что здешний Мефилес, будь он тем, которого я знаю или кем-то другим, вполне может вернуть к жизни умерших без каких-либо проблем. Просто нужно его убедить это сделать. — Убедить?! — переспросил ёж, надеясь, что ослышался. — Ну или заставить. Как тебе больше нравится. — Кто ещё знает эту твою историю? Надеюсь, синему ты ничего не рассказала? Он же сразу с горячей головой умчиться вершить подвиги. — Нет конечно, ему я поведала лишь поверхностно, где я была и как вернулась — Шедоу одобрительно кивнул — Но есть ещё Скордж и Фиона, я подозреваю, что им известно что-то ещё. — Ох, опять, эта подозрительная парочка. Что ж, я думаю нам надо… Не успел Тень завершить свою мысль, как его оглушил нервный писк пробудившегося чао. Малыша окружали языки пламени замыкая в круг, когда же тот открыл свои глазки, пламя угасло подчиняясь велению владельца. — Ну наконец-то, долго же ты приходил в себя, как раз таки, когда у нас мало времени — поприветствовал недовольно сфж своего чао, получив в ответ не менее возмущенный писк. — Что же, а теперь ты должен рассказать мне всё, что знаешь о происходящем с твоей хозяйкой за последние несколько дней перед своим позорным поражением. Нии сначала хотел возразить, но лишь покорно кивнул, склонив голову.

****

— Запомни, твоя главная обязанность — это наблюдение. Этот мир огромен, а ты всего лишь один в своем роде. Ты противовес остальным семи и будучи единственным являешься крайне важным для мирового баланса. Поэтому мы даём тебе куда больше воли в своих действиях и оставляем только одно ограничение. Ты можешь вмешиваться в мировой порядок лишь в самых крайних случаях, но не усердствовать в этом. Отныне, ты будешь запасным вариантом для самых безнадёжных ситуаций, а таковы, поверь, будут всегда. Поэтому, дитя наше, всегда подходи к делам с трезвым умом, коим мы тебя наделили и не позволяй влиянию из вне помутнить твой разум. Ты, живое воплощение всего светлого этой вселенной, хоть твое тело и является холодным камнем, но чувства твои всё равно остаются при тебе. Теперь же, тебе предстоит многое узнать и изучить — так что не разочаруй нас. Ты, наш последний подарок этому миру. — Ха-а… — слышится протяжный выдох в пустоту. Грудная клетка вновь поднимается и опускается, выдавливая из тела застоялый воздух. Но глаза почему-то не открываются. «Кажется я вспомнила, что я лишь назиратель… и смотрю всегда со стороны… Это правда… мои воспоминания?» Череда картинок одна за другой, будто перемотка фильма, стали возникать в темноте. Глаза всё ещё закрыты, но так отчётливо всё видно, словно на яву. Я просто парил, как и всегда, на своем излюбленном месте, наблюдая за происходящими событиями издалека. Всё менялось и вертелось вокруг меня так быстро, будто я единственный для кого время застыло на месте, а остальные бесконечно спешили кто куда. Цыкл дня и ночи; цыкл года; тепла и холода; цыкл жизни и смерти. Пейзажи сменялись одни другими, поднимались горы, растекались реки, разрастались леса. Потом всё разрушалось каким-то катаклизмом и начиналось заново. Где-то рождалась жизнь, а где-то угасала. И под столь однообразное развитие событий в окружении тишины и покоя я позволил себе уснуть беспечным сном, оставляя окружающий мир без внимания. Я ослабил свою бдительность и вскоре сильно пожалел об этом. — Хитрец, так ты специально сделал всё это?! Думаешь, заманив меня в ловушку, сможешь подчинить? — Нет, конечно нет. Как бы я посмел посягать на твою волю… Мне просто нужна твоя сила, я отчаялся настолько, что пошёл даже на столь подлое деяние. Молодой парень невероятной красоты и великолепными манерами вежливо склонился перед могучим существом. Внешне он казался спокойным и уверенным в себе, смелости ему не занимать, раз посмел вытворить такое. Но в глубине души, это дитя было далеко от чистоты, его необычные зелёные глаза прямо искрились тёмной злобой. — Каковы твои причины? Ты же ещё молод, так зачем ступаешь на эту страшную дорогу? — Мне не обязательно тебе что-то объяснять. Ты можешь просто заглянуть в мой разум и узнать самому, мои причины. Это был первый раз когда я добровольно согласился покинуть свой дворец и уйти далеко за его пределы. Меня поразила судьба того мальчишки, я не мог понять, за что его карают. Его самого и его близких. Я решил разобраться в этом лично, ведь в конце концов все беды начинаются с малого. Проигнорировав тогда маленькое зёрнышко, я мог бы собственноручно взрастить древо катастрофы. И хоть в итоге наши пути в конце разошлись из-за некоторых разногласий, я не таил обиду на этого ребенка. Мой разум был чист, как и полагалось высшему существу. Я опустил свой дом под воду в надежде спрятаться как можно дальше от новой жизни, зародившейся на этой планете. — Моя дочь… Прошу, спаси её! А ведь я только-только пробудился ото сна, не успел ещё толком оглянуться, как со мной вновь случилось что-то. Я думал что не наступлю на те же грабли, но оказалось что я ещё тот глупец. Мой разум не осознавал всего в момент, до тех пор пока живая плоть не обволокла меня собой. Пальцы девушки сжали моё крохотное каменное тело, причиняя рукам боль. С трудом я разбирал её слова, не находя связи между ними, смысл терялся где-то в суматохе. Я был пойман в ловушку своей самоуверенностью. Я во второй раз был застан в распох. И тогда я наконец понял, что я слишком мягок к этому миру. И вот она передо мной, одна из тысячи других… Сжимала меня рожащими руками, омывая горячими слезами, истоптав колени в кровь, просила сотворить невероятное с тем, что уже давно мертво. Хаос мыслей миновал, сменив себя на ярость. Мой покой был вот так гнусно нарушен всего лишь из-за её эгоистичного желания. Я не должен поддаваться, я не должен её понимать, жалеть и сопереживать. Я просто камень для баланса от меня много не требуется и встревать вот так в круговорот жизни из-за мелочи будет попросту бесполезно. Вы, несчастные, всегда желаете лицезреть чуда, но я не бог и не спаситель, я всего лишь наблюдатель. Моя чистота — это любовь и жалось к этой вселенной. Так нельзя, ведь среди них всех страдать в итоге буду именно я. Я отказал, я был предельно ясен, назвав свои причины, но видимо всё же был недостаточно убедительным. Это моя ошибка и только моя. Но именно ты поплатишься за это. «Кто она? — звучит вопрос в голове и тут же в ней возникает ответ — Бесстыжая женщина…» — Сколько лет я спал и никого не трогал, но явилась презренная ты и мой покой сошел на нет. Почему из всех возможных ты выбрала именно меня, того кто вообще никак не должен встревать в течение времени. Ответь мне, Нова. — Я лишь хотела, чтобы моё, умершее несправедливо, дитя могло прожить полноценную жизнь. Почему ты не можешь сделать этого, ты ведь ничего при этом не теряешь, наоборот для тебя это будет ценным опытом в твоей бесконечной жизни. — Живое тело мне ни к чему, я и так могу набраться опыта не прилагая каких либо усилий. Ты просто не понимаешь что ты творишь, какой громадный баланс ты нарушаешь. Если я не вернусь в прежнее состояние, моё отсутствие потянет за собой невообразимые последствия. — Это столетие, всего лишь одно столетие. Для тебя это мимолётное мгновение, что может случиться за столь короткий срок. — Ты! Я убью тебя! Да как ты посмела?! Ты просто мелкая пещинка на фоне грядущей катастрофы. Тебя сметёт с лица земли прежде чем наступит «завтра» и ты просишь меня поиграть с тобой в дочки матери? Кто в итоге будет нести ответственность за весь этот бардак, скажи же мне на милость? — Когда всё закончится, я приду к тебе собственными ногами, ты сможешь отобрать мою жизнь руками дочери и я слова против не скажу. Я не буду сопротивляться, ты сможешь убить меня так, как тебе захочется. Девушка достала что-то из кармана, не выпуская при этом камень из руки, оставив предмет на земле для лучшего рассмотра. Видимо эта вещь должна убедить могучего в верности слов девчонки. — Что это? — Это знак того, что наша сделка заключена. Если ты его потеряешь, она будет не действительна и ты не сможешь в итоге насладиться моей кончиной. — Шутки вздумала со мной шутить, да я этотим ножечком глотку тебе перерву раньше чем ты дрогнуть успеешь. — Всему свое время восьмой, я ведь не могу идти на риск не перестраховавшись. Отныне тебя зовут Эмилия, ты моя драгоценная дочурка, которую я люблю всем сердцем. Так что заткнись и начинай вести себя соответственно своей роли. — Эта энергия… не может быть. Это он?! Нет, ты не посмеешь, я не вернусь к нему, слышишь? Никогда! — Только что я совершилла грех, я грешница и осознаю это достаточно отчётливо. Но я не могу иначе, я хочу чтобы моя девочка прожила прекрасную жизнь, нежели осталась хладным трупом, принесённой в жертву преступницы. Я изменю её судьбу прямо здесь и сейчас! . . . . . — Как всё запутанно, не находишь? — демон присел на широкий край замысловатой структуры фонтана. Зачерпнул оголенной ладонь прозрачной воды, пропуская её сквозь пальцы спустя секунды размышлений. — Меня мало интересует прошлое этого тела. Я лишь хочу свершить задуманное и вернуть всё на круги своя. С самого начала прибытия в этот городок восьмую будто подменили, она стала чертовски раздражительной. Всего-то несколько часов прошло с её пробуждения после воссоединения у собственной могилы. Она выглядела вполне стабильной и признаков расстройства психики не наблюдалось, вероятнее всего процес поглощения личности Эми продвигался успешно. Она становилась Эмилией, которую он знал когда-то, осталось то в принципе ещё несколько таких сеансов и Последний изумруд станет совершенным. И всё же глубоко в нутри Эми оставалась живой и её израненная душа была потрясена видами родной местности. Что собственно и сказывалось на восьмой, она попросту тосковала по дому, выражая это через наигранное равнодушие к самой себе и язвительные фразочки. — Знаешь, я так ради интереса решил разузнать об этой «преступнице» и могу сказать, что её история довольно-таки интересная. Тебе стоило бы тоже взглянуть и ты поймёшь о чём идёт речь. Я считаю, что эта девушка действительно должна была прожить жизнь, а не умереть, не успев толком мир повидать. Розовая лениво рассматривала свое отражение в воде. Её ноги омывали лёгкие волны от плескавшейся воды из кувшина какой-то, искусно выточеной из камня, девицы. — Не начинай, я знаю к чему ты клонишь. — Я не намерена потакать твоим прихотям и тем самым продолжать игру этой твари. Шум от воды был довольно сильным, но он всё равно не перебивал раздражительных речей этого демона. Девушке надоело мочить ноги в холодной воде и она резко выдернула их после очередной басни собеседника. Рывок был таким сильным что та чуть не упала на спину наклонившись слишком сильно. Но верная собачонка вовремя подоспела прихватив розовую сзади. — Не переусердствуйте госпожа, может это опасно быть для вас — ломаный шепот у самого уха, заставил вздрогнуть. Хотелось моментально отбросить этого не полноценного червя подальше, но не было никакого желания становится развлечением для кое-кого мерзкого. Глум усадил восьмую в более удобное положение спиной к фонтану и принялся вытирать мокрые ножки своим плащом. Предварительно став на колени, он с невиданным усердием и осторожностью пытался сделать всё как можно более аккуратно. Девушка поразилась до глубины души, что даже не нашла чем возразить или как унизить столь покорное существо. Тем не менее сидя на коленях он был не намного ниже её уровня, выглядев при этом весьма грозно. На этом фоне девушка казалась невероятно хрупкой и маленькой. Неожиданно для себя восьмая смутилась. — Но, до сих пор, ты делаешь это, даже прямо сейчас — подчеркнул Мефилес промелькнувшие поочередно эмоции на лице девушки по отношению к подчинённому. — Заткнись, ублюдок! — вскочила на ноги девушка прервав столь невинное деяние Глум. — Вай-вай, какие мы злые… У тебя эти что-ли начались, как их там? — Убью скотину! — несколько бледных молний соскользнули с кончиков пальцев девушки в направлении собеседника. Глум казалось, что камни по своей натуре совершенно бесчувственны и восьмой изумруд не исключение. Но прямо сейчас глядя на его поведение, парню казалось что он видит перед собой совершенно нормальную Эми, ведь её вспыльчивость была для всех в порядке вещей. Так значит ли это, что изумруд использует характер Эми для выражения собственных чувств? И при этом отрицает, что жизнь в теле из плоти и крови ему по нраву. Ведь он так свободно себя представляет, не может же это быть характером самого камня. Воплощение света должно быть чем-то невероятно чистым, нежным, благородным и невинным. По сравнению с тем что представляет себе Глум, нынешний изумруд далёк от идеала. — Да ладно тебе — в мгновение ока демон оказался в плотную к розовой прижимая её за талию к себе, а рукой подхватил её руку будто бы вовлекая в танец, лишь мелодии вальса не хватало чтобы начать кружить по площади — чего ты так завелась, я ведь пытаюсь разрядить атмосферу, а ты только сильнее заводишься. Забудь ты уже об этом месте, ещё немного и уйдём от сюда. Тогда сможешь выдохнуть с облегчением. — Надоело! — Эмили оттолкнула демона рукой освобождая паралельно вторую. Молнии естественно не достигнув цели улетели дальше найдя себе другой объект для уничтожения. — Ах! — женский вскрик заставил насторожиться. — Кто там? — спросила девушка, но ответа не последовало. Мефилес лишь лениво перевел взгляд в ту сторону где предположительно кто-то распрощался с жизнью. А восьмая решительно направилась узнать, кто же прятался всё это время за кустами на той стороне. Глум получил знак в виде кивка для сопровождения смелой попутчицы и обогнав её пошел первым к источнику звука. За спиной громилы ежиха не сразу заметила лежащую на земле у лавочки женщину. А когда рассмотрела тело пробил озноб. Бледное личико летучей мышки заставило собственное исказиться гримасой ужаса и потрясения. Рука сама потянулась приглушить рукой вздох, но верная дворняга опередила, прижав девушку к груди. Остатки молний бегали по телу женщины, заставляя её тело содрогаться, её руки прикрывали живот инстинктивно пытаясь защитить маленькую жизнь. — Поздравляю принцесса с твоим первым убийством, а нет, тут целое комбо. Сразу два, да ты оказывается куда более безжалостна, чем казалось на первый взгляд. Мне до тебя ещё далеко. Демон чуть ли не присвистнул узрев довольно приятную картину для его глаз. Ведь только что Эми буквально собственными руками убила лучшую подругу, хоть это и получилось случайным образом. Но свет изумруда не сломил её настрой и та не бросилась мгновенно спасать. Мефилес горд собой — он очень хорошо преуспел в развитии отношений между этими двумя. Противоречия в душе не дадут Эми спасти умирающих, а злоба восьмой только сильнее подкрепит чувство предательства. Эми просто посчитает, что её миленькая подружка заслужила подобный исход. Как чудесно всё сложилось. — Знаешь, придет время когда и ты можешь оказаться в подобной ситуации — Эми освободилась из объятий Глум обуздав внезапные эмоции и тем не менее веселье в голосе сопровождающего в такой-то ситуации практически выводило из себя. — О чём ты? — не заинтересовано произнес демон констатируя смерть женщины, но при этом он не забрал её души позволяя смерти полностью завершиться. — Да так, мельком видела одно из возможных вариантов развития событий — уголки губ девушки слегка приподнялись. Мефилес решил не развивать эту тему, сбросив всё на дурное настроение девушки. Всё же камень слишком хорошо прижился в этом теле. — Что делать мы дальше будем? — нарушил повисшее молчание подчинённый. — Ну как что, желанную свободу я наконец получил… Теперь то можно и мстить. «Но это не та цель, которую ты преследуешь — ежиха фыркнула на слова тёмного — чего же ты хочешь на самом деле?» Демон голосно захохотал, будто самое очевидное озвучил. Восьмая лишь бросила хмурый взгляд на сумасшедшего, который помнится говорил, что месть его более не интересует. Спустя мгновение волна темной энергии разошлась по кругу от тела сопровождающего, с последующих секунд первые тени, попавших в радиус действия жителей, начали слетаться к нему. Мефилес пригласил всех продолжить сбор сил в глубине города. Восьмая бросила на последок пас рукой в сторону подруги, не находя логики в своих действиях. Всё же крупица света сумела пробить тот темный купол обиды, дабы спасти жизнь невинных, убитых собственноручно. Благо Мефилес ничего не заметил поглощённый своим делом. Изумруды способны показывать как прошлое так и будущее, прорывать временное пространство и изменять события как они или их владельцы считают нужным. Последний изумруд не исключение, наоборот он делает это куда более искусно и утонченно, учитывая все возможные варианты и последствия. Он всегда беспокоится о соблюдении баланса. Но беря во внимание последние события, сейчас его способности сильно ограничены телом из плоти и крови, поэтому некоторые видения возникают самостоятельно и хаотично. Последний из образов, которые вертелись в голове, оказался весьма занимательным и очень интересным. Он отличался от остальных, ведь девушка не наблюдала со стороны, а была прямым участником, смотревшим от первого лица. Эми очутилась в своей комнате, чистой и не разгромленной незваними гостями. Осмотревшись, отметила для себя несколько изменений в планировке, но не предала большого им значения. Внезапно найдя любимую кровать, решительно направилася к ней. По мере приближения к постели, чувство усталости накатывало сильнее, но она не поддалась желанию ускориться и упасть на мягкую поверхность. Почему-то розовая медлила, шагала аккуратно и тихо так, будто не хотела кого-то разбудить. Стоило подойти максимально близко, как ответы на возникшие вопросы сами собой нашлись. На одной из мягких подушек лежал знакомый ей мужчина. Спящее лицо было невероятно красивым и умиротворенным, оно будто бы сияло, хотя в комнате царил полумрак. На его груди расположился кое-кто поменьше, а именно — младенец, поднимаясь в такт дыхания вверх и вниз. Внезапно, малыш вытянул свою маленькую ручку из-под, накрытого, одеяла к лицу спящего мужчины. Бирюзовые полоски на темной коже крохи почему-то показались девушке знакомыми.